По следу зверя

Я стою под ледяным душем и думаю, какого черта так напился и что именно довело меня до такого состояния. Новость, что парень - протеже Джека? Нет. Пусть это и неприятное известие, но я не мог серьезно верить в то, что Кроуфорд оставит мои поиски. Значит, толчком для срыва стал опять Уилл. Я и раньше подозревал, что он выжил, сам немало поспособствовал этому, но не думал, что Грэм вновь появится в моей жизни. Выходит, что он не так безразличен мне, как я себе представлял. Я так и не простил Уилла Грэма. И теперь передо мной стояло несколько вопросов: смогу ли я и дальше жить с обидой на профайлера? Получится ли у меня в принципе простить его? И что делать с молодым Гарольдом? С последним вопросом было проще всего. Предварительное решение о судьбе парня я уже принял. Оставалось обдумать ситуацию с Уиллом. Вопрос прощения для меня стоял ребром на протяжении всей моей жизни. Как человек, работающий с сознанием, я понимал этот термин до мельчайших деталей, но никогда не мог применить к себе. Прощение не оставалось для меня безликим отказом от личной обиды и отпущением вины, чтобы простить, я должен был привести своего обидчика к совершенству. И в свое время доктор Дю Морье выразилась куда проще и была права. Только съев обидчика, я прощал. Окончательное решение далось мне нелегко. Из разговора с Гарольдом я знал, что Уилл находится в тюрьме, а это значило, что попасть к нему и не подвергнуть себя риску я не мог. Только территории Европы и Англии мне не угрожала банальная расправа от Джека и его ищеек, на территории же США, думаю, Кроуфорд бы даже не задумывался, доставая из кобуры пистолет. Такая уж жизнь, что в чужой стране иностранный гражданин защищен законом куда лучше, чем коренные жители. Но это была одна чаша весов. На другую легло понимание, что я в любом случае не могу остаться в Лондоне. Хотя бы потому, что Джек здесь и место Гарольда займет кто-нибудь другой. Из ванной я вышел в одних брюках. Парень сидел на том же месте, хотя, я и не думал, что он сможет передвигаться с удавкой на шее, затягивающейся пропорционально его движениям. Блэк молчал, провожая взглядом, пока я шел к входной двери. На улице было холодно, я быстро дошел до машины и достал из багажника дорожную сумку врача. Старая привычка носить с собой инструменты и лекарство оказалась мне на руку. Я не сразу заметил изменения в гостиной. Выход из ванной комнаты располагался так, что угол с осколками стакана не просматривался. Только этим я мог оправдать то, что не заметил исчезновение битого стекла. Присмотревшись внимательнее, я обнаружил, что окурки и разлитый алкоголь также пропали. Пол был чистым, а початая бутылка аккуратно стояла возле дивана. Я перевел взгляд на парня: - Как? - Что, док? - парень не горел желанием разговаривать. - Как ты убрал осколки и окурки? - Я не хотел, чтобы Хась поранился. - Я не спросил, зачем, Гарольд, - я подошел ближе и присел на корточки перед парнем. - Как ты это сделал? - Думаю, ты и сам догадался, что я могу куда больше, чем говорю? - Можешь освободиться сейчас? - Без проблем, стоит только захотеть, - он явно имел ввиду нечто большее, чем я мог понять. - Но ты не хочешь? - А ты, док, пришел сюда с сумкой для того, чтобы узнать мои желания? - Желания твои на лбу написаны, - фыркнул я. - И какие они, мои желания? - - Как и подобает зеленоглазым демонам из старых легенд, - кажется, я еще пьян, раз говорю такое. - Очаровываешь, завлекаешь.. - Тебя не получилось, - он говорит серьезно и я отвечаю тоже серьезно. - Еще как получилось, дорогой, - приподнимаюсь немного и легко целую его в уголок губ. - Но это не отменяет того, что ты для меня опасен. Я отворачиваюсь от парня и придвигаю к себе сумку. В одном из её отделений хранится один хороший препарат и набор скальпелей. И это все мне сегодня пригодится. - Будешь сопротивляться? - - Не буду, док. - Почему? - Ты мою карту видел, про суицидальные наклонности там не соврали. Так почему бы не воспользоваться случаем? - Неплохо, но я бы хотел услышать другой ответ, - я набираю в шприц лекарство. - Ты сам все понимаешь, док, - он закрывает глаза, я медленно ввожу ему в вену иглу. - Прощай, Гарольд. Ты стал мне интересен куда больше Уилла. Твои тайны я не разгадал. Парень отключается, я освобождаю его от одежды, раздеваю, укладываю на диван и достаю скальпель.