Смотреть не значит видеть...

      Утро выдалось на удивление тихим. Устало свесив ноги и взлохматив непослушные короткие темные волосы, Райнер потянулся. За окном было еще темно. Февральское солнце неохото выползало из-за горизонта. Рей сделал глубокий вдох и, собрав все силы, поплелся в ванную комнату. На часах половина шестого утра. Ранние подъемы никогда не были ему в тягость, даже на оборот, он сам охотно задавал ритм всему своему окружению.       «Не парень, а ракета» молвили люди, знавшие чету Фарлоу. О темноволосом юноше всегда отзывались только положительным образом. Всегда веселый, заводной и такой неугомонный. В его доме всегда царили веселье и задор. Там не было взрывоопасных приколов братьев Уизли, но это не мешала всему дому светиться смехом и счастьем. Райнет Энтони Фарлоу — нескончаемый генератор все возможных и невозможных идей. Он подобен пылающему одуванчику. Также быстро загорается, объятый неудержимом пламенем. И также быстро сгорал. Ни одна его идея не была воплощена в жизнь. Огромная буря взметала его сознание до гениальных идей, но отсутствие терпения и усидчивости, превращали все его замыслы в прах. Ровно до того моменты, пока он не познакомился с Ребеккой Элиос Смит.       Это произошло, кода им обоим было по семь лет. Родители Райнера, Френк Льюис и Ванесса Валери Фарлоу, и Ребекки, Клариса и Рик Смит, решили провести одни из летних выходных в разъездах по Европе. Своих ненаглядных деток они оставили на попечение двух нянь в доме Фарлоу. «Что может произойти за два дня? Ничего сверх плохого уж точно не произойдет» именно на этом и сошлись родители маленьких проказников и отправились в Европу. Думаю, ты, читатель, подумал, что эти маленькие дьяволята разнесли весь дом и довели бедных нянюшек по седых волос, но с неохотой тебе сообщу, что всё было не настолько ужасно. Да, юные Смит и Фарлоу знатно потрепали нервишки няням, когда лазили в соседний сад за малиной, когда убегали к реке, что текла за небольшим поселком. За те двое суток, что они провели без попечительства родителей, Ребекка и Райнер прекрасно подружились. Мальчик с неумолимой страстью рассказывал свои наполеоновские планы, когда они прятались от нянек в домике на дереве, а белокурая девчонка с неподдельным интересом впитывала каждое слово своего друга, а позже и «мужа». После возвращения родителей, общение между двумя семьями не прекратилось, а даже на оборот, стало более тесное.       С того времени много воды утекло. Были ссоры и радости, войны и перемирия, завоевательские и миротворческие походы в «другие миры», в миры воображения, в жизни двух друзей. Даже в тот момент, когда им пришли письма из Хогвортса ребята взгромоздили себе на плечи миссию по захвату власти в столь чудном и волшебном заведении. Конечно это был еще один несбыточный план Райнера. План, которому не суждено было воплотиться в реальности.       Сейчас Рей стоял около главного входа в замок и дожидался свою лучшую подругу. Спускаться в мрачные и одинокие подземелья совершенно не хотелось. Ровно шесть утра. По лестнице, ведущие в столь нелюбимые подземелья, поднималась взлохмаченная белокурая девушка. На лице читалось недовольство столь ранним подъемом. — Напомни мне пожалуйста, зачем мы тут? — вяло поинтересовалась Ребекка. — Это очень хороший вопрос, миссис Снейп. Думаю, ответ на него вы знаете. — задорно ответил Рей, и друзья отправились в сторону астрономической башни. — Какой же ты, однако невыносимый… — много страдальчески выдавила из себя Ребекка.       Юноша только пожал плечами и припустился в перед с криками «Кто последний, тот дурак!» Девушка недовольно хмыкнуло и тоже побежала за парнем. Лестницы, коридоры, двери кабинетов всё мелькало вокруг ребят. Соревнование было жестоким. С одной стороны, было не честно устраивать забег между девочкой и мальчиком, но с другой — фраза «кто последний, тот дурак» не оставляла выбора. Уже на одной трети лестницы, ведущей на самый верх астрономической башни, ребята запыхавшись переводили дыхание, прислонившись к холодным стенам замка. Приведя дыхание в относительную норму, подростки двинулись дальше.       На самом верху открывался незабываемый вид на окрестности столь волшебного места. На многие километры вокруг простирались бескрайние просторы, покрытые последним зимним снегом. С одной стороны, взору представал черный и угрюмый «Запретный лес». Он манил к себе и в тоже время отталкивал своей аурой. Над лесом как будто парила атмосфера чего непередаваемо-зловещего. Торчащие острыми пиками верхушки деревьев старались дотянуться до небосвода и разрезать его на тонкие лоскутки ртутно-серого цвета. А внизу, сквозь темные кривые стволы, виднеются замысловатые тени зловещих животных, которые так и ждут, когда в их владения забредет замечтавшийся студент. С другой же стороны, за скованным льдом озером виднелась горная местность. Такие холодные и безжизненные холмы, укрытые белесым снегом, так и норовили слиться с бескрайним низким небом. — Это просто волшебно… — вдохнув полной грудью, произнесла Ребекка и лучезарно улыбнулась парню. — И не говори… — произнес Рей, не отрываясь от созерцания открывшейся их взору картины.       Они дождались первых лучей восходящего солнца. Оно нежно коснулось сначала верхушек холмов. Медленно скатилось к озеру. Пробежавшись еще холодными лучами по толстому льду, устремилось к замку. Озаряя сначала верхушки остроконечных башень, а потом и двор, оно властно прогоняло тьму и отвоевывала всё больше территории. Легко прошлось по каменной кладке и устремилось дальше. Наконец добравшись до вечно мрачного и пугающего леса, солнечные лучи пошлись по торчавшим веткам высоких деревьев, а затем углубилось в самое сердце леса. На стволах заиграли причудливые узоры из теней и света. Наконец всё, на что падал взор купалось в холодном февральском свете. — Снейп просил зайти сегодня после ужина. — нехотя произнесла Ребекка. — И чего ему неймется? — устало выдохнув проговорил парень и направился в сторону лестницы. — Идешь? — Ага. — слегка замявшись ответила Смит, и дети поплелись на завтрак. — Вот объясни мне Райнер, почему иногда тебя из кровати и кентавр не вытащит, а иногда, ты просто как жаворонок, искупавшийся в кофе, встаешь? Как это работает? — недовольно сказала девушка, преграждая дорогу молодому человеку. — Ну-у-у, как бы тебе это объяснить… — лениво протянул Рей. — Я как бы всегда просыпаюсь рано, а вот из кровати вылезать не очень хочется. Вот я и притворяюсь спящим. — с широкой улыбкой ответил парень и, обняв подругу, пошел к своему столу.       Ребекка устало вздохнула и, проводив взглядом Райнера, присоединилась к своему факультету.       День летел с неимоверной скорость. Кажется, что они только-только созерцали рассвет, а уже время близиться к ужину. А это значит, что скоро придется спускаться в вечно холодные подземелья. «И зачем мы ему оба? Рей же совсем дуреха в приготовлении зелий. Хотя какая разница, главное, что я пока что еще учусь здесь и гневное письмо из дома не приходило, а значит, никто не сообщал о случившимся родственникам. Хоть что-то радует.» крутилось в голове у Ребекки, когда она дожидалась неугомонного друга у входа в подземелье. — Подожди, дорогая, я не успел составить завещание. Может отложим этот поход на завтра? — умоляюще произнес парень. — Как ты говорил «Завтра никогда не наступает. Есть только сегодня.» Так что уж лучше отмучиться сейчас, чем испытать гнев за прогул в следующий раз. — шепотом ответила Ребекка и постучалась в кабинет. — Войдите. — послышалось из-за двери, и дети несмело, приоткрыв дверь, юркнули в столь пугающее пространство. — Ингредиенты на столе. Приступайте к работе. — тоном, не терпящим возражений, бросил Снейп и погрузился в очередное ЭССЕ третьего курса.       Ребята переглянулись и принялись за работу. Ну если сказать точнее, то Ребекка принялась за работу, а Райнер присел на парту перед подругой и спиной к профессору. — Налей воды ровно три четвертых котелка и поставь на медленный огонь. — тихо скомандовала Ребекка, отрешенным голосом, а сама принялась за нарезку ингредиентов.       Работа пошла полным ходом. Единственное, что мешало, так это гнетущая тишина в кабинете. Снейп уже закончил проверку заданий и теперь наблюдал за подростками. Ребекка внимательно следила за процессом, а Райнер, видно из последних сил сдерживался, чтобы не начать что-то говорить. Зельевар скрылся за дверью, ведущей в кладовую. — Знаешь, я тут подумал… — начал Райнер. — И о чем на этот раз? — не поднимая взгляда, поинтересовалась Смит. — Да все о зелье. Ты только представь: измененное сознание, улучшенное восприятие мира… — мечтательно пролепетал парень и прикрыл глаза. — Это было бы просто чудесно… — и Райнера понесло.       Он не умолкал не на секунду выдвигая свои предположения о эффекте зелья и тут же их либо опровергая, либо поддерживая. Его рассуждения медленно переплывали на другие темы. От возможно эффекта к способам использования. От способов использования к личностям, употребляющих это зелье. А далее о всякой чепухе, которая уже никак не связана с исходной темой. И вот молодой человек вошел в кураж, рассказывая историю о походах тамплиеров, которые взахлеб читал прошлым летом. Активно жестикулируя, он начал ходит по кабинету, изображая сценки, которые особенно сильно волновали его сознание. — Мистер Фарлоу, если вы не намерены помогать с приготовлением вашего зелья, то прошу не мешать вашей подруге. — холодно произнес профессор. — Х-х-хоро-шо, -слегка заикаясь ответил парень и покорно сел перед Ребеккой. Оставшаяся часть работы была выполнена в полнейшей тишине. Снейп наблюдал за своей ученицы, Райнер то и дело выполнял мелкие поручения своей подруги. — Всё, профессор, осталось выждать одиннадцать дней, и зелье будет полностью готово к употреблению. — проговорила Ребекка, убирая рабочий стол. — Можете быть свободны.       После этой фразы дети поспешно покинули кабинет, оставляя профессора наедине со своими мыслями. На следующий день парочка узнала, что они проходили одиннадцати дневную отработку у мистера Филча. Зато это лучше, чем отчисление.