Зелье из звёзд

      Кожевник соскользнул со стены и опустил грудь ближе к полу. Френ осторожно выбралась, поглаживая существо по клюву. Тот кивнул в ответ, пятясь обратно в темноту под потолком. Стук костей разнёсся в тишине, но вскоре смолкло даже это. Френ подошла к трону Ремора. Он был тем же, что в Иверсте: кости в объятьях железа. Но теперь на спинке выкована небольшая корона. И внутри неё билось сердце.       Маленькое сердечко. Его стягивали золотые нити, а держали иголки. Френ вздрогнула. Сердце учащённо забилось. «Стук-стук. Стук-постук-стук. Забери меня, Френ! — манило оно. — Мне здесь холодно. Никто не греет меня в своём тельце». Девушка робко приблизилась. Мотнув головой пару раз, она убедилась, что никого кроме неё здесь нет. Ремор, очевидно, забавляется с другими мучениками. Френ встала на трон ногами, чтобы дотянутся до короны, и протянула руки к сердцу. Тепло от него согрело руки. Но оно было насыщенно красным, словно усталым. Доставать его нельзя было так просто.       Френ осмотрела зал и увидела спицы, как у медсестёр, только намного острее. Она схватила одну покрепче, и потихоньку начала гнуть булавки. Сердце дрогнуло и закровоточило. Френ хихикнула. Орган немного поранился, но оставался целым. С нитями оказалось сложнее. Разрезать их было нечем, и спутаны они настолько туго, что одно движение, и они разрежут плоть на кусочки. Качнув головой, Френ потянула за одну, потом другую. Узел затянулся и рассыпался, а с ними и моток ниток.       В белых ручках лежало бьющееся сердце. Живое. И невероятно красивое. Френ провела пальчиками по вене, чмокнула левый желудочек. Она стояла и любовалась своим трофеем.       — Не помню, чтобы отдавал его тебе, — раздалось позади. Френ повернулась и встретила скалящегося Ремора в проходе. Она прижала сердце к груди покрепче, чувствуя, что оно начало колотится, словно сумашедшее.       — Нет. Не отдам. Это… — девушка неожиданно уставилась на сердце, а потом прислушалась к мёртвому покою в груди. — Это моё?       — Нет. Оно уже принадлежит мне. Ты сама его отдала, если не забыла, — он оказался больше, гораздо больше неё и нависал, зло рыча. — Верни его на место, Френ Боу. Верни туда, где ему место.       — Кроме моего тела?! — огрызнулась она, тряхнув головой.       — Твоё тело, как и ты, в моём полном распоряжении, — Ремор неожиданно хохотнул. — И ты уже заняла моё место? А ведь сколько слёз было пролито… Не ты ли кричала, что скорее умрёшь, чем станешь мне помогать?       — Я ничего такого не делала. Это ты — злодей. Это ты запер меня здесь, ты разрушил Иверсту и ты… Ты — убийца!       — Не поминай прошлое, — с маски капнула кровь. Потом ещё и ещё, и Френ чувствовала что капли пачкали её руки и её сердце. Девушка вся сжалась, продолжая сверлить противника взглядом. — Не ты ли сидишь теперь на моём троне? Хоть я и отлучился менее чем на несколько часов, ты тут же заняла моё место. И вся целая, словно мы не играли всё эти дни. Наедине, помнишь, моя малютка?       Френ вздрогнула. Стержень в её спине неожиданно треснул, и надломился. Шея под тяжестью склонилась. Ремор лизнул её слёзы. Интересно, хватит ли ей глаз или придётся искать или вместе с нарядами? Было бы так хорошо, если бы она оставила свои глазки на месте. Он порадовался этой мысли и с интересом рассматривал находку. Слишком быстро Френ поднялась на ноги, он ожидал долгой болезни. Ран затягивающихся лениво и рассеяно от его яда. Разумеется, малютка не сдержалась бы, протянула к нему руки и молила, долго и увлечённо о милости, о прекращении боли. И, возможно, он мог быть щедрым к этому сокровищу, ведь впереди у него ещё много славных деньков. А пока ей нужно многое узнать. И почувствовать.       Ремор обогнул трон, застелив зал тьмой, и нагнулся над Френ сзади, так низко, как только мог.       — Я наделся, что мы поняли друг друга, — прошипел он. — Но тебе стоит хорошенько подумать о нашем будущем. Мы не станем торопиться, но тебе пора понять — всё кончено. Ты теперь здесь, этого ничто и никто не изменит.       Френ напряглась, но тьма застелила проход. Девушка попыталась отодвинуться от спиртового запаха Ремора. Иглы впились в её шею и удержали на месте. Ремор провёл языком по её шее. Он довольно урчал. Рушился пол. За ним кусками отваливались стены. Весь зал оказался кукольным домиком. Одна девчонка швырнула его в стену от досады. Френ увидела перед собой бескрайние просторы. Небо превратилось в розовую плоть и закат. И это было дико, безумно красиво.       Сглотнув, Френ вздохнула. Есть только один способ спастись. Она соскочила с трона и полетела прямо в низ, надеясь, что умрёт без мучений. Ремор рыкнул от недовольства. Но остался на месте. Пусть эта глупая девчонка прогуляется. Куда бы она ни пошла, он всё равно найдёт её. Когда проголодается. А пока девушка падала, подставляя лицо колючему воздуху. Когда же земля приблизилась, Френ закрылась руками, ожидая смерти. Увы, не могла прийти в Пятую Реальность.       Френ плюхнулась на мягкие подушки. Удивительно, как Ремор был жесток и заботлив, когда ему нужно. Девушка фыркнула. Злобная тварь. И ничего больше. А в Иверсте… Был так нежен, ласков и настойчив. Она таяла от его прикосновений. Как можно было быть такой дурой?! Френ действительно поверила, что он изменился. Что он любит её. «Хватит. Перестань, Френ, соберись. Ты сможешь пережить это!» — думала она, поднимаясь. Никакие беды не сломят её волю. Пусть она разваливается на части. Пусть друзья исчезли. Пусть её сердце осталось у Черноты. Это ничего не меняет.       Впереди ждала дорога из золота и камня. Френ зашагала по ней, но впереди ничего не было. Заскучав, она рассматривала узоры на кирпичах. Черепа и сотни костей. Пальцы сами потянулись к рисунками. Сиреневый свет выбился из кожи. Френ удивлённо посмотрела руку. Чем ближе она находилась к дороге, тем сильнее начинала светиться. «Совсем как фонарик, — хихикнула Френ. — Интересно, будет установить такие в Иверсте? Будут как сливовое солнце».       Ремор смотрел вниз. Френ могла пойти куда угодно, он даже не держал её. Но решила насладиться его творением. Чтож, пусть это будет память о тех, кому эти кости принадлежали. Сев на трон, Принц лениво повертел приз. Сердце ровно билось в его руках. Когти прошлись по предсердиям, щипнули бок. Френ внизу перестала улыбаться. Что-то странное творилось. Ремор облизнул орган. Язык поглаживал, давил на стенки. Это было приятно. Чувствовать власть. Он мог сжать зубы, надавить, выпить красное молоко. Но это было лишнее. Оплетая плоть, Ремор посасывал кусочек аорты. Биение ускорилось.       Френ сжала кулаки. Сердитые слёзы выступили на глаза. Это приятно. Удовольствие распустилось алой розой, наполняя тело соком. Ремор рассмеялся. Вот он! Ключ от женщины. Она прижала кулак к груди. Там сладостная нега и разливалась. Пока Ремор ласкал её сердце, Френ сгорала от стыда. Руки подрагивали от напряжения. Низ живота заныл. Сочным фруктом, Френ упала на дорогу. Осталось дождаться, когда её заберут и съедят. Соски затвердели. Вся красная, девушка неосознанно потянулась к ним. Даже через ткань, кожа оказалась ужасно чувствительной. Закусив губу, Френ ласкала себя. Влажный стон вырвался из груди.       Ремор довольно скалился, наблюдая за сломленной пассией. Язык не переставая ёрзал по сердцу. Дело сделано. Никто не поверил бы, что Френ так легко сдалась. Но в Пятой Реальности действовали другие законы. И теперь её тело принадлежало Черноте. Похабной. Грязной. Алчной. Жилы тянуло. В промежности зудело. Френ всхлипнула и потянулась пальчиками под платье. Это ненадолго. Только чтобы успокоится. Потом она встанет и уйдёт. Враньё должно успокоить муки совести. Заметив, что игра зашла дальше, чем нужно, Принц спустился.       Его маленькая невеста требовала внимания. Такая сладостная. Истекающая любовным соком. Ремор жадно облизнулся и опустился к Френ. Та попыталась отползти. Но тело не слушалось. Беспомощная и слабая Хранительница перед своим Хозяином. Ремора будоражила одна мысль, о том, что он обязан совершить. Слишком долго он мучил её. Слишком долго дразнил.       — Иди ко мне, любимая, — прошипел он, сдерживая желание. Слишком просто взять её сейчас. Пусть сама умоляет.       — Ни за что! — хмыкнула Френ. Она хмурилась, и злость исказила тонкие черты. Но слёзы катились по щекам без остановки. — Монстр. Я ненавижу тебя.       Ремор хохотнул. Он взял её ножки, притягивая девушку ближе, и раздвинул их. Тёмное пятнышко на колготках свидетельствовало о поражении. Френ вскрикнула и дёрнулась, но безуспешно.       — Тише, — почти нежно проговорил Ремор. — Моя Френ Боу. Сейчас и ты получишь, что хочешь.       Френ попыталась оттолкнуть его, попыталась закричать. Но как только его пальцы легли на промежность все преграды разрушились. Лоскутки упали на дорогу, а ветер подхватывал и уносил в бездну. Обнажённая девушка заскулила.       — Нет, не надо. Прошу. Я не хочу тебя!       — О, моя хорошенькая, — Ремор подмял девушку под себя. — Это и не для меня.       Френ чувствовала, как его одежда касается её тела. Ремор потянулся, обращаясь. Работать в человеческом теле было не просто. Но результат того стоил. Он накрыл Френ собой и поцеловал её. Рот наполнился мягкостью и холодом. Неосознанно, девушка выгнулась и прижалась к мужчине. Она потеряет рассудок, если не прекратит то. Но тело горело, а он был таким холодным. Таким расчётливым. Соблазнительным. Ладонями Френ прошлась по крепкой спине. Ремор укусил её и вильну бёдрами.       Мир исчез. Чёрная пелена заполонила его. Френ обхватила Ремора ногами. Зубы сомкнулись на её шее, оставляя ещё одно клеймо. Сколько переживаний. Он облизнулся. Вся мокрая, она елозила от нетерпения. Вот так. Теперь она искренняя. Теперь она никуда не убежит. Как же это было мучительно — испытывать счастье. Ремор разрывался от боли, и часто дышал. Но не мог оторваться от добычи. Он приподнял бёдра и проник в девушку. Френ вскрикнула. Никакой боли, только чувство заполнения. Наконец-то! Сладостное наслаждение. Так холодно и так хорошо. Она напряглась, царапая спину.       Резки толчки превращались в волны. Френ застонала. Нет, это неправильно! Но совесть исчезла под вздохами. Девушка откинулась на дорогу и подставляя грудь. Язык скользнул к соскам. Ремор сосал, прикусывал их, пока Френ постанывала. Всё как он и обещал. Подарок для именинницы. Дар поклонения, дар восхищения. Как ему хотелось сделать больше для неё. Чтобы красное молоко текло из неё ручьями. Мерцающая звёздочка. Его трофей. Френ не отличила бы вверх от низа, её мысли угасли. Она только и могла что брать, тянутся навстречу. Покорятся в ожидании милости. Он не разочаровывал. Это было что-то дикое. Что-то запретное, что не настигло бы её во Второй Реальности.       Она хотела, чтобы это продолжалось вечно.       Ремор оскалился и, посадив Френ на себя, вернулся в Логово. Френ не заметила как. Но в один момент они уже сидели на троне. Вдвоём, полностью поглощённые друг другом. Кицу заглянула в зал и стыдливо покраснела. Какая пара! Ей не удавалось найти такого мужчину. Чтобы он мучил её и задабривал. Девушка скользнула прочь. У неё много работы. Скоро сюда заявятся жители Иверсты. И она найдёт им применение.