Короли пустых улиц

От нас осталась только тишина в пустой квартире, В кого нас эти ледяные будни превратили. Люди за окнами по-прежнему спешат куда-то, Что понедельник, что суббота – разница лишь в датах. (С)

Костя осторожно приоткрыл дверь в спальню Сергея. Так и есть – парень снова лежал с капельницей в руке, а сиделка что-то регулировала на одном из приборов. – Привет, – прошептал Сергей. Выглядел он усталым. – И зачем вставал? Сергей тяжело вздохнул и, кивнув сиделке, посмотрел на Костю, терпеливо ожидая, пока женщина выйдет. – Потому что ты вроде парень, а логика не лучше женской. – Сергей еле поморщился от боли, протягивая руку, давая понять Косте, чтобы тот подошел. И Костя подошел. В голове все еще был туман, но привычной уже тяжести в груди не ощущалось. – С нами что-то в корне неправильно. – Костя осторожно улегся рядом с Сергеем, прямо на самом краешке, чтобы не потревожить рану. – Да нет, нормально вроде, – в голосе Сергея снова заиграли нотки прежней уверенности. – Нормально? У тебя все отношения такие? – Фу, как грубо, – буднично отозвался Сергей, изучая потолок. – Почему грубо-то? – Костя привстал на локте, посмотрев парню в глаза. – «Отношения» – это так звучит… Не про нас, короче. – А что про нас? – Про нас?.. То, что ты начал отстреливаться – это про нас. И место мне выделил в своей череде страданий, когда ты сюда приходил, – Сергей остановился, нащупав руку Кости и сжав ее сильнее, потому что лекарства всегда действовали как снотворное. – Я не всегда спал. – Не всегда? – Нет. Видел, как ты смотрел в окно. И что бы там ни было – я знал, что смогу решить любые твои проблемы, стоит лишь мне окончательно прийти в себя. Но на самом деле – если говорить только обо мне – я готов сдаться. – А кто нам помог? – сменил тему Костя, настойчиво отгоняя воспоминания о ране Сергея, из которой все время сочилась кровь, о машине, несшейся по трассе. – Люди помогли. – Твои друзья? – Костя еще помнил строчки злосчастного стихотворения, которое было наколото как раз над раной – та будто ставила жирную точку. – Нет. – Кто? – Кость, я… давай не сейчас, ладно? – Сергей закрыл глаза. – Просто отношения – они заканчиваются, развиваются, даже учат чему-то. У нас не так. Мы словно попали в такой... совершенно пустой город, где есть все: улицы, дома, даже супермаркет. И все для нас, и приспосабливаться ни к чему не нужно, и одобрение ничье не требуется. Ничего лишнего. Просто быть рядом. Мне – наблюдать за тем, как ты смотришь в окно, тебе – как я пытаюсь этот наш пустой город покорить. – Зачем же его покорять? – Костя тоже уставился в потолок. – Потому что ты в этом городе. Чтоб наверняка, чтоб точно. – Сергей замолчал, и его дыхание практически сразу стало ровным. Но Костя глаза не закрывал. Они лежали оба – на одной постели. Лунный свет падал на их лица и отражался в Костиных глазах. Сейчас эта комната, эта кровать вполне могли сойти за их город. Костя едва заметно улыбнулся. Интересно, а в их городе мысли тоже другие? Может, и не надо думать о привычном? Парень оглянулся на столик у кровати и увидел полуразгаданный кроссворд и ручку. Сев поудобнее, он перевернул страницу и, согнувшись так, чтобы тусклый лунный свет освещал бумагу, начал судорожно записывать строчку за строчкой прямо на пустых клеточках. Строчка за строчкой, быстрый взгляд на спящего Сергея – и снова писать. *** Забавно, но Костя только сейчас осознал, что при любых обстоятельствах их затворничества он ни разу не просыпался от шума. Ни разу до сегодняшнего дня. – Лежи, – сказал Сергей, который, слегка морщась, вытаскивал иглу из вены. – Я посмотрю. Костя и лежал, прислушиваясь к голосам снизу. Если это снова Богдан и Ар, то особого желания спускаться к ним не было. Ведь сам Сергей им не доверял. А Костя вообще запутался, кому тут можно верить, а кому нет. Но голос был один и незнакомый. – …а я тебе говорю, здесь аура лучше, – говорил мужчина, стоящий внизу. В руках у него была вместительная сумка. Мужчина был одет в джинсы и темную футболку. Обе руки исколоты татуировками, а на правом запястье красовалось множество разноцветных фенечек. Отросшие до плеч светлые волосы незнакомца свисали нечесаными прядями, а трехдневная небритость придавала ему сходство с рок-музыкантом. – Лучше, чем в горах Тибета? – мрачно поинтересовался Сергей. – Не лучше… – Мужчина набрал в грудь воздуха – видимо, готовясь предъявить очередной довод, – но увидел Костю, опирающегося на перила, и замолчал. Сергей тоже посмотрел в сторону парня и, устало вздохнув, указал на гостя: – Знакомься, Костя, это мой дядя – Борис Афанасьевич. – Господи, чему вас в этих ваших университетах учат? Боря меня зовут, – недовольно поправил мужчина, вытаскивая руку из кармана джинсов. – Что, по имени-отчеству тоже религия не позволяет? – Сергей держался за перила, и Костя видел, что ему все еще сложно дается прежняя нагрузка на тело. – Не, тут жажда прекрасного не позволяет. – А тебе, знаешь ли, уже не двадцать, дядя Борь. – А тебе, Серый, тоже уже не двадцать, но ты же не требуешь, чтобы люди себе язык ломали. Значит, так – веди, показывай апартаменты… Хотя, – Борис скептически оглядел стоящего перед ним, – ты не выглядишь особо подвижным. Костя мне пускай тут все покажет. Сергей, наверное, стал бы спорить, но его лицо с каждой минутой становилось все бледнее и бледнее. Он сжал перила, на лбу выступила испарина. – Ты ведь не против устроить мне экскурсию? – спросил Борис у Кости, который, видя состояние Сергея, тут же спустился вниз. – Я подожду тебя в комнате, – сказал Сергей Косте, тоном никак не выдавая своего состояния. – Но… – попробовал возразить ему Костя, когда парень начал подниматься по лестнице, однако предостерегающий взгляд Бориса заставил замолчать. – Наш Сергей, – объяснил Борис, когда парень скрылся за поворотом, а дверь в его комнату хлопнула, – помощи принимать не любит. Гордый очень. Вас из леса вывезли только потому, что он без сознания был. А иначе доказывал б еще полчаса, что он сам и ничья помощь ему не нужна. – Так это вы? – Костя так и не знал, кому принадлежала та машина и что это были за люди, которые не просто помогли, но и привезли в этот дом. Он-то думал, что это Ар и Богдан организовали. – Мы, – улыбнулся Борис. – А теперь давай покажи мне, где тут мини-бар. *** Дядя Боря Косте неожиданно понравился. Веселый такой – шутил все время, пока они ходили по дому, осматривая стратегически важные комнаты. Разговор у них выходил отнюдь не напрягающий – за полчаса Костя услышал несколько историй из жизни Бориса, мораль которых сводилась к тому, что чем больше пьешь, тем больше вероятности, что однажды проснешься в Лас-Вегасе с пятьюдестью штуками, выигранными в казино, и двумя девушками под боком, причем даже не проститутками, а чьими-то женами. Но когда Костя наконец вернулся в комнату Сергея, оставив Бориса в компании плазмы и «очень важной игры» на кухне, ему пришлось спросить: – А зачем твой дядя тут? Ты же говорил, он в Тибете. Сергей лежал в кровати и выглядел очень усталым. В руку снова была воткнута игла, а в комнате отчетливее, чем обычно, пахло лекарствами. – Ну, он пока единственный знакомый мне человек, который реально сможет помочь. – Он сказал, что ты не любишь, когда тебе помогают. – Терпеть не могу. Но сейчас, кажется, другого выхода у меня нет. Сергей медленно моргал, и было видно, что ему хотелось спать. – Может, шторы закрыть? – предложил Костя, направляясь к окну. – Нет! – Сергей даже привстал на кровати. – Тут в темноте – вообще как в склепе. – Не придумывай, а? – Ладно-ладно, – примирительно сказал Сергей. – Просто не закрывай и посиди со мной немного. Костя лег на то место, где спал сегодня ночью, и повернулся к Сергею лицом. – Вроде так и должно быть, – вдруг сказал Сергей, не меняя положения, – что сначала прилив энергии, а потом снова плохо. Но… – Что «но»? – улыбаясь, спросил Костя. – Заебался что-то я лежать тут как овощ. – Ничего, полежишь. – Чувствую себя беспомощным. – И что? – В смысле? – Сергей развернулся к Косте. – Тебя что, враги здесь окружают, которые в любой момент нож в спину воткнут? – Нет, но… – Вот и будь себе беспомощным на здоровье, – Костя сел рядом, всем своим видом показывая, что делает это весьма неохотно. – Спасибо, – не особо пытаясь скрыть сарказм, поблагодарил Сергей. И все же Костя сидел рядом, даже вернулся ко вчерашнему стихотворению, а Сергей смотрел на свою капельницу. – Если бы я тогда не зашел бы на территорию «Ольги», мои проблемы с законом были бы намного меньше, чем сейчас, – минут через двадцать заявил Костя. – Неудачник, – нараспев произнес Сергей. – Но ты не обольщайся – я бы тебя рано или поздно нашел как-нибудь, а значит, и проблемы тоже. – Мы могли бы и не встретиться. – Костя против воли начал представлять, куда бы он еще мог бежать в тот вечер. – Да не смеши – мое обаяние притягивает всех, – Сергей, довольно улыбаясь, снова повернулся к Косте. – Ты бы меня сто процентов где-нибудь увидел и ночами ломал бы голову, как со мной познакомиться... – Что это? – А потом бы, – Сергей продолжил свою мысль, игнорируя вопрос, – я бы наконец взял дело в свои руки. Как, впрочем, и всегда. – Да что ты? – Костя улыбнулся, когда Сергей сел на кровати и снова убрал челку с его лица. – А с чего бы ты тогда со мной решил бы познакомиться? Ты ж типа натурал?.. – Ты ж типа тоже, – передразнил Сергей. – И все же, как бы ты меня выделил из общей массы многочисленных обожателей твоей персоны? – настаивал Костя. – Так же, как и тогда. Ты начал ходить в «Клуб детективов», и любая хрень, которую ты творил, имела точечный характер в мою сторону. Ну, ты же хотел мне понравиться. – То есть ни в одной из альтернативных теорий ты даже мысли не допускаешь о том, что я бы мог просто не обратить на тебя внимание? – Мое, – Сергей чмокнул Костю в губы, – обаяние. Помнишь? Поцелуй был таким неспешным, таким мягким, что на доли секунды Костя был почти готов согласиться, что мог бы влюбиться в Сергея на расстоянии, всего лишь наблюдая. *** На улице давно уже стемнело, на территории включили освещение, и Сергей, прежде чем выйти из комнаты, задернул шторы, чтобы фонарь снаружи не мешал спящему Косте. Борис сидел на кухне и играл в какую-то стрелялку на ноутбуке, стоящем перед ним. Однако стоило Сергею войти, как игра была безжалостно прервана. – Так трогательно. – Что трогательно? – Сергей нахмурился. – Что ты, кроме как о себе, еще о ком-то заботишься. Прямо-таки сказочное излечение. Хэппи-энда только не хватает. – А давай ты сыграешь роль Феи-Крестной и обеспечишь его? – Фея, как ты помнишь, лишь дала толчок и избавила от небольших трудностей. Тыкву-то я в карету превращу и бал организую в лучшем виде, вот только – ты же понимаешь – придется оставить туфельку. – Если ты думаешь, что мне жаль этого ублюдка, то ошибаешься. – Узнаю своего племянника, – усмехнулся Борис. – Вот только Матвей может и твоего ненаглядного слить. – Костя здесь ни при чем, – тут же парировал Сергей. – Он в дела не лез. – Это ты знаешь, но подумай, как выглядит со стороны: ты друзей лучших послал, а Костю с собой увез. И вместо того, чтобы тихо сидеть, он даже отстреливаться начал – так заложники себя не ведут. А в голый расчет и дележ прибыли поверить проще, чем в доброе и вечное… Сергей молчал. Об этом он не подумал. Если уж совсем начистоту, в последнее время он вообще мало думал – только делал. А это изначально провальная тактика. – Может, оставь ты парня, все еще можно было бы разрулить. Но теперь этого Матвея нужно не просто виноватым сделать, а виноватым во всем – начиная от вымирания динозавров и заканчивая падением курса доллара… *** Костя закрыл глаза, как только услышал шаги в коридоре. Сергей подошел к постели, залез под одеяло, получше укрыл Костю, лег рядом и вскоре уснул.