Возвращение

      Дружок засел в ветвях дерева, росшего неподалёку от его того самого поворота. На этот раз он не собирался никого убивать, а всего лишь вёл слежку за проезжающими машинами. А это было достаточно немаловажно, учитывая, что дорога вела в том числе к загородному дому, который снял Младлей, чтобы устроить там притон. Надо было понять — клюнут на эту явную ошибку враги, или же стоит поискать другую возможность заставить ОМОН взять оставшиеся криминальные элементы за горло.       Из-за поворота показалась «Мазда», принадлежащая раньше Клочкову. Видимо, после его смерти всё имущество Бориса было продано. Завещания Клочков составить не успел, так что к его реальной наследнице — Лизе — перешла только малая часть того, что приготовил для своей дочери старый мафиози. Проще говоря, девушка получила тридцать тысяч и однушку неподалёку от родительского дома. Последнее было, пожалуй, чуть ли не единственным плюсом. Квартира была, мягко говоря старой, так что жить там оказалось не комильфо. Но выбирать Лизе не приходилось. Однако девушка там почти не жила, не желая находиться в помещении, где каждая царапинка на обоях напоминала ей о навсегда утраченном отце. Не то чтобы Лиза не понимала, что их с Борисом мало что объединяло — мафиози и девочка из благополучной семьи, — но всё же он старался помочь дочери, устроил её в институт, присылал деньги и старался быть всегда рядом, чтобы видеться с Лизой, при этом оберегая её от своих «дружков»…       «Мазда» затормозила на повороте, едва не уйдя в занос, но выправившись. В бинокль Дружок увидел, что за рулём сидит Мясник, непонятно каким чудом вырвавшийся из рук Лейтенанта. А вот сидящего рядом пса он не узнал. На пассажире была маска без глазных прорезей, на месте которых были просто чуть более тонкие куски ткани. Одежда была закрытой — кожаные куртка и перчатки и джинсы. Что на ногах у загадочного пса, Дружок не видел. Но, впрочем, рассмотренного ему хватило с головой. Мясник… Мясник… Что он тут забыл?! Не говоря уже о том, что его присутствие доказывает причастность к этому делу остатков шайки Ловца…       Убедившись, что пистолет при нём, Дружок начал быстро спускаться с дерева, болезненно морщась, когда его больная нога задевала за ветки, но не издавая ни звука. Благо Анатолий, с которым у него была когда-то дружба, научил парня лазить по деревьям бесшумно. Теперь эт ещё как пригодилось, дабы не обращать внимания на себя. Конечно, Лейтенант с его отрядом сидит в засаде неподалёку, но всё же не стоит их лишний раз тревожить. В конце концов, Михаил тяжело перенёс в своё время рак, и хотя встал снова в строй, но дёргать его без необходимости было лишним.       Дружок наконец спустился на землю и быстро пошёл по изрытой корнями лесной дорожке, направляясь к одному известному оврагу, который они с Лейтенантом оговорили, как место встречи в случае чего. Там он разложил на земле полиэтиленовую скатерть и небольшой чайный перекус, чтобы занять чем-то время.

***

      Гена выставил на стол очередную пустую колбу, которую заготовил для своего самого большого в жизни опыта, сложил руки в толстых перчатках на коленях и облегчённо перевёл дух. Уже скоро начнётся важнейший эксперимент… Он готовился к этому почти что всю жизнь, а теперь, когда начало было близко, испытывал что-то вроде радостного возбуждения. То же самое, наверное, чувствовал и ассистирующий ему Малыш, который ещё не закончил школу, но уже знал химию на достаточном уровне. Кроме того, у него были каникулы, так что Малыш оказался идеальным помощником.       Посидев несколько секунд, чтобы успокоиться, так как малейшая ошибка могла заставить весь эксперимент полететь в тартары, Гена достал из-под стола запечатанную колбу с кислотой, вытащил пробку и аккуратно вылил большую часть содержимого в ближайшую опытную колбу.       — А не рванёт? — испуганно спросил Малыш, доставая пробирку с какими-то большими белыми шариками и пинцет.       — Не должно. По крайней мере, в прошлый раз обошлось…       Вместо ответа ассистент опустил первый шарик в кислоту. Раздалось шипение, появились пузырьки газа, но больше ничего примечательного не произошло.       — Ещё…       Пузырьков стало больше.       — Ещё…       Шипение раздалось ещё громче, а на поверхности кислоты уже возникла пенка.       — Е…       Дверь лаборатории хлопнула. Гена от неожиданности едва не выронил колбу. Кое-как справившись с собой, учёный поднял глаза и устало вздохнул:       — Дружок? Опять?.. И что тебе опять тут понадобилось?       — Поговорить надо. Фэйс ту фэйс.       — Малыш… оставь нас.       Ассистент не стал протестовать.       — Чего надо? — сразу же довольно грубо спросил Гена.       — Вишь ли, Геннадий, я… Меня может скоро не стать. Вернее, меня гарантированно скоро не станет.       — Почему?! — учёный уронил пустую колбу, которую машинально взял со стола в начале разговора.       — Долго объяснять… Мы с компанией затеяли последнюю операцию. Накроем остатки наших врагов… Точнее, их накроет полиция, мы только подсобим мальца.       — И что? Ты думаешь, что можешь погибнуть?       — Даже если и не… — Дружок запнулся. — Да.       — Ты…       — Не будем это ворошить, — парень потёр подбородок. — Фу-ты ну-ты…       — Ты замыслил суицид, — заключил Гена.       — Не без этого… Но я до конца не уверен.       — Оно и к…       — Из-за матери.       В лабораторию заглянул Кир.       — Начальник, у нас тут трабл.       — Докладай, — Дружок зевнул до хруста в челюсти.       — Там какие-то пи… по твою душу явились.       — Кто конкретно?       — Сложно сказать… Эй! Куда прёшь?!       Кира оттеснил в сторону здоровый пёс, за которым шёл Мясник.       — Вот так встреча… — Дружок сбросил с плеча и расчехлил «Винторез» со штыком на дуле. — Какого вам тут надо? Геннадий, — добавил он краем рта, заметив, что учёный потянулся к телефону, — не вздумай. Менты меня тоже повяжут. Своими силами справимся. Кир, сизари твои где?       — Снаружи, — лаконично ответил Кир, ковыряя в зубах невесть откуда взявшейся железной спицей.       — Передай, чтобы были в полной боеготовности.       — Кхм, — Мясник вытер рукавом нос. — Вы бы хоть при врагах не шептались.       — А смысла? Ты всё равно…       Кулак Мясника был перехвачен на полпути бдительным Киром. Вдобавок бывший хирург огрёб коленкой ниже спины.       — Ручонки при себе… — лениво пробурчал Сизый, не прекращая чертовски увлекательного ковыряния в зубах.       — Ладно, я вообще-то по делу. Меня шеф прислал.       — Так… — Дружок поправил штык и поставил «Винторез» прикладом на пол. — Это уже становится интересным. Выкладывай на бочку, что ты там от меня скрываешь.       — Дружок Палыч, — Мясник вытер лицо, — мне велено Вам передать, что Вы можете встретиться с ним, если желаете избежать…       — Давай покороче. Мне ещё лапшу твою с ушей снимать.       — Вообще-то… — мгновенно завёлся Мясник, получив от Кира под дых.       — Мне глубоко по барабану, что там говорит твой шеф. Так ему и передай. А если он не хочет, чтобы мы крепко наступили ему на яйца, пускай свернёт свою деятельность и свалит куда подальше.       — Я веду запись, — холодно предупредил хирург.       — Отлично, — Дружок прочистил горло и отчётливо сказал:       — Кто бы ни был шефом этой сволочи — ты пи…!       Кир загоготал. Мясник же, презрительно сощурив глаза, бросил что-то матерное и вышел в сопровождении рослого пса.       — Лиха беда начало… — прокомментировал Дружок. — Кир, собирай всех.