Возвращение

      Роза подкрутила ручку магнитофона, чтобы Бетховен не звучал настолько громко, и прислушалась к сторонним звукам. Кто-то настойчиво стучался в дверь, однако открывать девушка не спешила. Охрана, конечно, не спит и ворон не считает, но всё-таки полагаться на неё не стоит.       Наконец стук начал докучать Розе. Встав и достав из ящика письменного стола пистолет, она пошла к двери и дёрнула задвижку, готовясь стрелять, если что. Но это был всего лишь Кир в той самой растянутой и ещё более грязной и потрёпанной маске, уже слабо исполняющей свою роль.       — Кир?       — Здрасьте, Роз Пална, — Сизый застенчиво переминался с ноги на ногу и скованно улыбался. — Можно зайти? — его взгляд упал на живот девушки.       — Заходи. По делу или просто Дружок прислал не пойми зачем?       — По делу… Я всегда прихожу по делу.       — Тогда заходи.       Войдя, Кир неспешно разулся, прошёл за Розой в кухню и сел с краю стола, явно не решаясь что-то сказать. Наконец, когда девушка достала бутылку портвейна и щедро плеснула ему в бокал вина, Сизый выдавил:       — Я… В общем, Вам можно доверить тайну?       — Можно. Если только меня не начнут пытать, чтобы её вырвать.       Кир улыбнулся:       — Нет. Это такое… личное.       — Тогда говори.       Сизый подцепил пальцами край маски и одним движением сорвал её. Роза замерла, не веря своим глазам, затем выпалила:       — Тимоха?!       — А кто же ещё? — Кир слабо улыбнулся.       Да, это был Тимоха, сильно на вид осунувшийся, словно постаревший лет на десять, с обожжённой до кости кожей на лице, в которую плотно въелась пороховая гарь. Волосы парня сбились в колтун, уши были на треть обрезаны. Кроме того, у него были короткие наполовину выщипанные усы.       — И давно ты…       — Сравнительно недавно. Если ты помнишь, я был в психушке. Выпускать меня оттуда не собирались, так что я просто сбежал в окно, стырил машину у главврача, но по пути попал в ДТП… Машина взорвалась на месте, бензобак пробило. Я чудом успел выскочить из неё за полсекунды до столкновения. Обгорел… Ещё вопросы?       — Есть. Как ты оказался в подчинении у Дружка?       — Таким же макаром, каким меня завербовал в своё время Сергей Дворовый. Из психбольницы-то я выбрался, а идти-то было некуда. От слова совсем. Тогда я попался на глаза Давидову — он тогда был ещё жив, но готовился к смерти. Чуял, что его кончина близка… Он определил меня в подразделение Дружка. Благодаря связям в полиции устроился информатором к властям с одобрения твоего брата. Дружок, кстати, тоже обрёл законную должность. Теперь по окончании всей этой бучи он вернётся в особый аналитический отдел полиции. В боевики его уже не возьмут, но в аналитики — вполне. А я буду на подхвате.       — То есть…       — Самое страшное уже проходит. Завтра мы добьём остатки гангстеров. И больше их в этом городе не будет.       — А вас самих не…       — Нет. Действовать будем с одобрения властей и их поддержке. Лейтеха обещал подтянуть армейский спецназ, Толька приведёт немного своих — ВДВ тоже будет не лишним, — а мой дядюшка, капитан полиции, грозился усилить нас СОБРом. Короче, сил будет более чем достаточно.       — А ты?       — А что я…       Тимоха надолго замолчал, затем нехотя выдавил:       — Смерти искать не стану, но и жизнь не буду стремиться сохранить любым путём. В конце концов, стоит она недорого.       — Тимоха… — Роза положила свою ладонь поверх грубой широкой лапы парня. — Прошу тебя, выживи… Ради меня.       — Роза… Я пытался тебя если не убить, то повязать точно.       — Это когда было-то?       — Не так давно. И простить себя я так и не смог… Было бы лучше, если Толя со своими меня тогда убил бы.       — Не говори ерунды, — Роза ободряюще приобняла парня.       — Ладно… Я постараюсь выжить, но всё же не стану цепляться за жизнь. Лады?       — Лады.       Тимоха встал, собираясь было уходить, но тут в холле послышались шаги. Быстро выдернув из располагающегося на универсальном поясе кармашка запасную силиконовую маску, он натянул её, снова став золотистым терьером.       В кухню заглянул Дружок.       — Кир? Ты какого тут забыл?       — Да так… Поговорить заходил.       — Ясно… Сделать бы тебе замечание с переносом в личное тело, да времени у меня мало.       — Привет, Дружок, — Роза максимально тепло с учётом её отношения к брату улыбнулась.       — Прив, Розка. Я попрощаться вообще говоря зашёл.       — Попрощаться?       — Да. Боюсь, я не вернусь с этой операции.       — Почему? — Роза испугалась.       — Я поведу своё звено в рукопашную. А там… сама понимаешь. Розка, — парень пригнулся, чтобы его глаза были на одном уровне с глазами сестры, — если я не вернусь, пообещай мне одну вещь.       — Что угодно.       — Не дай маме сломаться. Она любит всех нас… И если я откину не дай Бог копыта, мама может не выдержать… Я не хочу этого, но менять что-либо уже поздно.       — Я пойду вместо тебя! — предложил Кир. — Меня уже не жалко! Я тут уже не нужен!       — Захлопнись, пессимист! — Дружок поморщился от внезапной вспышки боли в ноге. — Твою… Ладно… Меняемся ролями?       — Прости уж, начальника, но снайпер из тебя получится лучше, нежели лидер.       — Может, и так… Кто вообще руководит операцией?       — Лейтеха.       — Ему ещё что-то можно доверять?       — Можно. Наш ракообразный сохранил главное — все качества лидера и отменные мозги.       Оценив двойное дно прилагательного, Роза улыбнулась.       — М-да… Чувство чёрного юмора — это как ноги.       — Кто бы говорил, — парировал Кир.       — Тоже верно, — Дружок коснулся опухоли. — Да-а… А ты мне всё равно мозг не делай.       — Понял, начальника. Когда выдвигаем?       — Через десять минут, — парень бросил взгляд на наручные часы в железном корпусе. — Розка, крепкого чего не найдётся?       — Портвейн сойдёт?       — Вполне.       Девушка достала второй бокал и наполнила его до краёв.       — Спасибо, — залпом выпив напиток, Дружок вытер рукавом губы и что-то невнятно буркнул. — Фу-у…       — Сколько времени отнимет операция? — полюбопытствовала Роза.       — Меньше суток. Завтра примерно в это же время будем отмечать победу.