Сон

— Кла… Кларк! Какое-то время Лекса не верила, нет просто не хотела верить, что стоит посреди небольшой кухни в своей новой квартире и видит это... Впервые за свою жизнь она ощутила пустоту в голове, все мысли будто вышибло. Осталось только красное кровавое пятно и такой же нож, что валялся рядом. Лекса хотела закричать, сделать хоть что-нибудь. Но есть ли у вас пособие, что делать, когда находишь лужу крови дорогого тебе человека, а кругом сцена из дешёвого фильма, когда маленькая комнатушка превращается в хаос, а труп бедной домохозяйки валяется где-то посреди всего этого? Нет? У Лексы тоже его нет... а хотелось бы. Лекса чувствует, что делает что-то неправильно, стоя как истукан. Постепенно способность мыслить возвращается к ней, она закрывает глаза и считает до трех, после моргает и... облегченно выдыхает, когда видит, что крови не так много, как казалось сначала. Лекса оглядывается, но хаос с кухни не исчезает: «Значит она не сама порезалась» — делает вывод Алексия и осторожно подбирает с пола «розочку», оставшуюся от разбитой бутылки вина, на тот случай, если в квартире осталась угроза.

***

— Чёрт! Ну давай же, — всё валилось из рук, точнее из руки. Кларк Гриффин никогда не была левшой и не понимала, как живут люди с ведущей левой рукой. В очередной раз у неё не получилось наложить повязку, кровь продолжала капать. Она стекала по всей руке, закрывая собой порез. Когда очередной бинт был безнадёжно испорчен, Кларк пришла в отчаяние и села на бортик ванной. Глаза вновь стало щипать, голова закружилась, стало подташнивать — очередной приступ истерики подкрадывался к Кларк. Раздался шум, Гриффин встрепенулась: «Лекса? Нет, она сказала, что будет поздно. А сколько вообще времени прошло? Кэтрин?» — Кларк снова стала паниковать. Мысли не хотели складываться воедино, она пыталась восстановить хронологию событий, но что-то блокировало воспоминания. Шаг. Ещё один. Тишина. Кларк схватила ножницы и приготовилась к обороне. Так просто она больше не сдастся.

***

Сжимая в руке горлышко бутылки, Лекса стояла перед дверью в ванную. Алексия не хотела думать о том, что в комнате мог прятаться потенциальный убийца, который пытается скрыть следы своего преступления. Лекса вздохнула и резко открыла дверь, замахнувшись «розочкой».

***

Кларк сильнее сжала ножницы, дверь резко открылась, девушка замахнулась. — Лекса? — Чёрт, Кларк... — она не успела договорить, как Кларк молча кинулась в ее объятия, пачкая рубашку своей кровью. Алексия хотела отстранить Гриффин от себя, для осмотра раны, но та все крепче стискивала девушку левой рукой. Лекса аккуратно обняла Кларк, боясь задеть кровоточащую рану. — Эй, всё в порядке, — Вудс гладила девушку по спине, успокаивая скорее себя, чем её. — Кларк, ты ранена, нам нужно в больницу.— Лекса пыталась действовать рассудительно, теперь, когда Кларк рядом, она чувствует себя намного спокойнее. — Нет, — твёрдо сказала Кларк, — просто... просто будь здесь, я ведь врач, я справлюсь. — Кларк нехотя отстранилась от Лексы и посмотрела ей в глаза. Теперь Гриффин немного спокойнее, к ней возвращается рассудок, к тому же она не хочет предстать перед Алексией слабачкой. Лекса хотела спросить, что случилось. Но решила, что Кларк сама расскажет, когда будет готова. Сейчас главное разобраться с раной и бардаком на кухне. В очередной раз голубоглазая промыла рану и смыла кровь с руки. Порез тянулся от запястья до предплечья, Лексе было не по себе, нет, она не боялась крови, но вот крови Кларк — да. Под руководством девушки, Вудс смогла наложить той повязку. Мысленно Алексия восхищалась стойкостью Кларк. Но рано или поздно все теряют свои силы. — Хей, ты как? — Лекса осторожно стерла капельки слез с бледных щёк Кларк. — Я не хочу туда идти. — Кларк указала здоровой рукой в сторону кухни, — я понимаю, вероятность того, что она вернётся мала, но Лекс, мне... мне нужен отдых, я не хочу видеть это.
«Она? Значит это сделала девушка... Надеюсь, что... Нет, нет, нет! Такого не может быть, как она вышла? Нет, я что-то путаю, если бы она вернулась, то пришла бы за мной и ждала бы меня здесь. Всё. Точка» — Лекса сглотнула, мысли и идеи продолжали лезть в голову. Она не хотела думать, что кошмар из прошлого вернулся. — Кларк, что... Гриффин перебила Лексу мотанием головы и мычанием в ответ. Лекса вздохнула, ей срочно требовались доказательства того, что она ошибается, что Костия не вернулась. Ответом на большую часть вопросов Лексы станут скрытые камеры слежения. Вудс не хотела превращать свою квартиру в секретный бункер с множеством систем защиты и прочих примочек, но и беззащитной она оставаться не могла. Поэтому Линкольн установил несколько крошечных камер. На всякий случай камеры были установлены рядом с дверью в квартиру и в коридоре. Также одна камера была спрятана в статуэтки коня в кабинете Лексы, и чтобы самой Вудс было спокойно в комнате Эйдана также была камера. Да, этим она не гордилась, но... чем камера видеонаблюдения отличается о радионяни? Ничем ведь? — Хочешь сходить в свою квартиру? Там почти все готово, отдохнуть можно, — на свой страх и риск сделала предложение Алексия. Она понимала, что Кларк будет какое-то время не по себе в их квартире. Лекса боялась, что Гриффин захочет навсегда вернуться в свою квартиру, где ей будет спокойнее и безопаснее. «Да, там будет безопаснее. Если это не Костия, то они не знают о квартире Кларк» — рассудила Лекса. — Да! Почему ты раньше не сказала? — Забыла, там ещё не все готово... Работы много, сама понимаешь. — отговаривалась Лекса, — давай переоденемся и спустимся в твою квартиру, идёт? Кларк лишь кивнула и взяла Лексу за руку. Молча девушки поднялись на второй этаж, обе не смотрели в сторону кухни. Кларк — боялась воспоминаний, Лекса — догадок, ведь по кухне были разбросаны только чипсы и другая вредная пища, что появилась в её рационе вновь, только с переездом Кларк. Когда-то, не очень давно, весь фаст-фуд был вычеркнут из жизни шатенки. Кларк не хотела оставаться одной. Нет, не правильно. Она хотела остаться одна, но не физически. Ей хотелось, чтобы рядом кто-нибудь был, но при этом молчал и не делал лишних движений, а просто был... Потому Гриффин совершенно спокойно зашла в комнату Вудс вместе с хозяйкой. Лекса, увидев это, немного смутилась, но ничего говорить по этому поводу не стала. Атмосфера накалялась, обе девушки молчали, не зная, о чём говорить в таких ситуациях. Из взрослой женщины Кларк превратилась в ребёнка. Хотя, и у него реакция была бы ярче, наверное. А Кларк просто не знала, как реагировать на случившееся. В одно мгновение было желание рвать и метать, в другую минуту хотелось реветь и жаловаться на жизнь, но в следующий момент появлялось желание впасть в апатию и свернуться комочком рядом с Лексой. Но она не могла признаться в этом, она ведь взрослая, а взрослые сами справляются с проблемами... Лекса же напротив, хотела только одного — защитить Кларк, дать ей чувство безопасности, успокоить. Просто обнять и никуда не отпускать, вдыхать запах её волос, зарывшись в них носом. Но при этом обе не могли признаться в своих чувствах. Они сами не понимали почему... Лекса боялась, что Кларк это не нужно. Гриффин же просто не хотела показаться слабой, она и так начинала обвинять себя в случившемся: «Лекса никогда бы не пустила в дом незнакомца, а я, поступила, как последняя доверчивая идиотка. Всё-таки нельзя помогать всем без разбору...» Кларк села на кровать, проводя по покрывалу рукой — наконец-то хорошие воспоминания. «Как же хорошо начинался наш день...» Шатенка краем глаза заметила задумчивость Кларк и её жест. Лекса думала о том же, она целый день вспоминала их утро. Их поцелуи, но кошмар, случившийся днём, перечеркивал многие приятные моменты. Лекса нахмурила брови, увидев, что дверца шкафа была чуть приоткрыта. Алексия приблизилась и резко открыла ее. С диким мяуканьем оттуда выпрыгнул Оям. Рыжий бесёнок напугал Лексу до чёртиков. Вудс стала отчитывать котёнка за поведение. Глядя на эту сцену, Кларк негромко рассмеялась. Пушистый питомец девушек недовольно мяукнул в сторону Лексы, и быстрыми шажками подошёл к Кларк. В его глазах была просьба о спасении от разбушевавшейся Лексы, которая продолжала недовольно смотреть на него. Кларк снова улыбнулась и подняла котёнка. — Подлиза, — буркнула Лекса и натянула футболку. — Держи, — девушка протянула Гриффин чистую рубашку. Кларк молча приняла вещь, смотря Лексе в глаза, будто что-то ища в них. Кажется, за последние полчаса они стали ближе друг другу больше, чем за месяц проведённый под одной крышей. Таким людям не нужно лишних слов для раскрытия своей души, их глаза говорили лучше.
— Пошли. Они спустились на первый этаж. Кларк всё-таки посмотрела на кухню, а после робко спросила: — А бардак на кухне? — Не переживай. Я вызову клининговую службу. Когда мы вернёмся, всё будет блестеть. — улыбнулась Лекса, удобнее перехватывая в руке ноутбук, посмотрев в пол, она спросила: — Мы... мы ведь вернёмся? — девушка сделала ударение на местоимении. — Да Лекс. Мы вернёмся. Просто, зачем мешать людям убираться. И мне нужно проверить не сделала ли ты аквариум из моей квартиры. — Кларк улыбнулась, подбирая котёнка, — пойдём, пушистик. Зелёные глаза с прищуром взглянули на развеселившуюся блондинку. Лекса мысленно выдохнула. Кажется, Кларк начинает забывать о пережитом кошмаре. «Интересно, а как бы я себя вела на её месте?» — подумала Лекса, но тут же отогнала от себя такие мысли, нет проверять на своей шкуре она такое не хочет. — Дизайнеры мне предлагали такой вариант. И я... — Лекса игриво улыбнулась, — впрочем, сама всё увидишь. Они спустились на этаж ниже. Лекса прижимала к себе свой ноутбук. Она хотела поскорее сесть куда-нибудь и просмотреть видео с камер, а после отправить файлы полиции: «Кто бы это не сделал безнаказанным он не останется». Кларк же пыталась нести Ояма, но тот вырывался. Лекса посматривала на них, боясь, что с повязкой на ране Гриффин что-нибудь случится. В итоге Кларк психанула, и пихнула котёнка под мышку, плотно сжимая и придерживая кота рукой, чтобы тот не упал. Оям сдался, его лапки повисли, а в потемневших глазах читалось обещание мести за неподобающее обращение с ним. Алексия звякнула ключами и открыла дверь, свет в коридоре включился автоматически. Кларк удивлённо ахнула и отпустила кота. Её гостиная стала похожа на одну большую студию, с огромным количеством пространства. Посреди комнаты стоял большой кожаный диван с милыми небольшими подушками, мягкий ковёр приятно щекотал стопы, кофейный столик с изогнутыми ножками придавал интерьеру элегантности. Белый, аккуратный электрический камин пристроился вдоль стены и Кларк не терпелось его включить. Но главным изменением стало огромное, панорамное окно в полстены, раньше там было два небольших окна. Светлые тона в сочетании с солнечным светом придавали ощущения пространства и пустоты, которую не хотелось заполнять, хотелось — дышать. В углу стоял новый мольберт и несколько коробок. Кларк глубоко вздохнула — запах краски ударил в легкие. «Да, если Лекса будет так менять каждую комнату, то я весь год и проживу у неё... Хотя, кто жалуется? Ах, да, моя безопасность и неудовлетворённое либидо» — подумала Кларк и направилась к коробкам. — Что в них? — спросила Кларк, открывая одну из коробок. Улыбка на её лице стала ещё шире, коробка была наполнена дорогущими красками и кисточками, в других, по её предположениям, прятались холсты и разнообразные радости художника. — Это всё мне? — Тебе и для тебя, — Лекса стояла неподалёку от Кларк и радовалась вместе с ней. Всё это время Вудс наблюдала за реакцией девушки. В какой-то степени она была рада, что именно сейчас показала всё это Кларк, поскольку изменения в квартире явно подняли Гриффин настроение. Сначала... С самого начала Лекса хотела поскорее откреститься от Кларк, сделать по-быстрому ремонт в квартире. Но потом что-то изменилось. Ей захотелось потянуть время, чтобы Кларк жила с ней подольше... А полностью преобразованная квартира должна была стать неким подарком, который сгладил бы углы в их непростых отношениях. — Спасибо, — блондинка обняла Алексию, прижимаясь к ней всем телом, вдыхая аромат хвойного леса. — Можете с Оямом осмотреться, только осторожно, ещё не всё готово. — Лекса неохотно выпустила Кларк из объятий. Кларк вместе с Оямом обследовали каждый уголок квартиры. Конечно, она была меньше, чем квартира Лексы, но зато престижный район. Именно из-за этой «престижности» квартира стоила, мягко говоря, дофига... У Кларк не было не средств, ни особого желания делать капитальный ремонт с дорогущим дизайнером. Она думала, что со временем квартира сама по себе обустроится, станет домашней. На последние деньги Кларк решилась сделать небольшие работы, это почти ничего не изменило. Но сейчас, сейчас квартира была под стать району, чего только стоит треугольная ванная и замена простого паркета на паркет с подогревом! Правда, Кларк не до конца понимала, зачем тратить деньги и время на паркет с подогревом, но она не жалуется. Кое-где работа ещё оставалась, но много времени занять не должно... С каждой минутой Кларк зевала всё больше, но это не могло помешать ей досконально изучить новую кухню. Здесь Лекса со своими дизайнерами отлично потрудились, превратив кухоньку из «сборища старого кухонного оборудования времён бабушки Кларк» в ультрасовременную . Когда зевоту было сдерживать невозможно, Кларк направилась в лучшую комнату, которая только может быть в любом доме или квартире — спальню. Гриффин открыла заветную дверь, и её челюсть оказалась на полу, и нет, не из-за огромного неконтролируемого зевка, а из-за увиденного. Такой подставы она не ожидала. В спальне не было ничего, совсем ничегошеньки! От её родной спальной комнаты, которую она, считайте из родительского дома перетащила, остались только голые стены и новый паркет с подогревом. А ведь после потопа, устроенным мисс Вудс, именно эта комната почти не пострадала. — Лекса! — тишина, Кларк злилась. — Лекса, я знаю, что ты здесь! — быстрыми шагами Кларк направилась в гостиную. — Да, я понимаю, у вас много заказов, но я ваш постоянный клиент и плачу немалую сумму, постарайтесь найти кого-нибудь, кто займётся уборкой в моей квартире, как можно быстрее, — голосом босса Лекса разговаривала по телефону. — Нет. Да, хорошо, это приемлемое время, спасибо. — Лекса сбросила трубку и обернулась к Кларк, — ты что-то хотела? — Где моя кровать? — чётко, как сталь, каждое слово проговорила Кларк. Лекса мысленно стукнула себя по лбу — её раскрыли. — Скажем так, она была, как пятое колесо в телеге и совершенно не вписывалась в интерьер, — соврала Алексия, улыбаясь, будто ничего не произошло. И тогда Кларк сделала то, что Лекса считала невозможным... Она зевнула, и никак-то неприлично или мило... Она зевнула зло. Как можно зло зевать? — Я так понимаю, в интерьер вписывались только стены и пол? — Кларк изогнула брови и снова зевнула, что вышло весьма мило. Лекса тупо кивнула. На самом деле спальня — единственная комната, которая не нуждалась в капитальном ремонте. Но буквально неделю назад в Лексе что-то щёлкнуло, и она сказала полностью изменить и эту комнату. И не просто изменить, а так, чтобы процесс затянулся на месяц другой. Лекса думала, что таким образом Кларк не сможет съехать от неё какое-то время, а в свою квартиру будет приходить чтобы порисовать, побыть наедине с собой, а на ночь будет возвращаться к ней... Но потом этот договор со свадьбой и неясность отношений полностью запутали Лексу, и она не знала как действовать: тянуть время или наоборот ускорить процесс. Кларк вздохнула, у неё не было сил пытать девушку в попытках узнать, куда та дела кровать, но себе Гриффин пообещала ещё вернуться к этому разговору и выбить из Лексы признание. Кларк не могла долго злиться, сегодня она видела достаточно негатива... К тому же Лекса и так сделала для неё слишком много. — Помню, как с потолка на паркет лилась вода, — Кларк задумчиво провела рукой по гладкой стенке, — все обои сдулись. Паркет тоже. Это было похоже на апокалипсис, — голос Гриффин был слишком спокойным и умиротворенным для человека, который несколько мгновений назад был готов убить за кровать. Лекса решила не проверять свою удачу, и подыграла ей. — Охотно верю, но и моей вины здесь нет. Я в тот вечер впервые открыла дверь нашей квартиры, — оправдывалась Алексия, Кларк задумчиво улыбнулась и снова зевнула. От взгляда Лексы не ушел данный жест, и она виновато опустила глаза, промямлив, что-то похожее на «прости». — Чтобы ты там не бурчала, ты прощена, — Кларк подошла немного ближе к Лексе, — я правда хочу спать. Лекса улыбнулась на это заявление. Сейчас Кларк скинула маску железной леди, которую всё время пыталась надеть. И Лекса была рада, надеясь, что этим жестом Кларк показывает, что доверяет ей. — Прости, единственное пригодное место для сна — этот диван. Мне надо ответить, — Лекса взяла зазвонивший телефон и вышла из комнаты, оставляя Кларк наедине с диваном... Через несколько минут Лекса вернулась в гостиную и с удивлением обнаружила мирно спящую на диване Кларк. Гриффин подложила под щеку руки и ее ресницы немного подрагивали во сне. Алексия невольно залюбовалась спящей девушкой. Поборов внутреннее желание провести рукой по светлым волосам , Лекса подошла к креслу и села. Со странным чувством внутри Лекса открыла ноутбук. Нутро ей подсказывало, что она была права. Лекса редко ошибалась, но сейчас Вудс была готова молиться на ошибку. Зайдя в программу видеонаблюдения, она выбрала камеру около двери в квартиру, поставив запись на перемотку, она стала ждать. Что пришлось делать недолго... Вот они с Кларк выходят из квартиры, а часом раньше из неё вышла другая блондинка. Сердце Лексы пропустило удар — блондинка. Она зажмурила глаза, откидывая голову на спинку кресла. Лица девушки видно не было, так может... Лекса ускорила перемотку в два раза. И вот оно, сомнений быть не может. Лекса наблюдала, как Костия Эллиот уверенно подходит к квартире, а после смотрит... смотрит прямо в камеру, будто видит в ней саму Лексу; Вудс сглотнула. Это лицо... Она изменилась: щеки впали, под глазами круги, взгляд ещё более стеклянный, чем обычно. Губы обсохли, почти не имели цвета, лицо бледное. Шелковистые, объемные светлые волосы превратились в солому, они потеряли тот прежний блеск. Она была похожа на труп. Лексу передернуло: это ведь из-за неё , Алексии, Эллиот стала такой. Это Лекса из-за страха поместила Костию в психиатрическую больницу. «Как она вышла?» Какое-то время Кос стояла перед дверью квартиры. «Чёрт, что она делает? Надо потом проверить дверь на наличие чего-нибудь... Может она боится? Нет, Костия не может боятся. Может пытается незаметно вскрыть замок, нет. Она ведь просто стоит, если только мысленно». Белая, как мел рука, нажала на звонок. Из-за двери высунулась макушка Кларк, после недолгого разговора Костия зашла в квартиру. Лекса впала в ступор: «Чёрт, Кларк! Зачем, зачем ты её впустила? Неужели тебя в детстве не учили не разговаривать с незнакомцами и не открывать никому дверь, а тем более пускать в квартиру! Гриффин… Я думала она сама ворвалась, а здесь...». Лекса прикрыла рот рукой, она была зла... нет, скорее расстроена и немного зла на безрассудство Кларк Гриффин. А Костия… что Лекса может чувствовать к Костии Эллиот? Алексия уже давно не держала на блондинку зла, она понимала, что вины девушки в случившемся мало... но сегодняшняя ее выходка напрочь перечеркнула все добрые воспоминания об их общем прошлом. Можно сказать, Алексия теперь не знала, кто такая ее бывшая возлюбленная. У неё был шанс измениться, вылечиться, но каким-то образом, Костия Эллиот вышла из клиники... И что она сделала первым делом — ранила Кларк. Лекса впитывала каждую секунду, имеющейся записи. Она следила за каждым движением Костии, иногда пытаясь по губам прочитать то, что она говорит. В коридоре они с Кларк стояли недолго, почти сразу же девушки прошли в гостиную. «Надо было везде камеры установить. Кто же знал, что Кларк будет пускать всех без разбору?» — подумала Лекса и тут же уловила движение со стороны Кларк. Та сладко потянулась на диване и, причмокивая, с улыбкой на лице продолжила свой сон. Алексия улыбнулась: «надо сфоткать её во сне — вот это компромат будет!» — эта мысль ей и правда понравилась, но это лишь лучик света в её более тёмных и нерадостных думах. На всякий случай Лекса переключилась на камеру в кабинете. Перемотав видео, она снова увидела Костию, причём вблизи... «Она будто знает, где камеры... Или она так хорошо знает меня?» — Лекса напряглась. Костия что-то искала в ящика стола, а после взяла статуэтку коня, рассматривая её. Она наклонилась: «Сейф! Что ей нужно? Она ведь знает, что там нет документов на компанию... там только личное». Эллиот была прервана Кларк. Лекса сжала кулаки, увидев, как Кларк побледнела от слов Костии. Как специально камера была направлена именно на лицо Гриффин, после в объектив попала довольная улыбка Кос. Окончательно Лексу вывело из себя то, что Эллиот вышла вместе с Кларк, а затем вернулась. Через некоторое время она покинула кабинет и не с пустыми руками... Алексия миллион раз пожалела, что не установила камеру на кухню. Решив, что разберётся с этой проблемой позже и отметив для себя проверить сейф в кабинете, Лекса открыла несколько папок и зашла на свой банковский счёт. — Идиотка! — ругала сама себя Лекса, посматривая на Кларк, боясь, что разбудит её. Сейчас последнее, что было нужно Лексе, так это расспросы Кларк. Но к счастью, девушка спала, как сурок, мило посапывая, а вот Оям… Оям храпел. Лекса вчитывалась в каждую строчку личного дела Эллиот. Она прикрыла свои изумрудные глаза, не понимая, как могла так долго не замечать очевидных вещей. Вудс отправила сообщение Линкольну, у него должна быть информация. С каждой минутой, проведенной у экрана ноутбука, лицо Лексы становится все мрачнее. Два месяца назад она перестала получать счета из психиатрической клиники, но не обратила на это никакого внимания. Лексу мучил один вопрос: «Если оплата прекратилась, значит Костию выписали или кто-то её забрал. Но кто? Она ведь одна... Мать? Кос говорила, что они не общаются... Даже если её выписали, то мне должны были позвонить и предупредить! Что за безответственность!» — сначала Лекса решила, что ей показалось, но сверив даты ещё раз, она убедилась... «Странно, прошло около недели. Да, да, да... Совпадение? Кларк... » — из смс от Линкольна Лекса узнала, что кто-то навещал Костию в тот же день, когда Кларк переехала к Вудс. А через неделю, когда был заключён договор о браке, Костия Эллиот была выписана. «Чёрт, Кларк, во что же я тебя втянула? Прорвёмся, я найму охрану, что-нибудь придумаю.» — малиновые губы Алексии расплылись в улыбке. Проблемы она решит, главное, чтобы Кларк была рядом. — Привет, — хриплый голос проснувшейся Кларк заставил Лексу вздрогнуть от неожиданности. — Привет, — тихо вторила ей Лекса, прикрывая ноутбук. — Я долго спала? — Кларк улыбнулась, потягиваясь, она что-то мурлыкала себе под нос. Лекса неотрывно смотрела на неё, расплываясь в ответной улыбке, Вудс осматривала идеальное тело Кларк, растрепанные после сна волосы, немного слипшившиеся, но невероятно блестящие голубые глаза. — Что? — Кларк с непонимание посмотрела на Лексу, пытаясь размять мышцы. Хоть диван и большой, но спать на нём всё равно неудобно. — Ничего, — Лекса быстро перевела взгляд на часы, — ты спала примерно около двух часов. — Неплохо. Никогда не любила спать днём. Что делаешь? — Кларк кивнула на ноутбук. Лекса занервничала, она не хотела посвящать Кларк во всё это: — Хотела что-нибудь заказать на ужин. Голодная? — Безумно мечтаю об итальянской пицце. — С грибами и сыром? — Лекса облизнула свои губы. Костия не любила нездоровую пищу, в один из этапов их совместной жизни она запретила и Алексии баловать себя углеводами. Поэтому спустя месяц или больше после расставания, Лекса питалась только едой на заказ. Это было что-то вроде протеста в адрес Эллиот и правил, что она пыталась установить. — И пиво! — Странный выбор, но я тебя поддерживаю. — Лекса перевела взгляд на мобильный, наконец-то звонок от Линка. Она извинилась и вышла из гостиной, оставив Кларк с проснувшимся Оямом, мечтающим, чтобы его шкурку погладили. — Линкольн, мне нужна твоя помощь ещё кое с чем, — Лекса кратко описала помощнику суть просьбы. Шатенка подошла к окну. Вечерняя прохлада из приоткрытого окна приятно охлаждала покрасневшую кожу лица. Румянец, на щеках показывал переживания Лексы. Длинные пальцы ритмично выстукивали по пластику подоконника. — Нет, никто. Только ты и я. Никому не говори, что она вернулась. Узнал? — Линкольн сказал, что перезвонит и сбросил трубку. Вудс сжала губы, ожидание доводило ее до паники. Телефон пискнула в её руках через несколько минут, она тут же ответила. — Ты уверен? — изумрудные глаза стали огромными от удивления. Лекса провела рукой по темным волосам. Её брови нахмурились, и с каждым услышанным словом ее взгляд становился все мрачнее. — Узнай кто она, любым способом. Ты освобожден от работы в «Полисе», сейчас занимайся только этим. Я не хочу проверять судьбу на прочность и давать ей шанс на следующий шаг. Ты так и не узнал, кто это был в прошлый раз? — Нет, там всё чисто. Ты уверена в этом? — Чёрт! Линкольн, я чуть не подписала их, конечно уверена! Если бы я не позволила ей забрать их, мы бы уже давно всё знали... Может всё повторяется, может это её решение. Но нужно проверить. — Понял. Завтра проверю адрес и съезжу в клинику. — Хорошо. До завтра. — Лекса услышала короткие гудки и прислонилась лбом к холодному окну. Холод её успокаивал. Алексия натянула на лицо улыбку и направилась в гостиную к Кларк. Остаток вечера она планировала провести как можно беззаботнее, но на небесах явно кто-то был против этого... Лекса зашла в гостиную. На Кларк не было лица, на её коленях стоял ноутбук Лексы. Голубые глаза медленно посмотрели на Вудс. — Объясни. Лекса была поражена — никто не разрешал Кларк брать её ноутбук, она молчала. Гриффин уже всё сама узнала, у неё было достаточно времени порыться в деле Костии. — Лекса, объясни! — Кларк повысила голос. — Я не обязана ничего объяснять. — Лекса с вызовом посмотрела Кларк в глаза. Вудс сама не понимала, но что-то вывело её из себя. — Не обязана? — Кларк вскочила с дивана. Лекса молчала, она не хотела говорить, она сама ещё не всё переварила. — Лекса, подумай ещё раз. — Мне нечего думать, я не обязана ничего тебе объяснять, ты мне никто, хватит думать только о себе! — Лекса поняла, что сказала, но останавливаться она не хотела. Потому что и правда, а кем ей приходится Кларк? Именно — никем. — Да, я понимаю через что ты прошла. Но обо мне ты подумала? Сейчас, когда, требуешь что-то тебе объяснить, ты обо мне подумала? А? Нет, ты думала о себе, о том, что девушка из дурки порезала тебя, ты боишься за себя! Но при этом ты сама пустила её в дом, как наивная дурочка поверила в её бредни и впустила! Ты даже глазом не моргнула! А потом ещё и пустила в мой кабинет! Ты в курсе, что она что-то забрала из моего личного сейфа? Что, что ты молчишь? — Лекса кричала, размахивая руками и тыча пальцем в сторону Кларк. Резко она понизила голос, — Ты, ты сама виновата в том, что случилось! А сейчас требуешь объяснений... — Лекса перевела дыхание, она не понимала, что говорит, но ей нужно было высказаться, — ты подумала каково мне? Дорогие мне люди оказались под угрозой психопатки. В конце концов небезразличный мне человек оказался этим самым психопатом! Ты понимаешь, что ей нужна Я? Не ты, не Эйдан, а я? Мне тоже страшно, мне было страшно все эти месяцы и только сейчас стало отпускать, по-настоящему. А она вернулась... а ты... — Лекса медленно оседала в кресло, дыхание сбилось. Сил кричать не было, на глазах стали выступать слезы. Сердце бешено колотилось, ей казалось, что она не выдержит. — Может я тебе и «никто» и тебе плевать на меня... — Кларк сглотнула, она не хотела говорить этого, но Лекса ранила её, — но если ты хочешь, чтобы я играла в любовь с тобой весь следующий год, то расскажи мне. Да, сейчас я думала о себе, и о том, что меня порезала психически больная девушка — бывшая моей будущей подставной невесты! Ты понимаешь? Ты знала, что она ненормальная, что наверняка будет пытаться достать тебя. Ты подставила меня, как пушечное мясо, мать твою! Я понимаю что тебе срать на меня... — Кларк говорила, лишь частично отдавая себе отчёт. Она понимала, что небезралична Лексе, но страх, в ней говорил страх, что Костия заберёт у неё Лексу. Поэтому она пыталась вытащить хоть какое-то словесное признание от Алексии. На более спокойных тонах Кларк продолжила, — Я переживаю за тебя. Ты говоришь, что твоя бывшая просто не была достойна любви, а сейчас я узнаю, что она самый настоящий псих! Да, я дура, что впустила её, да я доверчивая идиотка. Но знаешь, я не думала, что такое коснется меня... Я не думала, что твоя бывшая окажется сумасшедшей! — А когда ты думала? — огрызнулась Лекса. Кларк проглотила и эти слова, продолжив: — Но что было бы, если бы ТЫ была в квартире одна? Что было бы, если бы она пришла, а ты одна сидишь, зарывшись в работу? Я бы с ума сошла, если бы с тобой что-нибудь случилось! — Кларк глубоко дышала, похоже, вот она, реакция на сегодняшний день. «Играла в любовь» — единственные слова Кларк, которые услышала Лекса, они продолжали биться в её подсознании, давя на все болевые точки. — Зачем ты ее впустила? — голос Лексы был тихим, Кларк с трудом расслышала вопрос. — Она сказала, что новая соседка, ей нужна была зарядка, — сказав это в слух, Кларк поняла, насколько тупо это звучит. — Как она прошла пропуск на посту охраны внизу? — задала свой вопрос Кларк. — Мы должны были переехать вместе. Видимо остался пропуск, и взятки никто не отменял... — ответила Лекса, а после задумалась. Внутри она вела борьбу. Хочет ли она, после слов Кларк, мучить себя и её? — Я закажу пиццу, а после расскажу о Костии, потому что мне нужно, чтобы ты играла со мной в любовь. Но надеюсь, за это время ты не перепутаешь игру с реальностью, мне не нужны отношения. — Лекса хотела задеть Кларк, проверить её хоть как-то, но та лишь кивнула головой. — Не перепутаю. Не волнуйся.

***

Все полчаса, которые длилась доставка пиццы, девушки сидели молча, каждая в своём углу. Когда половина пиццы была съедена, а банки пива почти выпиты, Лекса прервала повисшую тишину: — Два года назад, когда «Полис» был на полпути к тому, чтобы стать гигантом, а я — одной из самых молодых бизнесменов мира я познакомилась с Костией, — Лекса глотнула пива, поморщившись, — виски вкуснее. — Внешне она меня сразу привлекла, но тогда я была вся в работе, и не обращала на личную жизнь внимания. Но Костия была настойчива... В начале наших отношений она была самой ласковой и милой девушкой из всех, кого я когда-либо знала. Каждый мой день начинался с сообщения от неё. Каждый вечер заканчивался пожеланием спокойной ночи. Я не торопилась, и она тоже. Мы съехались лишь через восемь месяцев наших отношений. И только тогда провели свою первую ночь. Ещё месяц все было идеально, а потом начался кошмар... — Лекса открыла ещё одну банку пива и посмотрела на Кларк, которая сидела к ней намного ближе, чем до начала рассказа. — Теперь я думаю, что сама виновата в случившемся, — Лекса грустно усмехнулась. — Девять месяцев отношений были идеальны, как я говорила до этого... Но потом что-то изменилось, мы обе стали долго задерживаться на работе, проводить вечера порознь, а секс... Секс стал ужасным. Я поняла, что теряю её . Я не любила её, но она давала мне стабильность, она была дорога мне. Тогда я решила разнообразить нашу жизнь и кое-что предложила ей. — Лекса лукаво посмотрела на Кларк, алкоголь потихоньку действовал, — ты понимаешь о чем я? Кларк потупила взгляд, она не думала, что Лексе может быть такое интересно... — БД... — нерешительная попытка Кларк была прервана Лексой. — Да, именно. После той ночи Костия сильно изменилась, похоже это стало катализатором, который позволил забытым проблемам вылезти наружу... Одна ночь превратилась в нескончаемое количество, ей нравилось — мне нет. Она перенесла игру в реальность. Она наказывала. После стала требовать больше внимания, если я ей его не давала — наказание. Она могла прийти ко мне на работу, ворваться в кабинет во время совещания. Я сначала закрывала глаза на ее выходки, но с каждым днём всё становилось только хуже. Она ломала, медленно, но с умом, а я не замечала... Заметила, когда мне предложили кофе, а я сказала, что буду чай. Кларк, — Лекса посмотрела в голубые глаза, — я с детства не люблю чай, но Костия меня приучила, да это подходящее слово — приучила... — Лекса выдохнула и задумалась о чем-то своём. Ей нужен был перерыв. В голубых глазах Кларк застыл ужас. Она боялась представить в полной мере, что пережила Лекса. «Наверно сегодняшнее это только цветочки, или наоборот максимум» — подумала Кларк, и молча опустила руку на ладонь Лексы. Гриффин понимала, что девушке тяжело, она хотела поддержать ее, искупив этим вину, за то, что заставила рассказать. — Однажды я вернулась из командировки на день позже. Зайдя в квартиру, я замерла от страха. Костия сидела в кромешной темноте. Увидев меня, она накинулась с кулаками. Я пыталась обнять ее, но Кос схватив меня за руку, оставила несколько синяков, а после... Я-я не могла сопротивляться. Я... — Лекса выпустила воздух, — перед отлётом Костия сказала, чтобы я была дома через неделю, но в дали от нее я начинала чувствовать себя человеком, личностью. Тогда я и решила задержаться, за что и была наказана... Каждый день для меня рядом с ней превращался в пытку. Она требовала полного моего подчинения ей и её прихотям. Я чувствовала себя ребенком... Никто не знал об этой ситуации. Но... Ты уже знаешь мою историю с Маркусом и Эйданом. Так вот, тогда работа была для меня всем, в ней я пряталась от Костии, которая проникла намного глубже, чем мне казалось. Она принесла бумаги и сказала их подписать. Я была готова это сделать незамедлительно, иначе бы она наказала, а на мне и так живого места не осталось. Я не понимаю, почему не боролась с ней, наверное отец сломал меня раньше, а Костия просто воспользовалась сломанной куклой... — Хей, нет, ты не кукла, слышишь? Ты человек. — Кларк не могла больше терпеть, сейчас она готова отругать саму себя за то, что заставила Лексу все это вспомнить. Гриффин обняла Алексию за плечи, прижимая к себе. Лекса шмыгнула носом. — Если коротко, то эти бумаги были о передачи моих акций какому-то юридическому лицу. Кому — не знаю, Линкольн пытался выяснить это почти год Но там столько подставных компаний, в общем пустота. Если бы бумаги были у нас, то все бы было легче... Но в тот момент, когда я почти поставила подпись, меня отвлек звонок Маркуса. Он говорил о том, что акции его компании кто-то скупает, и чтобы я была осторожнее. А потом белый шум... Мой взгляд упал на страницу, вырывая из мелкого текста предложение «передаю все акции и права».... Я не верила в это. Когда я спросила у Костии, что это значит, то она вырвала бумаги и скрылась. Я была в шоке. В тот день Эйдан впервые оставался у меня на ночь, и я не могла не вернуться домой. Там Костия снова требовала подписать бумаги, снова пыталась схватить меня... Я увидела страх в глазах Эйдана, тогда поняла, что нужно срочно бежать, что просто так от Костии мне не избавится. Тогда я впервые ответила Костии, я ударила её, схватила Эйдана, все было как в тумане... Отвезла Эйдана к Маркусу, ничего не сказав, я ушла. Два дня я жила в отеле, никто не знал, где я. Через два дня Костия нашла меня и устроила публичный скандал. Вот этого я и не понимаю, сомневаюсь, что «Полис» был нужен именно Костии... Почему они не послали убийцу, почему не шантажировали, не угрожали? На виду у папарацци Кос кричала, сходила с ума. Линкольн успел раньше копов, мы отвезли её в клинику — Лекса тяжело вздохнула, — оказалось, что в подростковом возрасте она уже лежала в этой больнице. Детская травма породила в ней одержимость контролем. Все это время она проходила лечение. Судом ей запрещено приближаться ко мне и моей семье. Но благодаря сегодняшнему дню, мы знаем, что это для неё не помеха, — Лекса горько улыбнулась и посмотрела на Кларк, в ожидании комментариев. Девушка молчала, лишь сильнее прижимая к себе Лексу, которая не сопротивлялась. Ей это было нужно. Ей нужно было выговориться, поделиться с кем-то, а после утонуть в объятиях или алкоголе, а лучше комбо. — Лекс. — Ммм? Кларк отстранила от себя девушку и посмотрела в её немного захмелённые глаза: — Я не хочу быть для тебя «никем», — прошептала Кларк. Лекса пыталась осмыслить слова Кларк, а после вспомнила, что это её же слова. — Будешь моим другом? — с непонятной надеждой спросила Лекса, не отдавая себе отчёта, что только что самолично записалась в «френдзону». Кларк замялась: «другом? Хотя... Наши отношения неправильно начались, думаю точка «друзья» станет отличным стартом. Главное — не финишем». — Буду, — улыбнулась Кларк и притянула Лексу в дружеские объятия. — Можно спросить? — Что именно? — Лекса удобнее устроилась в объятиях девушки. — Те бумаги, ты сказала, что они могли лишить тебя прав на «Полис»... — Кларк, я не хочу об этом... Я-я не знаю, там много неясностей. Есть куча людей, кто мог заплатить Костии за это, а сейчас их стало ещё больше. Кларк ничего не ответила, лишь сильнее прижалась к спине Лексы. — А Костия? Ты сказала, что она уже лежала в клинике... Лекса вздохнула, перехватывая рукой ладонь Кларк на своём животе и перелетая их пальцы. «Друзья, чёрт» — Там долгая история... Я знаю обрывками, она мало говорила о семье, — Лекса замолчала, это не её история, она не имеет права делиться ей. — Я, кхм, в общем я успела прочитать, что большую часть детства Костия провела детском доме... — Кларк немного помолчала, — прости, это не моё дело я не должна была брать твой ноутбук. — Нет, ты не должна была читать файл Костии, ты могла взять ноутбук, но то, что сделала ты–это неправильно, ты не имела права, — Лекса немного напряглась, думая, что из-за её слов начнётся ещё одна ссора, сказала она это достаточно жёстко. Кларк вздохнула, было неприятно слышать правду, особенно так грубо, особенно от Лексы. Но Гриффин понимала, что девушка права. Это личное дело Алексии Вудс. — Знаю, прости. — Примерно в четырнадцать Костию нашла её собственная мать и забрала к себе. Через несколько месяцев в аварии умер брат Костии. Я думаю, что здесь всё и началось. Мать не смогла справиться с потерей сына и тогда сорвалась. Сорвалась на своей дочери. Наказывала её, когда та не слушалась. И наказывала намного строже, чем просто не купить мороженое, ты ведь понимаешь? — Да. Насилие. — Через какое-то время Костия оказалась в клиники. После лечения ей поставили статус «здорова» и выписали... Об этом я узнала только тогда, когда мы с Линком привезли её туда. Диагноз, причины и прочее мне неизвестны — медицинская тайна. Она говорила, что не общается со своей матерью. Но как-то я стала свидетелем её тайного звонка матери. Я так и не понимаю, почему она скрывала от меня личность своей мамы. Ведь я хотела помочь, просто быть рядом... — Лекса вспомнила тот момент. Мать и Костия разговаривали на повышенных тонах. Лекса застала самый конец телефонной ссоры, когда мать блондинки первая закончила разговор, резко отключив вызов. От злости и досады, может от чего-то ещё Костия швырнула свой новый мобильный в стену, подаренный Лексой, а после разнесла пол бара в их квартире. А когда Лекса пыталась её успокоить, то последовало очередное наказание. Лекса вздрогнула от этих воспоминаний, по позвоночнику пробежался холод. «Почему я была такой слабой? Почему не давала отпор? Сама себе испортила жизнь, идиотка! А ещё на Кларк кричала, говоря, что она дура. Дура здесь только я». — Лекса мысленно накручивала себя, коря за все грехи земные. Кларк решилась вставить слово, видя, что Лекса уходит в мысли о прошлом и явно ругает себя за что-то. — Знаешь, тогда, в квартире, у меня были подозрения, что это Костия... Но я так боялась поверить, что зло существует и придёт за мной. За тобой... Лекса, я ведь стоматолог, я безобидна как аквариумная рыбка. За двадцать четыре года я не сталкивалась с настоящим злом. Такие истории, которые ты мне доверила, я видела только в фильмах и каждый раз думала, что это выдумка, что такая жестокость не может существовать... Но сейчас, я понимаю, что сильно ошибалась. И мне жаль, правда жаль, что ты прошла через это одна, что Костия прошла через такое. Как бы я не хотела, я не могу понять вас до конца... Но знай, чтобы не случилось, я рядом. Ты можешь мне доверять. Запомни это. Лекса ничего не ответила, она понимала, что Кларк может быть немного наивной, но стержень внутри Гриффин был достаточно сильный, для человека, который ничего не пережил. — С завтрашнего дня ты и Эйдан будете под круглосуточной охраной. Я не позволю ей причинить боль кому-то ещё. — Мне не нужна охрана, — возразила Кларк, — мне нужна ты. И знаешь что ещё? — Что? — с беспокойством спросила Лекса, на что Кларк немного рассмеялась. — Мне нужно напиться в компании новой подруги!

***

Нью-Йорк провалился в ночную прохладу. Доев пиццу и опустошив все банки пива Кларк и Лекса сидели на мягком ковре в гостиной Кларк. Клининговая служба давно закончила уборку в квартире Лексы, но ни одна из девушек не инициировала возвращение. Уже пьяные они смеялись над любой глупостью друг друга, когда Кларк серьёзно сказала: — Можно я тебя нарисую? — пьяная Кларк совсем не понимала, что делает. Она могла повиноваться только своим порывам. Лекса застыла, чуть не подавившись пивом. Она посмотрела на Гриффин широко открытыми глазами, моргая. Процесс размышления был коротким, но он полностью отображался на её лице, что выглядело мило и забавно. Желание Кларк усилилось, она облизнула губы. — Можно. Кларк взвизгнула и захлопала в ладоши: — Ура! Спасибо-спасибо, ты лучшая! — Кларк, смеясь повисла на шее Лексы. А после посмотрела в зеленые глаза. В них снова блестел огонёк жизни, вся грусть, беспокойство и страх ушли. Кларк, опять же повиновалась своему порыву и подарила Лексе поцелуй в уголок губ. Словно крылья бабочки прикоснулись к цветку. Сейчас между ними не было страсти и бушующих эмоций. Этот поцелуй был от чистого сердца, как благодарность, как способ выразить все чувства без слов, показать всю ту любовь, что она не готова озвучить. Он закончился также внезапно, как и начался. Лекса сглотнула, она хотела ещё, но Гриффин убрала свои прекрасные губы с её. Кларк же вспомнила, что обещала Лексе стать подругой. Сейчас, когда прошлое вернулось, Лексе и правда было не до будущего. Но Гриффин пообещала себе, что будет ждать столько, сколько потребуется. — Знаешь, — Кларк слегка отстранилась от Лексы, но личное пространство девушки не покинула, — как бы мне не нравилась эта квартира, но наша намного теплее, — Кларк улыбалась, наблюдя за тем, как губы шатенки расползаются в широкой улыбке. Это именно то, чего Лекса ждала весь вечер — устное признание, того что они близки друг другу, что чувства есть. — Ты можешь творить здесь. Когда я обрисовывала дизайнеру во что именно нужно превратить эту комнату, то думала о тебе... — Лекса опустила глаза, поняв, что выдала небольшой секрет. Она боялась, что Кларк могло не понравится. Ведь это комната была полностью придумана Лексой. Это её первый дизайнерский опыт. — У каждого должен быть свой уголок. Место, где он остаётся наедине с собой. Где он может подумать. — Можно тебя нарисовать? — Ты уже спрашивала, — игриво улыбнулась Лекса. — Хочу ещё раз услышать ответ, — тихо сказала Кларк. «Хочу ещё один поцелуй» — Да. Но надеюсь не голую? — пошутила Лекса и получила шутливый удар по плечу. — А я смотрю ты прям мечтаешь раздеться. Показать свою крутую татуировочку на спине. — Откуда ты? Ха, конечно, мисс волшебные ручки. — Лекса еле увернулась от летящей в неё подушки. Кларк бросилась вдогонку, и обе рассмеялись. Кот, сидя на диване огромными от шока глазами следил за своими хозяйками, вдруг те опять что-то натворят. Должен же хоть кто-то быть в состоянии навести в доме порядок, Оям взял эту роль на себя. — Скоро Оям вызовет нам скорую! — смеясь до слез, заметила Лекса и перекатилась через спинку дивана, устраиваясь на нём, но отдых был недолгим. — Он не умеет набирать номер, — Кларк обогнула кресло и швырнула в Лексу очередной снаряд-подушку. — Эйдан скоро научит его. Уверена, этот кот удивит нас ещё не раз, — Лекса неудачно увернулась от подушки и свалилась на ковёр, громко смеясь и потирая ушибленное место. Она растянулась на ковре и уставилась в потолок. Вдруг перед ней появились хитрые голубые глаза, Лекса почувствовала тяжесть тела Кларк на своих бёдрах. Гриффин загадочно улыбнулась, а после защекотала Лексу. Лицо Алексии раскраснелась, но, похоже, Кларк не собиралась заканчивать свою экзекуцию. — Если ты не прекратишь, — заикаясь от смеха и катаясь по ковру, сказала Алексия, — то по твоей милости я вернусь в детство, обмочив свои штанишки! Кларк громко расхохоталась и отпустила несчастную Вудс. — Сенсация года! Известная миллиардерша Алексия Вудс попала в весьма щекотливую ситуацию, — голубоглазая провоцировала Лексу, и та предупреждающе взглянула на своего мучителя. — Но после виновные были наказаны! — Лекса повалила Кларк на мягкий ковер и начала щекотать. — Всё, хватит! Прошуууу... — умоляла блондинка, громко смеясь. — Сенсация года, — спародировала Лекса голос Кларк, — известный в Нью-Йорке стоматолог, Кларк Гриффин, более известная, как Кларчонок, разделила судьбу Алексии! Кларк вырвалась из медвежьей хватки Вудс и бросилась в уборную. Ибо до возвращения в детство оставалось недолго... — Эй, — Лекса пару раз стукнула по двери, — надеюсь ты там недолго? — Надейся! У меня переговоры, — засмеялась блондинка. — С туалетной бумагой и освежителем воздуха? — Да, и ещё с зубной пастой и щеткой. — Кларки, серьезно. Мое терпение на исходе, — предупредила Лекса. — С моим ведром для мытья пола ты знакома. Швабра в кладовке, — смеялась Кларк, не торопясь открывать дверь. — Клаааарк! — Лекса попыталась протянуть имя подруги, но у неё не вышло, в нем всего одна гласная. — Леее-к-сааа! — протянула блондинка, и обе прыснули от смеха. — Тогда, я оскверню твою гостиную и новый ковер. — Я хоть буду знать, что это ты, а не Оям. — Кларк открыла дверь и еле успела вжаться в стенку от забежавшей Алексии. Пока Лекса вела свои «переговоры» в туалетной комнате, Кларк вытащила мольберт на середину комнаты. Поставив на него небольшой холст и приготовив краску, она стала ждать. Идея ей уже не казалась такой хорошей, но вот желание не уходило. — Ты правда меня нарисуешь? — удивилась Лекса, подойдя вплотную к девушке. Она думала, что это шутка, но Кларк была настроена серьёзно. — Конечно! Можешь присесть на диван? Раньше Лекса никогда не позировала, она отсидела около пяти минут, ей же казалось, что прошла жизнь. Её стало клонить в сон. Позирование — скучное дело, особенно, когда в тебе бушует алкоголь. Лекса была красивой, умной, обаятельной, забавной и идеальной девушкой. Но она была ужасной моделью для рисования! К такому выводу пришла Кларк, когда спустя десять минут «позирования» Лекса заснула. Гриффин так и ничего не нарисовала, потому что Вудс постоянно крутилась и жаловалась, что у неё отекает задница от долгого сиденья. «Зато как работать, так со стула не выгонишь» — подумала Кларк и, что-то пробурчав, укрыла спящую пледом. Голубые глаза рассматривали, как с лица Лексы сходит всё дневное напряжение. Во сне она казалась совсем беззаботной и такой милой, но в тоже время сильной и воинственной. Но самое главное, во сне Лекса не шевелилась! «Идеально!» — подумала Кларк и побежала к коробкам, надеясь, что найдёт там скетчбук. В итоге Гриффин устроилась в кресле, принимаясь за портрет спящей Лексы. У Кларк слипались глаза, линии выходили нечёткими, но она упорно продолжала рисовать. Пока взгляд не упал на часы — два часа ночи, а ей завтра на работу... Решив, что обязательно закончит рисунок по памяти, Кларк по привычке отправилась в спальню, забыв что она пуста... Через несколько минут она вернулась в гостиную и выключив свет, подошла к дивану. — Двигайся, — Кларк слегка толкнула Лексу, приподнимая плед, которым была укрыта девушка. Лекса недовольно промычала ,но подвинулась. Пока не поздно, Кларк быстро легла на диван укрываясь пледом. Тёплые руки Алексии тут же обвили её талию, прижимая к себе. Кларк улыбнулась, ей нравилось засыпать в объятиях Лексы. Стук сердца Вудс успокаивал её и она погрузилась в сон, понимая, что её сердце было украдено Лексой Вудс навсегда... На столике, рядом с диваном лежал незаконченный портрет Алексии. Но даже незавершённая работа показывала всю глубину чувств художника. Каждая линия, каждый изгиб и чёрточка кричали о великой любви.

***

— Ненавижу! — кареглазая блондинка с остервенением отмывала свои идеально чистые руки. В стеклянных глазах Костии они были до сих пор в крови ненавистной Кларк Гриффин. Блондинка смотрела на своё отражение в зеркале и нервно теребила белокурый локон, — ненавижу вас всех! В несчастное зеркало полетели все предметы находящиеся под рукой. Эллиот колотила зеркало своими руками, разбивая в осколки его блестящую поверхность и превращая в кровавое месиво костяшки пальцев. — Мама не простит меня, — Костия села на пол и стала качаться из стороны в сторону, приобняв саму себя окровавленными руками. Капельки алой жидкости стекали по оголеным участкам тела Элллиот и впитывались в её футболку, — она никогда не простит меня. Вибрирующий телефон продолжал настойчиво оповещать о входящем звонке. Костия игнорировала. Она и так знала, кто ей звонит. Эллиот сняла грязную одежду и залезла в ванную. Вода очищала, дарила чувство комфорта и Костия попыталась смыть с себя неприятные ощущения сегодняшнего дня. Она опять ослушалась. Костия закрыла глаза и вспомнила фотографию Лексы и Кларк. Громкий и пронзительный крик раздался в квартире на окраине города. Эллиот не понимала, чем Кларк лучше неё, почему Лекса выбрала Кларк. И здесь до неё дошло, они похожи... Темные глаза загорелись от гнева, и Эллиот вышла из ванной. Она взяла ножницы и коробочку. — Вы обе сдохните! — блондинка завернулась в огромный халат и с ненавистью выкидывала вещи из шкафа, запихивая часть из них в огромный чемодан. На прикроватной тумбочке лежал телефон с прочитанным сообщением: «Идиотка, ты все испортила! Твое наказание — ожидание. Убирайся из города и жди их, я сама всё устрою». Костия ухмыльнулся своему отражению в зеркале, то что нужно — на неё смотрел совсем другой человек: — Я ещё вернусь!