Мой личный ...

      Они вошли в номер Питера. Типичный люкс, оформленный в светлых тонах. Светлый коридор, открывавший вход в четыре комнаты. В одну из них и прошли Питер и Локи.       Едва закрылась дверь, как Паркер со свойственным ему азартом набросился на древнего бога и принялся нежно целовать шею, местами оставляя отметины. Хотя Питер, стоя на носочках, с трудом доставал Локи до подбородка, паучок старался дать своему любимому максимум удовольствия. Бог облокотился на дверь, слегка согнулся, чтоб подростку было удобнее. Спустя секунд 30 Локи решил взять ситуацию под свой контроль и поцеловал Питера в губы. Проникая всё глубже в рот паучка, бог старался принести больше удовольствия своему парню. Тот, подростковая душа, пропитанная романтизмом, безумно любил поцелуи. Поцелуи и Локи. Поцелуи от Локи.       Не разрывая поцелуй, Лафейсон начал расстёгивать рубашку Питера. Когда закончил, он принялся гладить податливое тело паренька. Разорвав столь долгий поцелуй, Локи начал опускаться ниже, оставляя влажную дорожку поцелуев от мочек ушей до пупка.       Опустившись до уровня ширинки, Локи, воспользовавшись опытом сотен лет своей жизни, без рук расстегнул ремень и стянул с паучка брюки. Обтягивающие трусы, которые особо и не скрывали достоинства Питера, были быстро облюбованы богом. Однако не долго тому пришлось целовать член Паркера через трусы — тот имел неприемлимою для бога черту характера — отсутствие даже намёка на терпение. И вот уже все шестнадцать с половиной сантиметров Питера оказались во рту Локи, который умело пользовался языком и зубами, пытаясь добиться хотя бы хотя бы стона от паучка, но безуспешно.       Вскоре оторвавшись от члена, Локи вновь припал к губам Питера, который решил взять инициативу в процессе на себя. Неуклюже расстегнув пиджак и рубашку, он припал к соску древнего бога. После этого он полностью повторил действия Локи, однако тот, в отличие от Питера, не скрывал удовольствия, получаемого от минета.       — Слушай, может уже перейдём к делу?       — Питер, ну когда ты научишься терпеть? Просто расслабься и получай удовольствие.       — Слушай, я что, похож на подростка? Мне кончать от поцелуев, ласк и минета?       — Да что с тобой делать… — Локи тяжело вздохнул. — Неси смазку и презики. Мы их оставили в душевой.       Спустя минуту радостный паучок вбежал в спальню, держа в руках пачку презервативов и тюбик со смазкой. Там уже его ждал, лёжа в кровати, полностью обнажённый Локи. Зрелище открылось столь приятное для глаз Питера, что член его налился с новой силой и встал колом.       — Где ты так долго ходишь? — Локи, хоть и не признавал, но сильно ждал перехода «к действию» — Я уже решил, что ты передумал.        Однако ответить паучку он не дал. Обняв за талию, Локи прижался к Питеру всем телом и принялся целовать, свободной рукой сжимая ягодицы. Паркер принялся надрачивать член Лафейсона, но тот толкнул паучка на кровать. Тщательно смазав проход, Локи вставил свой член (ага, двадцать шесть сантиметров асгардца так легко прям и вошёл), и медленно начал двигать бёдрами, старательно следя за реакцией Питера, дабы случайно не сделать тому больно.       Где-то за окном каркали вороны, но потом неожиданно пропали. Будь сейчас голова Локи не затуманена от прекрасных ощущений, он бы заподозрил что-то неладное. Однако бог наслаждался узким проходом юного Паркера и не думал ни о чём подобном.       Скоро они решили изменить позу, и вот Питер стонет на руках Локи. Хотя скоро и рот Паркера занялся делом — ртом Лафейсона. Казалось бы, ещё пара толчков, и Питер кончит. Однако зря что ли Локи веками сидел в библиотеке Асгарда?        Но вскоре паучок начал умолять любимого, и сперма Паркера струёй выплеснулась из члена, достав до лица своего обладателя (Честно, не знал, как лучше сказать). Вскоре к Питеру присоединился и Локи, и вот уже через десять минут бог лежал на спине, выпрямив руки и ноги, а парень его прижался к боку Лафейсона.

***

Тем временем в Асгарде

В тронный зал, блестевший от солнечного света до боли в глазах, влетели верные слуги Одина, два ворона: Хугин и Мунин. Прибыв, они принялись нашёптывать Одину о том, что приключилось в Мидгарде с Локи.       — Всё ясно.       Затем, немного подумав, Один прогремел на весь тронный зал:       — Ведите Локи Лафейсона!