Французская бонбоньерка

Звонок Йохана оторвал меня от нудного процесса мытья посуды – точнее, извлечения вымытой посуды из посудомоечной машины и уборки её в шкаф. - Данка, как ты там после вчерашнего? Я лишь хмыкнул в ответ. * * * Да уж, вчера мы повеселились на славу. За полдня пани Хелена с помощью деда собрала роскошный стол, мы с Иванкой за это время успели закупиться спиртным и прочими напитками, и во второй половине дня уже вполне были готовы к приёму гостей. А гостей пришло человек, наверное, тридцать. Практически вся студия «Бель Ами», плюс Роберт, Рей, Петер, мои двоюродные дедушки по материнской линии, Янек и Флорек. И, конечно же, отец. Вот за него я беспокоился больше всего. Как он будет общаться с моими друзьями, зная, что большинство из них порнозвёзды? Удержит себя в руках, не выкажет негативных эмоций в их адрес? Толерантность отца была весьма условной, я успел в этом убедиться за год переписки по интернету. Нет, открыто Франтишек ничего не говорил, но, будучи человеком прямолинейным и бесхитростным, весьма неумело скрывал своё неприятие съёмок в порно как профессии. Мне он со скрипом простил моё порнографическое прошлое, но именно потому, что оно уже было прошлым. Ну и, разумеется, потому, что я был его сыном. А вот остальные наши парни... Но опасался я напрасно. Отец, выдержав первую лавину расспросов и любопытствующих взглядов, спустя некоторое время постарался уйти в тень, а ближе к вечеру вообще засобирался домой, объясняя свой отъезд завтрашним ранним подъёмом на работу. Я не стал его удерживать, понимая, как ему неуютно в моём кругу общения. Однако твёрдо пообещал приехать к нему в гости в ближайшее время. Да я и сам собирался съездить в те края. Посетить могилы матери и бабушки, свозить туда Иванку, деда, Янека с Флореком. Посещение могил близких – нелёгкое занятие, ведь этих близких уже нет с нами. И в то же время возможность побывать на месте их упокоения для меня, многолетнего сироты и подкидыша, была очень важна – просто потому, что такое место у меня теперь было. Словом, за столом мы засиделись далеко за полночь, наперебой рассказывая друг другу новости и события последних нескольких месяцев. Парни дружно ахали, слушая мою историю о поисках и обретении родни. Не менее дружно удивлялись моим родственным связям с пани Хеленой. Поднимали тосты, здравицы, обмывали встречу. Мои двоюродные дедушки чувствовали себя в нашей молодёжной тусовке не в пример лучше, чем отец. Родной же дед в компании моих друзей вообще оказался как рыба в воде, практически сразу приняв на себя общее руководство застольем. Заявил, что мне некогда отвлекаться на всякие пустяки, а он «лучше знает, как правильно вести подобные мероприятия». Я с облегчением вручил ему бразды правления, после чего уже полностью отдался общению с друзьями. Пани Хелена, на правах новообретённой родственницы, тоже вносила посильную лепту, развлекая гостей различными байками и потчуя своими кулинарными шедеврами. * * * Ещё я беспокоился за Рекса, как он будет себя чувствовать в шумной и незнакомой толпе. Но пёс, усвоив, что дом чужой и порядки здесь тоже чужие, к многочисленным гостям отнёсся как к неизбежному злу и весь вечер провёл в закутке под лестницей, куда его «сослал» дед. Сам дед к нему периодически наведывался, подтверждая приказ «место» и уговаривая потерпеть и не обижаться. Я тоже заглядывал туда несколько раз, чтобы пёс не чувствовал себя брошенным и ненужным. Рекс мужественно вытерпел наше веселье, но когда гости наконец уехали, вылез из закутка и всё оставшееся до ночи время не отходил от деда ни на шаг. В общем, вечер удался по всем параметрам, почему, собственно, Йохан и начал разговор с вопроса о моём самочувствии. * * * - Жив, и ладно, - ответил я голосом человека, страдающего от жесточайшего похмелья. Но Йохан все мои приколы знал наперечёт и на провокацию не повёлся: - Кончай придуриваться, я по интонации слышу, что ты трезвее новорожденного младенца. - Ну а чего тогда спрашиваешь? – резонно возразил я. - Ну, надо же с чего-то начать разговор, - хмыкнул он. - Ладно, можешь считать, что начал, - я прижал плечом трубку к уху, ставя последние тарелки в шкаф. – Говори, зачем звонишь. Йохан не стал тянуть: - Мы с Линдой на днях во Францию едем, детей от её родителей забирать. А ты, помнится, говорил, что мой тесть тебя на Божоле Нуво приглашал. До праздника ещё месяц, конечно, но всё-таки... Не хочешь с нами поехать? В смысле, двумя машинами – мы с Линдой и вы с Иваном? Я чуть не выронил трубку. А ведь точно! Был у меня такой разговор с графом, отцом Линды. Звал он нас на Божоле, и не только, вообще приглашал погостить. Как я про это дело забыл? Ведь собирались же с Иванкой, побыв недельку в Праге, отправиться «в средневековье», любезно воспользовавшись приглашением мсье Даниеля. Но из-за последних событий, из-за этого ужаса с моим мальчиком, я позабыл обо всём на свете, а уж о каких-то увеселениях тем более. Но теперь... Теперь приглашению Йохана я обрадовался как нельзя более. Ведь это же самый лучший вариант – увести парня, сменить обстановку, завертеть карусель новых мест и впечатлений! - Да! – почти заорал я. – Конечно, поедем! - Блин, оглушил совсем! – беззлобно ругнулся Йохан. – Хорошо, я понял. Мы с Линдой едем дня через три-четыре, мне съёмки надо закончить. Точную дату я тебе позже сообщу. Вы ведь с Иваном сейчас свободны? Не работаете? - Нет, не работаем, - подтвердил я. Какая нам с Иванкой, к чёрту, была работа! Для меня ничего на свете не было важнее, чем вернуть мальчишку к нормальной жизни, заставить забыть американский кошмар, со времени которого не минуло ещё и недели. Иванка, конечно, держался, и даже больше не заговаривал о том происшествии, но я всё равно боялся за его душевное равновесие. И уж, конечно, не мог позволить ему сейчас идти работать и, как следствие, много времени проводить без меня, без моей защиты и поддержки. Недостатка в деньгах у нас не было, мы смело могли повременить с устройством на работу по меньшей мере месяц. А там будет видно. Крис вчера подтвердил, что снова готов взять меня механиком в свою автомастерскую, ну а Иванке, после годовой стажировки в Софт Корпорейшн, предложения о работе сыпались дождём. Поэтому мы решили, что вполне можем позволить себе месяц передышки. Мой мальчик материализовался в дверях, вопросительно глядя на меня. Я прошептал, указывая пальцем на трубку: - Йохан. Во Францию, к родителям Линды приглашает. Иванка энергично закивал в ответ: - Да! Да! Едем! Он тоже обрадовался возможности попутешествовать и посмотреть новые места. В Германию мы и так собирались, завозить деда с Рексом домой, так почему бы и не продлить наше путешествие в сторону Франции?.. Йохан начал прощаться, но я остановил его: - Мы с Иваном должны ещё деда домой завезти, это недалеко от Мюнхена. Немного по Баварии хотели поездить. Что если мы в Мюнхене и встретимся, когда вы отправитесь? - Отличная мысль, - одобрил Йохан. – Созвонимся и договоримся, где и когда. - Тогда пока, - ответил я и положил трубку. Иванка всё ещё стоял в дверях: - В замок! Ой, как здорово! А по дороге мы через что проезжать будем? - Не помню, - покачал головой я. – Надо карту смотреть. * * * Дед нашему решению обрадовался. Признался честно: - Устал я. Чужой дом, переживания, гости... Не молод я для таких нагрузок. Да и Рекс тоже устал. Домой бы нам. А в Прагу ещё приедем, и не раз. Хоть на то же Рождество. - О’кей, дедуль, - улыбнулся я. – Завтра же и отправимся. * * * Назавтра, следуя принятому накануне решению, мы приступили к подготовке к путешествию. Начали с разбора американских чемоданов, до которых всё не доходили руки. Что-то кидали в корзину для стирки, что-то развешивали и раскладывали в шкафах, что-то заново упаковывали в чемоданы, чтобы взять с собой. Дед ещё утром, не желая нам мешать, отправился с Рексом гулять, причём не куда-нибудь, а в Пражский зоопарк. Я поржал: - Ну-ну! Пусть Рекс посмотрит на животных в клетках и оценит свою свободу. - Зря смеёшься, - парировал дед. – Мы с ним в Мюнхене в зоопарке были, и не раз. Ему там очень нравится. Он же всё-таки зверь, ему природные ландшафты и запахи предпочтительнее, чем городские пейзажи. А Пражский зоопарк очень красивый, я его ещё с тех времён помню. Он погрустнел на секунду, и я тут же поспешил заполнить паузу: - Сейчас он ещё лучше стал, честно тебе говорю. Мы с Иванкой тоже иногда туда ездим. Жалко, осень сейчас, не все павильоны открыты. Но вам и работающих хватит, там есть на что посмотреть. Вас отвезти? Дед махнул рукой: - Не стоит, сами доберёмся. Метро да автобус, что там сложного. А у вас здесь дел хватает. Я подумал, что и в самом деле не заблудятся, поэтому не стал настаивать. Тем более что у нас с Иванкой наконец-то появится возможность остаться наедине. Конечно же, ни дед, ни Рекс нам не мешали в наших постельных баталиях, но всё-таки занятие сексом в полном одиночестве было для нас куда предпочтительней. В присутствии деда мы могли трахаться лишь по ночам, я же хотел любоваться своим мальчиком, его точёным телом, его возбуждением и желанием и при дневном освещении тоже. Видимо, мои мысли отразились на моём лице, потому что дед усмехнулся: - Сборы дело долгое, перерывы надо делать, отдыхать, - он подчеркнул последнее слово. – Вот чтобы вам не мешать, мы и пойдём с Рексом на прогулку. Совместим, так сказать, полезное с приятным. Иванка зарделся: - Пан Клаус!.. Дед воззрился на него с наигранным удивлением: - Что, мальчик? Я что-то сказал не так? – улыбнулся. – Глупенький. Разве ж я не понимаю, как вы любите друг друга и как хотите быть вместе, наедине. И чтобы ни одна живая душа не болталась рядом. Иванка открыл было рот, но дед махнул на него рукой: - Знаю, знаю, что ты сейчас скажешь – что я вам совсем не мешаю. А если и мешаю, вы в этом всё равно никогда не признаетесь. Поэтому не будем спорить – вы остаётесь дома и занимаетесь... чем хотите, а мы с Рексом отправляемся гулять. Иванка, всё ещё продолжая краснеть, потупил глаза и согласно покивал. * * * Как только я закрыл за дедом дверь, я тут же понял, что больше терпеть не в состоянии. Вернувшись в гостиную, наткнулся на такой же горящий взгляд парня. - Данка, хочу тебя!.. Я сгрёб его в охапку. Иванка впился в мои губы поцелуем – так, как будто мы не целовались минимум неделю. У меня зашумело в голове. Я подхватил своего мальчика на руки, донёс до дивана, положил, бережно, как хрупкую драгоценность. Одежда мешала мне почти до боли, и я поспешил сорвать её с себя. Иванка тоже начал стягивать с себя футболку, но я торопился – сам расстегнул его джинсы, буквально вытряхнул из них мальчишку. Мы оба были возбуждены до предела. Дед и Рекс нам не мешали – конечно же, нет! – но мы оба с нетерпением ждали, когда они наконец уйдут. И рванулись друг к другу с такой страстью, что забыли обо всём на свете. Я спихнул с дивана на пол стопку аккуратно сложенной одежды – нафиг, потом заново всё уложим – навис над Иванкой, обеими руками взял его член, пощекотал языком головку, с трудом удерживаясь, чтобы не наброситься на него как зверь на добычу. Иванка, застонав, выгнулся, начал ритмично двигаться в тисках моих ладоней. Парень был одержим желанием не меньше моего. Не открывая глаз, нашарил на полу свои джинсы, выудил из кармана презерватив: - Данка, мне!.. А какое там «мне»... У меня и сил не хватало на то, чтобы спокойно и тщательно надеть на него резинку. - Сам, Иваночку... Мой мальчик понял меня без дальнейших пояснений. Пока он натягивал на себя презерватив, я безостановочно целовал его широко раздвинутые бёдра, зарывался носом во влажные волосы, касался языком дырочки, чувствуя, как парень дрожит под моими губами и ладонями. Вот он положил руки мне на голову, потянул к себе... Я переполз по его распростёртому телу, снова приник к его губам. Нашарил член, твёрдый, жаждущий... Я тоже не мог больше сдерживаться. Смазка на презервативе была, хоть и немного. Я щедро сплюнул себе на ладонь, размазал слюну по латексу. Сплюнул ещё, провёл ладонью по своей промежности. И одним точным движением сел на торчащий ствол. Наши крики вырвались одновременно: - Ааа!.. Мне было больно, мне было сладко. Мне было горячо и дискомфортно – чужеродное тело распирало анус, вызывая массу противоречивых эмоций – немедленно вытащить его, засунуть глубже... Замереть, наслаждаясь чувством наполненности... Двигать сильнее, быстрее, жёстче... Скользить головкой по простате, содрогаясь в неконтролируемых, тягуче-пьянящих спазмах... Как парень понимал меня, я не знаю. Но он делал всё так, как я хотел. В эту секунду хотел. А как только переставал хотеть – он переставал это делать. И снова угадывал, что мне хочется именно сейчас. Наши руки блуждали по нашим телам, не разбирая, где чьё. Наши пальцы сплетались и расплетались, притягивая, отталкивая, задавая ритм... Всхлипы и стоны звучали в унисон, разжигая и без того полыхающее пламя... Запрокинув голову, я насаживался на член мальчишки, не думая ни о чём вообще. Мир? Вселенная? А что это такое? Есть я, есть Иванка, есть наше всепоглощающее желание. А другого ничего больше нет. * * * К сбору вещей мы вернулись нескоро. Надо было не только отдышаться, собрать в кучку разбегающиеся мысли и вспомнить, кто мы и где мы. Надо было – непременно, немедленно! – исцеловать моего мальчика с ног до головы, растворяясь в его ответных поцелуях. От этого приятного занятия нас отвлёк телефонный звонок. Звонил Роберт, который энергично начал зазывать меня в гости, посмотреть на своих дочек. Помнится, он эту тему пытался продавить ещё во время нашей вечеринки, и я пообещал, что обязательно, на днях... Н-да, много я тогда наобещал, на нетрезвую-то голову. Отец ладно, ему я не давал слова, что приеду в ближайшие два-три дня, его навестить можно и по возвращении из Франции. А вот от Боба так легко не отболтаешься. Но тут мне на помощь пришёл Иванка. Поняв по моим репликам, с кем я говорю и от чего пытаюсь отбрыкаться, он шепнул мне в незанятое телефонной трубкой ухо: - Зови их с собой во Францию! Я мгновенно оценил все выгоды такой ситуации. Роберт прекрасный собутыльник, причём не пьяница, которому неважно, что в глотку заливать, а ценитель изысканных вин не хуже меня. В этом качестве он просто не может не понравиться мсье Даниелю. И, таким образом, нас будет уже не двое, а трое, любителей и дегустаторов. Иванке же, в свою очередь, будет о чём поболтать с Реем, они неплохо сдружились, несмотря на разницу в возрасте. Кстати, я уже давно заметил, что Иванка легко находит общий язык с людьми любого возраста, начиная от моего деда и кончая детьми Йохана и Линды, которым в сумме нет ещё и трёх лет. И вообще, мой мальчик был кладезем всевозможных талантов и достоинств. * * * - Боб, - перебил я своего друга на полуслове. – Девчонок твоих ещё успеем повидать. А как ты смотришь на то, чтобы смотаться во Францию? Он завис: - Зачем? - Да просто так, - ухмыльнулся я. – Мы с Иванкой за три дня дома заскучали, решили опять в путь отправиться. Европа по сравнению с Америкой такая маленькая, до Парижа и обратно вообще раз плюнуть. Боб снова завис: - А что вы там делать-то будете? - Квасить, - я заржал, не выдержав. - Кончай хуйню нести, - рассердился Роберт. – Или ты третий день не просыхаешь? - Ладно, ладно, - сквозь смех успокоил я его. – Просох я, и говорю совершенно серьёзно. Линда, жена Йохана, ну ты её знаешь. Она француженка, её родители замком владеют на западе Франции. Отец виноградарством и виноделием занимается. Винные подвалы у него огромные невероятно! А вина какие! – я невольно вздохнул. – Когда мы там летом были, на свадьбе Линды и Йохана, мсье Даниель приглашал меня в гости в любое время, как знатока и ценителя. А ты ведь тоже неплохой сомелье, насколько я мог заметить. Думаю, что граф и графиня не слишком недовольны будут, если я с собой пару друзей захвачу. Роберт был вконец обескуражен: - Они ещё и графья... то есть, графы? Я снова заржал: - Графья, и ещё какие! Длиннющая родословная, какое-то немыслимое количество поколений, генеалогическое древо в центральном зале целую стену занимает. Приедешь, сам увидишь. Ну что, соблазнил я тебя? Голос моего друга был переполнен сожалением: - Нет. Мы через три дня в Ригу едем, уже отпуска с Реем взяли. Я потому и звал тебя в гости, малявок посмотреть, что мы уезжаем скоро. - И мы вот уезжаем, - вздохнул я. Но тут же взбодрился. – Слушай, через месяц Божоле Нуво будет, знаешь, что это такое? - Обижаешь! – фыркнул Боб. – Что я, совсем деревня дремучая? - Нет, не совсем, - улыбнулся я. – Так вот, на Божоле из нашей студии куча народу едет, думаю, что вам имеет смысл к нам присоединиться. Человеком больше, человеком меньше... - Точно! – обрадовался Роберт. – Я с удовольствием, Рей, наверняка, тоже. И вообще, мы с ним во Франции ещё не были. - Вот и съездите заодно! – подхватил я. Потом добавил с некоторым сомнением. – Сейчас-то родители Линды, может, и правда не особо рады были бы лишним гостям. А вот на Божоле – там уж точно никаких проблем не будет. - Значит, договорились, - закруглил разговор Роберт. – Вернёмся из Риги, я тебе позвоню.