Однажды я убил любовь. Теперь она вернулась и медленно убивает меня.

Июль 1968 года. Родовое имение Блэков в графстве Камберленд.        Всё шло к войне. Она была готова развернуться через несколько лет. Мои сторонники были заброшены во все сферы волшебного мира - от Министерства Магии до самой захудалой деревушки. Все мои силы уходили на планирование и стратегию. Нужно было тщательно подготовиться, чтобы нанести удар. Я позволял своим людям небольшие рейды, но не больше. Первым и решающим ударом должен был стать захват Министерства Магии, представляющий собой карательную операцию, а не стратегически важное сражение.        Подрастало новое поколение Пожирателей Смерти - дети моих первых приспешников. Метку уже принял Рудольфус Лестрейндж, окончивший Хогвартс только в этом июне, его брат Рабастан, учащийся на курс младше, и даже совсем юный Люциус Малфой - пятикурсник, не считая остальных менее важных сторонников. Ближний Круг плотно сформировался, вобрав в себя уже два поколения верных мне аристократов, что не могло не радовать. Фактически у меня уже был наготове управленческий аппарат, который мог принять на себя страну, когда придет время.        Июль в Магической Британии выдался на редкость ярким и полным событий. Возможно, мне он просто запомнился таким. Тогда мне казалось, что солнце светит особенно ярко, огневиски исключительного качества, а аристократы верны мне, как никогда. Вероятно, отчасти такое мнение у меня сложилось, так как на июль пришелся сезон балов и приёмов, благодаря которым я обзавелся более прочными связями и полезными знакомствами. И всё же через годы это десятилетие было названо последним из золотого века британской магической аристократии, пиком расцвета чистокровных магов.        В доме Блэков устраивали торжественный приём по поводу окончания школы их старшей дочерью. Оправдав все надежды семьи, и каким-то образом обуздав свой норов, Беллатрикс Блэк стала одной из лучших учениц своего курса, как я слышал от хвастливого Сигнуса. Что уж там, весь выпуск 1968 года был блестящим. Особенно, если учесть, что сразу с платформы 9 и ¾ большая часть Слизерина отправилась ко мне в услужение.        Итак, близилась война. Грязнокровки по всей стране обзаводились на всякий случай связями в мире магглов, многие, не дожидаясь решительных действий Пожирателей, готовили пути отступления. Те, кто похрабрее, во главе с Дамблдором собирали небольшие отряды, патрулирующие Хогсмид на случай моих рейдов. Волшебники, не вставшие на мою сторону, трепетали и сжимались под именем, что наводило страх на всю Британию. Аристократия же напротив расправляла крылья, больше чем когда бы то ни было кичилась своими родословными и тыкала в нос грязнокровкам их происхождением.        Практически все чистокровные семьи стали моими единомышленниками и соратниками. Кто-то, как Гойлы и Крэббы были лишь тупым орудием и силой. Кто-то, как влиятельный Абраксас Малфой, или хитрый Артуриус Кэрроу - мозгом нашей организации и главными моими помощниками. Лестрейндж-старший по прежнему оставался правой рукой. Перспективные Люциус и Рудольфус со своими ровесниками были будущим нашего мира. В общем, у Пожирателей Смерти был твёрдый фундамент и надёжная крыша, я был в самом расцвете сил, готовый к свершением, как никогда в жизни, а Магическая Британия - к переменам.        Как я уже сказал, было начало июля - сезон балов. Летние торжества по традиции открывали Блэки. Их род вот уже несколько столетий славился пышными празднованиями, на которых обыкновенно собирался весь цвет общества. Огромное поместье было полно гостей. Прибыл и я.        Разумеется, собралась только самая элита волшебников, в которой разве что у каждого пятого мужчины не было Темной Метки на руке. Почти все семьи приехали с детьми, преимущественно - с сыновьями. Через несколько дней после бала должно было состояться собрание Ближнего Круга, на которое я хотел допустить сыновей моих самых близких слуг.        На приёме всё шло своим чередом. Абраксас в мантии, расшитой золотом и стоящей примерно целое состояние, с гордостью знакомил своего единственного и горячо любимого сына с нужными людьми. Люциус, не смотря на свой пятнадцатилетний возраст держался, как истинный аристократ. Вернее даже сказать, истинный Малфой. Безупречный внешний вид, платиновые волосы зачесаны в хвост, на лице ни единой эмоции, разве что кроме надменности. Красивый, умный, ледяной. Таким были и его отец, и отец его отца, и все с бесконечного и безупречного семейного древа семьи Малфоев. Сильвий Лестрейндж, важный плечистый волшебник, прошёл в зал с сыновьями. Многие задержали взгляды на двух статных молодых людях. Конечно, до Малфоя младшего им было далековато, но и Рудольфус, и Рабастан всё же являлись одними из самых завидных женихов. Руди, старший Сильвия Лестрейнджа и наследник, представлял собой высокого стройного юношу с каштановыми волосами и светло-карими глазами, который мог похвастаться аристократической бледностью и правильными чертами лица. Элегантный и изящный, он приводил дам в трепет безупречными манерами. Рабастан был полной противоположностью брату. Чуть ниже его, но крепкого телосложения, черные волосы вихрами спускаются почти до плеч, а в темных глазах горит огонь. Юноша полон жизни, молодости и восторга к этому миру, и масок сдержанности он не ещё не привык носить. Впрочем, барышням нравился его дикий нрав и безумный напор так же, как гармоничные, хотя и резкие черты. Сидя в углу зала, я лениво наблюдал через бокал шампанского, как Лестрейнджи и Малфой здороваются, о чём-то переговариваются, и, немного нервничая, идут в мою сторону.        Не хватало мне только общества этих желторотиков… С одним Малфоем у меня разница в 27 лет. Но всё-таки такими приспешниками, как они, не стоит разбрасываться. Благосклонно киваю, отвечая на просьбу Рудольфуса составить мне компанию. Как-никак, хоть какое-то развлечение… Свою долгую и пламенную речь я ещё не произносил, решив оставить её на конец вечера, так что на текущий момент я откровенно скучал. - Что-то не видно сестёр… - задумчиво протянул Руди, вытягивая шею. - Брось, брат, и дня не можешь прожить без своей Беллс, - хохотнул Рабастан, толкнув Рудольфуса локтем под рёбра.        Я невольно вслушался в болтовню братьев. Ах да, Белла Блэк. Давненько я о ней ничего не слышал. Когда девочка училась на первых курсах, её отцу частенько чуть ли не на собрания приходили громковещатели от Слагхорна, МакГонагалл или даже Дамблдора. Признаться, было довольно комично разбавлять нудные часовые доклады Пожирателей сообщениями типа: «Мой любезный Сигнус, как поживает ваш почтенный отец? Помнится в таком-то году мы с ним отменно съездили на рыбалку и поймали огромного водяного чёрта… Он всё ещё увлекается этим занимательным провождением времени? О, чуть не забыл, ваша Белла ввязалась в дуэль с гриффиндорцами…», «Уважаемый мистер Сигнус Блэк III, хочу вас проинформировать о том, что ваша старшая дочь Беллатрикс Друэлла Блэк устроила разрушительное сражение между двумя факультетами и серьёзно покалечила пятерых студентов третьего курса. Искренне надеюсь, что вы примете меры…» или «Приветствую Сигнус! Не хочу вас расстраивать, друг мой, но мисс Блэк в который раз посещала Запретный Лес, явно намереваясь использовать тёмно-магические заклятья. Полагаю, вас это сильно огорчит, поэтому прилагаю к конверту пакетик лимонных долек». Курса до пятого обучения девочки в Хогвартсе упоминания о проделках Беллы ещё доходили до меня, но потом та вроде бы перестала убавлять баллы факультета через день и взялась за учёбу и за голову.        Лестрейнджи тем временем подтрунивали друг над другом, припоминая все свои школьные влюблённости и романы. Малфой пытался их утихомирить, но получил такой поток шуточек про Цисси Блэк, что быстро оставил попытки успокоить братьев. Мне оставалось только терпеть этих малолетних болванов и ждать, пока соберутся все гости. - Вон они! - внезапно воскликнул Рудольфус, прекращая возню с братом.        Я чисто инстинктивно повернул голову туда, куда смотрел старший Лестрейндж. И застыл, впившись в неё взглядом.        В зал зашли сразу три девушки. Первой впорхнула совсем юная блондиночка, про которую не зря говорили, что у неё внешность ангела. Цисси Блэк лучезарно улыбнулась окружающим и сразу же пропала в толпе подружек.        За ней с задумчивым выражением лица тихонько зашла Андромеда, или Как-Там-Её? Казалось, что девушка прилагала все усилия, чтобы не привлекать к себе внимание. Она низко опустила голову и уже собиралась шнырнуть в нишу у окна, когда была поймана за локоть сестрой.        Беллатрикс Блэк. Сначала я даже не поверил, что это она. О сёстрах многие говорили, что все они красавицы, но Белла… Куда до неё было маленькой и нежной Нарциссе в голубом платьице, про серую мышь Андромеду я вообще молчу. Младшие сестры совершенно не подходили своей громкой фамилии. Зато Беллатрикс вобрала в себя все черты Блэков. Никто из их семьи настолько не соответствовал стандартам рода.        Высокая стройная девушка обвела зал таким взглядом, будто у неё на голове была корона. Спина неестественно прямая. Подбородок чрезмерно поднят, на лице абсолютная уверенность в себе и выражение превосходства. А само лицо… Даже я не мог отвести от Беллы Блэк восхищенный взгляд. По девятилетней девочке было видно, что она станет хорошенькой, но семнадцатилетняя девушка, в которую она превратилась, была неотразима. Идеальная кожа цвета слоновой кости, точеные черты лица, пухлые губки, изогнутые в самодовольной ухмылке, фамильные чёрные горящие глаза, сильно изогнутые брови, свидетельствующие о нелёгком характере, чётко выделяющиеся скулы… На голове причудливая причёска из роскошных чёрных локонов, некоторые из которых свободно падают на хрупкие плечи. Каждое движение тонких изящных рук исполнено грацией. Узкая талия утянута в соблазнительный корсет. В своём чёрном платье с фиолетовыми узорами Белла Блэк казалась одновременно хрупкой и величественной.        Я поймал себя на мысли, что уже хочу, чтобы девчонка стала моей. Если у Тёмного Лорда и могли быть свои идеалы женщины, то Беллатрикс Блэк соответствовала им в точности. Да что там, она была невероятно красива и притягательно женственна, редкий мужчина не желал бы такую особу.        Беллатрикс с силой сжала локоть Андромеды, притянула её к себе и что-то гневно зашептала. Когда старшая Блэк отстранилась, её сестра натянуто улыбнулась гостям и покорно пошла всех приветствовать.        Я ещё долгое время сидел и вел беседу с подошедшими Абраксасом и Макнейром, но мой взгляд то и дело отыскивал в толпе горделивую осанку Беллатрикс. Через полчаса такой слежки я понял, что она принципиально не кланяется гостям. Лишь здоровается, а некоторым кивает головой. Ещё Белла то и дело успокаивала слишком весёлую Цисси и через каждые пять минут что-то высказывала Андромеде, которая лишь понуро кивала головой и не рисковала спорить. - Милорд, вы позволите представить вам сестёр Блэк? - вежливо поинтересовался Малфой.        Я кивнул. Интересно, старшая узнает? Всё-таки я изменился за восемь лет. Появились морщинки, на голове и дело проглядывает седой волос, да, всю мою былую красоту уменьшают крестражи и постоянные стрессы.        Блондин скрылся в водовороте роскоши, шелков и бриллиантов, а через несколько минут вернулся в сопровождении девушек. От меня не укрылось то, как Люциус поглядывает на младшую, и как она краснеет от каждого его слова, обращенного к ней. - Абраксас, кажется, твой сын помолвлен? - спросил я. - Да, Мой Лорд, с Нарциссой Блэк.        Эти двое нашли друг друга… Интересно, у Беллатрикс тоже есть жених? Хотя с чего бы это должно меня волновать?        Пока я убеждал себя, что меня интересует только тело мисс Блэк, а не сама девушка, сёстры подошли к нам. Я был так снисходителен, что встал с кресла и сделал несколько шагов им на встречу. Андромеда ещё ниже опустила голову, стараясь раствориться в воздухе, за что получила щипок от сестры, Нарцисса же то краснела, то бледнела и заламывала руки. Старшая шла уверенно, высоко держа голову, не позволяя ни одной эмоции отразиться на аристократической маске. Только в чёрных глазах полыхнула радость и почти детский восторг, совсем как годы назад. - Мой Лорд, имею честь представить вам Нарциссу, - девушка присела в реверансе, - Андромеду, - бедняжка мучительно покраснела и неуклюже поклонилась, - и Беллатрикс Блэк.        С минуту Белла смело смотрела мне прямо в глаза, и я уже даже начал злиться, что она не собирается кланяться. Одно дело так держаться с Крэббами или Розье, и совсем другое - бросать вызов Тёмному Лорду. Но внезапно девушка опустилась в грациозном низком реверансе, однако же не опуская голову и глаза, и замерла. Как будто Пожиратель Смерти, ждущий разрешения подняться. А я… Любовался расстелившимися по полу пышными юбками, тонкими руками, придерживающими их, глубоким вырезом платья и, как последний мальчишка, тонул в огромных чёрных глазах… Мерлин, она уже с минуту ждёт, пока я разрешу ей подняться, на нас пялятся практически все, а я никак не могу с собой совладать… Пришлось сделать над собой усилие, чтобы протянуть Белле руку. Голос точно бы не послушался меня, и я решил не рисковать. Беллатрикс вложила свою узкую ладонь в мои длинные пальцы и выпрямилась.        Нарцисса и Андромеда не осмеливались что-либо мне сказать и поглядывали на старшую сестру, ожидая, что она возьмёт гостя на себя. Беллатрикс не заставила себя ждать. - Милорд, для моей семьи большая честь принимать вас в нашем доме, - раздался переливающийся, словно шелк, мелодичный голос.        А я, как идиот, пялился то на глубокое декольте, то на губы вишнёвого цвета, и не собирался отпускать изящную ручку.        Мгновения тянулись несказанно долго, весь шум куда-то ушёл, все перестали существовать. Я тяжело смотрел на Беллу, примерно догадываясь, какой огонь страсти пылает в моих глазах, но ничего не мог с собой поделать. Помощь пришла оттуда, откуда я меньше всего ожидал - Беллатрикс едва заметно покраснела и опустила глаза, освобождая меня из плена этих тёмных очей. Я, наконец, отпустил её руку.        Осторожно огляделся по сторонам. Довольно многие с интересом наблюдали за нами, а все в кучке вокруг меня, начиная от Макнейра и заканчивая Цисси, изумлённо переглядывались. - Мой Лорд, что-то не так? - подал голос Абраксас. - Вероятно, Милорд вспоминает, где мы уже виделись, - заговорила Беллатрикс. - Именно так, - ответил я ледяным голосом и обвёл присутствующих таким взглядом, что те опустили глаза и перестали на меня таращиться.        И надо же было выставить себя таким тупицей… Волдеморт, очнись, тебе уже не четырнадцать, а сорок два! Пора бы научиться сдерживать гормоны и не вести себя, как подросток! Остаётся только догадываться, о чём подумали окружающие меня волшебники. - Думаю, что сейчас самое время для моей речи. Вынужден вас покинуть, - заявил я перед тем, как ретироваться.        Моргана раздери эту Блэк, какого Мерлина сейчас было? Уж не подсыпала ли мне девчонка какую-нибудь дрянь? Нет, глупая мысль. Она же спустилась всего несколько минут назад. Хотя, разве мало у Блэков верных домовиков? Но я бы обязательно почувствовал, если бы в вине что-нибудь было… А как тогда объяснить, что я был готов буквально наброситься на Беллатрикс Блэк? Что у меня голова начала кружиться, когда она поклонилась, так изящно изогнув свою тонкую шею? Что её духи сводят меня с ума? А её ладошка? Какая нежная кожа…        Размышляя в подобном духе, я пару раз чуть не сшиб домовых эльфов, снующих с подносами. Только дойдя до лестницы и поднявшись на несколько ступенек, я смог успокоиться. Когда произносишь речь, нельзя думать о глупостях…        И тем не менее, горячо говоря о том, что элите волшебников пора занять полагающееся ей место, что развелось слишком много грязнокровок, да и вообще они потеряли всякую совесть, я то и дело отыскивал глаза Беллы. Она жадно ловила каждое моё слово, а в конце первая взорвалась самыми бурными аплодисментами.        Я же метался между желанием заавадить её к Мерлиновой бабушке, чтобы избавиться от наваждения, или, схватив за руку, аппарировать прямиком в мою спальню.        К счастью, влюблённый по уши Рудольфус Лестрейндж не оставлял Беллу в покое ни на минуту, и девушка не могла постоянно смотреть на меня или, ещё хуже, подойти. Я же уверенно развернулся к ней спиной и принялся за беседу с Сигнусом, заведя долгий и скучный разговор о финансах. Вскоре я всё же забыл о Беллатрикс, переключив всё своё внимание на Пожирателей Смерти, что собрались вокруг меня. Да ещё и незадолго до полуночи Друэлла увела дочерей из зала. Правда, до этого мне пришлось выслушать пару вежливых фраз от Беллы и с равнодушным видом вынести ещё один такой пленительный и грациозный реверанс.        И хотя Блэки выделили мне самую шикарную спальню в доме, мне не спалось всю ночь. Ближе к двум, я не выдержал и решил спуститься в синюю гостиную, где, если мне не изменяла память, хранилось прекрасное огневиски…        Но стоило мне преступить порог комнаты, как я увидел троих молодых людей, облюбовавших шкафчик со спиртным.        Разумеется, эта неразлучная троица. Лестрейнджи и Малфой. Они моментально подскочили и стали наперебой извиняться за причиненные мне неудобства, спрашивать, нужно ли им уйти и интересоваться, не налить ли мне выпивки.        Дожили. Буду пить с подростками… Хотя, плевать. Всё-равно не спится. А с этими дуралеями хоть какое-то развлечение. Усевшись у камина спиной к молодым людям и велев им остаться, я уставился в огонь. Огневиски в стакане золотилось, поленья потрескивали (даже летом по ночам в старом доме было довольно прохладно), а юноши не переставали трещать. Как давно я был таким же, как они… Мог веселиться, не держать постоянно маску на лице, быть просто человеком… Услышав фамилию Блэк, я насторожился. - …она ангел! - воодушевлённым шепотом вещал Руди. - Ты это о той самой Белле, которая ещё месяц приложила тебя Ступефаем? - хохотнув, шепнул Рабастан. - Ты ничего не понимаешь! - обиженно воскликнул старший Лестрейндж. - Просто она так держится со всеми. А если она будет мне доверять, если полюбит меня… - Руди, Белла Блэк принципиально не доверяет даже собственным родителям. А на счёт полюбить… Это же Беллатрикс, ты хоть раз видел, чтобы она испытывала какие-либо положительные эмоции? - подал голос Малфой. - Конечно, ты намекаешь, что ей далеко до твоей Цисси! - Лестрейндж, попробуй ещё раз упомянуть Нарциссу, и я за себя не отвечаю! - вспылил Люциус. - Ребят, я вообще обручён с этой ужасной Андромедой! - простонал Рабастан. - Мне кажется, она вполне миловидна, - хмыкнул Рудольфус. - Они с Беллс очень похожи. - Да, но Меда вечно витает в облаках, читает, а в Хогвартсе… Общается с грязью! - Ха, когда рядом нет Беллы, разумеется, - заметил Малфой. - Но Беллс то закончила школу. Кто теперь будет кидаться на этого недоумка Тонкса? Я не смогу швыряться пыточными заклинаниями при всей школе… После того случая на Астрономической башне меня и так грозились исключить...       Юноши ещё какое-то время ругали грязнокровок, Гриффиндор и остальные факультеты, но вскоре опять зашёл спор о сёстрах Блэк. - А я говорю, что моя Беллс самая красивая! - После моей Цисси, разумеется. - Хватит мне душу травить! Моя невеста - эта серая мышь Меда!        И тут меня осенило… Старший Лестрейндж буквально порхает вокруг Беллатрикс, называет её "моя Беллс", только о ней и трещит… - Рудольфус, ты помолвлен со старшей Блэк? - неожиданно спросил я. - Да, Милорд. Простите, мы слишком шумели… - сказал юноша после небольшой паузы. - Нет, продолжайте, - отмахнулся я.        Сразу появилась странная неприязнь к Лестрейнджу, которому я раньше всегда благоволил. Такой, как Белла, нужен мужчина рядом, а не щенок…       Размышляя о юной красавице и о том, что мне с ней делать, я допил содержимое своего стакана. В голове созрел план. Я подожду и посмотрю, как будет вести себя Беллатрикс. Если она будет так же пялиться на меня и краснеть, ха, я неплохо проведу время… А если верх возьмёт аристократическая сдержанность… Что ж, в самом деле, неужели во всей Британии есть только одна симпатичная ведьма?