Летний снег

      — Раздевайся. Догола.       Я игриво улыбнулся стоящей передо мной куноичи. Её ответная улыбка была хищной, вызывающей.       Трое мужчин в серой форме отряда дознавателей, стоявших чуть позади, не разделяли её настроения.       Холодный, клинический свет лампы оставлял помещение без каких-либо теней. Кто-то тщательно отмыл серые, каменные стены и пол до моего прихода, и запах безымянного дезинфектанта щекотал мне нос.       Нарочито медленно я развязал и стянул с себя кимоно. Снял шёлковую рубашку. Спустил штаны и бельё. Освободил ноги от сандалий и носков.       Оглядев меня во всей красе, Митараши Анко присвистнула.       — Классный член.       — Благодарю. Я растил его сам.       — А девушки у тебя нету, случаем? — поинтересовалась она, облизывая меня взглядом. — Я для подруги интересуюсь, если что.       — Да. Она сидит в коридоре, вы с ней поздоровались.       Анко передёрнуло.       — …Ах. Не, спасибо, ещё жить хочется. И вот так всегда… А оружие где? — как бы невзначай спросила она.       — Хм?       — Оружие. Для которого тебе выдали разрешение, красавчик. Или ты его… Проглотил?       Поскольку Анко училась у Орочимару, труда понять что она себе представляла у меня не составило.       — Ох. Нет, вы немного промахнулись. Можно я?..       Анко махнула рукой, мол, давай, показывай. Шиноби за ней заметно напряглись.       Я мысленно повернул рычаг.       Моя кожа окрасилась плотной паутиной чернил. Вязь слов текла по мне чёрной рекой, бурля и вздымаясь.       — …Я очень надеюсь, что твоими следующими словами не будет «следуйте моим инструкциям, или я подорвусь с этим зданием», — медленно выдавила из себя Анко. Она держала большой палец у рта. Для призыва?       — Что вы, что вы, — улыбнулся я вежливо. — Это всё печати хранения, ничего такого. В целом.       — Я знаю, как выглядят фуин хранения, красавчик. Не пудри мне мозги, — огрызнулась Анко.       — Не знал, что говорю с Мастером фуиндзюцу, коллега, — насмешливо поднял бровь я. Фуиндзюцу явно не входило в список её талантов, иначе бы она давно доросла до мастера в поисках решения своей проблемы на шее и не говорила сейчас глупости..       Её метка ощущалась даже издалека. Мне жуть, как хотелось покопаться в Проклятой Печати Орочимару, но пока что никто меня к ней в здравом уме не подпустит.       — Нобу, что скажешь? — она повернулась к одному из мужчин, что особенно пристально смотрел на мои Истории.       — …Это выше моего понимания, — признался он. — Я могу лишь сказать, что Хаку-сан не лжёт. Отдельные элементы действительно отдалённо напоминают строение печати хранения.       — Серьёзно? И это всё? — цокнула языком девушка.       — Вы знаете, что я сам не мастер, Анко-сан. Куда проще будет просто проверить их на деле. Конечно, можно попробовать дождаться Джирайи-сама…       — Если ты готов взять на себя ответственность сообщить Цунаде-сама дурные вести, то вперёд.       — …Подумав чуть подольше, я решил, что это стопроцентно печати хранения.       — Всё с тобой ясно. Подкати столик для вещей. Да, вот сюда. Красавчик, валяй, выкладывай, чего у тебя там.       — Как прикажете, госпожа, — улыбнулся я ехидно, заметив блеск в её глазах.       Я прикусил палец, и провёл кровью по руке. Из облачка дыма появился Кубикирибочо в своей оригинальной форме, с лязгом упав на металлический столик.       — Оо, какая цаца! Да ты у нас важный гость! Владелец одного из Семи Мечиков Тумана, — протянула Анко, рассматривая меч. Медленным шагом подойдя поближе, она провела ладонью по лезвию, под конец плавно проскользнув мне под бок. Вблизи её распахнутый плащ почти не скрывал выпирающую из-под сетчатой брони грудь. — Это у тебя такой большой меч, или ты просто рад меня видеть?       — Никаких «или», Анко-сама, — ответил я ей той же монетой.       — Настоящий ловелас, да? — прошептала она мне на ухо, поглаживая мою грудь воздушными прикосновениями пальчиков. — Не мудрено, что Цунаде-сама бережёт тебя, как зеницу ока. Гордишься? Что поймал кого-то вроде неё на крючок?       — Горжусь, что заинтересовал такую женщину, как она, — поправил я, перехватив её кисть и поднеся её к своим губам, обозначив поцелуй. — Мне приятно слышать, что в Конохе всё ещё заботятся о ней, несмотря ни на что.       Девушка кокетливо приподняла бровь и аккуратно вынула руку из моей, пройдя мне за спину. Вскоре я почувствовал шаловливые прикосновения ноготков по свой спине.       Естественная реакция тела не заставила себя ждать. Я даже не почесался как-то её сдержать. Зачем?       Двое дознавателей стояли с нейтральным видом у дверей, изображая мебель. Нобу стоял у стола и усердно делал вид, что его жутко интересовала голая стена.       Подозреваю, Анко пыталась спровоцировать меня на определённые натренированные реакции, свойственные медовым ловушкам. Одно дело, если я просто весь из себя такой неотразимый. Совсем другое, если я владею техниками, которым обучают для весьма конкретных целей.       Покажи я излишнюю невозмутимость или завышенный интерес, и это воспримут как знак, что мне есть что-то скрывать.       У меня было, что скрывать, но это не касалось моих близких отношений с Цунаде.       — Я могу продолжить открывать печати? — поинтересовался я пару минут спустя чуть хриплым голосом.       — У тебя ещё барахло есть? Хотя, конечно есть, о чём это я, — хихикнула совсем по-девчачьи Анко. — Ну давай, вываливай.       Отлично. Я ждал этого момента три тысячи лет.       С три ящика кунаев. Тысяча сенбонов грузными пучками. Два вакидзаси, одачи, с десяток танто. Орнаментальная катана, стоящая баснословные деньги. Ящик с дымовыми шашками.       Столик опасно застонал. Один из пучков с сенбонами с громким звоном скатился на землю из-за катастрофической нехватки места.       — …Сколько ещё осталось? — поинтересовалась Анко, смотря на меня с нечитаемым выражением лица.       — Хмм. Четыре пятых?       — Готово?       — Осталось.       Анко пару раз моргнула, переваривая услышанное.       — Акира! — крикнула она одному из дознавателей у входа. Мужчина вздрогнул, опасливо повернувшись к ней. — Тащи ещё столики!       Ещё с десяток минут ушло на мою коллекцию вооружения.       Пять на свитки и запасы чернил. Несколько толстых стопок заготовленных взрывных печатей, которые Нобу с бережливостью отодвинул от всего остального..       Замороженная еда и вещи вроде спальных мешков и шатров заняли все пятнадцать. В качестве извинения я предложил Анко мороженное, но та через силу отказалась.       Охнув, будто вспомнил в последний момент, под её одобрительным взглядом я вынул сначала сенбоны из своей причёски, затем острую леску, позволив волосам свободно упасть на спину.       Последним я распечатал тело и голову.       — Твою… А это что ещё за хрен?! — вскрикнула девушка, отскочив из-за стола. — Ты трупы с собой носишь?!       — Как можно? — покачал я головой. — И при чём здесь трупы?       — Что значит, при чём…       Я растопил лёд вокруг головы.       — --уки недотраханные чтоб вас свиньи съели и высрали, ТЫ! Еретичка!!! Дзясин-сама никогда не отпустит твою проклятую душонку, поняла?! Бесконечные пытки—       Я заморозил её обратно.       Воцарилась тишина. Даже Анко стояла молча, не отрывая взгляда от головы Хидана, застывшей посередине крика, с лицом, перекошенным исступлённой яростью.       — …Какого хера, Хаку?       — Один из нукенинов, от которых мы спасли Какаши, — улыбнулся я. — Только шш. Это всё супер секретно. Приказ Хокаге, вы понимаете.       Небольшой трюк, чтобы повязать нас вместе маленьким секретом.       — Ты!.. Ты забавный, — усмехнулась Анко, но её кожа чуть побледнела, а сердце бешено колотилось. Она была единственной, кто сохранил хоть какое-то внешнее спокойствие. Нобу замер, словно окаменев. Двое других мужчин сжимали в руках кунаи. — Это всё, или у тебя остались ещё какие-то неожиданные сюрпризы?       — На этот раз всё, — пожал я плечами, улыбнувшись.       — Тогда запечатывай это всё обратно. Тело и… голову… первыми, пожалуйста. Нобу, записал?       — Д-да, Анко-сан. Но что насчёт—       — Зомби пропусти, естественно. Проблем хочешь, что ли?       — Н-никак нет, Анко-сан!       — Вот и хорошо. Акира! Твоя очередь! — позвала девушка парня с повязкой на глазах. Тот молча кивнул и подошёл поближе.       — Акира — наш лучший… Сенсор в отделе, — пояснила мне Анко. — С отличным послужным списком. Если у тебя есть какие-то секреты, лучше скажи сразу, чтобы не вышло недопониманий.       — Я вас услышал, — ответил я, запечатывая последний ящик с оружием. К моему счастью, процесс занимал гораздо меньше времени, чем с распечатыванием. Просто коснись и всё. — Мне говорили, что у меня холодная и колючая аура. Это считается?        — Из-за улучшенного генома, да? Тогда вряд ли, — отмахнулась девушка. — Просто стой смирно и ничего не делай, хорошо?       Акира подошёл поближе, сложил руки вместе, ладонями ко мне, напрягся.       Бьякуган, тут же дошло до меня.       Однако, перефразируя одну пословицу, Бьякугана бояться — в Коноху не ходить. А я основательно подготовился к этой авантюре.       Потянулись медленные минуты. Где-то на третьей капля пота побежала по нахмуренному лбу парня, а его пальцы чуть задрожали. На пятой он тяжело выдохнул и опустил руки.       — Каков вердикт? — коротко спросила Анко, не отрывая от меня взгляда.       — Чист, — односложно ответил Акира, после чего на секунду замешкался, что не укралось от внимания девушки.       — Что-то не так? — напряглась она.       — …Нет, — отрицательно покачал головой парень. — Фантомный холод. Слишком яркое проявление стихии.       — Слышал, Хаку-кун? Акира считает тебя яркой, но холодной звездой в ночном небе! — хлопнула в ладоши Анко. — Как романтично!       — Я польщён, Акира-сан, но у нас ничего не получится, — улыбнулся я вежливо.       — Несколько слов и сердце разбито, — драматично вздохнула куноичи. — Мы запишем это в отчёте, как неспровоцированное нападение с летальным исходом.       Акира молча развернулся и отошёл назад ко входу, делая вид, что забыл о нашем существовании.       — Мы закончили? — спросил я.       — Не терпится сбежать из моей компании? Это обидно, знаешь ли, — пожаловалась Анко. — От нас всего одна вещь. Нобу, твой выход!       Мужчина вздохнул, подошёл ко мне.       — Руку, пожалуйста, — попросил он. Взяв протянутую ладонь, он пару секунд рассматривал символы, бегающие по моей коже, после чего поднял взгляд на меня. — …Место освободить можете?       — Конечно, — улыбнулся я ему. Чернила, повинуясь моей мысленной команде, разошлись, освобождая ладонь. Нобу кивнул, достал маленький свиток, приложил к ней. Я почувствовал, как немного нейтральной чакры прицепилось к коже.       — Ммм. Маячок? — сразу понял я. — Не хочу оскорблять вашу компетенцию—       — Никто не спорит, что ты можешь сбросить её в любой момент, красавчик, — прервала меня Анко. — Это знак доверия, понимаешь? Для нашего спокойствия.       — И в моих же интересах ничего с ним не делать, — кивнул я. Простой, но действенный метод. Если мне нечего скрывать, маячок не несёт никаких негативных последствий. Если же я как-то на него повлияю, это будет сродни заявления о нарушении перемирия. Бить на поражение, конечно, не станут, но я сразу попаду под категорию активного риска для деревни.       — Ты ловишь на лету!       — Могу я теперь одеться?       — Ох, я не настаиваю, поверь! — заверила меня девушка. — Кинтоки уже проверил твою одежду. После твоего склада в печатях, должна сказать, что рассчитывала хоть на что-то интересное, но всё чисто. Как так-то?       Я улыбнулся, взяв одежду в руки, после чего позволил ей распасться снегом, хлопьями посыпавшимся на пол. Новый комплект появился у меня прямо на теле.       — Удобно, — прокомментировала Анко с задором в глазах. — И спасибо за шоу, раньше! Ты мог просто растворить одежду, но подумал о моих чувствах!       А ещё я подумал, как вы потратите время на её проверку и попытки что-либо к ней прицепить, хихикнул я в мыслях.       — Всё для вас, Анко-сама, — поклонился я.       — Ой, всё, засмущал! — отмахнулась девушка, ничем не показавшая смущения.       — Мы закончили?       — Мы — да. Тебе же остался разговор с Ибики, — сказала она мне, кинув мне шутливо сочувственный взгляд.       Я лишь кивнул в ответ, не показывая своих эмоций.              

***

             Вопреки ожиданиям, меня привели не в тёмную комнату с одиноким столом и лампой, а во внутренний дворик. Шум Конохи слабо доносился досюда, оставляя лишь умиротворяющий шелест листвы.       Морино Ибики сидел на скамье в своей обычной униформе, с чёрным плащом и закрытой банданой головой. Заметив меня и моих сопровождающих, он коротко кивнул, и жестом отослал подручных, оставив нас наедине.       — Присаживайся, — произнёс он коротко, показав на скамью напротив своей. Я последовал его предложению, неторопливо сев. На узкой дорожке меж ухоженными кустами нас разделяло около пары метров. Не слишком близко, не слишком далеко.       Интересный выбор для допроса.       Ибики молчал, рассматривая моё лицо.       Я спокойно улыбался, ожидая, когда ему наскучит проверять, насколько я импульсивен и нетерпелив.       Он выждал ровно одиннадцать минут и одиннадцать секунд.       — Почему Коноха, а не Кири? — внезапно спросил Ибики, подавшись чуть вперёд.       — Потому что я следую за Цунаде, — ответил я.       — Здесь ты будешь чужаком, и каждую каплю доверия тебе придётся добиваться потом и кровью, — продолжил он. — Твоя сила двухлетней давности могла позволить тебе занять место второго человека в деревне, приложи ты усилия. Туман принял бы тебя с распростёртыми объятьями. Здесь же ты станешь одним из многих. Что может заставить кого-то вроде тебя выбрать Коноху при таком раскладе?       — Мою мать убил мой отец, — ответил я, добавив холодка в свой голос. — Потому что я, по незнанию, использовал свой кеккей генкай при нём. Потому что он «понял», что мы с мамой — нелюди, недостойные жизни. Он запросто собрал всю деревню, чтобы расправиться с нами. Никто из них ни на секунду не задумался, «почему они нелюди?» или «чем они от нас отличаются?».       — Ты всё ещё здесь, живой и разговариваешь со мной, — возразил Ибики, сплетя пальцы перед собой. — Более того, ты неплохо справился с травмой, судя по тону. Не говори, что мнение суеверных крестьян тебя действительно беспокоит. К тому же, речь шла о проживании в деревни Шиноби. Тебе должно быть известно не хуже меня, что подобные идиоты не проживут в Тумане и дня, если скажут хоть слово против одного из главных людей в Кири.       …А он хорош, признал я мысленно.       — Мне не нравился климат, — подкинул я ему паршивый аргумент чисто из спортивного интереса, чтобы послушать, как он его разнесёт.       — Составляющими Хьётона являются ветер и вода. Ты превратил свою одежду в элемент. Неужели страна Огня с её жарким летом, тёплой зимой и редким снегом привлекательней, чем повсеместные туманы страны Воды и её вечноснежные острова на севере?       Значит, он и правда следил за обыском. Сложил ли он два и два, опознав Гидрификацию?       — Меня не устраивала политическая обстановка, — продолжил я.       — Твою награду заказал Ягура. Вскоре после переворота, её отозвали, — чуть раздражённо ответил Ибики. Я слабо усмехнулся, заметив редкую эмоцию в его голосе. — Ты владеешь Кубикирибочо, и выполнял миссии под началом Момочи Забузы, пытавшегося сместить Четвёртого Мизукаге. Теперь мечник, по слухам, командует Охотниками. Мне нужно объяснять, почему я сомневаюсь в твоих словах?       — Не стоит, — улыбнулся я. — Теруми Мей обязана мне услугой за помощь. Это правда, что она хотела бы видеть меня под своим началом. Но я просто не видел особого смысла присоединяться к деревне, которую видел первый раз в жизни. Тратить десятилетия своей жизни для тяжёлой, кропотливой работы над её восстановлением. Патриотизм у моего учителя в крови. Я же, увы, пропустил все необходимые уроки.       — Мы до сих пор неуверенны, когда именно Теруми Мей одержала верх над силами Каратачи Ягуры. Но наши аналитики говорят, что это случилось около года назад. Как раз, когда тебя первый раз видели в компании Цунаде-сама, — продолжил говорить Ибики, не сводя с меня тяжёлого взгляда. Его глаза отказывались моргать. Я подозревал, что такой простой трюк срабатывал чаще, чем люди любили признавать, заставляя выбалтывать лишние детали под напряжением.       — Совпадение, — пожал я плечами. — К тому же, Цунаде подошла ко мне первой.       — И, разумеется, ты никак её на это не спровоцировал, — хмыкнул мужчина.       — Не специально. Пытаясь не привлекать внимание к своей персоне, я ненароком покрасил волосы в цвет, схожий с Като Даном. Как оказалось, внешне мы немного похожи, — улыбнулся я. Немного откровенности, упреждающей неудобные вопросы.       — Удивительное совпадение, — протянул Ибики. — Ты сказал, что гордишься вашей связью с Цунаде-сама. Не пояснишь поподробней?       — Я сказал немного другое, — поправил я спокойно. — Моей самооценке невероятно льстит, что я приглянулся куноичи вроде неё. Как и то, что она пустила меня в своё сердце.       — И ты никогда её не обманывал? — уточнил Ибики.       — Конечно, обманывал. Мы путешествовали примерно около года вместе, Ибики-сан, — ответил я, хихикнув в ладошку. — Людям свойственно врать по любым пустякам. Я бы соврал, сказав иначе.       — Мило, — сухо прокомментировал мою игру слов Ибики. — Тогда опустим «пустяки». Что насчёт серьёзных вещей?       — Не припомню ни единого случая, — вновь пожал я плечами.       — Интересно, — нейтрально произнёс мужчина, сев прямо, и достал блокнот с ручкой, начав что-то записывать. — Врал ли ты когда-нибудь представителям Конохи?       — В какой-то степени, — ответил я пространно, отчего рука Ибики на короткий миг замерла. Секунды тикали, и пауза затянулась, официально став неловкой.       Я продолжал вежливо улыбаться.       — Какая у тебя связь с Сидзими-сама и новоиспечённой даймё страны Снега, Казахана Коюки-доно?       — Вас интересует моя актёрская карьера? — поднял я бровь. — На мою первую роль меня нанял Танака-сан, режиссёр, с которым работала Коюки. Я должен был быть обычным охранником, но он убедил меня попробовать себя в кино. Как выяснилось, у меня есть талант.       — Ещё одно невероятное совпадение, — возобновил движения ручкой Ибики. — Ты, разумеется, не знал об общеизвестном факте увлечения Сидзими-сама киноиндустрией. Как и секретный, на тот момент, статус Казахана-доно.       — Если бы вы хоть немного знали Танаку-сана, то не делали бы таких опрометчивых выводов, — хихикнул я в кулак. — Его не подкупить и не запугать. Очень интересного характера человек.       — Человека можно подкупить всегда, — возразил Ибики, подняв взгляд. — Просто деньги далеко не всегда самое эффективное решение. Ты подкупил его чем-то другим. Разве не так?       — Вы куда-то клоните своими инсинуациями? — невинно наклонил я голову.       — У нас не получилось установить точные даты, но агенты Листа в столице подтвердили, что однажды съёмочная группа режиссёра внезапно покинула столицу вместе с «Юкие» на корабле, и отправилась в страну Снега, с тех пор редко возвращаясь назад. Вскоре страна Снега официально объявила о смене правителя и начала налаживать отношения с соседями после долгих лет изоляции. Я подозреваю, что ты тоже был на том корабле, Хаку. Это ведь так заманчиво, верно? Юки, вернувшийся на родину предков. Спасший принцессу. Она тебя отблагодарила?       — С каких пор Лист заинтересован в какой-то съёмочной группе настолько, чтобы следить за её передвижениями? — спросил я нарочито удивлённо. — Может ли так быть, что я ненароком нарушил чьи-то важные планы своим присутствием? Если так, то примите мои глубочайшие извинения.       — Страна Снега так же начала массовые поставки техники и еды в страну Воды и Туман. Твоих рук дело? — продолжал Ибики, проигнорировав мои слова.       — Это всё моя заслуга, — кивнул я довольно. — Какие ещё подвиги я совершил, о которых не слышал до сегодняшнего дня?       — То есть, ты утверждаешь, что не совершал ничего из вышеперечисленного? — спросил Ибики.       — Нет, что вы. Я — самый настоящий герой-любовник, спасший Туман и Снег от ужасных диктаторов, и принёсший власть к ногам своих женщин, — засмеялся я. — Мне понравилось, как вы меня расхвалили. Прошу, продолжайте.       Ибики немного помолчал, вертя ручку в пальцах.       Его лицо за весь разговор никак не изменилось.       — Юки Хаку. В обоих наших интересах покончить с этим разговором как можно быстрее и безболезненней. Обвинять тебя в чём-либо не в моей компетенции. Я лишь добываю информацию и сопоставляю факты. Чем больше ты сводишь всё к шутке, тем сильнее усложняешь весь процесс и для себя, и для меня.       — Что вы хотите от меня услышать? — спросил я, вздохнув. — Да, я помог Мей. Чтобы мою награду отозвали. Чтобы иметь право носить Кубикирибочо, не вступая в ряды Тумана. Я уже объяснил, почему не хотел. Меня ничто не связывает с Киригакуре, в отличие от моего учителя. Для меня это гораздо важней чуть более удобного климата или власти над людьми, которые мне безразличны.       И да, я был в стране Снега, сопровождая Коюки. Как выяснилось, её дядюшка активно разрушал экономику страны, из-за чего шиноби Юкигакуре свергли его. Я отправился с ней в качестве телохранителя, чтобы она смогла договориться с шиноби в безопасности. Взамен я могу попросить её о любой технологии, что взбредёт мне в голову. Я даже могу попытаться уговорить её рассмотреть более тесные дипломатические отношения с Конохой, если вам это интересно, и она даже может подумать, ради нашей дружбы. Но не более того. Такой откровенности вам хватит?       — И у тебя не закралось мысли остаться там?       — Это случилось ещё до того, как Ягуру свергли. Я не чувствовал себя в безопасности, — нахмурился я. — А потом я встретил Цунаде и уже редко задумывался о том, чтобы вернуться.       — Зачем ты притворялся актёром при дворе Хидеёши-сама? — резко сменил тему мужчина.       — «Притворился» — такое грубое слово… Я ведь и правда актёр, смею напомнить, — возразил я мягко. — Цуна не хотела неуместного внимания и расспросов со стороны Конохи о своей личной жизни, зная, как здесь могут отреагировать на то, что я был ещё и шиноби.       — Зачем ты напал и вырезал клан Хозуки? — снова сменил тему Ибики.       — Месть за предков. Если вы в курсе нашей истории—       — И это никак не связано с одеждой из стихийной чакры? — грубо прервал меня мужчина.       — Я оставлю это на ваше воображение, — улыбнулся я.       Очередная пауза. Я наслаждался летним ветерком, чуть трепавшим мне волосы.       Ибики продолжал сверлить меня нейтральным взглядом.       Спустя двадцать минут нас прервал суетливый шиноби в форме Дознавательного отдела, передав клочок бумажки своему начальнику. Ибики отвёл взгляд от меня, мельком прочёл написанное, прикрыл глаза. Отослал подручного взмахом руки.       — …Юки Хаку. Собираешься ли ты вредить Конохагакуре прямо или косвенно? — спросил он наконец.       Видимо, его время вышло.       — Никак нет, Ибики-сан, — ответил я искренне. — Скорее, совсем наоборот. Я собираюсь сделать её сильнейшей.       — С Цунаде-сама у руля, верно? — уточнил мужчина, впервые за всю встречу усмехнувшись.       — Конечно, — кивнул я. — Такая мотивация смущает Лист?       — Совсем наоборот, — хмыкнул Ибики. — Такая мотивация проста и понятна для нас.       — Тогда каков ваш вердикт, Ибики-сан? — спросил я заинтересованно.       — …Ты не первый, кто пытается достичь власти через дипломатию и взаимную выгоду. Однако, ты ошибаешься, если думаешь, что не наживёшь себе врагов, ступая по этому пути. Чем выше ты заберёшься, тем больше ножей появятся у тебя за спиной.       — Спасибо за совет, я учту его, — поклонился я. Это было так заботливо с его стороны! — Я могу быть свободен?       — В обозримом будущем тебя будут посменно сопровождать команда АНБУ, — оповестил меня Ибики сухим тоном. — Твои разговоры будут прослушиваться, записываться и анализироваться. Также ты не можешь покидать своего места проживания без Цунаде-сама, до окончания испытательного срока.       — Должен ли я беспокоиться о приватности в нашем будущем доме? — спросил я едко.       — Ваш дом будет охраняться, но внутрь никто заходить не посмеет, — заверил меня мужчина.       — Но смотреть будут, да? Дайте угадаю, в составе охраны случайно окажется Хьюга, верно?       — …Мы ни за что бы не стали—       — Если я запечатаю дом от подобных взглядов и прочих любопытствующих, вы же не сильно расстроитесь? — спросил я, забавляясь.       — …Это в вашем праве, — ответил Ибики после секундной паузы. — Но ты должен понимать, что в таком случае отсидеться взаперти не выйдет. У важных людей начнут появляться вопросы, чем таким это ты занимаешься в уединении.       — Я и не собирался отсиживаться, — закатил я глаза. — Что насчёт работы и миссий?       — Тебе разрешено работать в паре с Цунаде-сама или Шизуне-сан.       — Не самостоятельно?       — Всё упирается в доверие, Юки Хаку, — ответил мужчина нейтрально. — На следующей недели мы проведём модифицированный тест на ранг Джонина. Я советую ничего не утаивать, когда ты будешь его проходить. Если ты покажешь нужный уровень, то Коноха будет раз в месяц выделять тебе заранее подобранные миссии и команды. Не рассчитывай на то, что ранг сразу же откроет тебе доступ к архивам или каки бы то ни было секретам. Твоя ситуация слишком деликатная.       — Всего раз в месяц? — повторил я. — Дайте угадаю: пока не заработаю больше доверия?       — Именно, — кивнул Ибики.       По иронии, я не верил ему. Куда вероятнее эти миссии будут проверкой на вшивость.       По крайней мере, скучно не будет.       — Есть какие-то ещё табу, о которых мне следует знать? — поинтересовался я. — Нужно ли мне избегать определённых людей, например?       — Интересный вопрос, — поднял бровь Ибики. — Уточнишь, что ты имеешь в виду?       — Скорее всего я буду близко общаться с командой Семь, в которой состоит последний Учиха, — пояснил я. — Должен ли я ходить на цыпочках вокруг детей важных людей? Стоит ли мне спать с танто под подушкой, если на меня западёт чья-то дочь?       — С разгневанными отцами уж разбирайся как-то сам, — усмехнулся мужчина. — Нет, Юки Хаку. Пока ты не пытаешься кому-то активно вредить, мы не пошевелим и пальцем. В случае драки вас быстро разоймут. Хочешь — соблазняй кого угодно, Коноха скажет спасибо за любых твоих детей. Но и защищать от разъярённых девушек, их родственников или, упаси боги, Цунаде-сама мы не будем.       — Справедливо. Благодарю за разъяснения, — поклонился я учтиво.       Говоря другими словами, они не воспримут такие действия, как подрывные, но если я, скажем, посмотрю как-то не так на Хинату, и её отец придёт меня убивать за то, что я обесчестил его дочь своим похотливым взглядом, мои надзорщики сделают вид, что их тут нет.       Закончив разговор, он вывел меня обратно к Цунаде, стоявшую у входа в здание. Блондинка разговаривала о чём-то с Анко, которая отвечала слегка натянуто.       — Закончил, наконец? — повернулась к нам Цуна, осматривая меня.       — И свободен. Относительно, — улыбнулся я ей.       — Ого! Я даже не припомню, когда последний раз кто-то улыбался после разговора с Ибики! — присвистнула Анко.       Мужчина лишь тяжело вздохнул, явно привыкнув к её характеру.       — С чего бы? Мы просто поговорили. Не то, что с вами, Анко-сама, — ответил я, чуть покраснев.       На секунду всё замолкло. Девушка посерела       — Э-это всё для работы, ничего личного! — торопливо выпалила она, косясь в сторону Цунаде. — Подтверди, красавчик!       — Мхм. Держи руки при себе «по работе», и у нас не возникнет «рабочих» проблем, сечёшь, девочка? — зыркнула блондинка.       — Так точно, Цунаде-сама! Всё поняла, Цунаде-сама!       — Хмф, — фыркнула Цуна, отвернувшись.       Генма давно ускакал по своим делам, поэтому, раскланявшись с Анко и Ибики, мы неторопливо отправились на поиски Шизуне.       Цунаде повела меня длинным путём к бывшему кварталу Сенджу, устроив небольшую экскурсию. Мы прошли мимо главного госпиталя, что бурлил жизнью даже в относительно мирное время, чайной улочки, где по словам девушки, в её время часто отдыхали парочки. Магазинчик цветов Яманак удивил и Цуну, потому что при ней был ещё не основан. Я, кажется, даже увидел сквозь витрину Ино, стоящую у прилавка, но лишь мельком.       Спустя примерно полчаса мы вышли к территориям кланов. Сенджу располагались неподалёку от владений Нара, рядом с лесом. Цунаде уверенным шагом вела меня по заросшим тропинкам, через мелкие ручейки, каким-то образом ориентируясь по деревьям на нашем пути.       Мы нашли Шизуне у ворот Тории, вместе с неизвестной куноичи, нервно мявшей руки. Та встрепенулась, завидев нас, разгладила несуществующие складки, откашлялась. Приоткрыла было рот, чтобы что-то сказать, но прежде, чем набралась духу, её опередила Шизуне.       — Как вы и думали, усадьба Хинако-сама оказалась свободной, — сообщила нам девушка. — Хие-сан, из администрации Хокаге, помогла решить вопрос с уборкой и мебелью, — представила она нервную девушку рядом с собой.       — П-приятно познакомиться, Цунаде-сама! — воскликнула Хие, глубоко поклонившись. — М-мы очень рады вашему возвращению! Е-если вам потребуется что-то ещё—       — Спокойно, дыши спокойно, — вздохнула Цуна, прикрыв глаза. Из-за её облика почти никто из прохожих не узнавал девушку, и лишь люди в возрасте бросали порой смятённые взгляды на неё, явно не понимая, показалось или нет. Но люди, что знали о её возвращении и росли на легендах и историях о ней, быстро начали утомлять Цунаде. Для них даже двадцать лет без новостей о её местонахождении и отсутствие вестей не могли очернить её имя.       Кое-как утихомирив Хие, мы отправились вглубь территории Сенджу.       Нужное строение стояло возле уютного пруда и состояло из нескольких соединённых в одно зданий.       Как и всё остальное в Конохе, усадьба была целиком сделана из древесины деревьев Хаширамы, что делало их непревзойдённо крепкими и устойчивыми к времени и стихиям.       Тут даже имелся приличных размеров сад.       Внутри всё было чуть печальней. Как рассказывала Цуна, её тетя погибла ещё в начала Второй Мировой Войны шиноби, молодой и без детей. Время не тронуло древесину, но всему остальному повезло куда меньше.       — М-мы закупим и доставим кровати д-до ночи! — пискнула Хие, заметив тень на лице блондинки, неправильно её интерпретировав.       — Всё в порядке, Хие-сан, — успокоил я её. — У нас есть спальные мешки и футоны. На первую пору их будет предостаточно. Цунаде просто расстроена видеть дом родственницы в подобном состоянии. Я прав?       — Неужели никто не почесался хоть раз в год заходить внутрь, чтобы убедиться, что ничего не гниёт? — мрачно спросила блондинка, проводя пальцем по поверхности столика, оставляя отчётливый след в толстом слое пыли.       — Н-но! В-ведь Цунаде-са-сама приказала, чтобы вещи покойных н-не распродавали!.. — пискнула было Хие, но Цунаде её перебила:       — Как мне уже напомнили, я продала эту землю и всё, что на ней находилось деревне. Насколько я поняла, часть недвижимости уже давно сдаётся в аренду. Или это не так?       — Э-это действительно так, н-но—       — Сдаётся мне, кто-то просто решил сэкономить и срезать углы, — раздражённо подытожила Цунаде. — Шизуне упомянула, что ты поможешь решить вопрос с уборкой. Сколько на это уйдёт времени?       — Н-не больше недели! — поспешила ответить женщина. — Р-разумеется, всё за счёт деревни!       — Тогда мы будет с нетерпением ждать, Хие-сан, — мягко улыбнулся я ей. — Если это всё, то мы вас не задерживаем.       Куноичи помялась на месте, бросив взгляд на Цунаде, но та ничего не сказала, продолжая меланхолично рассматривать портреты на стенах. Дёргано откланявшись, она быстро покинула дом.       Оставшись наедине, я оперативно распечатал кисть и чернила, принявшись за дело.       Спустя несколько минут стены гостиной жили своей жизнью, пестря причудливыми узорами моих Историй.       — Мы можем говорить, — сказал я, отложив кисть.       — Хьюга? — уточнила Цунаде.       — Ничего не увидят. Барьеры против Бьякугана существовали задолго до меня. Интегрировать их в мою Историю не составило труда.       — Возникли ли у тебя проблемы?       — Ибики догадывается о многом. К счастью, он догадался и о том, что я не планирую как-то вредить Листу, — хмыкнул я. — Меня ждут специальные «миссии», которые, я подозреваю, будут от начала и до конца подстроены для меня.       Я коротко пересказал девушкам детали.       — Хмф. Что это за джонин такой выходит, которому ничего нельзя, но от которого дофига требуют? — скрестила руки Цуна. — «Прослушка всех разговоров»? Включая госпиталь? Ну уж нет. Поставишь печати и там — и пусть хоть кто-то посмеет вякнуть!       — Мы знали, на что шли, — возразил я, тепло улыбнувшись. Мне было приятно, что она злилась за меня. — Никто в здравом уме не дал бы мне все полномочия джонина так быстро. Со временем это изменится.       — Изменится, если старики не хотят проблем, — мрачно пообещала девушка.       — Мне до сих пор не верится, что я стану джонином, — призналась Шизуне, сжав хрюкнувшую Тонтон в руках. — Когда-то я мечтала о том, чтобы просто показать себя на экзаменах на Чунина…       — Шизуне… — начала было Цунаде, но ученица перебила её:       — Я не виню вас, правда. Просто… Я успела забыть, какого это, работать на деревню, выполнять миссии. Не уверена, что готова к ответственности, связанной с рангом джонина.       — Ты всё это время была ответственна за Цуну, — ухмыльнулся я. — Думаю, это куда более сложная работа.       Девушка хихикнула, её плечи чуть расслабились. Цунаде приобняла ученицу со спины, зарывшись носом в её волосы, отчего та смущённо пискнула       Нам предстояло ещё много работы, но я знал, что мы с ней справимся.              

***

      

      В отличие от нас с Шизуне, администрация поспешила вернуть ранг Цунаде со всей возможной скоростью. Разница заключалась в том, что Центральный Госпиталь Конохи требовал от своих медиков наличие ранга для работы, и абсолютно все в Листе были заинтересованы в том, чтобы Цуна вернулась к лечению как можно скорее.       Мы с Шизуне сопровождали её, когда нас встретил улыбчивый, седой мужчина с бородой и в очках, пригласив нас в кабинет.       — Цунаде-сама! Вы не представляете, как я рад вас видеть! Вы выглядите точь-в-точь, как все эти годы назад! Я был всего лишь медбратом, когда вы ещё работали здесь, так что вы, наверняка, не помните меня…       — Котаро-кун, верно? — прервала его девушка. — Я вижу, ты поборол своё заикание.       Пожилой мужчина покраснел, как подросток перед своей школьной любовью.       Взяв в себя в руки, он откашлялся.       — Ах, я так переволновался, что чуть было не забыл представить своего приёмного сына! Сынок, подойди! — позвал он через плечо, махнув рукой.       Неуверенной походкой к нам приблизился юноша в очках. Его пепельные волосы были завязаны в небольшой хвост.       Он низко поклонился, поправил очки пальцем, и вежливо, но с некоторым волнением улыбнулся.       — Ах… Меня зовут Кабуто. Для меня большая честь встретиться с вами, Цунаде-сама.       Я мысленно застонал. Я совсем забыл, что он работал здесь под прикрытием.       Но, может всё не так плохо?       В конце концов, я планировал держаться возле Цунаде и Шизуне. Каковы шансы, что мы будем часто видеться?