Летний снег

      Утренняя дымка тумана застилала взор, но силуэты исполинских стволов деревьев я сумел разглядеть задолго до того, как подошёл к ним почти вплотную.       Я довольно зажмурился, в очередной раз наслаждаясь такой родной влагой на коже. Я бы даже подумал, что кто-то решил мне таким образом подсобить, но меня одолевали сомнения. В любом случае, сейчас я ощущал себя, как рыба в воде. Комфортно, в своей стихии.       Металлическая сетка, ограждающая мир от ужасов Тренировочного Полигона номер Сорок Четыре, блестела от оседавшей воды. От леса пахло сырой землёй и перегнившими листьями, но ничего опасного мне отсюда унюхать не удалось. У небольшой, пытающейся потеряться калитки, меня ждала ссутулившаяся фигура знакомого джонина, лениво игравшегося с монеткой в руке. Завидев меня, мужчина выхватил её из воздуха, повернувшись ко мне лицом.       — Хаку-сан, — кивнул Какаши, улыбнувшись глазом. — Как вы последнюю пару дней? Приготовились?       Наш совместный поход в Ичираку оказался вполне удачным. Пусть маленький ресторанчик и оказался набит битком по нашей вине, ни сам Мудрец Шести Чаш с Раменом, Тэучи, ни его дочь Аяме ни разу не жаловались. Их заведение не страдало от нехватки клиентов, но и не пользовалось какой-то бешенной популярностью. Местечко для своих, о котором узнают от знакомых и друзей.       Кабуто вился ужом, уклоняясь от прямых ответов про приёмную мать, но под напором Цунаде по капле выцеживал информацию из себя. Дети то и дело косились на него, уж очень странно тот себя вёл, даже по их меркам. Пфф, посмотрим, как он будет пытаться втереться им в доверие после такого!       Наруто уметал рамен за обе щёки, как от него и ожидалось, но и Саске с Сакурой не сильно от него отставали. Попробовав местный тонкоцу рамен, я лишь уважительно присвистнул, вызвав смешки от соседей и довольные лица хозяев. Даже такой сладкоежка как я, с улучшенным печатями чувством вкуса, не мог не признать высший класс. Как и ожидалось от Мудреца Шести Чаш.       Сакура безуспешно боролась с так и норовившей вылезти на лицо счастливой улыбкой, то и дело бережно трогая свои щёки, губы, нос. Если кто это и замечал, то по негласной договорённости не обращали особого внимания, так как понимали контекст ситуации. Радость девочки усугубляло и то, что Цуна посвятила её в свои размышления на её счёт и позадавала ряд вопрос, проверяя уровень знаний.       Личное ученичество значило очень много. Особенно в этой культуре, особенно, когда его предлагал кто-то вроде Цунаде. Что показательно, Какаши не сказал ни слова против, наоборот, поощряя девочку как следует постараться и впечатлить легендарную меднина. У джонина вообще, как будто упал с плеч груз.       Не мудрено. Сам он явно терялся, как наставлять девчачьих девочек вроде Сакуры. Сближаться на почве пережитых травм с ней он явно не спешил.       — Всё просто замечательно, Какаши-сан, — улыбнулся я в ответ. — Я всегда готов. Когда начнём?       — Хм. Знаете, вполне возможно, что мы уже начали, — загадочно протянул он.       — Моё почтение вам и вашим коллегам. Нелегко, должно быть, служить, когда даже для того, чтобы взять миссию и получить вводную информацию вам необходимо играть в подобные игры, — пошутил я.       — Никто ведь и не говорил, что тест будет заключаться в миссии, — пожурил меня Какаши спокойным тоном. Его, казалось, забавлял этот разговор.       — Джонин — это, прежде всего, командующий офицер и элитная боевая единица, — пожал я плечами. Если ему хотелось поговорить, то я только за. — Это два основных критерия, по которым их выбирают. Решение сложных задач. Принятие трудных решений в тяжёлых ситуациях. Мораль, лидерство, адаптация. Тактическое мышление, боевые качества. Стелс, дипломатия.       — Вы много об этом думали, — заметил Какаши лениво. — Говорили об этом с Цунаде-сама?       — Со своим учителем, — поправил я.       — Ах… Момочи Забуза, да? Кажется, он состоял в рядах АНБУ Тумана…       — Именно. И если бы я проходил тест на вступление в АНБУ, то меня бы ждали как раз такие игры разума, — улыбнулся я. — Вы ведь сами долго служили в маске, верно, Какаши-сан?       — Ох? — подал он голос удивлённо, не подтверждая, но и не отрицая.       — Что и требовалось доказать, — кивнул я сам себе, источая самодовольство, но джонин, к его чести, не повёлся на дешёвую провокацию.       — Не знаю, о чём вы, Хаку-сан, — пожал он плечами. — Нам стоит поспешить, а то мы уже опаздываем. Не очень красиво выходит, опаздывать на свой же тест, — добавил он, развернувшись и зашагав вдоль ограждения.       — Если что, я сразу же наябедничаю на вас, Какаши-семпай, — улыбнулся я пакостно.       — Вы предадите своего будущего товарища по оружию так легко, Хаку-сан? — спросил он внезапно с металлическими нотками в голосе.       — Я не позволю ему разлагаться в собственной депрессии, — патетично ответил я, прижав кулак к сердцу. — Очевидно, что хронические опоздания связаны с глубокой, до сих пор незажившей травмой в его прошлом! Если я не доложу об этом, если не разорву порочную спираль, как я могу называться его другом?! Кстати, мы с Цуной планируем развивать и предлагать услуги по лечению проблем душевных. Это я просто так упомянул. На всякий случай, — добавил я чуть спокойней, подмигнув.       Какаши смерил меня не впечатлённым взглядом.       — Копание в чужом грязном белье не прибавит вам друзей, Хаку-кохай.       — Боюсь, моя новая работа в госпитале будет заключаться именно в этом, — покачал я головой с улыбкой. — Но я благодарен за ваше беспокойство. Не волнуйтесь, я буду добиваться доверия делами, а не словами.       — Надеюсь на это, — ответил он, отвернувшись.       Через пару минут мы вышли к другому входу в Лес Смерти. Нас ожидал невысокий мужичок крепкого телосложения. Простая, практичная одежда, никаких видимых подсумков или инструментов шиноби. Однако, на его руках виднелись еле заметные следы свежих чернил.       — Тц. Наконец-то. Барьер установлен и активирован, — буркнул он, косясь в мою сторону недобрым взглядом.       — Спасибо, Нодо-сан, — кивнул ему Какаши.       — Этот барьер не выдержит резкой смены температур, — протянул я, проведя ладонью по листику печати, небрежно наклеенной на сетку. Очень примитивная работа, рассчитанная на сплошное количество фуин, а не на качество отдельных. По многочисленным следам на взрыхленной чьими-то тяжёлыми лапами земле неподалёку, барьер прекрасно справлялся со своей основной задачей: сдерживанием мутировавшей фауны Леса Смерти.       — Грабли убрал, — грубо ответил Нодо, смотря на меня исподлобья.       Я удивлённо моргнул, повернувшись к мужчине. Его брови были насуплены, кулаки сжаты, стойка агрессивна. Но Какаши не спешил что-то говорить.       Я присмотрелся. Прислушался. Широко улыбнулся, с зубами.       — Ох, прошу прощения, мастер! Вы вложили всю свою душу в этот шедевр, корпели часами над каждым символом… Я не имею права что-либо говорить, — поклонился я низко.       Мужчина опасно побагровел. Ещё бы, ведь теперь получается, что этот никчёмный барьер — предел его возможностей, на который, к тому же, ему потребовалось куча времени. Но, с другой стороны, он не мог понять, насколько искренен я был в своих словах. Пусть и подозревал насмешку из-за упрёка вначале и смены тона.       — Если хочешь что-то сказать, то говори, — выплюнул он.       — Когда ваш барьер сдержит волну моего холода, защитив окрестности и Коноху от резкого падения температуры, я не забуду похвалить ваше имя своим экзаменаторам, — пообещал я от чистого сердца.       Мужчина чуть сбледнул с лица, заскрипев зубами, но быстро собрался с духом.       — Пустая бравада. Этот лес диаметром в десять километров! Перди своим холодом, сколько угодно, тебе не—       — Ну всё, всё, достаточно. Мы действительно опаздываем, — вмешался Какаши, примирительно встав между нами. — Ещё раз, спасибо за хлопоты, Нодо-сан.       — Хмф, — фыркнул мужчина, резко развернувшись и зашагав прочь.       — Стоило ли оно того? — спросил джонин, подняв бровь.       — Вполне, — улыбнулся я. — Поймите, Какаши-семпай, я не против тестов характера, но не так топорно. Тем более, он даже не выслушал моих опасений, прежде, чем начать.       Мужчина наклонил гол голову, задумавшись.       — Вы настолько уверены, что вам понадобятся такие масштабные техники? Это ведь всего лишь тест. Мы не собираемся никого убивать или наносить увечья. Иначе бы у Листа не набралось и с десятка джонинов, устраивай мы такое каждый раз.       — Возможно. Вот только и я не самый обычный кандидат, — ответил я, усмехнувшись. — Я не могу себе позволить оказаться лишь «одним из многих». Да и вы сами подзуживали меня показать себя во всей красе, помните?       — Хм, вы что-то сказали? — поднял на меня взгляд джонин, будто только заметил меня рядом.       — Вы такой стильный и крутой, Какаши-семпай! — показал я ему большой палец, сверкнув улыбкой.       — …Не знаю, где вы это успели подсмотреть, но больше так не делайте, — содрогнулся мужчина. — Так или иначе, постарайтесь никого не покалечить. Никому не нужен конфликт и кровная вражда на ровном месте.       — Я буду сдерживаться, — кивнул я согласно. — Теперь-то вы расскажите, что мне предстоит?       — Терпение, Хаку-сан, терпение, — улыбнулся глазом Какаши. — Мы сэмулируем миссию сопровождения. Доставьте хрупкого и беспомощного меня в целости и сохранности до башни в центре леса. Чем быстрее, тем лучше. Разумеется, за моей жизнью будет охотиться команда злостных шиноби под руководством чудовищного нукенина, — мужчина картинно содрогнулся всем телом, прикрыв глаза и понизив тон. — …Ивиру Гая!       …Ивиру Гай? Серьёзно?       — Тест начнётся, как только мы войдём внутрь, — продолжил Какаши, не показав, что заметил мою реакцию. — Скажите, как будете готовы, и мы начнём. Никакой спешки.       Я подозревал, что таймер уже стартовал.       Вместо ответа я подошёл к нему поближе и выудил маленький свиток из внутреннего кармашка кимоно.       — …Что это? — спросил Какаши, рассматривая предмет в моей протянутой руке.       — Фуин против холода, — пояснил я.       — Не уверен, что хочу ставить на себя неизвестные печати, честно говоря, — почесал он неуверенно затылок.       — Это для вашего же комфорта, — уверил я с улыбкой. — Но должен упомянуть, что не знаю, как хрупкие вещи при вас перенесут холод. Всякие свитки, книги…       Мужчина сграбастал свиток у меня с ладони, привычным жестом завертел в своих пальцах, зажал в ручной печати. С небольшим клубом дыма тонкая сетка символов обернулась вокруг джонина, плотно обхватывая жилет и ноги.       — Ничего не давит? Не сковывает? — спросил я с любопытством. Я ещё не испытывал эту печать, поскольку все, с кем я путешествовал, кроме, разве что, Тонтон, имели свои способы борьбы с понижением температуры.       Какаши размялся, потянулся. Отрицательно покачал головой.       Я сложил одноручную печать, больше для проформы, чем для эффекта. Рядом с нами из земли выросло Демоническое Зеркало. Я протянул руку.       — Ну что, пошли? — спросил я с изрядной долей ехидства, наблюдая за расширившимися зрачками джонина.              

***

             В небольшом помещении на верхушке башни собралось десятка полтора самых разных шиноби, чьи глаза были прикованы к большому экрану, разделённому на десятки более мелких картинок. Обычно подобные тесты проходили куда скромнее, да и сам Хокаге сидел далеко не на всех. Но уникальные обстоятельства вокруг Юки Хаку захватили внимание многих важных шиноби, и, стоило лишь старому Сарутоби моргнуть, как в число «сторонних наблюдателей» экзамена бочком затесалась чуть ли не половина глав всех кланов Конохи.       — Хм? Что это за техника? — спросил Хирузен у сидящей рядом ученицы. Девушка, с момента своего возвращения находившаяся в облике подростка, бередила его душу своим видом, поднимая со дна запылившиеся воспоминания о лучших временах. Она находилась здесь не столько по праву восстановленного ранга и своего статуса в деревне, сколько по его личной просьбе. Они путешествовали с юным Юки целый год, и комментарии Цунаде могли пролить свет на отдельные решения или способности мальчика.       — Его Демоническое Зеркало, — ответила блондинка со слабой усмешкой. — Эй, ты! — крикнула она чунину, стоявшему у камер. — Переключи на те, что возле башни или в ней самой!       — А?! Ч-что— — замешкался парень под тяжёлым взглядом ученицы.       — Микадо-кун, пожалуйста, сделай, как она просит, — мягко вмешался Хирузен.       — П-понял, Хокаге-сама! — собрался чунин и защёлкал пальцами по клавиатуре.       Экран, до сих пор показывавший лишь изображения с камер, находившихся у южного входа в Лес Смерти, начали переключаться, сменяясь на те, что поблизости.       — Вот, вот! Третий сверху, самый правый! — указала Цунаде.       Хирузен и остальные присутствующие джонины пригляделись.       У входа в башню стояли довольный Хаку и потерянно выглядевший Какаши. Рядом с ними висел ледяной конструкт, аналогичный тому, что юный Юки создал ранее. Посмотрев на нужную камеру, Хирузен подтвердил, что первое Зеркало никуда не исчезло.       Среди удивлённых возгласов и поражённых вздохов, Хирузен сидел молча, прикованный взглядом к экрану.       Его мысли неслись вскачь, рассчитывая возможности и проектируя перспективы.       — …Максимальная дистанция? — спросил он тихо.       Цунаде ухмыльнулась.       — Ох, у него есть пределы, — ответила она, не отворачиваясь от монитора. — Десять километров — далеко не предел. Но я не вижу причин раскрывать подробности. Без обид.       — Поведение, граничащее с предательским, — скрипнул Данзо неподалёку.       — Старый дед, чью организацию распустили годы назад, сказал что? — переспросила Цунаде, кивнув насмешливый взгляд на Данзо. — Что ты вообще здесь забыл? Потерялся по дороге в дом престарелых? Деменция — это серьёзно, дядя. Двери госпиталя всегда открыты!       Окружавшие джонины синхронно замолчали, но слух Хирузена улавливал сдавленный лающий смех Цуме и тихое «проблемно» Шикаку. По правде говоря, он и сам сдерживал дёрнувшийся было уголок рта. Его старый друг слишком привык к своему высокопоставленному положению, и так и просил щелчка по носу.       — Знай своё место, дрянная девчонка. Я имею куда больше прав находиться здесь, чем ты сама, — прохрипел Данзо, стрельнув глазом. — Ты скомпрометирована. Позволила какому-то мальцу вскружить себе голову до такой степени, что скрываешь жизненно важную информацию от своей родной деревни, защищая его. Что это, как не предательство чистой воды?       Джонины вокруг слабо зашептались. По обрывкам слов и выражению лиц, Хирузен заметил, что их мнения разделились.       Цунаде медленно повернулась в сторону Данзо. В её глазах Хокаге увидел опасный блеск.       …В хаосе прошедших дней это выпало из его внимания, но ученица вела себя на удивление спокойно. Никаких вспышек гнева или отправленных в полёт несчастных шиноби. Почти как в период её отношений с Като Даном. Джирайя чуть ли не молился на джонина, не смотря на плохо скрытую зависть, потому что ему кратковременно перестало прилетать за разнообразные выходки.       Хирузен вдруг понял, что жизнь, или, по крайней мере, здоровье Данзо висело на волоске.       — Кхм-кхм, — прокашлялся он громко, привлекая к себе внимание. — Господа, может, вернёмся к предмету разговора?       — Каковы лимиты этой техники? — внезапно подал голос Шикаку, сложив пальцы в фигуру. Поймав раздражённый взгляд Цунаде, он поспешил добавить: — Если это то, чем оно кажется…       — Чем оно кажется? — спросила Цуме. — Дзюцу, конечно, удобное, но мы толком ничего не увидели. В чём смысл всех приготовлений, если их так просто обойти? Что здесь оценивать?       — Хирайшин, — произнёс Генма, высказав вслух мысли Хирузена. — Оно напоминает Летящего Бога Грома.       В комнате повисла звенящая тишина.       — Справедливости ради, не каждая пространственная техника есть Хирайшин, — пошёл на попятную Шикаку, заметив, как изменилась атмосфера.       — Цунаде, пожалуйста, — тихо попросил Хокаге у ученицы.       Цунаде выдохнула, помассировав виски.       — …Это не особый секрет. В отличие от Хирайшина, Хаку нужно время, чтобы войти в своё Зеркало и вернуться после атаки. Последующие вхождения можно нивелировать, заранее создав сеть из Зеркал, но даже так техника проигрывает Летящему Богу Грома в скорости. Так же, для создания льда ему нужно послать свою чакру на расстояние, что тоже занимает время. Но если ему доступен какой-нибудь медиум…       — …Вроде тумана, — закончил за неё Шикаку, задумчиво кивнув.       — Именно. Обычно ему не нужны метки, и при желании их можно создать, но чем дальше расстояние, тем выше затраты чакры. На больших дистанциях для него гораздо проще создать цепочку из Зеркал.       — Жалкое подобие, — фыркнул Данзо, на что Цунаде оскалилась:       — Я упоминала, что он может атаковать из любого Зеркала, не высовываясь? Что между Зеркалами он перемещается мгновенно? Что ему не нужны специальные кунаи, лишь чакра?       Хирузен прищурился. Данзо откинулся на спинку кресла, всем своим видом выражая презрение, но Хокаге знал старого друга наизусть. Он был доволен успешной провокацией.       Но и Цунаде выдала детали слишком легко. Реклама для юного Хаку? Да, скорее всего. Набивание цены и репутации. От внимания Хирузена не ускользнули заинтересованные и уважительные взгляды среди собравшихся.       Да что там, он сам с трудом сдерживался, чтобы не показать истинных чувств.       Пусть это и не сам Хирайшин… Если Демонические Зеркала работали так, как Цунаде их описала…       Хаку может стать стратегическим оружием Конохи наравне с почившим Минато. Хокаге сделал мысленную пометку заставить подписать всех присутствующих о неразглашении секретов техники.       — Возникает очевидный вопрос. Как можно быть уверенным, что Юки Хаку ничего не затевает, если деревня не способна контролировать его перемещения? — вновь подал голос Данзо.       — Его Зеркала даже в пассивном состоянии понижают температуру вокруг и фонят чакрой, — отмахнулась Цунаде, даже не повернув голову. — Это не техника для скрытности.       Удобно, не мог не подумать Хирузен. Минато, когда только впервые освоил свою пространственную технику, принёс кучу головной боли АНБУ и Корню. Никто не мог быть до конца уверенным, что не носил украдкой поставленную печать.       К моменту его смерти никто не знал, как широко растянулась сеть его маячков.       Поэтому очевидность Зеркал делала их значительно менее страшными, не понижая ценность. Пожалуй, они звучали даже излишне, до подозрительного очевидными.       — Всё это, конечно, просто замечательно, но что с тестом делать-то будем? — грубо вмешалась Цуме, сверкнув клыком. — Вы ещё не забыли, зачем мы здесь вообще собрались?       — Пусть продолжается, как ему и положено, — ответил, посмеиваясь, Чоуза, прервав свой разговор с Иноичи, сидевшим по соседству. — Да, Хаку-сан прошмыгнул мимо засады, и мы не увидели, как бы он защищал клиента, но разве это сам по себе не показатель? В реальной ситуации он точно так же обошёл бы все препятствия своей техникой, доставив важную персону в нужное место в целости и сохранности.       — Мы ведь проверяли не только это, — мягко упрекнул Иноичи.       — Почему бы не подстроить миссию под новые условия? — предложил Шикаку. — Пусть… Ивиру, или как его там сейчас, атакует. В таком случае сценарий почти не изменится, верно?       Получив разрозненные согласные мычания и кивки, Хирузен подытожил:       — Да будет так. Сообщите «нукенинам», чтобы те продолжили операцию.       — …Хокаге-сама, они ожидали цель посередине леса. Им понадобиться как минимум десять минут, чтобы добраться до башни, — промямлил чунин Микадо.       — Ничего страшного. Если юный Хаку спросит, мы проверяли его хладнокровность и терпение, — ответил Хирузен со смешком.              

***

             Старики явно не ожидали моего хода конём, и теперь делают вид, что всё идёт по плану, хмыкнул я про себя, скучающе играясь с туманом вокруг. Белая дымка вилась вокруг моих пальцев, то застывая сгущённым молоком, то распадаясь на снежинки. Какаши стоял неподалёку, прислонившись к стене у входа в башню и вытащив свою любимую книженцию.       Я не терял времени, пока мы ждали, насыщая туман по всему лесу своей чакрой. Понижая температуру. Не сильно, чтобы не спугнуть.       Поэтому мне не составило труда заметить резво приближавшуюся троицу шиноби с противоположной стороны от башни.       Когда нас попытались незаметно окутать облаком дыма, мой клон, прятавшийся неподалёку, нырнул в Демоническое Зеркало, потянув за собой так и не оторвавшегося от чтения Какаши.       Теперь я мог не беспокоится о своём «клиенте».       Взрыв.       Ревущее пламя поглотило окрестности, на мгновение разогнав собиравшийся туман порывом ветра.       На опаленную землю, где мы только что стояли, грузно приземлился бородатый джонин, опасливо оглядываясь по сторонам.       — …Хм? Только не говорите мне, что он умер. Вот же морока-то будет объясняться потом, — пробурчал он, неловко почесав шею.       Вместо ответа вокруг него из-под земли начал, подобно росткам, пробиваться лёд, стремительно собравшись в десяток жутких чудовищ. За считанные секунды мужчина оказался полностью окружён.       — О. Так намного интересней, — усмехнулся Асума, достав клинки из-за пазухи и привычно проведя по ним чакру Ветра. — Но где прячется он сам?       С истошным, пробирающим душу визгом, непонятные насекомые ростом с двухэтажный дом бросились в атаку.              

***

             — …Тактика устрашения? — пробормотал Шикаку после небольшой паузы.       На экране отряд из монстров, облик которых немного впечатлил даже видавшего виды Хирузена, на удивление скоординированно нападал на его сына. Они не мешались друг другу, чередуя атаку за атакой, и будто чувствовали, что делает в данный момент каждый из их стаи.       Почти наверняка Хаку-кун управлял ими напрямую. Все эти крики, клёкот, щелканье жвалами — юный шиноби обладал богатой и изощрённой фантазией, но ему немного недоставало опыта, чтобы сделать свою постановку по-настоящему правдоподобной. Профессор, успевший за свою долгую жизнь вдоволь повоевать как бок о бок с секретами Абураме, так и против различных призывателей насекомых, знал разницу не понаслышке.       Но подавляющее большинство остальных шиноби очень даже могли оказаться во власти страха, гадая, с чем они столкнулись.       Судя по выражению лица Асумы, в какой-то момент выплюнувшему сигарету, он сам был не в восторге от ситуации, но в панику впадать не спешил.       Множество лап, усыпанных когтями и лезвиями, слаженно пытались достать мужчину каждым движением, но тот вертелся ужом, постоянно отступая из окружения.       Взмах, и неожиданное лезвие ветра разрезает пару чудовищ пополам. Ещё пара взмахов, и число конструктов падает до половины.       — Вакуумные дзюцу, — пробормотал Данзо с узнаванием. — Против каких-то големов?       — Асума-кун силён, — вмешался Чоуза прежде, чем Хирузен успел ответить колкостью. — Если ледяные конструкты Хаку-куна умудряются его теснить, это говорит лишь об их опасности.       — Смотрите, — вмешалась Цуме, обратив их внимание на экран. — Они регенерируют.       Их взору предстала жуткая картина. Из обоих половинок големов стрельнул лёд, образуя новые, такие же гротескные части тела и конечности. В считанные мгновения на месте поражённого монстра стояли двое.       Асума больше не сдерживался, и атаковал техниками всё чаще, используя свои клинки, как проводник, но это лишь замедляло продолжавший расти отряд чудовищ. Хирузен видел, как изо рта сына шёл пар. Он вспомнил слова юного Хаку о холоде.       Хокаге подозревал, что шиноби по большей части бахвалился, когда говорил об опасности для окружения вне Леса Смерти. Даже с обильным утренним туманом лишь кто-то вроде Тобирамы-сенсея мог позволить себе неограниченно призывать стихию в масштабах, достаточных для подобной угрозы. Но это мало что значило для Асумы, находившегося в самом эпицентре стихии.       Хокаге поёжился, затянув плащ потуже. Камеры, что показывали бой с разных углов, начал покрывать иней. Тяжело вздохнув, он потянулся за своим кристальным шаром. Вскоре он понадобится.       — Снег пошёл. Теперь совсем ничего не будет видно, — тихо заметил Шукаку, глянув в окно, прежде чем замереть. — А?       — Что? Чего ты такого там… — спросила раздражённо Цуме, проследив за его взглядом. — Ох.       Хирузен и все остальные джонины повернулись следом.       Из окна открывался отличный вид на зависшую в воздухе фигуру Юки Хаку. Ледяные крылья мерно махали у него за спиной, над головой вращался нимб из осколков, а из груди пробивался холодный свет. Мальчик держал ручную печать свободной кистью.       Словно заметив взгляды, он улыбнулся и помахал свободной рукой в их направлении.       — Ещё и полёт, — присвистнул Иноичи. — Не говоря уже об управлении погодой. Как думаете, он не откажется, если попросить его о нормальном снегопаде на Новый Год? Моя дочь жаловалась, что прошлая зима была, видите ли, «не настоящая», и—       — Иноичи, не сейчас, — попросил Хокаге под еле сдерживаемые смешки джонинов вокруг, устало потерев виски. — После экзамена спросишь. Цунаде, как долго Хаку-кун способен поддерживать полёт?       — Пока не надоест, — ответила она с тёплой улыбкой. — К тому же, чем ниже температура, тем меньше у него уходит чакры на техники. Если вы ждёте, когда он устанет, то не стоит. Мы заснём тут от скуки.       Джонины уважительно загудели, и лишь Данзо никак не отреагировал, что само по себе говорило Хирузену многое.       Он прекрасно знал и сам владел хиденом Оживления Чернил, с помощью которого избранные агенты Корня покоряли воздух на нарисованных птицах. Данзо тщательно подбирал её пользователей, здраво опасаясь риска утечки, ведь для её использования требовался не только талант в ниндзюцу, но и искра креативности, что исключало большую часть безвольных мясных кукол. Кто ещё мог похвастаться подобным? Абураме? Разве что технически. Шиноби с призывами, способными к настоящему полёту, в Листе попросту не было.       Ещё одно преимущество, способное перевернуть ход любой битвы.       Хирузен наконец-то сложил паззл, который его беспокоил.       Почему юный Юки вёл себя так уверенно. Почему Цунаде не боялась косых взглядов.       Они планировали стать героями следующего крупного конфликта, что упадёт на голову Конохагакуре.       А он упадёт. Профессор чувствовал это нутром. Тягучее, незаметно подкрадывающееся ощущения надвигающейся катастрофы.       Будет ли то трагедия вроде падения Учих, или полноценная война, он не знал. Но в реальности угрозы не сомневался.       С лечением Цунаде и дзюцу Хьётона Хаку-куна, их пара запросто сможет завоевать доверие деревни, и получит его вполне заслуженно. Чем чище будет победа, тем выше признание.       Хирузен лишь надеялся, что Лист не заплатит слишком высокую цену в грядущем конфликте. Ведь герои никогда не рождаются в вакууме.       — То есть, он может играться с Асумой хоть целую вечность? — прервала его размышления Цуме, сложив руки на груди. — И что теперь? Давайте на чистоту — парень уже показал достаточно, чтобы в его силе не возникало сомнений. Пусть и выглядит он пущим хлюпиком.       — Сила силой, но её одной недостаточно для ранга, — возразил Шукаку. — К тому же, ещё рано подводить итоги.       Глава Нара кивнул на внезапно дёрнувшийся силуэт Хаку.       — У команды засады есть метод, чтобы спустить его с небес на землю.       

      

***

             Когда что-то невидимое дёрнуло меня вниз, я почти не сопротивлялся.       Я мигом опознал знакомую хватку хидэна Нара. Неестественный холодок, пробегающий по телу, клаустрофобное ощущение скованности. И кто бы это ни был, его владение тенями впечатляло. Не смотря на туман и начинавшийся снег, он сумел нащупать мою тень и потянуть. Его контроль оставлял желать лучшего, и я мог вырваться на чистой физической силе, но не стал этого делать.       Всё-таки это мой тест. Моя презентация верхушке Конохи.       А я даже толком не начал показывать свои запланированные трюки.       Я не особо тревожился на эту тему. Мои настоящие секреты останутся при мне. Всё, что я сегодня продемонстрирую, так или иначе, но раскроется через два с лишним месяца, во время вторжения в Коноху. Придержи я до того момента, например, Демонические Зеркала, и паранойя по отношению ко мне в Листе смогла бы затмить признательность.       С грохотом я влетел в заледеневшую землю, подняв снег в воздух и оставив небольшой кратер.       Моя тень вновь дёрнулась, попытавшись куда-то отвести, но на этот раз я не позволил ей, и разорвал невидимую связь. Снегопад всё усиливался, мешая установить теневую связь, и повторной попытки не последовало. Хорошо. Техники Нара помешали бы мне показать себя во всей красе.       …Постойте. А смогут ли экзаменаторы увидеть меня со всем этим снегом?       Я раздражённо вздохнул, но не стал отменять дзюцу. Наверняка среди них будут Хьюга. Или Третий со своим вуайеристским шариком. Надеюсь.       Главное, что—       Мою голову снёс удар. Моментально среагировав, я отскочил в сторону, но сначала потерял обе ноги, а после моё туловище разбилось на мелкие осколки.       Там, где я только что стоял, позировал толстобровый мужчина в красном спортивном комбинезоне, с накинутым поверх пончо. На голове он носил шляпу сомбреро, уже порядком засыпанную снегом, а на лице у него висели до невозможности фальшивые усы, которые немного отклеивались на одном краю.       — Бесчестный Красный Зверь Огня всегда нападает без предупреждения! — заявил мужчина, картинно опустив шляпу, и повернулся боком, чтобы пончо эффектно взметнулось на ветру. — Доблестный герой! Чтобы победить меня, великого и ужасного ИВИРУ, и защитить то, что тебе дорого—       — Вы в курсе, что Какаши-сана здесь уже не—       Моя фигура, только вышедшая из тени дерева, в которой восстанавливалась, тут же оказалась разбита на части.       — Я рад… То есть, я зол, что моя крутая и стильная цель ушла от моего возмездия, поэтому я вымещу свои чувства на его защитнике! — воскликнул «Ивиру». — Я — тёмная тень юности! Разрушитель мотивации! Поглотитель боевого духа!       На этот раз я не стал его прерывать, немного заслушавшись.       Его усы, я заметил, начали слегка сползать.       «Ивиру» кашлянул, поправил реквизит, и продолжил с ещё большей драмой:       — Пока вы, глупые шиноби, воспеваете Силу Юности, я избрал иной путь! Путь… Депрессивной Апатии! — Он медленно начал ходить кругами. — Там, где вы тренируетесь до рассвета — я… Ленюсь до полудня! Там, где вы поддерживаете товарищей — я… — он задумался на секунду, — демотивирую их крайне негативными речами! — Вдруг он резко указал на мою фигуру, стоявшую, сложа руки на груди, в отдалении. — Хаку-кун! Ты думаешь, что достоин стать джонином?!       — Самую малость, — улыбнулся я, распечатав Кубикирибочо.       «Ивиру» схватил кончик своего сомбреро и резко опустил, окутав своё лицо тенью.       — Хм… Мечник, значит? Тогда докажи свою доблесть, пережив… Тёмную Полночь Юности!       Джонин резко ускорился, попытавшись мгновенно сократить дистанцию.       Я тут же изменил форму Обезглавливателя на танто и рубанул по встречному выпаду кулака.       Гай среагировал, читая мои движения, и проскользнул в миллиметрах от клинка, войдя в моё личное пространство. Его резко дёрнувшееся сомбреро перекрыло мне угол обзора на шиноби, скрыв его движения.       Я среагировал, попытавшись отскочить и припасть к земле, сократив возможности для удара, но слишком поздно.       Он точно ещё не открывал Врат? Невольно подумалось мне, когда его нога выбила мне колени, а кулак пронзил печень.       Впопыхах я открыл сдерживающие печати, и еле-еле успел заблокировать выпад в лицо. Удар за ударом звенели о сталь Кубикирибочо, и я перестал играть в догонялки с Гаем, немного выровняв бой, но преимущество всё ещё оставалось за ним. Его стиль плавал, постоянно меняясь и подстраиваясь под каждое моё движение.       Когда-то я считал, что освоил кендзюцу, технику меча, до мастерства, приостановив дальнейший прогресс в пользу техник и так любимого мной Хьётона. Я счёл это правильным и рациональным решением.       Но сейчас, встретившись лицом к лицу с настоящим Мастером боевых искусств, я чувствовал лёгкий стыд. Словно схалтуривший своё домашнее задание отличник у доски.       Если я не хотел показать свой талант груши для битья, мне стоило сменить тактику. Проявить чуток креативности.       С хрустом из моего живота вырвалась ледяная рука с сжатым в пальцах кунаем. Конечность тут же оказалась разбита кулаком, но секундная замешка позволила мне вырастить ещё две.       Очередная подсечка по моим ногам цепляет лишь воздух, потому что они выгнулись, как у кузнечика. Внезапно выросший хвост оплетает чуть задержавшуюся руку Гая, а ледяная броня стойко отражает удар в корпус.       — Какой необычный стиль! — восхищённо воскликнул Гай, разбив мой хвост на осколки и отпрыгнув. — То, что ты сумел сделать своё тело продолжением стихии уже вызывает уважение, но обычный разум не способен разорвать оковы человечности и так свободно манипулировать своей формой! Части тела, дополнительные звериные конечности, иные органы чувств… Ты управляешь ими, как родными! Даже твои монстры… Это просто трансформировавшиеся ледяные клоны, верно? Поздравляю, Хаку-кун, ты прошёл!        Мужчина показал мне большой палец, сверкнув ослепляющей улыбкой. Несмотря на вой ветра и разошедшийся снегопад, мне показалось, что я услышал шум волн и крики чаек.       Я так и застыл, в странной позе, на трёх ногах, с пятью руками, парой хвостов и глупым выражением лица. Отчасти от внезапности, отчасти от того, насколько много он понял.       — А… А как же всё остальное?.. — невольно вырвалось у меня.       — Твои ниндзюцу и кендзюцу, физическая подготовка — всё отвечает высокому рангу джонина! — торжественно заявил Гай. — Хотя с мечом бы тебе не мешало ещё поработать! Особенно для кого-то с твоим талантом!       А вот это было больно…       — Я рад! Что вы! Разобрались! — донеслись до нас крики запыхавшегося Асумы. — Но если! Вам! Не сложно! Можете убрать! Этих! К чёрту! Тварей!       — Ой, а я как-то и забыл, — признался я, отозвав заранее спрятанного клона, что поддерживал технику. — Значит, с тестом всё? — спросил я слегка разочарованно. Мне хотелось разойтись ещё чуть-чуть.       — Моя миссия окончена, — кивнул Гай. — Однако твой случай особый, Хаку-кун! Джонин должен знать, как вести за собой отряды, должен быть способен назубок перечислить все коды, пароли и своды правил! Но что касается силы — считай, что ты достоин!       Ага. Понятно. А ещё он уклонился от ответа.       Я призвал рядом с собой Зеркало, и мой теневой клон, почувствовав, вынырнул из него с Какаши. Джонин моргнул пару раз, прикрыл лицо от снега, оценил обстановку.       Тут же у меня в голове мягко щёлкнуло. Сигнал от старых, фильтрующих излишки информации Историй. Гендзюцу.       Не от Какаши. Со стороны леса.       Я сделал вид, что замешкался, и повернулся в сторону угрозы. Как и ожидалось, в спину мне метнулся клинок.       Усилие воли, и История на Какаши резко сжалась и расползлась, сковав его движения прежде, чем он смог меня достать. Я повернулся обратно и посмотрел на провалившегося в сугроб пепельноволосого джонина.       Тот улыбнулся мне глазом из неловкой позиции, будто ситуация находилась под его полным контролем. Подозреваю, что он не особо старался удивить меня. Всего лишь стандартная ловушка с клиентом.       — Ха-ха-ха! Даже крутой и стильный Какаши пал ниц! — засмеялся Гай. — Каков теперь счёт между нами?!       — Это ведь не считается, Гай, — вздохнул устало Какаши.       — Теперь то всё? — спросил я, оглянувшись. Из леса медленно выполз один из моих запасных псевдо-Тиранидов, таща в зубах какого-то неизвестного мне лично Нара. Полагаю, что именно он пытался накинуть на меня иллюзию.       — Освободите меня? — попросил Какаши с невинным видом. Когда я ответил насмешливым взглядом и молчанием, джонин тяжело вздохнул. — Да, вы прошли. Как уже сказал Гай, нужно будет посмотреть вас в полноценных командных миссиях, и кое-что по мелочам, но основной тест окончен. Поздравляю.       Я отвлечённо кивнул и отозвал свою Историю, позволив Какаши встать.       Что-то такого я и ожидал. Учитывая, что мне позволена лишь миссия в месяц, и что эти миссии почти наверняка будут подстроены под проверку на вшивость… Лист планировал дёргать официальный ранг у меня перед носом ещё несколько месяцев. В лучшем случае. Полагаю, что до тех пор они просто будут закрывать глаза на мою работу с Цунаде, присвоив мне что-то вроде «временного» ранга.       Это меня вполне устраивало.       Своих целей я добился. Заранее открыл Зеркала публике, повысив свою ценность.       И глубоко проморозил землю Леса Смерти своим льдом, спрятав парочку клонов и сюрпризов.       Теперь, пока я буду прохлаждаться, живя на широкую ногу под присмотром в Конохе, мои копии займутся работой.       Я чувствовал себя просто прекрасно.