Летний снег

      Очередное блеклое утро. Очередной день, что он потратит зря.       Настырное сверло мигрени продолжало вгрызаться в мозг пульсирующей болью, от которой хотелось заныть. Плата за игнорирование слов Какаши об ограниченном использовании Шарингана.       Саске знал, что слова джонина имели смысл. Даже если проблем с затратами чакры нет, объёмы информации, поглощаемые додзюцу, запросто перегружают непривычный к такому мозг.       Какаши говорил не по своему опыту, а по наблюдениям бывшего друга.       То ли из-за миссии, где они оказались на волосок от смерти, то ли потому, что Какаши, наконец-то, решил сделать хоть что-то для них помимо бесполезных «командных тренировок»… Но он поведал Саске о себе и о своём покойном напарнике-Учихе, от которого по предсмертному желанию получил пересаженный Шаринган. И даже чуть-чуть о своей первой команде.       Кто бы мог подумать, что его учил сам Четвёртый? По ленивому, вечно опаздывающему мужчине и не скажешь.       Несмотря на то, что Какаши сам начал рассказывать о своём прошлом, слова порой приходилось тянуть из него клещами. Впрочем, это того стоило.       Чего Саске точно не ожидал, так это осознания, что джонин видел в нём себя.       Саске хотел возмутиться, накричать. Хотел презрительно сплюнуть. Потому что никто не мог понять, что он пережил. Что он чувствовал.       Но глаза учителя не врали. В них отражалась знакомая боль.       Другая. Конечно, другая. В отличие от него самого, у Какаши не было, кому мстить. Кто-то из виновников давным-давно умер. Какие-то причины были слишком абстрактны, чтобы он мог с ними что-то поделать.       Саске не хотел признаваться даже наедине самим с собой, но он жутко боялся той пустоты, что он увидел. Безнадёжной, беспросветной. Что он сам бы сделал, умри вдруг Итачи где-то там, бесславно и вдалеке, без предупреждения, без последних слов, будь то проклятья или сожаление?       Какая шутка. Он заявил Какаши, что хочет возродить свой клан, но, говоря начистоту, сорвись планы Саске о мести и он сомневался, что сможет сдержаться и не вскрыть себе вены. Потому что жить с этим грузом у него не выйдет. Какая уж тогда семья?       Но, даже если этого не случится…       Невольно на него накатили воспоминания.       Каждый грёбанный взрослый считал своим долгом подойти к нему после Резни и раздавать непрошенные советы.       «Лучшая месть — это счастливая жизнь, ведь ничто не сводит врагов с ума, как видеть, как ты наслаждаешься жизнью». Что за бред. Итачи лишь посмеётся, вернувшись, чтобы окрасить его мир кровью ещё раз.       «Лучшая месть — это прощение!». Саске еле сдержался, чтобы не плюнуть в глаз медсестре, пытавшейся «пожалеть» милого сироту. Его остановило лишь то, что наивная женщина просто не могла понять океан ненависти, в котором он захлёбывался.       «Лучшая месть — забвение». …Пару лет назад, в Академии, Ино, начавшая постигать секреты своего клана, пыталась предложить ему такой выход. Пытаясь «завоевать его любовь» или что-то в этом роде, он не особо вслушивался. Саске помнил, как замешкался. Как искусился призрачным шансом убежать от постоянной ноющей боли в сердце, спрятаться от страхов и кошмаров. Но в итоге он отказался. Потому что до него дошло, что, стерев память, на которой зиждилась его нынешняя личность, он бы стёр и самого себя. К тому же, вечер Резни не получится смыть из его снов, даже если ему сотрут память, потому что кровь и остекленевшие глаза родителей высечены у него на душе. Позже, отец Ино пришёл лично извинятся за дочь и «её идиотское предложение», но к тому моменту Саске уже успел выкинуть случай из головы и мог лишь неловко поклониться в ответ.       Какаши не говорил ничего из вышеперечисленного. Он просто молча смотрел своим жутким пустым взглядом и Саске видел своё будущее, потеряй он свой шанс на месть.       Лучше сдохнуть.       Помимо депрессии, джонин не скупился и на информацию о Шарингане. Как оказалось, Учиха Обито, будучи неспособным пробудить свои глаза почти до самой смерти, постоянно собирал крупицы доступной информации о их развитии.       Когда-то Саске посмотрел бы на далёкого родственника свысока. Как же так, пробудить Шаринган только в четырнадцать лет, в два раза позже Итачи! Да у Обито отрицательный талант!       Сейчас он немного завидовал покойному. Потому что понял, как на самом деле пробуждаются глаза. У Обито было спокойное, может даже счастливое детство. Вплоть до его смерти, разумеется, потому что, как оказалось, счастливый Учиха — слабый Учиха с неразвитым улучшенным геномом.       Саске глянул чуть слезящимися глазами на часы. Полседьмого. Более, чем достаточно времени, чтобы умыться, привести себя в относительный порядок и собраться для миссии.       …Миссии. Если так можно назвать нелепые, детские поручения вроде покраски забора и поимки котов. Бессмысленная, никому не нужная, сводящая с ума трата времени.       Ему не требовались деньги — и уж тем более не те копейки, что платили за D-ранги. Его не беспокоил послужной список — как будто хоть кто-то, стоящий хоть чего-то, воспримет число выполненных D-рангов всерьёз, оценивая потенциал Саске для повышения. Он даже не мог сказать, что получал какой-то стоящий опыт. Единственное, что делали эти миссии — отнимали время на тренировки.       Холодная вода из-под крана чуть ослабила головную боль, самую малость приподняв настроение. На автомате он открыл холодильник, но тут же сморщился. Сейчас ему кусок в гор не влезет. Махнув на еду рукой, он захлопнул дверцу. Почти не глядя, Саске достал и надел свежие майку и шорты, обул сандалии и нацепил хитай-ате, после чего неспеша попрыгал к тренировочному полигону номер Семь.       Утренняя Коноха встретила его непривычным холодком, заставившим его слегка поёжится. Довольно странно, учитывая какое жаркое у них обычно лето, но он не собирался жаловаться. Жару никто не любил.       На поляне, на пеньке уже сидела Сакура, штудируя какой-то свиток. Саске скривился, задавив накатившее чувство зависти вперемешку с виной.       Самая слабая в их команде. Дурёха, что тратила своё драгоценное время в Академии на девчачьи глупости вместо тренировок. Девочка, которая умирала у него на глазах, пока он стоял столбом и ничего не мог с этим поделать.       Теперь её будет учить легендарная Цунаде. Одна из Троицы. Пусть Шизуне и Хаку говорят, что женщина всё ещё раздумывает. Пусть речь шла пока что лишь о целительстве, что самого Саске не так сильно интересовало.       Ученичество — это не шутки. Он помнил об этом ещё со слов отца. Учитель, настоящий учитель, передаёт всё самое ценное, добытые потом и кровью знания своему ученику. Не то, что джонин-наставник, что обязан лишь помочь им достичь следующего ранга и не дать умереть по пути. Некоторые не дают и этого.       А Цунаде… Цунаде умела далеко не только лечить.       Пусть Сакура отнекивалась, но даже твердолобый Наруто сумел понять, от кого девочка получает свитки.       …Что ж, по крайней мере, водолазка и брюки шли ей куда больше вырвиглазного ципао, для которого ей недоставало и вряд ли когда-нибудь хватит фигуры. Даже после операции девочка не стала менять свой стиль обратно. Результат комплимента её «Хаку-сама», не иначе. Сейчас Саске ей немного завидовал, потому что морозящие порывы ветра её явно не беспокоили.       Мальчика разрывали противоречивые чувства, когда он видел перемены в Сакуре. Он не питал каких-то «особых» симпатий к ней, как бы она того не желала, но что о нём говорил тот факт, что, как только девочка переключила своё внимание на другого, то тут же взялась за ум?       Его мучала пара вопросов.       Стоило ли ему оскорбляться? Или приносить официальные извинения деревне, что каким-то уникальным и неведомым образом он плохо влиял на одноклассниц?       А ещё, прирежет ли его во сне Хаку, если Саске спихнёт на старшего юношу свой остальной непрошенный фан-клуб?       …Нет, Саске был не совсем справедлив. Ведь он как никто другой мог понять, как травма могла поменять твои взгляды на мир.       Сакура подняла взгляд и робко улыбнулась, помахав ладошкой.       Никаких криков. Спокойная, уравновешенная реакция. Пусть с той злополучной миссии прошло уже больше двух недель, Саске всё ещё не мог привыкнуть к разительным переменам.       Он коротко кивнул и принялся разминаться. Если повезёт, то сегодня Какаши опоздает лишь на часа полтора.       Команде Семь давно осточертело каждый раз ждать джонина до посинения, и они уже как-то раз пытались «подстроиться» под его раздражающую привычку, но каким-то образом Какаши всегда узнавал о их планах и приходил вовремя, делая им официальный выговор.       Это бесило. Каждая ускользающая из рук минута, что он тратил на ожидание джонина, ощущалась до безумия отчётливо.       В его возрасте Итачи стал капитаном АНБУ. Его боялся и уважал весь клан.       Сам Саске мог лишь похвастаться лучшим результатом в своём потоке.       Его зубы заскрипели.       Как будто это хоть что-то значило!       Абсолютный двоечник Наруто мог оказаться сильнее его!       — Эй, эй, что у вас так тихо тут, кто умер?! — раздался громкий крик, заставив Саске и Сакуру повернуться к источнику.       Помяни черта и он появится.       Блондин в вырвиглазно оранжевом спортивном костюме широко улыбался, закинув руки за голову. Вот кому всё было нипочём. Правильно говорят: меньше знаешь — крепче спишь. А Наруто, верил Саске, наверняка спал очень крепко.       — Далеко не всем, как тебе, требуется заполнять тишину разговорами, Наруто, — устало вздохнула Сакура.       — Правда? Звучит отстойно, как по мне, — пожал плечами блондин. — О, Сакура, Сакура, слушай! Пойдём сегодня в Ичираку!       — Мы же там недавно ели, — наклонила девочка в замешательстве голову.       — Не, ты не поняла, я имел в виду вдвоём! Ну, как свида—       — Чё вякнул? — прервала Сакура со сладенькой улыбочкой, но от льда в её тоне даже у Саске пошли мурашки по коже.       — Ничего, простите, — сразу же сдался Наруто, побледнев и отшатнувшись. — Кхм. Саске, айда смахнёмся!       — Вчера я полопал столько твоих клонов, что от дыма кашлять начал, — лениво ответил Саске, выполняя разогревающие упражнения.       Да уж. Теневые клоны. Он свысока смотрел на технику, когда узнал, что даже Наруто смог овладеть ей в короткие сроки. Что-то настолько простое по определению не может быть полезным. Тупые болванчики, что развоплощаются с одного удара. Ведь так?       Неверно.       Вполне вероятно, что одно это дзюцу оставит Саске далеко позади худшего ученика Академии.       Подумать только, сколько времени он смог бы сэкономить с тысячей клонов. Теперь, когда он знал об их эффективности в тренировках…       Зависть душила Саске и он ничего не мог с этим поделать. Он скопировал технику при первой же возможности, но чуть не надорвался, с трудом создав двух жалких клонов. Двух. У него никогда не было проблем с объёмами чакры раньше!       По словам Какаши, джонин мог создать с десяток, если сильно поднажмёт.       Значило ли это, что у Наруто было в сто раз больше чакры, чем у джонина?!       Да кто он, чёрт побери, такой?!       Разумеется, Саске слышал о почившем клане Узумаки, но он всегда думал, что Наруто или сирота, которого назвали в их честь, или какой-то далёкий родственник. В конце концов, все известные Узумаки, о которых рассказывали учебники истории, отличались красным цветом волос.       Но, видимо, это не совсем так. Или же Наруто просто повезло с генетической лотереей.       Но в сотню раз?! Что-то подсказывало Саске, что всё далеко не так просто, как казалось.       Догадку подтверждал тот факт, что поддерживать клонов у него долго не выходило. Полдня от силы. Всё ещё полезно, но очень затратно по чакре.       Единственной радостной новостью стало то, что его клоны тоже владели Шаринганом.       Именно по этой причине его голову до сих пор простреливала боль, отдаваясь в висках. Саске отправил обоих клонов штудировать свитки с включённым додзюцу, и теперь платил за опрометчивое решение.       Отрешённо перебраниваясь со скучающим Наруто, Саске не заметил внезапно появившегося Какаши.       — Йо. Как мои милые генины себя чувствуют? — улыбнулся он глазом.       — ВЫ!.. Не так уж и опоздали? — неуверенно спросил Наруто, почесав потерянно затылок.       — Простите его, — послышался приятный голос Хаку, вышедшего, словно призрак, из тени Какаши. Саске удивлённо моргнул. Он совсем не заметил присутствие парня. — Из-за меня Какаши-семпай не смог опоздать сильнее. Надеюсь, вы не сильно в нём разочаровались.       — Моя репутация никогда не станет прежней—       — Хаку-сама! — громко прервала джонина Сакура, мигом вскочив на ноги.       Саске поморщился. То же мне, перемены. Рано радовался, просто её фокус сместился. Невольно он отправил сочувствующий взгляд Хаку, но парень лишь тепло улыбнулся девочке, от чего та чуть не растаяла на месте, издав звук, напоминающий какого-то умирающего зверька, после чего притихла.       …А что, так можно было, что ли?       Саске попытался представить, что будет, если он начнёт улыбаться фанаткам. Почему-то в голову настойчиво стучался образ его самого в цепях, на допросе, по обвинениям в подмене.       — Ооо, Хаку, привет! — крикнул подбежавший Наруто. — Что ты здесь делаешь? Только не говори мне—       — Вы говорите с новым джонином Листа, — слегка усмехнулся Хаку, подняв подбородок и щёлкнув со звоном по хитай-ате на шее под впечатлённые возгласы Наруто и Сакуры.       — Так быстро? — удивился Саске.       Хаку спас их жизни. В этом мальчик не сомневался. Он чувствовал благодарность, долг и даже, неожиданно для самого себя, приязнь. С парнем было легко общаться и ещё легче молчать, потому что он понимал тебя с полуслова. Кроме того, Хаку путешествовал с самой Цунаде, и был, несомненно, силён для своего возраста, вызывая настойчивые ассоциации с Итачи, которые Саске усиленно отгонял, владея улучшенным геномом. Хокаге не дурак, чтобы упускать такую возможность.       Но в то же время… Насколько он смог понять, Хаку никогда раньше не имел связей с Конохой. Он, вроде как, родился в стране Воды, и обучался у известного нукенина из Киригакуре.       Не слишком ли внезапно ему доверили власть и статус?       — Опуская некоторые формальности и бюрократию, Хаку-сан — официально джонин, — кивнул Какаши. — Если бы Лист сомневался в нём, то и к тесту его допустили бы не скоро, знаете ли. Мы не настолько наивны.       — Точно! — поддакнул Наруто, будто что-то понимал в подобных процессах. — Дурак Саске, таких простых вещей не понимает!       — Сам дурак, двоечник, — огрызнулся Саске. — Когда, по-твоему, последний раз Хокаге напрямую возводил в ранг Джонина человека, что не состоял на его службе до этого?       — Эмм…. Ухх, да кого это волнует! — взвился Наруто. — Это просто значит, что Хаку настолько крут!       Саске открыл было рот, чтобы возразить, но чуть подумав, закрыл обратно.       Всё-таки, вполне вероятно, что причина такой ускоренной вербовки действительно состояла в «крутости» Хаку.       — Ах, но я пришёл не только для того, чтобы похвастаться, — прервал их перепалку парень. — Ещё не забыли, что я обещал?       Саске замер. По правде говоря, он не ожидал, что Хаку сдержит своё слово так скоро. Да и то, как Какаши кривился, когда речь зашла об их обучении стихийным дзюцу, не внушало особых надежд на выполнение обещания.       — Мы как раз из офиса Хокаге, — добавил Какаши. — Хаку-сан получал свой протектор, а я подыскивал вам миссию. Слово за слово, и я вдруг вспомнил о недавнем разговоре, и подумал — почему бы не обрадовать моих подопечных? Конечно, если вы решите, что миссия важнее—       — Нет! — хором выкрикнул весь состав команды Семь. Даже Сакура вернулась из страны грёз, как только услышала о потенциальной опасности принятия ещё одной миссии D-ранга.       — За какие грехи Мудрец ниспослал мне таких непатриотичных генинов? — патетично вздохнул Какаши, повернувшись к Хаку. — Хаку-сан, не балуйте их слишком сильно, хорошо? А то совсем от рук отобьются.       — Вы не присоединитесь к нам? — удивился Хаку. — Уж кто-кто, а человек, по слухам, скопировавший тысячу техник, точно сможет помочь в вопросе стихийного сродства…       — Слухи склонны преувеличивать. К тому же, всё равно в первый день никто из них так далеко не зайдёт, — пожал плечами Какаши, прислонившись к стволу дерева неподалёку и вытащив из-за пазухи знакомую оранжевую книжку.       Саске хотел бы сказать, что разочаровался в наставнике, но к этому моменту он уже и так не ожидал от него многого.       — Хорошо, — хлопнул внезапно в ладоши Хаку, заставив команду Семь подобраться, выпрямив спину. — У меня с собой сувениры. Возьмите, — сказал он, вытащив и раздав обыкновенно выглядящие листки бумаги. — Ваша цель — провести в них чакру. По очереди, пожалуйста, чтобы без конфузов. Наруто, начнём с тебя.       — А… А как?.. — смущённо начал блондин, и Саске фыркнул, не выдержав. Хаку же смягчился:       — Ты же уже умеешь вертикально ходить по деревьям, верно?       — Ааа, я понял! Короче, то же самое, но рукой, да?       Наруто сконцентрировался, натужился, и, внезапно, под удивлённые возгласы, листок в его руке разрезало пополам.       — Ветер, — прокомментировал Хаку довольно. — Твоя стихия — ветер. Это замечательно, потому что я им хорошо владею и могу подсказать, как начать. Сакура, ты следующая, — позвал он под аккомпанемент радостных криков блондина.       Листок девочки тут же намок, заставив её вскрикнуть, чуть не выронив его.       — Вода, — кивнул Хаку. — Ещё лучше. Когда речь заходит о чакре воды, вам будет сложно найти кого-то, кто знает больше меня, — добавил он, улыбнувшись Сакуре. Девочка заторможенно кивнула, покраснев. — Саске, теперь ты.       Мальчик посмотрел на небольшой листик в своей ладони. Его сердце забилось чуть чаще.       Такой крохотный клочок бумаги решит его дальнейшую судьбу на ближайшие годы. Ещё по урокам в Академии он помнил, что освоение стихий, с которыми у тебя нет изначального сродства, занимает неприлично много времени.       Времени, которого у него нет.       Поэтому то, что ему выпадет, определит его оружие для встречи с Итачи.       Глубокий вдох.       Листок скомкался, сверкнув статическим электричеством, затем загорелся, быстро осыпавшись пеплом и приведя Саске в замешательство.       — Это, типа, огонь? — задумчиво промычал Наруто, подойдя поближе.       — Молния и Огонь, — покачал головой Хаку. — Две стихии. Повезло… Хотел бы я сказать, но, по иронии, это две стихии, что я почти не использую. Огонь так и вообще не даётся, что бы я не делал.       Саске посмотрел на всё ещё прыгающего Наруто, на сияющую Сакуру. Он почувствовал мерзкий привкус горечи на языке. В последнее время он ощущал его всё чаще и чаще.       — Но! — прервал его негативные мысли голос Хаку. — Я отлично знаю, как их тренируют. Я всё ещё не бросил мечту когда-нибудь овладеть всеми стихиями.       — Амбициозно, — протянул Какаши со своего места, не отрывая взгляда со страниц.       — Кроме того, мне известен целый набор техник для обоих, — продолжил парень.       Саске чуть выдохнул. Его плечи, что напряглись без его ведома, немного расслабились. Он мог с этим работать. Хоть и…       — А если доведёшь сродство с одной или обоими стихиями до максимума… Я обучу тебя хидэну, — добавил Хаку с опасной усмешкой.       Воцарилась тишина. Какаши, заметил Саске, в кои-то веке поднял взгляд и смотрел на Хаку ошарашенным взором.       — Эй! Нечестно! А чем мы-то хуже! — возопил Наруто. — Хаку-ниисан, одумайся! Саске и так всегда любимчик!       — Я… Мне и просто л-личных уроков хватит, — пробормотала Сакура, отвернувшись.       — Всё зависит от вас, — спокойно улыбнулся Хаку. — Я помогу, чем могу, но моя секретная техника требует идеального сродства со стихией. Может, это удастся сделать вам всем троим. Или же… никому.       — Какого сорта этот…Хидэн? — чуть хрипловатым голосом спросил Саске.       Хаку наклонил голову, будто в раздумьях, кинул взгляд на Какаши.       — Сэмпай, подсобите? — спросил парень ехидно.       Какаши вздохнул, и сделал резкое движение.       Саске сначала даже не понял, что произошло. Рука джонина просто размазалась в скорости.       С хрустом молниеносно брошенный кунай застрял в глазнице Хаку. Парень не успел и дёрнуться.       Раздался громкий вскрик. Сакура мертвенно побледнела, прижав ладони ко рту, а Наруто стоял с ничего не понимающим выражением лица, пытаясь осознать случившееся.       Саске не паниковал. Речь шла о демонстрации секретной техники, разумеется, всё не так просто. Но от него ускользало, в чём была суть—       Хаку спокойно вынул абсолютно чистый кунай из своего черепа, завертев колечком на пальце. Зияющая дыра в его черепе сверкнула льдом, прежде чем за считанные секунды зарости, оставив нетронутое лицо.       — Ну как? Хотите научиться делать так же? — улыбнулся парень задорно.       Ответ был очевиден и синхронен.              

***

             Саске отошёл от толпы усердно мычащих над листьями клонов Наруто и устало свалился на землю рядом со своим клоном. Брюнет настолько сильно выдохся, что абсолютно не помнил, о чём просил эту копию. Клон кивнул и развоплотился, наполнив голову разрозненной информацией о тренировках стихийной чакры из архивов Учиха, что у него сохранились. Сущие мелочи, гораздо скуднее, чем он надеялся.       …Ах да. Он действительно что-то такое приказал.       Руки нестерпимо жглись изнутри, будто жидкое пламя текло по его венам, что, по словам Хаку, являлось хорошим симптомом. Саске опасался спрашивать, каким окажется плохой.       Неподалёку Сакура склонилась над каплей воды, менявшей… Или, сказать точнее, пытавшейся менять форму. Ещё один клон Наруто уплетал рамен из стаканчика… Нет, не клон. Оригинал. Наверное. Саске надеялся, что блондин хотя бы не тратил еду на клонов.       Какаши всё ещё читал свою дешёвую эротику. Как ему только не надоело? Если бы Саске пришлось читать одну и ту же книгу столько же раз, он бы сошёл с ума от скуки.       Хаку сидел рядом, на ледяном подобии трона, скрестив ноги, и опёршись щекой на кулак, задумчиво рассматривая лицо Саске. От конструкции несло холодом, но парня это, казалось, совсем не волновало. Учиха никогда не высказал бы этого вслух, но он не мог не оценить чувство стиля Хаку.       — …Что-то не так? — произнёс, наконец, брюнет, не выдержав взгляда.       — Мхм. Я хотел спросить о твоей мотивации, Саске. Что заставляет тебя вставать по утрам и идти тренироваться до потери сил? Ах, это и вас касается, Сакура, Наруто. Что вами движет? Какая-нибудь мечта, карьера?       Саске дёрнулся, но сдержал инстинктивный порыв огрызнуться. Хаку этого не заслужил.       Но его слова звучали знакомо. Это была такая фишка всех джонинов, что ли?       — Я фтану Фокаге! — заявил Наруто с набитым ртом и огнём в глазах. С трудом проглотив свою лапшу, он продолжил: — И тогда все признают меня!       — Разве это не наоборот работает? — спросил Хаку, наклонив голову в замешательстве. — Тот, кого признаёт деревня, становится Хокаге?       — Ааа— Я заставлю их признать меня нутыпонял! — выпалил покрасневший Наруто. — Мне просто надо стать сильнейшим!       Как будто это так просто, хмыкнул Саске про себя.       — Похвально, — кивнул Хаку с чуть ироничной улыбкой.       — Я… Не знала, кем хотела стать и что делать, — призналась Сакура, закусив губу. — Меня просто восхищали истории родителей о ниндзя… Но теперь… Мне кажется, я хочу стать, как Цунаде-сама. Чтобы один мой вид вселял надежду в людей…       — Прекрасная цель. Я передам Цуне, что ты о ней думаешь, ей будет приятно, — усмехнулся Хаку, заставив девочку замахать руками в панике. — А ты, Саске?       Учиха молчал, собираясь с мыслями.       Наконец, он задал встречный вопрос.       — Ты знаешь, что случилось с Учиха?       — Конечно, — незамедлительно ответил парень, не меняя спокойного тона. — Твой старший брат вырезал всех до единого, включая женщин, детей и гражданских. Среди шиноби нынче мало кто не знает его имени и истории.       Что ж. По крайней мере, Хаку не стал притворяться и делать вид, что ничего не слышал.       Краем глаза Саске заметил посеревшего Наруто, и сдержал раздражённый выдох. Неужели двоечник и этого не знал? Порой Учиха серьёзно гадал, как блондин сумел выпуститься из Академии.       — Тогда зачем спрашивать очевидное? — буркнул Саске.       — Так уж ли это очевидно? — поднял бровь Хаку. — Я могу предположить по твоим реакциям, что тобой движет месть. Это не самое сложное уравнение. Но что за месть ты ищешь? В каком виде? Какой ценой? Устроит ли тебя смерть Итачи, если его убьёт кто-то другой? Примешь ли ты помощь на своём пути? Чем готов пожертвовать? Нужна ли тебе эпичная дуэль, или же тебя устроит перерезанное горло в ночи?       Кровь стучала у него в ушах.       Каждый вопрос был ударом под дых, смешивая мысли и чувства.       Действительно, чего именно он хотел?       Такой простой вопрос.       Почему он не мог чётко ответить? Разве он не думал о мести каждый час, каждую минуту?       Что с ним было не так?       Рука, сжавшая его плечо, заставила его вскинуться, чтобы узнать, кто его ухватил.       Его встретило лицо Наруто.       — Мы поможем, — сказал он уверенно. — Слышишь, Саске? Я, Сакура, да даже Какаши-сенсей. Мы соберёмся и наподдадим ему!       Саске тяжело сглотнул и посмотрел на блондина, будто видел впервые. Куда девался клоун из Академии? В этот момент Учиха действительно мог поверить, что Наруто, увидев его с окровавленным оружием над бездыханным телом Итачи, спросит лишь, «куда будем прятать труп».       Саске до самой смерти будет отрицать яркий укол признательности, что он почувствовал.       — Тогда вы умрёте, — огрызнулся он, собравшись с духом и вырвав плечо из хватки. — Итачи — сильнейший Учиха со времён Мадары.       — Ну и чё?! Я стану сильнейшим вообще! — заявил Наруто, скривившись. — Что мне какой-то там Мабара! Он даже звучит, как слабак!       — Видишь? — улыбнулся Хаку. — У тебя уже есть добровольцы.       — В чём смысл? — сплюнул Саске. Голова отчего-то кружилась. — Они просто умрут, один за другим, как…       Он не закончил, прикусив язык. И так сболтнул лишнего.       Он по-новому посмотрел на Хаку. С уважением. И опаской.       — Ты опасаешься, что Итачи вернётся, да? — спросил парень, глядя ему в глаза.       На поляне воцарилось молчание, если не считать криков клонов вдалеке. Даже Какаши перестал шуршать страницами.       Саске сжал зубы.       — К чему эти вопросы? — выдавил он наконец.       — Если ты считаешь, что брат вернётся, то на кого, по-твоему, он нападёт в первую очередь? — невозмутимо продолжал говорить парень. Он просто обожал звук своего голоса, мимолётно подумал Саске. — Твоя команда окажется под ударом так и так. Тогда в чём смысл отталкивать их? В обоих случаях они схлестнутся с Итачи, разве нет?       — Я отправлюсь за ним в одиночку! — почти выкрикнул Саске. Почему он кричал? — И если я умру, то—       — То Итачи не тронет твоих близких людей? — закончил за него Хаку.       Слова замерли у Саске на устах. Он не поворачивался, боясь увидеть лица команды. Отчего-то его пугала их возможная реакция.       — Ты должен осознавать, что это не так. Учиха Итачи не стал щадить никого в твоём клане, кроме тебя самого. Что, если в следующий раз он нацелится на мишень побольше? Коноха ведь, в каком-то смысле, один большой клан, к которому он раньше принадлежал. Ты так не думаешь?       — Пожалуй, давайте на этом закругляться, Хаку-сан, — раздался сквозь шум в ушах голос Какаши совсем рядом. Саске пару раз ошалело моргнул, словно скидывая наваждение. — Ребята сполна отдохнули, вам не кажется?       — И правда, — кивнул Хаку с извиняющейся улыбкой. Затем он повернулся к брюнету. — Прости, что заболтал, Саске. Моя плохая привычка. Подумай о том, что я сказал, и не отталкивай друзей, хорошо?       Саске повернулся, и, ничего не говоря, ушёл тренироваться дальше.              

***

             — Что с ним такое? — спросил задумчиво Наруто, провожая взглядом спину Учихи.       Сакура тревожно переводила взгляд с удалявшегося Саске на всё так же расслабленно сидящего Хаку.       — У меня есть знакомые в Разведывательном. Я могу порекомендовать вас, Хаку-кохай, — заговорил Какаши. В его голосе угадывались ледяные нотки.       — Я недостаточно садист, семпай. Однако, порой, чтобы заживить душу, ей нужно позволить снова истечь кровью — только так старый яд выйдет наружу, — ответил парень.       — Ха? О чём вы говорите нувыпоняли? — сконфуженно спросил Наруто, чеша голову. — Душа? Яд? Сакура-чан, ты хоть что-то поняла?       — Тсс! — зашипела девочка, зажав ему рот. — Я потом расскажу, не перебивай их!       — Мне казалось, врачам нужно согласие прежде, чем они могут проводить операцию, — возразил Какаши.       — Бывают случаи, когда пациент не способен его дать.       — Тогда обычно спрашивают опекуна или близкого человека, — сказал Какаши чуть резче, чем обычно.       — Но что, если единственный опекун сам нуждается в срочной помощи? — мягко улыбнулся джонину Хаку.       — Насильно мил не будешь.       — Хорошее лекарство горько на вкус.       Оба джонина ещё некоторое время играли в гляделки, но спустя пару мгновений, Какаши выдохнул и прервал зрительный контакт, покачав головой.       — Мне нужно поговорить с вами, Хаку-сан. Наедине.       — Позволят ли наша компания? — уточнил парень.       — Приказ свыше. У меня есть разрешение.       — Тогда позвольте… Наруто, Сакура, — позвал Хаку генинов.       — Ась?       — Д-да?       — Продолжайте заниматься. Если что-то понадобиться, постучите по льду.       С этими словами джонинов окутал ледяной купол.       — Да что, чёрт побери, творится?! — вскрикнул Наруто, схватившись за голову.       Сакура, тяжело вздохнув, покачала головой.              

***

             Какаши проводил глазами чёрные линии печатей, расползшиеся по ледяной поверхности.       — Нас никто не прослушает? — уточнил он.       — Те же фуин, что и у нас дома, — пожал плечами Хаку с лёгкой улыбкой.       Парень любил улыбаться, в очередной раз отметил джонин. Привычка манипулятора, его социальные меч и щит. Но Хаку владел ими в совершенстве, играя красками и оттенками, искусно подавая свой образ.       Впрочем, то, как он препарировал словами Саске, говорило само за себя. Очень необычный навык для шиноби. Какаши не спроста предложил Разведывательный отряд, пусть его и подталкивали эмоции. Там любили таких людей-открывашек.       Единственное, что утешало, это то, что Хаку не скрывал, кем являлся, и, кажется, действительно хотел помочь, пусть и таким окольным путём.       — О чём вы хотели поговорить, семпай?       — Акацуки. Что о них вам известно? — спросил Какаши после паузы.       Как только Какаши сообщил Третьему о том, что два S-ранга в униформе какой-то организации не просто узнали Наруто в лицо, но и были в курсе его статуса Джинчуурики, их разведка зашла ходуном, пытаясь понять масштаб катастрофы. Разумеется, никто не хотел выпускать команду Семь в таких условиях из деревни, пока хаос не уляжется, из-за чего Какаши пришлось мариновать своих милых генинов D-рангами. По крайней мере их реакции неплохо развлекали джонина.       От Джирайи-сама до сих пор ничего не было слышно. Лишь короткое послание, что он исследует Акацуки.       — Ох, не так уж много, — пожал плечами Хаку. — Но постойте. Конохе о них ничего неизвестно?       — Нет. — Коротко ответил джонин, предчувствуя нехорошее. — Хокаге услышал о них впервые.       — Интересно, — протянул парень задумчиво. — Насколько мне известно, их пару раз нанимал Ягура, у них были контакты с Облаком… Но чаще всего они работали на Камень.       — Они брали миссии у Пяти Великих? — спросил Какаши удивлённо. Если это была правда…       — Именно, — кивнул Хаку. — Не знаю, что насчёт Песка. Любопытно, не так ли? Похоже, что они точат зуб на Коноху. Впрочем, возможно, что репутация деревни оттолкнула их?       Маловероятно, подумал Какаши. Как бы Лист не поддерживал свою славу самой миролюбивой Скрытой Деревни, никого в своём уме не убедить, что их руки чисты. А уж если слухи о составе организации нукенинов были верны…       — Вам известно, кто они?       — О наших «зомби» я слышал впервые, — признался Хаку. — Также я знаю о Хошигаки Кисаме, владельце одного из Семи.       — Безумец, что убил даймё страны Воды? — поразился Какаши.       — Он самый. К сожалению, на этом мои скудные познания заканчиваются, — улыбнулся Хаку виновато. — Но, учитывая силу трёх известных нам участников, можно предположить, что они подбирают лучших из лучших. В таком случае весьма вероятно, что брат Саске…       Что Итачи тоже состоял в Акацуки. Его мысли вернулись к недавнему спектаклю. Саске целится на Итачи, Итачи, исполняя волю Акацуки, будет целиться на Наруто.       Как иронично…       У Какаши разболелась голова.       — Листу стало известно, что данная организация охотится за определённым рядом людей, — начал джонин издалека. — Подробности строго засекречены, вы понимаете.       — Конечно, — кивнул Хаку. — Хидан разговорился?       — У него слишком высокий болевой порог, — отрицательно качнул головой Какаши. — Однако он обронил пару интересных крупиц информации, как, например, за кем охотятся Акацуки. Один такой человек в настоящий момент находится в Такигакуре, — продолжил Какаши. — По счастливой случайности, Шибуки, лидер Деревни, Скрытой в Водопаде, сейчас находится в Конохе, и запросил миссию по сопровождению его до дома.       — И как эти два факта связаны? — спросил Хаку с заинтересованной улыбкой. Судя по всему, он уже догадался о сути разговора.       — Третий Хокаге сделал вывод, что Такигакуре недостаточно безопасна для нашего фигуранта, и отдал приказ об его эвакуации.       — Знает ли Шибуки-сан об этом? — усмехнулся парень.       — Хокаге не счёл необходимым уведомлять его, — покачал головой Какаши.       Такая жалость… Он знал отца Шибуки, как отличного шиноби, но тот умер несколько лет назад, а его сын, несмотря на некоторые положительные качества, оказался сплошным разочарованием, что талантом, что характером. Насколько удалость узнать разведке, сейчас в деревне не оставалось никого, достойного элитного ранга. Кратковременного увеличения чакры Водой Героев не хватит, возьмись за них всерьёз люди уровня покойного Какузу.       В таком ракурсе Джинчуурики Семихвостого оставалась практически бесхозной.       Поэтому Коноха решила её тихо забрать. Во избежание.       Однако Какаши беспокоило другое.       — Как это касается меня? — спросил Хаку, подняв бровь.       — Вам поручено возглавить миссию по эвакуации фигуранта.       — Мне? Серьёзно? — лицо парня исказилось в неподдельном удивлении.       Ещё бы. Сам Какаши лишь догадывался, чего добивался Третий, но не мог до конца согласиться с риском. Тем более, что…       — Миссию по охране Шибуки-доно, скорее всего, поручат команде Семь, — признался Какаши. — Мы, а точнее я, отвлеку внимание.       Двое Джинчуурики в одном месте. От одной мысли мурашки начинали танцевать табуном по коже. Сарутоби Хирузен верил, что эмпатичность Наруто послужит ключом в вербовке сосуда Семихвостого, но всё зиждилось на том, что Какаши и Хаку смогут обеспечить надёжное прикрытие, при этом ничем не выдавая своих истинных намерений Шибуки.       — И никому в совете не пришла мысль, что я могу быть агентом Акацуки? — Хаку, казалось, всё никак не мог принять реальность.       Какаши понимал его. У джонина тоже часто возникали с этим проблемы.       — Вероятность сочли достаточно низкой, — улыбнулся он глазом.       — Нас ждут весёлые времена, не правда ли, — тяжело вздохнул юноша.       Веселее некуда, мысленно согласился Какаши.