Летний снег

      — До сих пор не могу поверить, что такое место реально существует. Надо будет при случае пофлексить остальным! Ты — наш счастливый билет в радужное будущее, бро! — сходу заявила мне громадная бронированная жукоподобная фигура. Его голова напоминала шлем с забралом, из-под которого отсвечивали оранжевые глаза, а из плеч торчали шипы. Заканчивайся всё его туловищем и верхними конечностями, и он бы походил на странное насекомое, но всё портил длинный стебель, росший из его брюшка, переходя позади Биджу в шесть хвостов-крыльев. Сам стебелёк, похоже, тоже являлся хвостом. На выходе получалось несусветное чудо-юдо, лишь отдалённо напоминающее насекомых. Среди своих родственников Чоумей выглядел самым чужеродным, настоящим пришельцем из далёкого космоса, в отличие от напоминавших внешностью обычных людей Ооцуцуки.       Однако, по иронии, его характер оказался чуть ли не самым дружелюбным и позитивным. Пусть и… С некоторыми нежданными лингвистическими причудами, от которых порой вяли уши.       Биджу выполнил бочку, подняв порывы ветра, что могли бы снести меня, если бы мы не находились у меня в подсознании и я бы не мог игнорировать здесь законы физики.       — …Я рад, что тебе понравилось… Бро, — выдавил я, внутренне содрогаясь. — Но скажу сразу: моя бедная голова не выдержит всю вашу братию скопом. Половину — вполне. Шесть-семь, на короткий визит? Может быть. Заявись вы вдевятером? Ну, надеюсь помянете добрым словом над моей могилкой.       — Ох. Какая неудача… И с этим ничего нельзя сделать? — глубокий, с хрипотцой бас пропащего курильщика не очень подходил болтливому и беззаботному Чоумею, особенно в такие моменты, как, например, сейчас, когда он откровенно ныл. — У нас с братушками и сеструшками есть, конечно, одно местечко, ну, знаешь, чтобы почилить в уединении! Но прикинь, там ничего нет! Вот совсем! Криповое, тёмное и пустое пространство! Если попытаться взлететь, то стукаешься башкой о чёрное ничто! Очень больно. И обидно! Но если что, это не я сагрился. Кто-то другой, неудачливый, проверил и ударился.       — Конечно, Чоумей…       — Бро, я же просил! Зови меня Счастливой Семёркой, бро! — пробасил Биджу, каким-то образом передавая подрагиваниями хвостов-крылышек свои едва сдерживаемые эмоции, в которых преобладали детское возбуждение и игривость. — Но ты, как и сис Фуу, наверное, не вдупляете. Чувствовать солнце, ветерок на хитине, ощущать свежий воздух… Даже этот твой снег не так сильно раздражает, по сравнению с тем, что я помнил. Летай — не хочу! Прикинь, я взлетел до стратосферы и не ударился ни о какую глупую черноту!       — Создавать пустое пространство мне не слишком сложно, — пожал я плечами, — но прошу, не пытайся бить рекорды. Как бы натуралистично не выглядел мир вокруг, это, прежде всего, моё воображение, с подкрученной правдоподобностью. Я не имею ни малейшего понятия, что произойдёт, если я не поспею за тобой и ты провалишься куда-то в мою голову. Возможно, тебя просто вытолкнет обратно. А может наши подсознания объединятся и мысли перемешаются в одну кучу. Мы потом не оберёмся проблем.       Я не переживу, если начну всех звать на «бро».       — Глупого старшего брата вечно заносит, — фыркнула Кокуо, галопом проскакав по бескрайним, как казалось, полям, пропахивая огромный след в толстом слое снега. — В самые первые годы нашей жизни он поспорил с Курамой и попытался долететь до Луны. Даже когда знал, что ничем хорошим это дело не закончиться.       — Кокуо, сис, прошу… Я потеряю весь респект… Моя аура упадёт в негатив…       В голосе Семихвостого прозвучали отчётливые капризные нотки, что, вкупе с внушительной глубиной голоса звучало особенно жалко, и точно убавило ему «ауры» в моих глазах.       — Не волнуйся, Чоумей! Я считаю, что у тебя всё ещё очень позитивная аура! — донёсся до нас голос Фуу. Она исследовала мой псевдо-мир внизу, ныряя в озеро вместе с Исобу, но мысленная связь между нами всеми работала вне зависимости от расстояния. — И я помогу тебе найти твой респект, если ты его потеряешь! Я неплохо умею находить потерянные вещи!       — Спасибо, сис, — шмыгнул… носом?.. Чоумей. — Мне сильно повезло с тобой. Не то, что черствый, меркантильный старпёр, в котором я сидел до тебя, что пытался пользоваться мной при игре в кости, как каким-нибудь талисманом. Фиг тебе, а не удача! То есть, ему фиг, а не тебе, сис, ты же знаешь, меня порой заносит…       — И как? — спросил я заинтересованно. — Долетел?       — Хм? Куда? — наклонил шлем-голову в недоумении Чоумей.       — До Луны же.       — Ох. Ну…       — Его чуть не развоплотили, — засмеялся Исобу. — После чего брат шмыгнул домой… Но перепутал направление! Ха-ха-ха!       — Смейся, смейся, — скуксился Чоумей. — Ты просто не знаешь, насколько космос огромный. И пустой. Мне просто не повезло, вот я и потерялся!       — Как ты мог пропустить огромный голубой шар? Признайся, ты просто ничего не видел со страху!       — Стойте, луна обитаема? И как ты вообще вернулся? — спросил я недоумённо. Конечно, я знал о клане Зайцев, и о Кагуе, но одни не стали бы высовывать носа из-за Биджу, а другая ничего бы не смогла сделать в запечатанном состоянии. Опять что-то из сиквелов? Из концовки, которую я так и не досмотрел?       — Луна действительно обитаема, но нам мало известно о тамошних жителях. А Чоумей… Мы телепатически звали его, и он летел навстречу, корректируя маршрут, — пояснила Кокуо. — Но слушать он стал далеко не сразу. После этого путешествия в пару месяцев он больше никогда не покидал атмосферу планеты, большой трусишка.       — Космос глубок и страшен… Нужно быть супер везучим, чтобы не потерять голову…       — Меня больше интересует не твои фобии, а когда ты вернёшься себе в печать, — заворчал Исобу. — Сколько можно гостить? Ты вообще собираешься возвращаться?       — Мне что, погостить нельзя? — возмутился Чоумей. — Ты разве не сам гость тут, бро? Если бро Хаку сказал, что можно, значит можно! Это его хата! Не душни!       — Что творится с нашим девственно чистым уголком мира… Понаехали чужеземцы, разговаривают на непонятном языке, отняли досуг, отняли жилое пространство…       — Исобу, я тебе не нравлюсь? — послышался печальный голос Фуу.       — Ааа, я не имел в виду тебя, малышка! Ты милаха, миниатюрный клубок позитива и любопытства. Это брат — огромный балабол и нытик!       — Бро! Совсем не круто!       — Вы оба идиоты, — фыркнула Кокуо. — Один ударился в детство, другой понахватался дурацких словечек… Стой. Это же Гьюки виноват, да?       — А? Ч-что ты, сис, бро не при чём! — завилял Чоумей.       — Всё с тобой понятно. Его Джинчуурики, значит?       — Как ты— Кхм-кхм. Бро Хаку, раз уж нам так с тобой свезло, я хотел спросить, — попытался перевести тему Биджу. — Вы с Исобу, вроде как, уже реальные кореша. Он наверняка успел рассказать тебе о пророчестве—       — Чоумей, балабол проклятый, захлопни жевала! — рыкнул Трёххвостый. — Хаку, это всё мелочи, не слушай его.       — Бро, ну ты и токсичный. Что мне так с роднёй не свезло?       — Ты не рассказал ему последние слова Старика? — спросила удивлённо Кокуо. — Брат, о чём ты думал? Конечно, я сама поначалу сомневалась и не хотела верить, но теперь—       — Вы не понимаете. Судьба — больное место для нас обоих, — буркнул Исобу.       — Если вы о пророчестве одной старой жабы, то я слышал его, — спокойно заявил я под удивлёнными взглядами. Повисла тишина, нарушаемая лишь напевающей какую-то мелодию себе под нос Фуу.       — Откуда… Стой. Бро! Броо… Это буквально самый везучий момент в истории! Ты что, тоже пророк?! — воскликнул Чоумей. — Я знал, что чувствовал лютые вайбы пророка от тебя!       — И что тебе известно, партнёр? — устало, почти что обречённо поинтересовался Исобу. Я не понимал, что его так удручало в контексте пророчества. Что-то здесь было не так. — И сколько правды в догадке брата? Это бы объяснило некоторые моменты.       — …И точно. Ты говорил так, будто видел некоторые события будущего собственным глазами. Как, например, когда упомянул ту организацию и Риннеган, — задумчиво произнесла Кокуо. — Значит ли это, что ты спланировал нашу встречу?       — Хаку знает будущее?! — восторженно воскликнула Фуу. — Хаку, Хаку, расскажи, что ты видел! Что с нами будет?!       — Для начала: нет, я не вижу будущее, — вздохнул я тяжело. — Я видел лишь один статичный вариант будущего. Который, скорее всего, уже никогда не повторится в реальности. Потому что в том будущем я умер почти сразу. Поэтому нет, Кокуо, я не планировал никаких встреч между нами… По крайней мере, до встречи с Ханом.       Биджу наклонила голову, посылая виноватые эмоции. Связь, созданная Ниншуу, не допускала лжи и держала нас, как открытые книги друг для друга. К счастью, мне нечего было скрывать перед присутствующими. Даже Фуу, поскольку она мало интересовалась интригами и глубоким лором. Ей больше нравилось узнавать интересные факты.       — …Что же касается пророчества, то, насколько я помню, старая жаба поведала Хагоромо, который, в свою очередь, поведал всем вам, что однажды придёт голубоглазый шебутной мальчик, что объединит вас, но не в Десятихвостого, и изменит мир. Это про Наруто, если что.       — Наруто?! Правда?! — воскликнула Фуу. — Ох, как я рада! Чоумей всегда жаловался, что они ждали сотни лет, и… Чоумей?       Биджу молчали. Их взгляды, обращённые на меня, я ощущал почти физически. Как и их эмоции. Удивление. Смятение. Что-то чесалось у меня на задворках сознания, что-то донельзя очевидное, но я, как назло, не мог уцепить эту мысль.       — Хаку, бро… Тебя заскамили, — пробасил Чоумей.       — Ась?       — В пророчестве, что мы слышали от старика, не было ничего о голубоглазых мальчиках, шебутных или нет… Там говорилось о чёрно-белом чужаке.       Настала моя очередь замереть.       Кровь громко стучала в ушах. Слова застряли в горле.       — Прости, партнёр… Я подозревал, что ты так отреагируешь, — пробубнил Исобу мягко, аккуратно. — Чем дольше я узнавал о тебе, наблюдая, как ты начал внешне меняться… Я догадался почти сразу. Но поверь, Гамамару не пожелал бы тебе зла. В конце концов, он ведь дружил со Стариком, что, хоть и родился в этом мире, шёл родом из чужого. Даже вкупе с тем, что мы обсуждали… Мы все тоже «чужаки» для этого мира.       Я был признателен своему неловкому другу за попытку подбодрить и успокоить. Хоть его слова и не были особо убедительны, поскольку и Хагоромо, и Биджу, так или иначе, но родились в этом мире. Я же пришёл в него извне, подобно паре Ооцуцук и Усагину.       Но Исобу немного ошибся в том, что заставило моё сознание замёрзнуть в параличе.       …Насколько моё попадание было случайным? Почему вообще я решил, что это именно тот самый мир, до мельчайших деталей?       Кто ещё знал обо мне и мог подготовиться к событиям будущего? Подготавливался ко мне Хагоромо?       Что насчёт Наруто? Получил ли Джирайя своё собственное пророчество, если блондин больше не являлся предсказанным Мессией? Или их теперь двое?       Нет, я не слышал ничего такого, что бы заставило меня подозревать в изменившемся каноне. Отшельник всё ещё писал свои эротические романы, всё так же безуспешно ухлёстывал за Цунаде, учил Минато, пытался дружить с Орочимару и отправился в путешествие, из которого редко возвращался в Коноху. Значит, какая-то часть пророчества всё ещё верна? Раз он остался таким, каким я его помнил?       Или что-то всё же изменилось?       Моя голова раскалывалась.       — Как… Как звучало пророчество, что вы услышали? — хрипло спросил я.       — Хм… Тебе повезло, что я запомнил слова Старика наизусть, бро. Кхм-кхм. «Однажды, из-за Грани, к вам придёт заблудший юноша. Половина его будет окутана непроглядной чёрной тенью, а другая половина — ослепляющим белым светом. Он даст вам выбор, и выберет сам. Но, так или иначе, ваши мечты исполнятся, и весь мир изменится, к добру или худу. Под взглядом чёрно-белых глаз.» Во. Красиво, да? Старик прям ультанул!       Мысли путались.       Вспомнился давний разговор, самый первый, что у меня состоялся с Усагиным. О детерминизме. Если бы у нас была возможность, как у теоретического демона Лапласа, узнать абсолютно все переменные, то перед нами открылось бы будущее, не способное таить какие-либо секреты.       …Но детерминизм давно отбросили в моём мире. Квантовая, фундаментальная неопределённость мира, и физическая невозможность сделать расчёты абсолютно точными похоронили основные постулаты этого течения. Что будущее предопределено и его теоретически можно предсказать.       Вот только… Насколько эти препятствия актуальны для Ооцуцуки и их способностей?       Я не знал.       Но, кажется, далеко не так актуальны, как я надеялся.                     

***

             Несколько дней спустя я неспеша ступал сандалиями по высокой траве на полигоне номер Семь, сопровождая весело щебечущую о своих впечатлениях о Конохе Фуу. Как она посетила зал с аркадными играми, как её выгнали из кинотеатра за громкие комментарии, как она распробовала Ичираку Рамен. Девочка жила в своё удовольствие, и это было довольно заразительно. Её не смущали редкие любопытные взгляды окружающих или чьи-то реакции на её действия.       Поддавшись порыву, я купил нам обоим по мороженому, так что мы сейчас пребывали в хорошем, приподнятом настроении.       Что сильно контрастировало с хмурыми лицами генинов, что нас встретили.       — Хаку-ниисан! — серьёзно сказал Наруто, выступив вперёд. — Ты — наша единственная надежда!       Приплыли.       Интересно, Какаши тоже испытывал это чувство подкатывающей лени и нежелания напрягаться? Поэтому я его нигде не видел?       — С чего бы? — удивился я вслух. — Ты здорово освоил своих клонов, разве нет? Я кажется, даже видел парочку по пути сюда, бегущих по своим делам. А как твои успехи с Ветром и техникой Тарана? Саске, я видел, что ты уже можешь создавать пламя в ладони и контролировать его. Я понимаю, что процесс небыстрый, и второй этап займёт ещё больше времени, но в крайнем случае ты всегда можешь попросить Какаши-семпая о услуге и скопировать его дзюцу. Сакура, Цунаде говорила мне, что твой прогресс её впечатлил, и вы начали практиковать Мистическую Ладонь. Так в чём проблема, ребята?       — Проблема в Экзамене! — паника Наруто и не собиралась утихать. — Мы не готовы! То есть, готовы, но!..       — …Нам не хотелось бы убивать направо и налево. Поскольку Экзамен будет проводиться в Листе, участвовать в нём будут, по статистике, большинство команд генинов из Листа, — тихо пояснила Сакура мне, посмотрев своими пронзительно зелёными глазами. Полагаю, она хотела отвлечь меня от того факта, что она пыталась маленькими шажками сократить между нами дистанцию. Фуу, стоявшая рядом, с любопытством наблюдала за розоволосой девочкой, неторопливо жуя мороженное.       — Ах, я понял. Но прежде, чем поднимать ваши надежды, позвольте я немного вас огорчу. Для начала, до Экзамена осталось меньше двух месяцев. Это ограничивает наши варианты. Однако, в то же время, вы находитесь в том возрасте, когда физическое развитие довольно просто форсировать без вреда для организма. У меня даже есть для этого специальные печати…       — …Не взрывные? — с опаской спросил Наруто. Я заметил, что даже Саске чуть вздрогнул при их упоминании, не говоря уж о Сакуре, которая мертвенно побледнела.       — Нет, не взрывные, — успокоил их я. — Хотя я могу подкинуть вам и их, если хотите. Нет, речь о нагрузочных. Думайте о них, как об усложнённых грузах для тренировок. Долгое время я сам их носил, но… Есть пара проблем. Первая — вряд ли мне сейчас кто позволит ставить на вас ещё одни не протестированные печати… Разве что на Сакуру. Прости, Сакура, но ты понимаешь, почему.       — Конечно, Хаку-сама, — склонила голову девочка, мельком глянув на сокомандников. — …Но если вы сами не против, то я согласна на всё.       Ох? Кажется, после миссии в Водопаде Сакура решила, что больше ничего не боится, раз разбрасывается такими недвусмысленными намёками. И это зная, в каких мы отношениях с Цунаде. Вон как Саске с Наруто косят на неё взгляд, но ей хоть бы хны. Девочка явно чувствовала себя куда уверенней в собственном теле, чем раньше.       К её сожалению, меня привлекали девушки постарше. Пусть мне лишь с трудом получалось ассоциировать себя с прошлым «я» из прежней жизни, поскольку тот, по сути, умер как личность, потеряв все личные воспоминания… Я перенял от него слишком многое. Не только страхи, но и определённые взгляды, предпочтения.       Пока что при взгляде на Сакуру мне хотелось лишь взъерошить ей волосы, накормить и уложить спать. Может, когда она подрастёт, это и изменится, но не сейчас.       Впрочем, сообщать ей это я не собирался. Всё-таки её влюблённость мне ещё пригодится. Тем более, что девочке это, кажется, шло только на пользу.       — Отлично. Тогда подойдёшь сегодня вечером к нам, в квартал Сенджу. Адрес знаешь?       — Да, Хаку-сама. Цунаде-сама рассказала, на крайний случай.       — А мне можно? — поинтересовалась скромно Фуу, посмотрев на меня щенячьим взглядом. В который раз я удивился её инстинктивному пониманию социального кун-фу. Она очень быстро раскусила, как и под каким углом нужно что-то просить у меня, Цуны или Шизуне. Никаких сознательных планов отыгрывать маленькую милую сестричку или дочку, она просто знала, как себя вести в той или иной ситуации.       — Тебе, как и Наруто, это не сильно поможет на первых порах, — улыбнулся я, взъерошив её зелёные волосы. С ней я мог насытить эту нужду без ненужных осложнений. — Биджу пассивно улучшает организм и регенерацию куда эффективней и быстрей. Может потом, когда я придумаю что-то специально для Джинчуурики.       — Оки-доки! Ты пообещал! Сделаешь мне также, как и Сакуре!       — Нечестно, нечестно! — возопил возмущённо Наруто, скрестив руки на груди. — Почему девчонкам можно, а нам нет?! Нам-то что делать?! И вообще, Хаку-ниисан, вы же ставили нам эти, как его, мочалки! Почему их можно, а другое нельзянутыпонял?!       — …«Молчалки», ты хотел сказать? — вздохнула Сакура. Её рука бессознательно коснулась воротника синей водолазки, под которой на её горле, как и у остальных участников нашей последней злополучной миссии прятался узор моих Историй.       — Никто не может говорить мне, что я могу или не могу делать со своим телом, — глухо рыкнул Саске. Его глаза на миг покраснели. — Учиха не собственность деревни… Даже если это один лишь я.       — Саске — свободный! — поддакнула Фуу мудро, заставив парня удивлённо поперхнуться. — Скажи мне, если тебе будут что-то запрещать, и я помогу! За друзей и двор стреляю в упор! Как ты и учил, Хаку!       — …Чему ты там учишь Фуу, братишка? — покосился на меня блондин.       — Хаку учит меня понятиям!       — Что ещё за понятия?       — Ммм… Молодец Фуу, — вмешался с улыбкой. — Но всё же, спроси у меня сначала, прежде чем «стрелять», хорошо? Что насчёт тебя, Саске, то я подумаю, — кивнул я спустя пару мгновений. Это поднимет бучу, но Саске был прав. В отличие Наруто, чей статус Джинчуурики делал его оружием деревни, и в какой-то мере не позволял ему делать, что вздумается, Учиха, как и любой другой шиноби в Конохе, имел право принимать собственные решения, касайся те опасности его тренировок. Хокаге старались не вмешиваться даже тогда, когда такие особые тренировки угрожали жизням их пробующих.       — Зазнайка, ты предатель! — возопил Наруто, тыкнув указательным пальцем почти в нос хмыкнувшему брюнету. — Пытаешься оставить меня за бортом, да?!       — Кто успел, тот и съел, двоечник.       — Чё? Ааа, ты сейчас меня попросил делать побольше клонов со взрывными печатями в наших спаррингах, да? Понял-понял!       — Тихо, тихо, дай мне договорить, Наруто, — засмеялся я, прервав угрозы начинающего террориста. — С печатями или без, вам будет нужна база и нагрузка. Я, конечно, кое-что знаю и сам, но зачем соглашаться на среднее, если можно получить лучшее? Если, конечно, вы не боитесь трудностей.       — Да мы едим трудности на завтрак!       — Я не знала, что ты зовёшь Ичираку «трудностями», Наруто.       — Сакура-чаааан… Когда ты стала такой колкой?.. Может, ты лучше снова станешь меня бить?..              

***

      

      — Хаку-ниисан… Это чё, шутка такая? Признайся, ты над нами прикалываешься? — спросил монотонно Наруто, глядя на команду номер Три и их наставника. В особенности его взгляд упирался в два зелёных, плотно лежащих на теле спортивных комбинезона и пару причёсок горшком. Саске держал нейтральное лицо, но я подозревал, что и он питал некоторые сомнения, увидев мой «секретный план» воочию. Даже Фуу с восторгом наблюдала за новыми «необычными людьми». Для неё это был большой спектакль. Лишь одна Сакура покорно ждала моих объяснений без тени каких-либо сомнений. Ах, какая послушная девочка… Это твоя выбранная линия поведения, верно? …Надеюсь, я не наступил ненароком на яндерную мину.       — Хаку-кун! Я вижу, огонь твоей неукротимой Юности привёл тебя к нам! — воскликнул Гай, за мгновение преодолев разделявшее нас расстояние. — Неужели тебе уже выдали свою собственную команду генинов? Если так, то прими мои пламенные поздравления!       Мужчина сверкнул мне своей блестящей улыбкой. Её свет, должно быть, ослепил бедных Наруто и Саске, потому что их лица скорчились, будто в муках боли. Команда Три стояла вдалеке и наблюдала за нашим разговором со смешанными эмоциями, в которые затесались восторг, порицание, презрение, жалость и интерес. Похоже, не только Фуу воспринимала Гая и Ли как ходячее шоу.       — Здравствуйте, Гай-сан. Нет, это щенята Какаши-семпая и моя подопечная, — улыбнулся я, услышав позади кашель и неверящее «щенята?..». Я коротко представил их по имени. — В связи с их последними миссиями, им грозят повышением, но ребята не до конца уверены, что достаточно подготовлены к рангу Чуунина. Я знаю, что вы заняты со своей командой, и мы не обидимся, если вы откажетесь… Но, если у вас есть время, могли бы вы подтянуть их физически до нужного уровня? Я, разумеется, готов помочь, чем могу, и ответить обратной услугой.       — Что ты, Хаку-кун, какие могут быть долги между товарищами! — заявил Гай, упёршись руками в бока. — И как я могу не подкинуть дров в яростный костёр Юности подрастающего поколения?! Особенно, когда меня об этом просят?! Разумеется, я помогу! А Какаши в курсе?       Какаши действительно был в курсе. Джонин встретил нас по пути сюда, чтобы сказать пару пространных слов и вновь смыться. Я его не винил. Разве что чуть-чуть.       — Какаши-сенсей сказал что-то вроде «земля вам пухом», — сконфуженно сказал Наруто, ковыряясь в носу. — Я так и не понял, что это должно значить. При чём тут пух? Я нигде не вижу пуха. Ай, не важно! Толстобровик-сенсей! Хоть вас и порекомендовал Хаку-ниисан, но мне нужно стать как можно сильнее, как можно быстрей! И те ребята чёт совсем не выглядят внушительно! Я лучше попробую снова убедить братишку Хаку или Какаши-сенсея!       — Как ты смеешь порочить учителя Гая?! — не выдержал подскочивший с земли Рок Ли. — Да ты хоть знаешь!..       — Остынь, Ли, — спокойно сказал Гай, улыбнувшись Наруто. На лице джонина была лишь мягкая уверенность в себе. — Узумаки Наруто, верно? Как насчёт спарринга с моим учеником? Если ты выиграешь, то, так уж и быть, я помогу тебе уговорить Хаку-куна. Если нет, что ж, возможно ты изменишь своё мнение?       У Рока Ли загорелись глаза, а его забинтованные пальцы сжались в крепкий кулак. Ой-ёй-ёй. Сейчас кому-то будут ломать гордость.       — По рукам! — бодро заявил Наруто, усмехнувшись. — Ну, держись, толстобровик! Сейчас я тебе—              

***

             Пару минут спустя я выудил побитого Наруто из кратера, тихо посмеиваясь. В глазах блондина читалось вселенское недоумение… А точнее, в одном глазу, так как фингал на другом мешал тому открыться как следует.       Не мудрено. Он толком не успел ничего сделать, попав в «бесконечное комбо». Слишком большая разница в скорости и реакциях.       — Победитель — Ли! — бодро поднял Гай руку гордо сияющего ученика в воздух. Неджи, стоявший неподалёку, презрительно фыркнул, а Тентен смотрела на Наруто, как на ребёнка, над которым только что издевались ребята значительно старше. Сакура и Саске удивлённо моргали, смотря на Ли по-новому. Тот в ответ странно на них косился. С чего бы?..       — Саске, как, попробуешь сам? — спросил я у мальчика, настороженно оценивавшего противника. К его чести, он не ответил сразу, задумавшись. Я видел, как он боролся с новыми инстинктами, приобретёнными в стычке с джонинами Камня. Как чувство подвоха кричало ему в ухо о том, что это ужасная идея, о которой он почти сразу пожалеет. Наруто пытался прийти в себя и перестать заваливаться набок, а Сакура спокойно сидела рядом со мной на поваленном бревне, сложа руки перед собой. Я не мог не умилиться её маневрированию, но старался не показывать реакцию. Я подозревал, что она может обидеться.       …Почему на глаза Ли начали наворачиваться слёзы? Нет, не думай об этом, Хаку. Незачем анализировать жертву Юности. В той стороне лежит безумие.       — …Только тайдзюцу? — спросил Учиха чуть погодя. — И что насчёт Шарингана?       Всё-таки бурлящая кровь победила. Ну, этого и стоило ожидать. Ведь он не только набрался опыта и понюхал пороху, но и приобрёл долю уверенности в своих силах. Что ж, ему пригодится этот урок.       Я поднял вопросительно бровь, посмотрев на Гая. Тот повернулся к любимому ученику.       — Твой выбор, Ли. Что скажешь?       — Я не подведу вас, учитель Гай! — глаза парня загорелись огнём, а руки сжались в кулаки с отчётливым звуком. Почему-то он бросил короткий взгляд в мою сторону прежде, чем повернуться к Учихе.       Ну, прощай, Саске. Я запомню тебя молодым и глупым.              

***

             Через пять минут я помог подняться оглушённому парню с колен. К счастью, Ли не использовал свои Лотусы и вообще вёл себя весьма сдержанно. Подозреваю, что из-за присутствия Гая и Неджи с Тентен, наблюдавших за матчем.       — …Ли занимается исключительно тайдзюцу, верно? — тихо спросила Сакура у меня из-под бока. — Вы привели нас сюда, потому что Гай-сенсей мастер тайдзюцу. А Ли — его личный ученик?       — Именно, — улыбнулся я ей, заставив девочку порозоветь.       — Вы — Юки Хаку-сан, да? — внезапно подошёл к нам Ли. Я удивлённо моргнул.       — Да, это я. Ты что-то хотел?       — Вы — преграда моей Любви! — заявил он во всеуслышанье. — Я вызываю вас на поединок за сердце Сакуры-сан!       О нет. Теперь я вспомнил.       В окружении послышались вздохи и стоны. Сакура посмотрела на предельно серьёзного Ли, как на инопланетянина, который общался на не непостижимом для неё языке. Фуу заохала и похлопала в ладоши. Вот уж для кого «контент» пошёл.       — Ли… — неуверенно подал голос Гай. — Твоя Юность горит ярко, ярче, чем само Солнце! Но тебе нужно научиться держать её под контролем…       — Ли-сан… Мы видимся в первый раз, — медленно произнесла Сакура. — И, прости конечно, но ты не в моём вкусе.       Ли схватился за сердце, покачнулся, но мужественно выстоял. Его брови целеустремлённо нахмурились.       — Я… Я одолею Хаку-сана! И тогда ты сможешь со мной встречаться!       — Нет. Даже если это каким-то чудом случиться, то нет, — твёрдо припечатала девочка. Каждое её слово почти физически наносило урон толстобровому мальчику.       — Эй! Ли — хороший парень! — попыталась вступиться за сокомандника Тентен, уперев руки в бока. — Добрый, преданный и сильный!       — Тентен… — на глаза мальчика навернулись крупные слёзы.       — Тогда почему ты с ним не встречаешься? — резонно спросила Сакура.       — Потому что. И вообще, мне нравится, ну… Другой…— покраснела девочка       — То-то же. И мне нравятся… Другие.       — …Ладно, признаю, у нас с тобой похожие вкусы.       — Тентен… — струйки слёз текли по лицу преданного в самый ответственный момент Ли.       — Он официальный джонин, Ли, — раздался холодный голос Неджи, до сих пор молча наблюдавшего за разговором. — Знай своё место. Выше судьбы не прыгнешь.       — Я докажу тебе, что это не так, Неджи-кун!       — Как… Как я проиграл? — послышался голос рядом. Я обернулся, чтобы поприветствовать пришедшего в себя Саске. Шаринган в его глазах всё ещё горел. — Мы… Мы же убивали джонинов. А это обычный генин…       — Джонинов? — скептически прошептала Тентен.       — Вы действовали под строгим командованием Какаши-семпая, использовали внезапные площадные атаки и ловушки, давили числом, техникой, и превосходящим оружием в непривычных для них условиях, — начал я перечислять спокойно. — Пусть будет вам уроком. Правильная тактика и элемент неожиданности может повернуть ход почти любой битвы. Останься ваша команда один на один с единственным противником такого уровня, и вы бы не заметили, как потеряли жизнь. Вспомни вашу первую миссию… Извини, Сакура.       — Ничего, я в порядке, — заверила меня девочка. И правда, её реакция показалась мне затупленной, потерявшей изрядную долю веса.       — Мы… Мы всё равно надрали бы им задницы… — буркнул невнятно Наруто, всё ещё чуть покачиваясь.       — К вашему сведению, Ли сражался на уровне среднего чуунина, — поведал я им. Генины неверящим взглядом уставились на меня. — Да-да. И это с утяжелителями. И без секретных техник тайдзюцу.       — С утяжелителями?! — вскрикнул Наруто.       — У тебя отличный взор, Хаку-кун! — хлопнул меня по плечу Гай.       — Я сам долгое время носил что-то похожее, — признался я с улыбкой.       — …То есть, если мы примем печати, то сможем стать… Такими же быстрыми? — уточнил Саске с голодом в глазах.       — Не прельщайся, вам придётся хорошенько и, что главное, долго поработать. Сколько Ли занимался и какой у него обычно график, если не секрет, Гай-семпай?       — Какие секреты! Ли занимается со мной где-то около года, с тех пор как я стал наставником команды номер Три, — гордо ответил Гай. — Что до его нагрузок… Вы должны понять, он живёт тренировками. Я заставляю его активно отдыхать в конце недели, но в любое другое свободное от миссий время он продолжает заниматься. С раннего утра до позднего вечера.       — Мы с Неджи так не тренируемся, если что, — вставила Тентен, закатив глаза. — Я бы не пошла на такое даже за персональное ученичество, без обид, Гай-сенсей.       — Никто не заставляет Ли биться головой о стену, — добавил холодно Неджи. — Ни Гай-сенсей, ни мы. Это его собственный выбор, прозябать пятнадцать часов кряду на полигоне каждый день.       — П-пятнадцать?! Каждый день?! — воскликнул посиневший Наруто. — Хаку-ниисан! Это культ! Культ, я точно говорю! Нам нужно бежать, пока не поздно!       — А?! Какой, к чёрту, культ, блондинчик?! — взъелась Тентен. — Я же сказала, мы не с ними! Без обид, Гай-сенсей!       Судя по чуть подавленному лицу Гая, «без обид» не значило «без урона чувствам».       — Ты бы просто не смог убежать от них, балбес, — тяжело вздохнул Саске, полностью проигнорировав реплику куноичи. Он глянул на меня серьёзно. — Печати могут ускорить процесс?       — Конечно, — кивнул я просто. — Но насколько — зависит исключительно от вас и ваших усилий.       Даже если в итоге окажется, что Наруто в этот раз не связан с пророчеством… Мне в любом случае понадобится любая помощь.       Интересно, насколько мы сможем их прокачать за такой короткий срок? И как это повлияет на их развитие?       Гай уже хотел что-то у меня спросить, когда Ли не выдержал переполнявшей его Юности.       — Но что насчёт моего вызова?!       — Ли, — горестно вздохнул Гай, положив мальчику руку на плечо. — Порой нам нужно учиться принимать поражение, чтобы двигаться дальше. В этом тоже Юность.       — Да что вы такое несёте, Гай-сенсей?! Как я могу говорить о Юности, если опущу здесь руки?! Я не сдамся даже перед лицом непреодолимой стены!       — Пожалуйста сдайся, мне очень некомфортно, — попросила Сакура.       — Ли!       — Гай-сенсей!       — Ли!!!       — Гай-сенсей!!!       Первая встреча команды Семь и Три завершилась под звуки шума морских волн, разбивающихся о скалы.