Кажется, я влюбился в связующего

      Разрыв между командами был небольшим, каких-то три очка. В такие моменты Юнги использовал быструю атаку с Хосоком, тем самым они догоняли противников и даже обгоняли. Но Хосока на площадке не было. Мин, конечно же, пытался пасовать другим игрокам, но этого было недостаточно, чтобы догнать противника. Юнги растет благодаря Хосоку, ведь он впервые начал доверять именно ему. И когда команду загоняют в угол, Юнги остаётся надеяться только на Хосока.       Подавленные, расстроенные игроки СУН шли молча к своей раздевалке, где позже также без слов стали переодеваться. Юнги поспешно собрал все свои вещи, не дождавшись подбадривающей речи от Намджуна и выбежал на улицу к ближайшей остановки, чтобы добраться до больницы на автобусе. На улице было холодно, но Юнги практически не ощущал этого. Его тело до сих пор горело от произошедшей игры, что даже с первых минут пребывания на улице от него шел небольшой пар. Юнги ходил от одного угла остановки до другого, не находя себе место от нетерпения и волнения. Поглядывания на часы не давали большего шанса на приближение нужного автобуса, но Мин не желал сдаваться. Успев уже остыть, парень все равно не застегивал куртку, ведь его мысли были заняты куда более важными делами, чем какой-то чертов замок. — Да ебаный автобус, где ты, черт возьми?! — выругался Юнги, глянув уже несчитываемый раз на часы и на табличку с расписанием автобусов.       И на этот раз ругательство не улетело в пустоту, как его последователи. Наконец-то пришел нужный автобус, Юнги даже хотел глянуть на небо, чтобы прошептать невнятное «спасибо», но воздержался, он же не на столько отшибленный. В автобусе практически никого не было, лишь парочка пожилых людей, которые, видимо, тоже ехали в больницу. По времени был час-пик, но на дорогах практически не было машин с людьми, которые бы ехали со своих работ. Поэтому Юнги быстро добрался до нужного места, хоть автобус был не самым скоростным. — Где Хосок? — задыхаясь, спрашивает Юнги у постовой медицинской сестры. — Здравствуйте, — добавил парень, как только увидел недовольный взгляд сестры. — Время приема кончилось час назад, приходите завтра с четырех до шести вечера, — немного раздраженно ответила девушка, которая, видимо, все-таки обиделась на резкость Мина. — Мне нужно сейчас, это срочно! — Юнги не был намерен отступать. — Пожалуйста, скажите, в какой палате лежит Хосок. Девушка отодвинулась от монитора и кинула на Юнги усталый взгляд, медленно набирая кислород в лёгкие: — Молодой человек, — на выдохе произнесла сестра. — Вы хоть представляете, сколько в нашей больнице находится пациентов с этим именем? Скажите фамилию.       И тут Юнги завис. В этот момент он стал ненавидеть свою рыбью память еще больше. В голове крутились лишь отголоски всяких фамилий, но точно не той, что так была нужна. — Молодой человек? — позвала сестра, увидев, что сигнал с парнем совсем пропал. — Чан! — чуть ли не крикнул Юнги, отчего девушка даже вздрогнула. — Чан Хосок! — Чан Хосок? Его отец китаец? — как-то задумалась сестра, слегка нахмурив брови. — А кем вы являетесь пациенту? — Э… Я ему сес… Брат! — врать у Юнги точно не получалось.       Сестра повела одним уголком губ вверх, слегка покачав головой, и повернулась обратно к монитору. — Чан Хосока нет, но есть Чон Хосок, который находится в палате вместе с Чон Давон после аварии, которая и является единственной сестрой Хосока, никаких братьев у него нет.       Девушка выдержала небольшую паузу, чтобы насладиться, как краснеют от смущения уши и щеки парня, после чего добавила: — Пятьсот семидесятая палата, шуруй, пока никто не заметил.       Юнги промямлил слова благодарности, пока делал поклон, после чего быстро направился к лестнице (ждать лифт не было времени). Найдя еле как со своим зрением нужную палату, Юнги быстро проскользнул в неё, пока медицинский персонал ничего не заметил. — Я уже принимал лекарства, — как только услышал звук открывающейся двери, еле слышно на автомате проговорил Хосок. — Это я, Юнги, — также еле слышно бубнит Мин. — Почему так темно?       Мин стал бродить по палате, пытаясь найти кровать, на которой бы сидел Хосок, но слегка ошибся и чуть ли не подсел на кровать к сестре. — Боже, я здесь, — не выдержав мучений Юнги, Хосок приподнялся и помахал рукой. — Мы вообще-то спать уже легли, вот и выключили свет.       Как только Юнги понял, что чуть не разбудил спящую девушку, то тут же отскочил от чужой кровати и направился к нужной. Если бы был свет, то на кончиках ушей можно было бы заметить стыдливый румянец. Как только Юнги убедился, что перед ним сидит Хосок, потрогав его лицо своими руками, он набрал побольше воздуха в грудь, как бы собираясь с мыслями, Мин принялся выяснять, что за хрен произошел с его приятелем. — А теперь об… — только начал поднимать голос Юнги, как только его губы накрыла чужая ладонь.       Хосок подставил указательный палец к своим губам, чтобы Мин говорил не так громко, чтобы не разбудить свою сестру. Юнги понимающе кивнул и убрал мешающую руку со своего лица. — Как ты вообще попал в больницу? Мне постовая сестра сказала про какую-то аварию… Это из-за аварии? Какая авария? Как долго ты здесь будешь? У тебя есть сестра? Почему ты не рассказывал? Она тоже в больнице из-за аварии? — хоть Юнги и шептал, его вопросы все равно отдавались с небольшим эхом в голове у Хосока.       Чон хотел каждый раз прервать эту череду вопросов от Юнги, но он успевал лишь открывать и снова закрывать рот, так как Юн явно был взволнован, из-за чего его вопросы осыпались на Хосока с невероятной скоростью. Анализ этих вопросов составил, примерно, минуту, которая для Юнги была самая длинная в его жизни: он мял в своих руках одеяло Хосока, от своего нетерпения и кусал губы, дабы не выкрикнуть чего-нибудь. — Да, у меня есть сестра, она старше меня на четыре года… У неё есть машина и она предложила подвезти меня на соревнования, так как ей было по пути к ветеринарной клинике, чтобы забрать нашу собаку Микки после операции, но как только мы начали пересекать перекресток в нас врезался другой автомобиль… — Хосок рассказывал, глядя куда-то вниз и слегка шмыгая носом из-за поступающих слез. — М-машина вошла ровно со стороны Давон и…       Хосок уже не мог сдержать слезы: он накрыл своё лицо руками и начал слегка дрожать. Юнги, конечно же, не стал терпеть такого вида и тут же притянул к себе младшего, заключая того в крепкие объятья. — Тише, Хосок, все будет хорошо, не плачь, разбудишь же сестру, — Юнги был не мастером утешения, но он выжимал из себя столько, сколько мог. — Не п-проснется… — куда-то в грудь Юнги еле выговорил Хосок. — Она в коме, Юнги, я соврал, я лишь пытался думать, что все хорошо, но это совсем не так. Я хотел, чтобы ты тоже думал, что все не так плохо… Н-но я не могу.       У Юнги будто что-то кольнуло в груди, он не знал Давон лично, а про её существование ему рассказали совсем недавно. Но то, как Хосок ревел из-за своей сестры, явно не оставило равнодушным Юнги. Но самое неприятное приносило то, что Мин совершенно не знал, как можно помочь Хосоку, поэтому ему ничего не оставалось, как только сидеть и обнимать дрожащего и плачущего Чона. — Это должен был быть я, а не она… — шмыгая продолжил Чон. — Не говори так, Хосок! То, что произошло… Этого вообще не должно было быть! — Н-но… У неё работа, а я лишь жалкий студент, который жил как паразит за счет своей сестры. И если бы я пострадал, а не она, то тогда не было бы проблем. — Мы найдем выход. Устроимся вместе на работу, например. Мы сможем, слышишь? — Юнги похлопал по плечу Хосока, после чего отстранился от него, чтобы посмотреть младшему в глаза. — Я очень рад, что с тобой всё хорошо. Ты бы знал, как я переживал, когда узнал о твоём пребывании в больнице, да я… Черт… Да из-за меня мы даже продули игру, ведь мои мысли были заняты лишь тобой.       Юнги заметил новообразующиеся капли слез в глазах Хосока, которые блестели от лунного света, из-за чего сам не смог удержать давно подошедшие слезы. — Все будет хорошо, Хосок, я обещаю, — слегка приподняв уголки своих губ, на лице Юнги образовалась легкая улыбка, после чего Хосок не смог не ответить улыбкой в ответ. — Я останусь сегодня здесь с тобой, хорошо? — Оставайся со мной всегда, Юнги. — Останусь. Несмотря ни на что, я всегда буду рядом, Хосок.