Лекарство от любви

Трэвиса мучила одержимость. Которую ночь он закрывался в своей келье при церкви, забирался под одеяло и ласкал себя, вспоминая это неживое лицо-протез, хвостики синих волос и мягкий, слегка хрипловатый голос Фишера. У Трэвиса не было фотографии, но он мог представить его с лёгкостью, и каждый раз позы, в которых он представлял Салли, были разные. Он сжимал зубами одеяло и активно работал рукой до тех пор, пока сперма не хлынет в ладонь, а сам он не зарычит от удовольствия. — Трэвис! — голос отца застал его врасплох. Спешно спрыгнув с кровати, парень натянул трусы со штанами и вытер салфеткой руку, запрятав грязную бумагу в свою сумку. — Да, отец? — его голос дрожал, но он старался как мог. — Скоро утренняя молитва. Поторопись. — Да, отец, — облегчённо выдохнул Трэвис, оседая на кровать. Парню нестерпимо хотелось кого-нибудь ударить. Агрессия клубилась в его сознании эфемерной дымкой, не позволяя здраво рассуждать. Сегодня тот самый день, когда он наконец сделает то, о чём так давно мечтал. Осталось лишь пара деталей, и всё к воплощению его коварного плана будет готово. *** — Ты кого-то ищешь? — недоумённо спросил Салли, глядя снизу вверх на Ларри. — Он давно кого-то высматривает, — усмехнулась Эш, толкнув металлиста в плечо. — Эй, Ларри, может, мы поможем? Кого ты ищешь? — Да так, — отмахнулся Джонсон, вручив Салу его книги и быстро слиняв от них. — Увидимся позже, — бросил он напоследок, а Салли как-то расстроено проводил его взглядом и повернулся к Тодду и Эшли. — Вы на факультативы? — Да, я и так пропустил пару занятий, занимаясь модификацией твоей приставки, — ответил Тодд и направился в класс. — Ну, остались только мы, — развела руками Эш, мягко улыбнувшись. — У тебя дополнительные уроки есть? Сал кивнул, закинув книги в ящик и невольно заглядевшись на их групповую фотографию с Хэллоуина. Такие счастливые. Друзья. Тогда они с Ларри были ещё друзьями и посмеялись бы в лицо тому, кто назвал бы их голубками, но сейчас… Быстро закрыв шкафчик, Сал улыбнулся Эшли. — Иди, у меня ещё тоже пара уроков. Встретимся завтра. — Сал, тебя что-то гнетёт? Я ведь вижу, — проницательно заметила девушка. — Помни, что мне ты всё можешь рассказать. Я поддержу тебя. — Спасибо, Эш, — он вновь натянуто улыбнулся, отмахиваясь. — До завтра. *** Темнело. Небесное полотно алело от лучей заходящего за городом солнца. Ветер едва заметно шелестел листвой, и Сал торопился на улицу вдохнуть этого свежего воздуха, после духоты, в которой провёл не один час. Ларри так и не появился в школе, и Салли уже собирался уходить домой один, когда что-то тяжёлое ударило ему в висок. Парень рухнул на пол, теряя сознание. Очнулся он в каком-то туалете, где было грязно, мерзко пахло, и едва горела частыми вспышками единственная лампочка. Фишер поморщился, коснулся лица и не обнаружил протеза. Сал стал на ощупь искать свой протез, ползая по тёмной комнате, пока не наткнулся на чьи-то ноги. Подняв голову, он удивлённо вскрикнул и отскочил к стене. — Трэвис? — удивлению Салли не было предела. Блондин стоял возле двери, запирая её ключом, затем повернулся к Фишеру лицом и криво ухмыльнулся, и ухмылка эта напоминала хищный оскал. — Объясни, что здесь происходит? Где мы, чёрт возьми?! — Мы там, где и должны быть. Судьба, знаешь ли. — Да ты больной! Ты меня треснул по голове и притащил на какую-то помойку! Это не смешно! — А кто сказал, что ты должен смеяться? — его глаза лихорадочно сверкали в полутьме. Когда лампочка с треском лопнула, и единственным источником света стало лишь небольшое оконце под потолком, Сал всерьёз испугался. Отползать было некуда, давать отпор — нечем, кроме кулаков. А Фелпс подходил всё ближе, доставая из кармана нож-бабочку. — Я так долго этого ждал, Салли-кромсали. — Я кричать буду, — предупредил его Фишер, осклабившись. — Никто не услышит. Кричи, — засмеялся Трэвис, схватив Сала за подбородок и заставив посмотреть на себя. — Какой же ты всё-таки… — Уродливый? — закончил за него Фишер, дёрнув головой. — Красивый, — прошептал Фелпс, скользнув лезвием по щеке голубоглазого. — Синевласка… Сал попытался ударить неприятеля, но тот ловко скрутил его, обездвижил, стянул толстовку и связал руки. Парень тщетно сопротивлялся, но Трэвис оказался гораздо сильнее в своём желании обладать голубоглазым. — Начинай кричать, — прохрипел блондин, стягивая с себя штаны вместе с бельём. — Ты педик?! — взвизгнул Салли, мигом ринувшись к двери и задолбив по ней ногами. — Помогите! Кто-нибудь! — Здесь глухое местечко, — хмыкнул Трэвис, приблизившись к Фишеру сзади и спустив малиновые джинсы. — Какой же ты соблазнительный… Ларри ведь тоже так делал? — прошептал над проколотым ухом Сала блондин. Один палец, смоченный слюной, он протолкнул в тесное отверстие пленника. — Я ведь знаю, что вы парочка. — Пусти! Не смей! — кричал в отчаянии Салли, вырываясь и всячески мешая манипуляциям Фелпса. — Придурок больной! — Салли-кромсали, а тебе понравилось, когда тебя трахал Ларри? — Да с чего ты взял?! — Да так. Не думаю, что он сдержался, когда рядом такой лакомый кусочек. Уже второй палец проник в сжавшееся кольцо мышц. — Не делай нам обоим больно, Салли, — хрипло выдохнул блондин, пристроившись к Фишеру, вынув пальцы и резко войдя в него. Сал истошно закричал, пытаясь выпутаться из связывающей его руки за спиной верёвки, но бесполезно. Фелпс позаботился об этом и даже изучил принцип связывания особым видом узла. Он толкался в напряжённое до предела тело Сала, со злобой понимая, что тот не возбуждается. Трэвису хотелось взаимности, он мечтал быть на месте Ларри и каждый день видеть, касаться Фишера. Это было наваждение. Безумное желание безумного мальчишки. — Хватит… прошу… — по щекам Салли катились слёзы. — Представь, что я твой дружок Ларри. И наслаждайся процессом. — Да пошёл ты к чёрту! — прошипел голубоглазый, уткнувшись лбом в дверь. *** — Вот и всё. А ты так рвался, — ухмыльнулся Трэвис, натягивая на себя одежду. Салли лежал в углу полураздетым, униженным и уничтоженным. По его щекам, исчерченным шрамами, текли крупные слёзы, глаза покраснели, а взгляд был до жути стеклянным. Фелпс зарычал и схватил голубоглазого за глотку, заставляя встать на колени. — Чем, ответь мне, чем я хуже этого патлатого придурка?! — злоба вновь закипала в остывшем рассудке. Сал не ответил. Лишь посмотрел безразлично и опустил голову, не желая издавать ни единого звука. *** Ларри суматошно бродил по коридорам в поисках Салли, и когда он нашёл его рюкзак, валяющийся возле кабинета математики, то в его голове что-то осознанием вспыхнуло, он чертыхнулся и понёсся на улицу. «Куда дальше? Где он?!», — мысли лихорадочно и суетливо теснились в мозгу. Джонсон побежал куда глаза глядят, и подсказывает обострённое чувство интуиции, но внезапно столкнулся с каким-то пареньком, который остановил его и дёрнул за руку. — Ты кого-то ищешь? — Да, ты голубоволосого мальчика не видел? Тот кивнул. — Куда он делся? — торопливо расспрашивал металлист. Паренёк указал пальцем в сторону заброшенного детского садика, который находился в достаточном отдалении от школы, но был виден за крышами невысоких домов. Поблагодарив мальчика, Ларри бросился по дороге, ведущей к ветхой постройке. Мальчик в это время растаял в воздухе, улыбнувшись и поправив синюю кепку, скрывающую седые волосы. Ларри ворвался в старое здание, с ноги снеся хлипкую дверь. Он услышал затихающий крик, чьё-то грозное рычание и гневную речь, произнесённую до тошноты знакомого голоса. — Вот тварь, — прорычал парень, бросившись к источнику звуков. Подёргав дверь, за которой кто-то навзрыд рыдал, Ларри чуть отстранился и плечом выбил её ко всем чертям вместе с хлипким замком. На полу лежал полуголый Сал, пронзительно рыдающий и всхлипывающий, а над ним склонился Трэвис. — Беги, потому что если я тебя догоню, то ты труп, хотя… — металлист безумно ухмыльнулся и схватил парня за глотку. — Одной судимостью больше, одной — меньше. Я прикончу тебя здесь, понял? — Отпусти его, — внезапно прошептал Салли, поднимаясь на колени. — Он… Ларри не стал дослушивать и впечатал недруга в стену так, что кафель потрескался. Затем нанёс несколько ударов в живот и по лицу, после чего швырнул на пол и склонился над скрючевшейся фигурой. — Не убивай его, прошу… — Сал вцепился в руку металлиста, и тот оттолкнул его, принявшись колотить ногами кричащего от боли Трэвиса. Когда, наконец, злоба чуть-чуть затухла, Джонсон схватил Салли за руку и дёрнул на себя. — Что эта тварь с тобой сделала? Фишер промолчал, опустив голову.