Защитники человечества

      Многолюдные улицы Квохора видели много разных народов и людей за свою историю. Здесь вышагивали драконьи владыки, шествовали гискарцы, косолапо шагали дотракийцы, привычные к конной езде…Летнийцы, йитицы, ибенийцы…       Но такого человека как вошедший в стены города незадолго до полудня, не видел никто. В росте с этим чужаком могли посоперничать только рабы с далекого Ленга, но только в росте. В ширину же шагавший по улице Горрах не уступал медведю, чья шкура свисала с его плеч, и успешно скрывала любую его принадлежность к легиону Железных воинов. Вышеупомянутый медведь еще неделю назад был жив и здоров. Пока не попытался защитить свои владения от незваного гостя, получив при этом перелом шеи.       Многочисленные звуки различных языков и наречий сплетались в голове космического десантника, но знакомого готика среди них не было. Как и не было любой имперской символики. Впрочем он не обольщался. В тысячах миров богу-трупу поклонялись тысячей разных способов. Здесь же единственным религиозным символом, который был практически повсюду, была голова черного козла. Воистину, это иронично.       В любом случае, увиденное пока его устраивало. Отсутствие имперской символики в половине случаев означало, что и сама власть империума над планетой либо отсутствует либо номинальна. Впрочем не было среди окружающих его горожан и страха. На него смотрели не как на хаосита, ужас и погибель смиренных имперских граждан, а скорее как на очередного слишком здорового мужчину, одетого в диковинную броню. Отчасти это оскорбляло. Но он уже давно забыл что такое гордость. Особенно, когда пришлось служить жалкому колдуну.       Но тут он встал как вкопанный. Налетевшая на его плечо лошадь не заставила даже пошевельнуться, а ее хозяин, видя такое, решил за лучшее не связываться с Горрахом. Низкий готик! Один из продавцов вовсю торговался за какую-то примитивную кольчугу с еще одним аборигеном. Но если первый обладал внешностью, напоминавшей детей императора – белыми волосами и бледной кожей, то второй был вполне обычен. Решив не откладывать выяснение информации, он направился к лавке оружейника, пока те не закончили торг.       Успешно закончив торговаться за приглянувшуюся кольчугу, Джори застыл. Лицо упертого торговца перед ним исказила гримаса страха, а на разложенные товары упала тень. Неужели он настолько хорошо торгуется, что кузнец только сейчас понял как продешевил? Нет, конечно же нет. - Теперь ты скажешь, что за моей спиной стоит нечто ужасное и грозное?       Торговец лишь отчаянно закивал. Джори подавил вздох скуки. Он уже устал от этого. Каждый забулдыга, каждый задрипанный воришка или грабитель, от браавоса до волантиса, считал, что будет смотреться грознее, если натужно сопеть жертве в спину. Он быстро развернулся. - Ну что еще?       Вместо лица он уставился в черненый нагрудник с золотой гравировкой. Лицо незнакомца находилось гораздо выше. Это Джори не смутило. - Подходить со спины и мешать честным людям вести торговлю - грубо. - Ты уже закончил торговать и складывал кольчугу в сумку.       Этот голос отдался в самих костях купца, но больше его поразила сухой безэмоциональный тон, с которым воин произнес эти слова. А незнакомец явно был воином. О, вовсе не доспехи привели его к этой мысли. А мельчайшие капли крови, застывшие на броне. И их источник – медвежья шкура. - Ты прав. Но все равно, это было грубо. Ты мог напугать кого-то, кто трусливее меня. Легкая улыбка поразила губы собеседника. - Мог бы. - Так в чем дело? - Я хочу информацию. - Я не торгую информацией. - Но разве ты откажешься от сделки? - Зависит от ее выгоды. - Шкура медведя в обмен на ответы. - По рукам!       Возможно, гораздо легче было завести этого жирного увальня в переулок и использовать данные любому космическому десантнику возможности. Но что поделать? Горраха тошнило от сырых мозгов.

***

      Прошлой ночью Регис наконец то наткнулся на следы людей. Цивилизованных людей. Об этом говорило хорошее оружие и некое подобие униформы. Судя по следам, человек сорвался со скалы. Не больше суток назад. Смерть была быстрой и безболезненной. Часть мозга уже вытекла и замерзла на воздухе. Он еще раз огляделся. Никого. Разве что орел парит между вершинами вдалеке. Он с сожалением достал нож. Мертвому уже ничем не помочь. Но вот узнать больше информации о здешних реалиях… Череп неаппетитно хрустнул. Тот же самый мороз остановил разложение, так что никакого неприятного привкуса не было. Постепенно в его сознании начали появляться образы. Куорен. Джон Сноу. Ублюдок Старка. Лорд Мормонт. Донесение. Варг. Ночной дозор. Регис выпрямился и вытер губы. Не стоит заявляться к этим людям с останками их товарища, застрявшими в его усах и бороде. И ему придется поспешить. Сильно поспешить. — Здравствуй, Гремучая Рубашка, — с ледяной учтивостью приветствовал одичалого Куорен. — Для ворон я Костяной Лорд. — Шлем всадника был сделан из проломленного черепа великана, на кафтане из вареной кожи висели медвежьи когти. — Никакого лорда я не вижу, — фыркнул Куорен. — Только пса, увешанного куриными костями, которые дребезжат во время езды. Одичалый злобно зашипел, а его конь стал на дыбы. Он и правда дребезжал — кости были связаны друг с другом неплотно. — Скоро я буду греметь твоими костями, Полурукий. Я выварю твое мясо и сделаю себе панцирь из твоих ребер. Я буду гадать на твоих зубах и хлебать овсянку из твоего черепа.       Эти слова оказались последними для одичалого, когда истошно заржали лошади дозорных и раздался волчий вой. Между двумя дозорными пронеслось смазанное черное пятно огромного размера, обдав по пути воздухом и в следующее мгновение Гремучая рубашка был снесен с лошади, превратившись в две неравные половины, летящие по воздуху. Джон оглянулся на Призрака, но леденящий душу вой принадлежал вовсе не его волку. Огромная, закованная в доспехи фигура воина, стояла среди кучки одичалых, сжимая в руке самый большой топор, что Джон когда либо видел. Кровь одичалого стекала с лезвия, дымясь на морозе. Спустя мгновение неизвестный воин превратился в вихрь, убивая одичалого за одичалым, снова завывая так, что у Джона мурашки пошли по спине. - Сноу, в атаку!       Резкая команда Полурукого вывела его из стопора и Джон изо всех сил побежал вниз по склону, к лучникам. Он успел добежать только до одного, посылающего стрелу за стрелой в сторону бойни и заметившего Джона слишком поздно. Лучник попытался блокировать удар меча луком, но валирийская сталь легко прошла сквозь дерево, а следом Джон просто снес одичалого с разбега. Покатившийся по склону овчинный шлем обнажил яркую копну рыжих волос. - Сдаюсь, ворона!       Снизу на него снова смотрели глаза Игритт. А вокруг растекалась странная тишина, не нарушаемая ничем – ни звоном стали, ни криками умирающих и стонами раненых.

***

      Пришедшее от Робетта Гловера письмо привело практически весь Риверран в ступор. Здесь, в комнате, где они играли еще будучи детьми, Кейтилин еще раз перечитала. Сидящий перед ней Эдмур показывал признаки нетерпения, но воспитание не позволяло прерывать старшую сестру. Ну или воспоминания о ее подзатыльниках в детстве. Видят Семеро, она тогда весь ум из него выбила. Наследнику Речных земель было бы неплохо быть умнее. Наконец он не выдержал. - Что можно прочесть там в третий или четвертый раз? - То, что написано между строк. - Что? Кейтилин с раздражением встала и принялась ходить по комнате. - Откуда посреди Харренхолла могла взяться Арья? Ланнистеры опять лгут, что обе мои дочери у них? Или это ловушка? Кейтилин остановилась напротив окна. Ее потряхивало от нервного напряжения. Внизу Трезубец все так же размерено нес свои воды навстречу Узкому морю, поблескивая на солнце. Река не менялась. Никогда. Ей были безразличны судьбы людей, живущих на ее берегах. Умирают ли они, или сражаются или живут в мире, каким богам молятся. Наконец она решилась. - Эдмур, я отправляюсь в Харренхолл. И прошу тебя дать мне сопровождение. Если это действительно Арья – мы сможем подумать о заключении мира с Ланнистерами.

***

      Только сидя на лошади, он был выше Титуса. После всех этих дней ощущения себя ребенком, обращающимся к взрослому, было довольно необычно смотреть на великана сверху вниз. Титус был выше всех в замке. Отчасти это создавало проблемы – он не мог пройти сквозь часть замковых коридоров, а большая часть комнат была слишком низка для него. - Вы думаете поступить на службу Ланнистерам? - На службу? Нет. Моя верность принадлежит Императору человечества. Это был не первый раз, когда его собеседник упоминал это имя. - Но что тогда? - Любой, кто борется с демонопоклонником, заслуживает моей помощи. - Не хочу показаться сомневающимся, но нас всего двое.       Это было именно так. Оставив оборону замка на попечение юного Элвуда и назначив его кастеляном, на время отсутствия Пенроза, рыцарь и космодесантник отправились в Королевскую Гавань. Брать сопровождающих Титус посчитал лишним. Против действительно большого отряда десяток другой человек ничего не сделает. А если отряд будет мелкий…что ж. Это не будет проблемой. И Пенроз вполне этому верил. Сзади топала пара запасных лошадей, на спине которых висели их небольшой запас провианта, а за пазухой рыцаря позванивал золотом кошель с деньгами. Карманники столицы славились на все Семь Королевств.       Дорога ложилась под их ноги миля за милей. Ближе к середине его новый сюзерен позволил себе даже снять шлем, подставив под согревающие лучи солнца свое лицо. Особенно Пенроза поразили три стальные болта, буквально вплавленных в череп. Больше всего они напоминали, за неимением лучшего сходства, наконечники стрел, которые никто так и не стал вынимать из раны.       Несмотря на то, что он был на лошади, а Титус шел пешком, Пенроз не мог заметить отсутствия следов усталости на лице его нового сюзерена. Ни усталости, ни следов пота. Шлем спокойно висел на поясе. Но ни солнце, ни многочисленные мили дороги не поколебали спокойного выражения лица небесного воина. Чего нельзя было сказать о лицах встречных крестьян или купцов. Каждый раз, стоило им оказаться вблизи какой-либо деревушки или городка, их провожали любопытные и испуганные взгляды. И было отчего. даже отринув такие вещи как рост, массивность и лицо закоренелого убийцы, каждый часть доспехов Титуса кричала о смерти. Черепа, кости, странные изречения на неизвестном языке... Будто к их созданию приложил руку сам неведомый. Сейчас он с вежливым интересом слушал истории Пенроза о различных домах Семи королевств, Валирии, Вольных городах. - Значит драконы? Необычно. Старому рыцарю не хотелось казаться совсем уж голословным. - Да. Говорят, черепа умерших драконов украшали тронный зал Красного замка. Но где они сейчас, кто знает. - Но драконы не помогли последнему Таргариену.       - Увы, последний из них умер задолго до восстания Роберта. На этом они надолго замолчали.       Наконец Пенроз решился.       - Сир Титус, прошу простить мою дерзость, но как вы собираетесь бороться с колдовством этой ведьмы?       - Пока не знаю. Но нам нужны союзники. За этой ведьмой стоит целый культ,– тут он весело хмыкнул, - я всегда замечал, что Инквизиция часто появляется когда ее никто не ждет. Но гораздо чаще ее нет, когда она отчаянно нужна.       - Инквизиция?       - Тайная служба. Они следят за безопасностью моего…королевства. Наверняка у вашего короля есть что-то похожее.       Пенроз покосился на собеседника. Огромные латные ботинки оставляли глубокие следы даже по утоптанной дороге. Толщина металла брони превосходила замковую решетку Штормового предела. Лезвие меча шириной в две мужские ладони, легко пронзающее каменную кладку и убивающее порождения тьмы…       - Что же за враги у вас, что требуют такого оружия?