Падший ангел и изгнанный из ада

Pov Блисса       Для обычного знакомства я удивился слишком сильно. Мои глаза бегали от Нэнси к Эйбу и обратно. В голове у меня крутилось только одно слово: «Что?!» — Очень приятно, — неуверенно произнес я, протягивая руку. — Мне тоже, — пожали ее в ответ, — а что тут, собственно, происходит? — послышался нервный смешок Эйба.       У меня был аналогичный вопрос. Ситуация начинала пугать ещё больше: одинаковые мысли — это уже чересчур. Может, я накручиваю, но от осознания данного факта легче не становится. Передо мной стоит чертов клон, близнец, брат по инкубатору. Как еще сказать? Тот же цвет и текстура волос, те же скулы, подбородок, разрез глаз, уши и даже челка! — Это мой очень хороший друг, я тебе про него говорила, — ответила собравшаяся с мыслями девушка, — Блисс решил помочь мне по работе. А ты разве не у своих родителей должен быть? — подошла она к молодым людям, на автомате заправляя длинные волосы за уши. — Не хотел оставлять тебя одну с кучей после новогодней работы. К тому же я помню твой план взять в середине зимы липовый больничный. Приберегу отпускные, и проведем время вместе, — тепло улыбнулся парень, взяв Нэнси за руку.       Без трогательного чувства на это было смотреть нельзя. Я находил себя в эту минуту лишним и неловко почесал кончик носа. — Блисс, понимаю, у тебя появилось куча вопросов, — повернулась Нэнси ко мне и на секунду прервалась, задумавшись. Затем сменила тон голоса на более решительный: — Я сейчас поставлю чайник, посидим немного, но потом сразу же за работу.       Я кивнул головой и неуверенно направился в сторону стола подруги. Меня окликнули: — Блисс! А что здесь делает мой стул, и почему он перевернут? — Эйб, давно хотел тебя спросить, а как вы с Нэнси познакомились? — быстро ожил я, увел тему разговора и самого парня, прихватив за локоть.       Судя по злостному цыку и шагам, Нэнси ушла за кипятком. Я с облегчением вздохнул. — Встретились в метро, месяца четыре назад, — ответил опешивший парень.       На самом деле, я знал эту историю, просто нужно было как-то завязать разговор. — Сидели рядом? — выуживал я из него слова.       Эйб показался мне неплохим, но явно скромным в общении. Он принадлежал тому типу людей, которые не любят шумные компании и резкость. Довольно спокойный по природе, чувственный человек. Чтобы понять это, можно просто взглянуть в его ровное расслабленное лицо и томные глаза. — Нет, она сама подошла ко мне, начала болтать. Самое смешное, что я даже не понимал, о чем идет речь. Когда я спросил ее имя, она посмотрела на меня таким ошалевшим взглядом, — Эйб зачесал рукой волосы ото лба до затылка, усмехнувшись, — потом сказала, что обозналась, но не перестала вести беседу.       Странно, версия, которую я знал из уст подруги, была иная. Что-то здесь не так.       Я будто заразился скептицизмом Вольтера и невзначай спросил: — А что тебе про меня рассказывала Нэнси? — Немного. Только то, что перепутала меня с тобой, и то, что вы хорошо общаетесь, — пожал Эйб плечами.       Мне показалось, или в его взгляде сверкнула ревность? Легкий прищур, дрогнувший уголок губ. Я в буквальном смысле изучал его, сравнивал черты лица со своими.       Немая пауза влилась в наш диалог. Я еще раз осмотрел глазами офис и заметил, что дверь из небольшой комнаты отдыха открылась. Оттуда вышла Нэнси с электрическим чайником, из носика которого клубился пар. — Мальчики, вы достали чашки? — Сейчас принесу, — встал высокий блондин и направился к шкафу, расположенному у дальней стены помещения.       Я провел взглядом спину собеседника, а затем резко развернулся к Нэнси: — А теперь, милая леди, объяснитесь за все ранее рассказанные сказки. Не думал, что ты будешь что-то от меня скрывать, — уперся я руками в стол. — Ничего я не скрывала. Ты не спрашивал — я не рассказывала, — нервно ответила она и поставила чайник. — Это так не работает! — возмущение взяло верх. — Ладно-ладно, я просто боялась твоей реакции, ясно? Все, закрыли тему, — последнее она сказала полушепотом, поскольку Эйб возвращался с кружками.       Эти недомолвки меня раздражали. Нет, я понимаю, что личная жизнь — это тема приватная, но у нас никогда не было на нее никаких условностей. Вспоминаю, как вечером у нее в гостях она меня растолкала рассказать про тонкости наших с Вольтером отношений… М-да, когда любопытная об этом нечаянно взболтнула, Вольтер нас чуть не загрыз.       А тут, подумаешь, парень какой-то. Но молчит ведь!       Я проглотил эту выходку, скидывая на то, что у них, должно быть, все серьезно. Скорее всего, она не хотела напугать нового парня такой шуткой природы. Ну, ее можно понять.       Чай уже распустил букет своего ягодного запаха, располагая к беседе. — Мальчики-и, — с воодушевлением протянула шатенка, — вблизи вы кажетесь не такими похожими, но я до сих пор в шоке. Это было для меня испытанием! Ну, вы меня простите, я думала мало ли вы братья. А почему тогда не общаетесь? Ну, Блисс бы мне рассказал про брата, да и у тебя, Эйб, я спрашивала, — тараторила она, даже не успев и глотка чая сделать.       Болтала та без устали. Я слушал ее и понимал, что детективный сериал влияет на нее плохо. Надо почаще вытаскивать подругу на улицу. — А потом я думаю, а вдруг если вы увидитесь… — Так, ну все, Нэн, завязывай, мы поняли. Просто нам выпала очень редкая случайность, не исключение, что одна на миллион, — я морально устал от промывания мне и Эйбу косточек. — Твои доводы сейчас приведут нас к вопросу о смысле жизни, и тогда нам понадобится что-нибудь покрепче. Вон, смотри, у тебя уже чай остыл, — кивнул я на ее чашку. — Действительно, что ж это я? Заболталась, — она посмотрела на наручные часы. — Э-эх ты, время-то! Бегом, сейчас ничего не успеем, — отставила она холодный напиток.       Дальше была возня с бумагами, зарисовками, редакторскими программами. Фотошоп — жёсткая штука. Я думал, у меня мозги в трубочку свернутся. Но, если смотреть в целом, делать заказы логотипов для разных магазинчиков и дешевеньких компаний было весьма интересно.       Нэнси еще только зашла на свою карьерную лесенку. Мне кажется, у нее хороший потенциал вкупе с огромной фантазией. Ещё немного опыта, и, может, ее дядя продвинет до должности повыше, так как сам является директором отдела.

***

      Когда рабочий день был окончен, мы направились к выходу из офиса. По дороге я и Эйб подшучивали над Нэнси за феерично разлитый кофе.       На улице темнело рано, и в шесть уже вовсю горели фонари. Их оранжевый свет падал на снег, заставляя его сверкать золотом. Нас ждали два такси: я в одну сторону, ребята — в другую. — Кстати, забыла сказать, — стукнула девушка себя по лбу, — тебя взяли в младшие помощники. — То есть на побегушках? — Как можно! Это такая честь бегать из одного конца здания в другое, — саркастично отомстила она мне за кофе. — Эй, щекотно же!       Я в шутку потыкал руками в ее бока и приобнял за плечо: — Ладно, спасибо, теперь не буду тухнуть дома, — после я посмотрел на все такое же спокойное лицо нового знакомого, — до встречи, — протянул я руку. — Приятного было познакомиться, — твердо ответил Эйб на рукопожатие и легко улыбнулся, чуть сузив глаза.       Махнув Нэнси на прощание, я прыгнул в желтое такси.

***

POV Вольтера — Я дома!       В квартире стояла тишина.       Странно, Блисс должен был уже вернуться. Как в доме, так и в груди стало непривычно пусто. Эх, я действительно привык к пылким встречам и неиссякаемым вопросам о том, как прошел день.       Сегодня он был не особенно загруженным. Спал до двенадцати, сходил в магазин за продуктами, разобрался с домашними хлопотами, которые мы распределили поровну, а затем до вечера шатался у мастерской. Соорудил себе человеческую штуковину — скейтборд. Ездить получалось пока плохо, но мне были по душе эпизодическое одиночество и тишина.       Черт, опять вспоминал Цербера и Старое море. Прошло всего каких-то два ничтожных года и прошлое лезет в голову часто. Надо перестать оставаться наедине: невольно нагнетает. Нет, я не хотел возвращаться, просто что-то иногда ерзало внутри.       Бросив ключи на тумбочку, я разулся и пошел на кухню за чем-нибудь съедобным. На верхней полке холодильника ещё стояло недоеденное оливье. От одного только его вида меня смутило, ведь питаться им все время было невозможно. Рядом со зловещей салатницей стояла паста с фрикадельками. То, что нужно!       Я поставил блюдо в микроволновку, нажал кнопку и стал ждать.       В моем кармане завибрировал телефон. Я включил экран и увидел уведомление о новой фотографии Блисса в социальной сети.       На фото были он, Нэнси и еще какой-то парень, который явно не любил фотографироваться, закрывая лицо рукой. Через растопыренные пальцы можно было рассмотреть закатанный глаз. Достали, наверное, человека.       Пролистывая ленту, мне попались еще фото: вот они с Нэнси пытаются достать из автомата батончик, вот они с Нэнси уронили тучу бумаг… Нэнси, Нэнси, Нэнси! Достала уже!       Я крепко сжимал смартфон. Еда была уже разогрета, но я не прикасался к ней, сверля взглядом «подругу».       Я был не против того, что они общаются, но Блисс начал даже на работу к ней ходить и до этого на ночь оставался. А что, извините, я должен думать?! Я, естественно, не истеричка и не раскатываю сцены. Блиссу доверяю, а Нэнси все меньше.       На меня ни с того ни с сего нахлынула волна гнева. Я нервно отложил телефон в сторону и достал разогретую пасту. Небрежно поставил на стол. В горле пересохло.       Полез за стаканом на полку, но чистых там не оказалось. Нашел на тумбочке немытую зеленую кружку, в которой еще были остатки кофе и от него же желтые круги. Взяв ее в руку, я увидел с краю розовую губную помаду. Это будто было отправной точкой, маленьким переключателем, последней горькой каплей. Внутренняя напряженность переросла порог и выплеснулась в короткий миг.       Кружка с маху полетела на пол, разлетаясь вдребезги. Словно трава, зеленые ошметки заполнили всю кухню. Кое-где виднелись те самые горькие капли, утреннего напитка.       Прозвенел дверной звонок.