Искра во тьме

Какаши проснулся от холода. Он инстинктивно свернулся калачиком, скукожившись и обняв себя за плечи, на секунду подумав, что декабрьские миссии, бесспорно, самые мерзкие из-за такой погоды. Затем до Хатаке дошло, что под ним матрас, и он никак не может быть на миссии, ведь вчера ночью он уснул у себя дома. Раскрыв глаза, он убедился: точно, дома, в собственной постели. Почему тогда так холодно? Какаши повернул голову и увидел сладко сопящую Сакуру, которая с головой завернулась в одеяло, словно в кокон, и видно было лишь её лицо. Какаши поёжился от сквозняка — эта ненормальная наверняка посреди ночи решила открыть окно, чтобы в комнате был свежий воздух — и ткнул Сакуру в щёку. Она на это поморщила нос, причмокнула и продолжила сопеть как ни в чём ни бывало. Спать расхотелось окончательно, и Какаши встал и бесшумно подошёл к комоду. Из одного из выдвижных ящиков, в котором он хранил канцелярские принадлежности, Какаши достал маркер чёрного цвета и вернулся к Сакуре. Он никогда не был любителем каллиграфии, но на таком полотне было грех не блеснуть своими возможностями. — М-м-м, ты уже проснулся? — раздался сонный голос Сакуры чуть позже, когда Какаши завершил своё дело и успел вернуть инструмент на законное место. — А чего завтрак не приготовил? Омлет хочу, — протянула она. — Мне кажется, ты наглеешь, — Какаши сложил руки на груди. — Тебе кажется, — мурлыкнула она, делая щенячьи глазки. — Это не наглость, просто ты делаешь бесподобный омлет. — Любишь ты подлизываться, — поморщился он. — Так уж и быть, будет тебе омлет, — Какаши повернулся к выходу из спальни. — И давай быстрее! — крикнула Сакура ему вслед. — Ты же не забыл, какой сегодня день? — Такое забудешь, — буркнул он в ответ. Какаши покачал головой на её непосредственность: поторапливает его при том, что сама всё ещё нежится в постели! Какаши это даже немного задевало, ведь он никогда и никуда не опаздывал, а эта ненормальная всё время его торопит так, словно он давал повод усомниться в его пунктуальности! Но ничего. Она ещё не подозревает, что её сегодня ждёт. *** — Боже, Какаши, мы так сильно опаздываем из-за тебя, — ворчала Сакура, на ходу приглаживая выбивающиеся из-под красной шапки каштановые волосы. — Из-за меня? — хохотнул Какаши, прибавляя шаг. — Что-то я не замечал, чтобы ты возражала, когда я присоединился к тебе в душе и... — Я имею в виду, — перебила его Сакура, — что я даже не успела толком умыться, посмотреть в зеркало, привести себя в человеческий вид! — Нормальный у тебя вид, — Какаши приобнял её за плечи. — Или ты прихорашиваешься ради..? — Глупостей не говори! — смущённо воскликнула она. — Я просто не хочу выглядеть нелепо! — Не выглядишь, посмотри вокруг, посмотри, как проходящие мимо люди тебе улыбаются, — Какаши махнул рукой в сторону идущего по правой стороне улицы юноши, который действительно не сдержал улыбки, посмотрев на них. — Может, ты и прав, — Сакура робко улыбнулась в ответ идущим мимо молодым родителям с коляской и приободрилась. — Я всегда прав, — хмыкнул Какаши. — Вот ведь павлин самодовольный, — покачала головой Сакура, рассмеявшись. Вопреки нытью Сакуры о том, что “а если бы мы проснулись раньше”, “а если бы я ночевала у себя”, “а если бы твой омлет не был таким вкусным” и ещё куча “а если”, каждое из которых заканчивалось тем, что “тогда бы мы точно успели вовремя!”, они-таки прибыли в резиденцию Хокаге в назначенное время. Какаши чувствовал, что Сакура еле удерживалась от того, чтобы не сорваться на бег, пока поднималась вверх по лестнице. Она на ходу стянула шарф с шапкой, сняла пальто, причесала волосы пальцами, надеясь, что это поможет после беготни в головном уборе, но в итоге смешно фыркнула и оставила эту затею. Какаши тоже снял верхнюю одежду, следуя за Сакурой, которая всё же ускорила шаг от нетерпения. Путь их лежал не к кабинету Третьего, а к комнате переговоров. Уже приближаясь, они заметили у двери двоих: мальчика и взрослую девушку. — Араки-кун, Саюри! — Сакура помахала им рукой, привлекая их внимание. — Добро пожаловать в Коноху! — Спасибо! — Араки радостно подскочил, стоило ему их заметить, но когда Сакура и Какаши, наконец, до них дошли, он нахмурился, внимательно смотря на лицо Сакуры. — Сакура-сан, а что... — Нет, я понимаю, что когда мы виделись в последний раз, я на эмоциях немного перегнула палку, но не думаешь, что это чересчур? — вскинула Саюри брови. — Что такое? — Сакура испуганно положила руки на щёки. — Видишь, я тебе говорила, что что-то не так! — она дёрнулась и побежала в сторону уборной, не преминув пихнуть Какаши в плечо, смешно при этом надув щёки. Саюри с Араки удивлённо посмотрели на Какаши, совсем, видимо, запутавшись в происходящем, и уголок губ Какаши предательски поднялся, стоило ему представить, что сейчас будет. Не удержавшись, он принялся отсчитывать секунды до апокалипсиса. — Три, два, один... — КАКАШИ-И-И!!! *** Показать Саюри и Араки Коноху и развлекать их во время пребывания было поручено Сакуре с Какаши, однако она с ним совсем не разговаривала: утренний инцидент действительно её разозлил. Шисуи и Итачи присоединились к ним позже, и после прогулки они пошли в ресторан. Компания решила уединиться в отдельной кабинке: Мэй должна была присоединиться к ним, как только переговоры с Третьим закончатся, и новоявленной Мизукаге наверняка не захочется сидеть посреди шумного заведения. — И всё же, самим втайне собрать команду и свергнуть тирана, которого поддерживает вся страна, да ещё и джинчуурики! — Шисуи постучал пальцами по столу, не сводя взгляда с сидящей напротив Саюри. — Я даже жалею, что не видел собственными глазами! — Я ни на секунду не сомневалась, что у нас получится, — Саюри приосанилась, самодовольно ухмыльнувшись. — А как нээсан нанесла решающий удар по этому Ягуре! — она ударила кулаком в воздух. — Ты, наверное, рада, что вы смогли завершить дело вашего отца, — заметил Какаши. — Ещё как. Мы отомстили за всё, через что он заставил пройти наш клан, — она опустила взгляд, и сидевшая рядом Сакура ободряюще потрепала её за плечо. Какаши поджал губы, понимая, что они говорили о погибших в Стране Горячих Источников Мидори-сан, Кейко и Нобу. Он вдруг тоже почувствовал печаль из-за подобной несправедливости, из-за того, что они погибли из-за неудачно сложившихся обстоятельств. — И теперь наш клан Тэруми сильнее, чем когда-либо! — воскликнул сидящий по другую сторону от Саюри Араки, стараясь разогнать тоску. — А вы знали, что Саюри-нээсан теперь официально стала нашей главой? — Это правда? — Какаши вскинул брови. — И ты весь день молчала? — Сакура пихнула Саюри в бок, и та смущённо улыбнулась, принимая поздравления от всех за столом. — Думаю, за это нужно выпить, — Шисуи разлил саке по трём отёко. — А вам, малышня, ещё рано, — весело посмотрел он на Араки с Итачи. Итачи абсолютно равнодушно продолжил пить свой зелёный чай: видимо, он не понял, что Шисуи шутил, и воспринял фразу соклановца как обычную констатацию факта. Наблюдая, как Саюри очень легко нашла общий язык с Шисуи, а Итачи, ко всеобщему удивлению, разговорился с Араки о новой системе образовании в Академии шиноби Скрытого Тумана, Какаши остановил взгляд на Сакуре, которая потихоньку пила свой саке, слегка хмурясь: очевидно, она на него дулась. Щёки и лоб её всё ещё были красноватыми от того, насколько сильно ей пришлось тереть лицо, чтобы вывести надпись. — Прекрати хмуриться, а то будут морщины, и ты мне больше нравиться не будешь, — шепнул ей Какаши, придвинувшись ближе. — Цитируешь Шисуи-сана? — она даже не взглянула на него. — Сам я никогда не был мастером слова, — пожал плечами Какаши. — Действительно, ведь ты у нас мастер каллиграфии! — тут же вспыхнула она. — Ты хоть понимаешь, что я ходила по всей деревне с надписью “Какаши самый лучший”! У Какаши вырвался смешок, но заметив убийственный взгляд Сакуры, он тут же принял самый серьёзный вид, на который был способен. — Тебе смешно! — она всплеснула руками. — А если бы Сандайме-сама меня увидел в таком виде? — Посмеялся бы и пошёл бы дальше курить свою трубку, — пожал плечами Какаши. — Он Хокаге, ему некогда стыдить тебя за подобную ерунду. — Музыканты пришли! — вскочила Саюри, выглянув из-за ширмы, стоило ей услышать шум. — Какаши, ты не против, если я одолжу Сакуру? — Мне не нужно его разрешение, — тут же ощетинилась Сакура. — Да ладно, у тебя же на лбу написано, что ты считаешь его самым лучшим! — весело подмигнула Саюри, на что Шисуи, Какаши и Араки рассмеялись, и даже Итачи прикрыл рот ладонью. Саюри всё же потащила Сакуру танцевать, а спустя некоторое время они вытянули и Шисуи с Араки. Какаши и Итачи тоже вышли из-за ширмы, чтобы понаблюдать за веселящимися между столиками посетителями заведения: те, кто сидел, тоже искренне веселились, хлопая и музыкантам, и танцующим. Какаши же наблюдал за Сакурой. Как она с широкой улыбкой кружилась в танце с Саюри, заряжая весёлым настроением всех вокруг, как они вдвоём вытянули мало сопротивляющихся Араки и Шисуи, нелепо прыгая с одной ноги на другую, вместо того, чтобы танцевать. Какаши с улыбкой вспомнил, как около полугода ранее Сакура точно так же скакала из стороны в сторону с Тэнзо, когда они всей командой пришли в это же заведение выпить. Как он тогда не мог оторвать от неё взгляда и чувствовал за это стыд, как ему нравилась её счастливая улыбка, но он повторял себе, что она фальшивая, и что он не будет ею обманут, как бы ему ни хотелось. Сейчас же... он не чувствовал стыда. Она была прекрасна, с красной лентой в волосах, которой в этот день заменила протектор, в зелёном свитере, который так шёл её глазам. Они были вместе вот уже около двух месяцев, и Какаши ещё ни разу не пожалел. Его не просто не посещали мысли о том, что она в любой момент может предать и его, и деревню: он чувствовал, как перестал быть таким замкнутым и озлобленным на остальной мир человеком, позволив себе быть с Сакурой. Он чаще присоединялся к своей команде, когда они приглашали на барбекю, и если раньше он считал подобное пустой тратой времени, то теперь убедился, что такие посиделки действительно поднимают командный дух. Он ни разу не отказал Гаю в очередном соревновании, и сам начал получать от них удовольствие и вошёл в азарт, высчитывая победы и поражения. Какаши действительно больше не чувствовал себя таким одиноким, как раньше, и он не мог не признать, что без помощи Сакуры не обошлось. — Ита-а-ачи-и-и! — Сакура вынырнула из толпы и схватила Учиху за плечи. — Не вредничай, пойдём! — Я в эти игры не играю, — нахмурился он, но рук Сакуры не скинул. — Учиха Итачи! Если не пойдёшь со мной танцевать сейчас же, клянусь, я расскажу тебе, как... — Я понял, — он заставил её замолчать, положив ладонь ей на рот, и странно оглянувшись на Какаши. — Твои аргументы бесспорны, я не могу отказать, — Сакура победно улыбнулась и, перехватив его руку, потянула в толпу танцующих. Да уж. Если она даже к Итачи нашла подход, то что и говорить о Какаши? — А ты чего тут стоишь? Ждёшь, когда дама пригласит на танец? — вернулась Сакура спустя пару минут. — Для этого нужна дама, — протянул Какаши. — Или ты себя имеешь в виду? — Ну ты и зараза, — беззлобно хмыкнула она, встав рядом, прислонившись к его плечу и переплетя свои пальцы с его. Какаши сжал её руку крепче. Он знал, что она отходчивая: позлится, подуется, да успокоится. Какаши, с его любовью к подколам и издёвкам, эта черта Сакуры не могла не радовать. — Кстати, — опомнился он. — Чем это ты шантажировала Итачи? Что такого ты собиралась ему рассказать? — Ах, это, — она потупилась. — Ну, я... — Сакура-сан всегда грозится рассказать мне о вашей интимной жизни в подробностях, — Итачи появился перед ними в тот момент, когда песня закончилась, и музыканты проходили между столами, собирая моменты. — Меня вытащила, а сама здесь с нашим командиром стоишь? — он повернулся к Сакуре. — Сакура, рассказывать подростку такие непристойности? — притворно ужаснулся Какаши. — Как ты могла? Я сдам тебя полиции, извращенка! Не ожидал от тебя такого, — он покачал головой. — Это всё твоё влияние, — фыркнула она. — И да, этот придурок мне не командир, — Сакура высунула язык. — И тебе, между прочим, тоже, капитан Итачи, — подмигнула она. — Ах, мои птенцы выросли, — Какаши смахнул несуществующую слезинку, и Сакура рассмеялась. — Кстати, Итачи, твои родители... Они всё ещё против? — Итачи кивнул, вызвав у Какаши вздох. Хатаке чувствовал себя виноватым за то, что разрушил стену дома Учих своим чидори. Он обращался и к Микото, и к Фугаку, с предложением возместить ущерб, но они сказали ему не волноваться. — Вы были под контролем духа, Какаши-сан, и вы не виноваты, — пожал плечами Итачи. — И всё же, я причинил вам неудобства, и мне бы хотелось как-то сгладить вину... — Я знаю! — Сакура захлопала в ладоши. — Тебе нужно пригласить их на ужин! Ты ведь замечательно готовишь, лучше, чем в любом ресторане! — А что? Неплохая мысль, — Какаши потрепал Сакуру по волосам. — Итачи? — Я передам, — кивнул он. Вскоре музыканты покинули заведение, а вместе с тем начали расходиться и посетители. Было уже около часа ночи, и компания решила не дожидаться Мэй, и тоже решили покинуть ресторан. Прогулка по всей Конохе и вечерние танцы их изнурили, а Мэй наверняка слишком устала после напряжённого дня и пошла сразу спать. — Как же у вас тут здорово! — вдруг воскликнула Саюри, остановившись посреди улицы и раскинув руки в стороны. Она широко улыбалась, а на её щеках был румянец от выпивки и от ночного мороза. — Приходите тогда к нам почаще, — Сакура поправила сползающую на брови шапку. — Саюри-нээсан не может, — тяжело вздохнул Араки. — Почему? — Сакура расстроенно надула губы. — Что-то случилось? — Она теперь глава одного из крупнейших кланов Тумана, — подал голос Шисуи. — Саюри не может ходить по миссиям, ей нужно заниматься политикой, поднимать клан и помогать сестре, я правильно понимаю? Какаши не удержался от смешка. Вопрос в конце Шисуи явно поставил лишь для формальности — по морде учиховской было ясно, что он был уверен в своей правоте. — Всё верно, — Саюри подняла взгляд на Сакуру с Какаши. — Извините, что сразу не сказала. — Глупости какие! — Сакура с размахом хлопнула Саюри по спине. — Это значит, что нам надо как-нибудь навестить вас, только и всего! — А вы с Мэй-сан работайте на благо Тумана, — Какаши спрятал руки в карманы куртки. — Да, нам будет интересно посмотреть на деревню, которую вы построите! — Сакура обняла Саюри за плечи, а другую положила Араки на плечо. — А ты хорошенько постарайся в Академии, хорошо, Араки-кун? — Конечно! — он вскинул кулак в воздух. — Спасибо вам, — Саюри прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, вбирая в себя свежий запах ночной морозной Конохи. — За этот день, за поддержку, за то, что помогли нам, вместо того, чтобы слепо действовать согласно миссии, — она взлохматила волосы Араки. — Спасибо вам! Сакура заключила в объятия и Саюри, и Араки, и по их реакции было заметно, что с силой она перестаралась, но они стоически терпели. — Будьте осторожны, хорошо? — серьёзно сказала она, отстранившись. Саюри и Араки, переглянувшись, кивнули. — Сакура! — Саюри вдруг расширила глаза и хлопнула себя по лбу. — Совсем забыла сказать тебе кое-что важное! — она взяла её за руку. — Ребята, — она повернулась к остальным. — Вы не против, если я её одолжу буквально на минуту? — Стойте так, чтобы мы вас видели! — прищурился Какаши. — А то знаю я вас, стоит отвернуться, как вы тут же... — Какаши! — тут же зарделась Сакура. — Вот ведь шаринган ревнивый, — Саюри, хитро улыбнувшись, обняла Сакуру за талию и увела её, показав ему втихаря средний палец другой рукой. — Нет, ты видел? — Шисуи рассмеялся в голос, ударив Какаши в плечо. — А что это значит? — нахмурился Итачи, подойдя ближе к Какаши и Шисуи. Они оба испуганно вытаращили глаза и повернулись друг к другу. Итачи смотрел на них с открытым любопытством, хлопая глазами и искренне не понимая, что спросил что-то не то. Однако ни Какаши, ни Шисуи, не хотели объяснять значение неприличного жеста этому наивному и неискушённому Учихе. — Ты что, разве не знаешь? — Араки упёр руки в бока. — Ведь всем известно, что средний палец означает... Договорить он не успел, так как Какаши и Шисуи одновременно закрыли ему рот. Нет — решили они — если Итачи и узнает, то только не сегодня, и только не от них. *** На ужин к Какаши семья Учих смогла прийти лишь две недели спустя: в середине января. Глава семьи, Фугаку, был занят делами клана, поэтому найти время было нелегко. И тем не менее, семья была в неполном составе: Итачи был на очередной миссии, а младший, Саске, просто-напросто отказался идти. Какаши приготовил свою фирменную рыбу, и соус к ней также сделал сам. Сакура отчаянно пыталась ему помочь, и Какаши, устав от её напора, отправил её нарезать салат. Но и там она решила проявить креатив и добавить анчоусы с апельсинами! Такой беспредел у себя на кухне Какаши стерпеть не мог, поэтому тут же выставил её за дверь не просто кухни, а прямо на улицу: мало ли что она ещё могла натворить. К вечеру она, конечно, вернулась, объевшаяся мороженым и очень этим фактом довольная. Тому, как она могла есть мороженое в январе, Какаши уже не удивлялся. Эта ненормальная от мороженого не отказывалась даже в самый лютый мороз. Фугаку и Микото пришли ровно в назначенное время — в семь вечера. Сакура вела себя с ними довольно зажато и сковано, словно не её идеей было пригласить их на ужин. Хотя, её поведение не было удивительным: Фугаку-сан действительно производил впечатление очень строгого и сурового человека. В нижних уголках его рта пролегали морщины, указывая на его неулыбчивость. Микото-сан, почувствовав неловкую атмосферу, постаралась разрядить обстановку, начав разговор о еде. Сначала она во всех подробностях расспросила Какаши о рецепте рыбы, а затем подключила к разговору и Сакуру. — А ещё, — добавила Сакура, перечисляя любимые заведения в Конохе, — я лишь недавно открыла для себя самую лучшую кондитерскую в деревне! Точнее, мне показали, — она опустила взгляд. — Итачи там очень любит данго. — Точно, ему их там часто покупает одна девочка, — Микото запнулась, силясь вспомнить имя. — Изуми? — подсказал Фугаку. — Точно, Изуми-чан! Такая хорошая, и очень заботится о нём, — Микото хитро рассмеялась, а затем уже серьёзней продолжила. — Мы с Фугаку, кстати, также хотели поблагодарить вас, — она посмотрела на своего мужа. Он кивнул и, посерьёзнев, отложил палочки. — Я всегда был строг к своим сыновьям, потому что в нашем клане нельзя иначе, — он прочистил горло: эта тема явно давалась Фугаку нелегко. — Из-за этого Итачи всегда был замкнутым, и ему тяжело найти общий язык с людьми вокруг, поэтому я рад, что у него есть вы. — Да, и я надеюсь, что однажды и у Саске появятся друзья, которые будут о нём заботиться! — добавила Микото, положив руку на грудь. Какаши боковым зрением заметил, как Сакура напрягалась, сжав палочки в руке крепче. — Уверен, что появятся, вам не стоит беспокоиться, — ответил Какаши, легонько сжав колено Сакуры под столом, чтобы она расслабилась. Он не знал, чем вызвано её поведение, но хотел приободрить. — Какаши, спасибо тебе за этот ужин, но, честно говоря, я пришёл не ради еды, а чтобы извиниться, — Какаши нахмурился, не понимая, за что Фугаку должен перед ним извиняться, но перебивать не стал. — Я бы хотел принести извинения за тех, кто напал на тебя и Майто Гая, чтобы забрать шаринган. — Фугаку-сан, они были под контролем, — возразил Какаши. — Более того, они лично перед нами извинились. — Что бы это ни было, мне было доложено, что это не полный контроль разума, он лишь усиливает уже существующие в сознании желания, — Фугаку вздохнул. — В нашем клане много тех, кто считает неправильным, что додзютсу осталось у тебя, и те шиноби были в их числе. Но больше никто тебя не побеспокоит, даю тебе своё слово. Наш клан будет уважать последнее желание Учихи Обито во что бы то ни стало. Сакура перехватила ладонь Какаши, которая лежала на её колене, и сжала обеими руками. Какаши сделал глубокий вдох, стараясь унять тупую боль, появляющуюся каждый раз, стоило ему вспомнить о друге. — Знаете, эта рыба, — он устремил взгляд на тарелку, на которой половина порции уже была съедена. — Однажды, ещё во времена Академии, Обито зашёл ко мне на ужин, — Какаши усмехнулся, вспомнив, как Обито весь день за ним следил, не подозревая, что Рин всё это время ходила за ним самим. — Тогда я впервые попробовал приготовить рыбу по этому рецепту. Ему так понравилось, что он потом неделю ныл, просил, и даже угрожал, чтобы я приготовил ещё. — И приготовил? — Микото придвинулась ближе к столу. — Нет. Мы с Обито не ладили... вплоть до дня его смерти. Повисла неуютная тишина. — Думаю, нам следует идти, — нарушил тишину глубокий голос Фугаку. — А давайте я помогу убраться, — Микото вскочила на ноги с собственной тарелкой, но вдруг покачнулась. — Микото-сан! — Микото! Тарелка выскользнула из её рук и разбилась, кости рыбы рассыпались по полу вперемешку с осколками. Сакура и Фугаку подскочили к ней вмиг и успели словить Микото прежде, чем она бы упала полностью и ударилась головой. Фугаку обнял её за плечи и удержал так, чтобы она была в сидячем положении, и Сакура похлопала её по щекам. — Ох, извините, — Микото открыла глаза почти сразу. — Не знаю, что на меня нашло, в глазах просто потемнело, и, ой, я разбила тарелку, да? Так неловко... — Не беспокойтесь об этом, — Какаши протянул ей стакан воды. Она благодарно его приняла и сделала глоток. — Микото-сан, вы не против, если я вас осмотрю? — Не думаю, что это необходимо... — Пусть осмотрит, — с нажимом перебил жену Фугаку. — Куда? — В гостиной есть небольшой диван, пойдёмте, — Фугаку взял Микото на руки и последовал за Сакурой. Какаши остался на кухне, чтобы убраться: в конце концов, там он ничем не поможет. Буквально через минуту Фугаку тоже вернулся. — Мне запретили присутствовать на осмотре, — поджал губы он. — Может, хоть тебе помочь? — Нет, Фугаку-сан, не стоит беспокойства, — Какаши усмехнулся. — Я вам целую стену продырявил, думаю, тарелка — это мелочь. Он выбросил всё собранное с пола, убедившись, что ничего не упустил. — Может, чаю? — Нет, спасибо. Фугаку беспокоился о жене: это было видно невооружённым глазом. Он стучал пальцем по столу и был не в состоянии вынести ожидания. — Микото-сан в надёжных руках. Сакура — лучший ирьёнин из всех, кого я знаю, после Цунаде-сама, — постарался Какаши приободрить мужчину. — Если кто-то и сумеет разобраться и, если что, вылечить — то это она, можете не сомневаться. — Я не ожидал меньшего от возлюбленной Хатаке Какаши, — хмыкнул он, но нервно стучать не перестал. Слово «возлюбленная» смутило Какаши. Да, отрицать этого смысла не имело, но само слово всё ещё казалось новым и странным. Они с Сакурой никогда не обсуждали своих отношений, не представляли друг друга как «мой парень» и «моя девушка» на людях — они просто были вместе, и им обоим было хорошо. Микото и Фугаку ушли спустя полчаса, когда Сакура окончила осмотр и сказала, что с Микото всё хорошо, и она просто переутомилась из-за бессонницы и недоедания. Фугаку понимающе кивнул, и неодобрительный взгляд в сторону жены намекал, что теперь он лично будет следить за тем, как она ест и спит. — Сакура, ты в порядке? — Какаши прошёл в гостиную после того, как помыл пол кухни, и обнаружил бледную Сакуру сидящей на диване. Она забралась на диван с ногами и обнимала колени, трясясь мелкой дрожью. — Сакура? — он сел рядом и коснулся её плеча. — Всё нормально, — тихо ответила она, не смотря на него. — Я вижу, что ненормально, — Какаши взял её за подбородок и повернул к себе лицом. — Говори, что с тобой? Ты весь вечер была сама не своя, после осмотра Микото-сан ни слова не проронила, а теперь, — он запнулся, увидев в зелёных глазах слёзы. — Всё нормально, — она всхлипнула и прикусила губу, сдерживая плач. — Нормально, — слёзы полились вниз по щекам. — Всё... Какаши обнял её, и Сакура громко заплакала, вцепившись в его свитер на спине руками, а лицом зарывшись в его шею. — Почему? Почему всё так? — её заплаканный голос прозвучал у него под ухом. — Как я ему скажу, что... Ааа! — она зарыдала громче, сильнее прижавшись к Какаши. — Тихо, — он погладил её по голове. — Тихо, всё пройдёт, слышишь? В ту ночь Сакура долго не могла успокоиться, так и провалившись в сон на диване. Уснуть, правда, она смогла лишь после того, как Какаши устроил её голову на своих коленях. Он гладил Сакуру по волосам, пока её плечи не прекратили дрожать, а слёзы на лице не высохли.