Штормовое предупреждение

      Внутри было гораздо теплее, чем снаружи, из-за чего алкоголь еще раз ударил в голову МакКуину. Он не стал раздеваться и разуваться, а просто сполз по стене вниз прямо в коридоре. - Даже так? – Джексон был таким же спокойным. Он скрестил руки на груди и смотрел прямо в глаза Молнии с никаким выражением на лице. – Может хоть снимешь с себя мокрую одежду? - Ты и сам это можешь сделать, - МакКуин засмеялся полушепотом, прикрыв глаза и откинув голову, - а нет, извини. Я тогда уже был без одежды.       Джексон устало вздохнул и ушел в одну из комнат. - Обиделся. – Молния пожал плечами, глядя на уходящего Шторма. – Какой ранимый…       Джексон вернулся со сменными штанами, кофтой и носками., которые небрежно кинул в сторону МакКуина: - Надеюсь и в этот раз справишься без моей помощи. - Мне стоит извиниться? – МакКуин недоумевающе посмотрел на Шторма. - Не утруждайся. – Джексон собрался было уходить, но заметил, как Молния не может даже встать с пола. Тот плавно карабкался по стене вверх, голова гудела, а ноги то и дело подгибались, не давая на них опереться. Эта картина позабавила Шторма. Молния был слишком пьян и беспомощен, чтобы на него обижаться. На лице Джексона появилась незатейливая улыбка, которую заметил МакКуин. Он не заметил, что, снимая обувь, он вступил в лужу от его же ботинок, не заметил, что шарф перекрутился и запутался о его руку, мешая нормально двигаться, не заметил даже своей любимой шапки, что лежала на полу в той же луже, в которую он благополучно вступил, но эту улыбку, или можно сказать «насмешку», он отчетливо увидел. Снова она, опять Джексон насмехается над ним. В своих кошмарах он иногда видел эту самую улыбку, видел, как после нее следовал поцелуй и укус, как она расплывалась в еще более широкой улыбке, еще более наглой и задиристой. Он ненавидел эту улыбку, этот оскал… или это просто игра его пьяного воображения? - Собираешься подглядывать? – МакКуин хотел съязвить, но видимо Шторма это не сильно задело. - Собираюсь помочь, пока ты не запачкал пол моего дома. – Джексон еще раз усмехнулся и приблизился к Молнии. Тяжелый и намокший пуховик полетел вниз, туда же, куда и шарф, кофта, джинсы и носки. МакКуин стоял в «трусах и в майке» в прямом смысле этого выражения, но Джексон еще не закончил с ним. Молния что-то ворчал, пока на него натянули кофту и помогли со штанами. После этого Джексон поднял на руки МакКуина и отнес на диван, ровно туда, где он мирно сидел еще минут 20 назад. - Думаю их ты в состоянии надеть сам. - Шторм вручил гостю носки и вновь собрался отойти, чтобы поставить чайник. - Ага… - с пустыми глазами ответил Молния и потянулся к стакану, стоявшему на столике. - Хватит с тебя, - Джексон отнял стакан с глинтвейном и отставил подальше. Он взглянул на раскрасневшегося и улыбающегося Молнию и глубоко вздохнул, - ладно, что с тобой делать? Идем на кухню, расскажешь, что тебя сюда привело.       Молния радостно подскочил, немного не рассчитав силы, пошатнулся, но все же отправился на кухню. По пути Шторм его окликнул, и Молния понял, что идет не в том направлении. Он, уже аккуратнее, развернулся и пошел вслед за хозяином.       Джексон даже с улыбкой наблюдал за МакКуином – он редко бывал в таком состоянии, тем более у него дома, точнее никогда не бывал. Шторм понял, что его нельзя надолго оставлять одного и без внимания, поэтому стал развлекать гостя, как маленького ребенка. - Мистер МакКуин, не жалеете Вы свою печень. – Шторм посмотрел на него и улыбнулся. Теперь эта улыбка не казалась Молнии такой зловещей. - А Вы, мистер Шторм, не умеете держать Ваш язык за зубами, особенно в порыве страсти. – Молния снова засмеялся, но уже в голос. Джексона, видимо не впечатлила эта шутка.       Шторм уже понял, что подшутить или просто нормально поговорить не выйдет, поэтому перешел сразу к делу: - Зачем ты пришел? - За тем же, за чем и ты в ту ночь. – Если бы на столе стояла бутылка, МакКуин сделал бы еще один глоток, но так как там ничего не было, оставалось только сглатывать слюну. От этого он немного подавился и закашлялся. Джексон повернулся к нему лицом. - Ты же знаешь, мы были пьяны, вечеринка была в разгаре, что еще мне нужно добавить? - Это я был пьян, а ты трезв… - Молния наконец прокашлялся, а потом добавил, - практически трезв. - К чему ты клонишь? – Джексон начал давать заднюю. Он прекрасно знал к чему клонит МакКуин, но он не хотел этого слышать. И зачем он задал этот вопрос? - Ты все делал осознано, не так ли? – Молния приподнялся и стал приближаться к Шторму. – Каждое твое движение было будто четко спланированное, а… - Это убойная доза алкоголя помогла тебе это вспомнить? – Джексон пытался выкрутиться, убежать, провалиться, что угодно, лишь бы сбежать подальше от МакКуина. Поначалу он был рад, безумно рад, что Молния приехал к нему, по после он круто изменил свое мнение. Только не этот разговор, только не этот взгляд! Еще одно неловкое движение, и Джексон бы вцепиться в МакКуина, снова прижав его к стене, но на этот раз он будет делать все медленно, неторопливо и расчетливо, чтобы запомнить каждое мгновение, каждое прикосновение, запах, взгляд, звук – абсолютно все, потому что МакКуина слишком мало, его всегда мало в жизни Шторма, несмотря на то, что они и так проводят вместе часов 50 в неделю. - Какая разница, что? – МакКуин тоже замялся. Он вспомнил свои вечерние прогулки по лесу, свои бессонные ночи, пошлые и развратные сны, участником которых был неизменно Шторм. Он прогонял в своей голове те обрывочки, которые он помнил, еще и еще раз смаковал их, выжимая все до последней капли. Молния давно начал понимать, что что-то не так, но он не хотел себе в этом признаваться. Он ждал, что Шторм настоит на своем и докажет, что всему виной алкоголь в их крови, но Джексон переживал, а это был верный знак того, что все, что себе надумал МакКуин, было правдой. - Что ты хочешь от меня услышать?! – Джексон перешел на крик. Он нервничал и МакКуин это видел. - Правду! – Молния продолжал надвигаться на Джексона. - Как скажешь, чемпион! – Шторм не выдержал. Он притащил к себе Молнию и зажал в крепких объятиях, после которых последовал поцелуй, ровно такой же, как и в первый раз – требовательный и настойчивый. МакКуин не сопротивлялся, он просто ловил момент, которого так долго ждал.       Наконец Джексон отстранился. Он опустил голову и сел на стул, что стоял у стола. Чайник уже давно закипел, но хозяин дома даже и не думал идти в его направлении, чтобы в лишний раз не пересекаться глазами с МакКуином.       Бывший гонщик стоял неподвижно какое-то время, после чего отвернулся и стал искать заварку для чая, среди многочисленных полок и шкафчиков. - Где заварка? – Дрожащим голосом произнес Молния, будто маленький мальчишка, которого впервые поцеловали. - Самый нижний ряд, справа, с краю. – Джексон даже не поднял глаз. Он сидел, облокотившись локтями о стол, при этом закрыв голову рукой.       МакКуин молча потянулся к верной полке, после чего нашел и чашки – это было нетрудно. Заварив довольно крепкий напиток, он дрожащими руками понес его на другой стол, за которым сидел Джексон. - Какая забота… - прищурив глаза, произнес он. Его взгляд напоминал взгляд дичи, что забилась в угол и не знала, как спрятаться от охотников, хотя МакКуин вовсе не считал себя охотником, а скорее жертвой.       Повисла неловкая пауза, которую парни все не могли ничем заполнить. Мысли почему-то вылетели из головы, не оставив там ничего, кроме тяжелых воспоминаний. POV Джексон       Я не понимал зачем он пришел, он будто играл со мной, и эта игра мне нравилась все меньше и меньше. Он вроде злится, но все равно продолжает испытывать судьбу, сидя со мной в одном доме, за одним столом.       Изначально что-то не ладилось между нами, или я так думал? Как жалкий мальчишка, что дергает девчонку за косички, я пытался добиться его внимания и… и расположения. Идиот! 27 лет, а мозгов так и не прибавилось. Давай, возьми себя в руки. Заговори наконец с ним! Он не виноват в том, что тебе ветром разум сдуло на трассе! Конец POV Джексона        POV Молнии       Зачем я его вынудил сделать это? Все равно это не то, чего я хотел… Он даже не посмотрел мне в глаза. Дурак, только сейчас понял, как мне не хватало этих ртутных глаз, что снились мне практически каждую ночь. Хочу снова увидеть его улыбку, которая вовсе не такая отвратительная, по крайней мере, не для меня… Мне жаль, мне вправду жаль, что вел себя как... как!... Таких слов даже не существует.       Какой позор, заявился к нему, практически ночью, пьяный. Он меня согрел, а я… вот такое вот я дерьмо! Давай, Молния, скажи уже что-нибудь наконец! Конец POV Молнии - Я бы… - Мне очень…       Они заговорили одновременно. Джексон улыбнулся – он наконец убрал руку от лица, и теперь смотрел на Молнию своими темно-серыми глазами. МакКуин понял, что поговорить они все же не смогут, поэтому просто молча встал и подошел к Джексону. Тот недоумевающе на него посмотрел, насупив брови. Молния глубоко вздохнул и, набравшись наконец смелости, сел на колени к Штору, прямо напротив его лица. - Я скучал… - Молния немного помолчал, глядя в свои любимые пронзительно-серые глаза, - поэтому и пришел. Дело не в спирте, дело в тебе.       Больше слов не нужно было. Джексон обнял гонщика и прижал к себе настолько сильно, насколько это вообще возможно, после чего снова последовал поцелуй, совершенно легкий и воздушный.       МакКуин почувствовал, как его подхватили и понесли куда-то. Где именно это место он не знал, но догадывался что его там ждет. Джексон и сам не знал, куда он несет Молнию, он останавливался абсолютно везде, чтобы прижать своего любовника к стене и, не опуская на ноги, продолжить сладко целовать, закусывать и просто чувствовать. МакКуин не сдерживал истомные вздохи и стоны.       Они так и не дошли до спальни, просто не смогли. Точнее Джексон не смог удержаться. Он все же отпустил свою жертву и стал его поспешно раздевать, глядя точно в затуманенные голубые глаза. Молния тоже разглядывал парня, пытаясь запомнить все как можно четче. Он знал, что потом будет еще долго вспоминать эту, возможно последнюю, ночь.       Тело Шторма отбывало бешенный ритм в такт его сердцу, а по лбу тонкой струйкой стекала капля пота. МакКуин чувствовал напряжение напарника, поэтому мягко и медленно провел по его щеке, спускаясь к шее, затем, задевая мощную грудь, залез под футболку. Шторм выдохнул в плече Молнии, когда холодные пальцы коснулись его живота, плавно перебираясь к спине и спускаясь ниже.       Еще одна попытка продвинуться в сторону спальни и еще раз ничего не вышло. Штаны МакКуина полетели в сторону, за ними и остальная одежда. Джексон решил тоже не отставать, сняв с себя футболку и штаны. Когда дело дошло до трусов, он мельком взглянул на Молнию, а тот в свою очередь кивнул. Зачем это было – неясно, Джексон и так взял бы Молнию, но может он хотел знать, что это обоюдно.       Вот и трусы валялись в стороне, а Джексон уже набросился на МакКуина, прижав того к стене уже в который раз. Он описывал дорожки языком по всему телу, держа при этом Молнию и не давая ему двигаться. МакКуин все же не выдержал и притянул Джексона к себе за волосы: - Долго еще будешь возиться? – В его глазах была неудовлетворенная похоть и желание, чтобы им наконец завладели. - Никаких прелюдий? Что же, я могу и жестче. – Шторм хищно улыбнулся.       В следующий момент Молния был уже прижат лицом к стене, а стоящий колом член Шторма терся о его задницу. Ощущалось чужое дыхание на шее и тихий шепот: - Готов, малыш? Сейчас будет не очень приятно.       Это было мягко сказано. МакКуин не успел ничего ответить, как в него резко вошли, что выбило громкий вскрик и ненужную слезу. Джексон обхватил Молнию поперек груди и стал медленно и размеренно двигаться, постоянно шепча какие-то глупости на ухо Молнии, но тот уже ничего не понимал и не видел – ему было слишком жарко.       Два горячих тела плавно перемещались к кровати, застревая везде, где только можно было. Джексон брал Молнию при каждом удобном случае, потом отпускал, чтобы пройти еще пару шагов и снова брал.       У МакКуина буквально выбивали почву из-под ног, всякий раз наваливаясь сверху, дыша куда-то в спину, плече, шею и затылок. Иногда из уст Шторма вырывался рык, который особо заводил Молнию, и он начинал подмахивать в такт движениям Джексона, что просто сводило с ума парня.       Вот наконец они дошли и до кровати. Только любовники завалились на нее, Шторм перевернул Молнию к себе лицом и, особо страстно поцеловав, стал вколачивать его в кровать, нависая над ним, сам при этом задыхаясь от получаемого удовольствия.       У Джексона был талант попадать точно в те места, что приносили невозможное удовольствие, от чего Молния стонал во весь голос и все больше и больше прогибался с каждым новым толчком. Еще несколько размашистых движений и оба обессилено рухнули на кровать. Пот ручьями стекал по Джексону, а Молния никак не мог привести дыхание в порядок.       Они пролежали так минут 5, после чего Шторм услышал, как дыхание МакКуина успокоилось, и он решил спросить понравилось ли ему. Ох, как же Шторм торжествовал, когда, повернувшись к любовнику, застал того уже спящим. Джексон усмехнулся. Он и сам был уже без сил, поэтому просто натянул одеяло на них обоих и, обняв Молнию, засопел рядом с ним.       Молния снова проснулся первым. Он чувствовал тяжелую руку на себе, но боялся открывать глаза, а вдруг все, что было вчера, ему лишь приснилось, а когда он откроет глаза, окажется в своей постели или что еще хуже - в совершенно незнакомом месте – все же вчера он изрядно набрался.       МакКуин все же открыл глаза, место и вправду было незнакомым. Молния перевел взгляд на руку, она была мужской, но той ли? Взгляд поднялся выше, разглядывая владельца руки. Это был Шторм. У бывшего гонщика были смешанные чувства. С одной стороны, хорошо, что это он, а не кто-то чужой, а с другой… Молния не хотел повторения прошлой истории, поэтому он заметно сжался и начал переживать.       В этот момент проснулся и Джексон. Первое, что он увидел – перепуганные глаза Молнии. Шторм вздохнул «Неужели все с начала?...» - Опять убежишь от меня, чемпион? – он приподнял одну бровь, но был уже готов поймать Молнию, если тот все же надумает убежать. - Нет, я уже набегался. – МакКуин сразу выдохнул – все в порядке и прижался к Джексону. Тот его нежно поцеловал в лоб и еще сильнее прижал к себе. Было всего 8 утра, поэтому они преспокойно себе заснули в обнимку.