её звали мечтой...

Пески времени не собирались сбавлять обороты и бежали куда-то так быстро, что невозможно было просто перевести дух. Полине семь лет, а на улице осень. Она берет большой букет разноцветных астр, другой рукой хватается за тёплую мамину руку и уверенно шагает к зданию, о котором так много слышала, к встрече с которым так долго готовилась, под кодовым названием «Школа». Поля никого не знает здесь, так как в садик не ходила (Мама домохозяйка отдавать ребёнка в детский садик смысла не видела) и на линейке совсем растеряна. Она уже умеет читать, писать и считать до ста (Мама постаралась на славу, чтобы дочка была во все оружия), но уверенности ей это не придаёт, она просто садится за первую попавшуюся пустующую парту и просто ждёт, когда это всё закончится и девочка сможет побежать на свой уже родной каток. Начать нарабатывать форму после длительного отпуска, вновь почувствовать эту легкость скольжения, ощутить чувство собственного удовлетворения от чисто выполненных прыжков, познакомиться с новичками, которые только-только начнут свой фигурнокатательный путь. Да, несмотря на свой совсем ещё маленький возраст, Полина уже ярко ощущала все эти эмоции и понимала, что фигурное катание – это надолго. Полине десять. Учёба в школе даётся не так то просто: математика поддаётся через раз, грамматика по английскому вводит в депрессивное состояние, информатика и окружающий мир - вообще пустая трата времени и сил, так как задания по этим предметам иногда, мягко говоря, странные. От всех этих проблем Поля пряталась в стенах родного катка и художественной школы. Хотя тяжело было и там тоже. В арсенале уже появились тройные прыжки – флип и тулуп. Все остальные на подходе в зале, но на льду отчаянно отказывались получаться. Полина очень уставала, злилась, порывалась покончить со всем этим. Если ничего не получается – то зачем работать до изнеможения, все равно же всё бестолку. Художественная школа - давняя мечта мамы, да и Полина сама очень любила рисовать, поэтому с удовольствием записалась и туда, правда здесь Поля уставала, можно сказать, не меньше, потому что на уроках рисунка, живописи, композиции и скульптуры приходилось выкладывать на листы бумаги или глину чуть ли не всю себя. Родители несколько раз пытались серьёзно поговорить с девочкой о том, что бы отказаться от хотя бы одного занятия и больше времени отдыхать, но Полина и здесь проявила внутреннюю силу и упорство. В десять лет Рогальчук впервые выехала на более менее большие (по её мнению) соревнования. Лучшей она не стала: флип - падение, на одном из двух каскадов 3+2 образовался степ аут, а вместе с ним и полное неудовлетворение от проката. Полина заняла почетное второе место, потому что программа её была самой дорогой (двойные она больше не прыгает на соревнованиях, так как для неё это слишком просто – она не привыкла к такому подходу). Полине одиннадцать и её аксель в 1,5 оборота вот-вот превратиться в уверенные 2,5. Тройные, как по команде, с каждой тренировкой становились все лучше и лучше. Флип, тулуп и лутц получались вполне стабильно, с риттбергером и сальховом были некоторые проблемы, но это, однозначно, была большая победа. В их группе насчитывалось девять спортсменов : три мальчика и пять девочек. Рогальчук была явным лидером, несмотря на то что в группе были люди старше неё. Девочки все ещё сидели на двойных и не находили мотивации идти дальше, у мальчиков были проблемы с тройными, а о четверных никто даже и подумать не мог. Полине двенадцать и она, казалось, на пике. За окном 2014. Олимпиада в Сочи. Юлия Липницкая, Евгений Плющенко – любимые спортсмены юной фигуристки блистают в командном зачёте, а сама, посмотрев днём соревнования, бежит на каток – оттачивать каскады. Каскады, которые прыгали звезды мирового фигурного катания. Флип-тулуп, тулуп-тулуп, лутц-тулуп она щёлкала как орешки (почти). Был ещё один каскад, который Полина мечтала выучить, но чисто выехать его она смогла только один раз, а попыток было, наверно, штук пятьдесят не меньше. Каскад лутц-риттбергер – его не прыгали на соревнованиях, так как это был самый сложный каскад из двух тройных прыжков, а эта девочка хотела его прыгать и прыгала бы. Если бы мотивации хватало. Мотивация... Она была очень важна. Особенно тогда, когда понимаешь, что вот ты пашешь и пашешь как ненормальный, а кому это по сути надо? Разве у маленькой девочки из крошечного городка на крайнем севере России есть шанс попасть на крупное соревнование, чтобы показать все свои таланты? Да, он должен был быть, но почему то не выходило добиться этого шанса. Ольга Юрьевна очень переживала по этому поводу. Она видела как её ученица предана льду, как она старается, какие невероятные успехи совершает, и, неужели, все это бестолку? Тренер хотела, что бы Полине представилась возможность выступить на первенстве юниоров или на этапе кубка России, но ни местная администрация, ни ХМАО* этими вопросами заниматься не хотели. Хотите соревноваться – соревнуйтесь на региональном уровне, с вас достаточно. Они обе мучались из-за этого, каток больше не приносил былой радости, на местных соревнованиях Поля соревноваться не хотела – какой смысл? Неинтересно. Думать о переезде в крупный город и проходе просмотра к топовому тренеру фигуристка боялась. «Как же я без тренера-то своего? Может я не такая уж и способная? Вот посмотрит на меня настоящий знаток и скажет, что я бездарность, что вообще всё делаю неправильно – я же умру тогда. Да и родители уж точно не поддержат мою идею переезжать в другой город, скажут, что бред полный. Это, наверно, и вправду бред».

***

Но самое страшное было впереди. Осенью 2014 Ольга Юрьевна сообщила своим спортсменам неприятные новости. – Ребята, хочу поблагодарить всех вас за все эти годы плодотворной работы. Я невероятно горжусь вами, вы все большие молодцы, – тренер едва сдерживала слёзы. – Ольга Юрьевна, что-то случилось? Почему вы как будто прощаетесь? – К моему большому сожалению, Полинушка, ты права, это была наша последняя совместная тренировка.

***

Полина почувствовала что у неё что-то сломалось внутри. Она просто не представляла себе фигурное катания и себя в нём без своего любимого и дорого тренера. Они были очень дружны, понимали друг друга с полуслова, общались на совершенно разные темы, им было комфортно вместе – оттого и полная гармония на льду, успехи и достижения. Почему тогда Ольге Юрьевне пришлось покинуть своё рабочее место, она Полине не сказала, лишь потом девочка с родителями сами догадались, что сделать её это «попросили», уж слишком быстро нашли тренера «на замену» и уладили все вопросы. Октябрьским холодным утром ученица провожала в аэропорту своего первого тренера. – Пообещай мне, что не бросишь, что продолжишь бороться, как с прыжками так и за место под солнцем. Ты – невероятная девочка, ты можешь стать мировым открытием, у тебя есть на это силы. Продолжай бороться. Мысленно я всегда с тобой. Звони мне, пиши, я всегда помогу чем смогу. – Я вас никогда не забуду, – прошептала та самая «невероятная девочка». – И я тебя никогда не забуду, звёздочка. В тот день они расстались, казалось, навсегда. В голове Рогальчук крепко засела мысль «неужели это конец».