Отцы и дети

      Ни для кого не секрет, что у нынешнего мэра трое детей. Старший, Глеб, двадцатитрехлетний альфа, что заканчивает МГУ в этом году. По слухам у него уже была омега, но официальных заявлений о помолвке или об отношениях не было, поэтому охота на него продолжалась. Младший, Валентин, был одиннадцатилетней омегой, и его пока противоположный пол не интересовал. Старший и младший сын вели обычную жизнь, о них не распускали слухи и никто не обсуждал их поступки, а вот среднего сына мэра – да. Алекса, девятнадцатилетнего альфу, знали чуть ли не все.       Нет ни одного человека, кто бы ни знал о его бесконечных вечеринках, о безбашенной езде на спортивной машине по городу в нетрезвом виде или о том, что он меняет омег как перчатки. Все помнят, как около года назад альфа пьяным сбил бету на пешеходном переходе и как отец заплатил за него. Алекс, также как и брат, учился в МГУ, но учился - это громко сказано. Он там числился и где-то раз в месяц мог появиться в институте. Папины деньги же тратил направо и налево. Беты и зрелые альфы его осуждали, молодые альфы завидовали, а молоденькие омеги хотели, чтобы Алекс обратил на них свое внимание.       Кирилл слышал об этом альфе ни один раз. Одноклассники на него облизывались, и отец, сидя у камина, свое мнение высказывал. Да и саму желтую машину видел ни один раз на стоянке школы, которая дожидалась не одну омегу. Кир на неё внимание не обращал, просто проходил мимо, ну, стоит машина и стоит, до того как его друг не стал общаться с этим альфой. – Кир, он не писал мне целый день, – сказал Элион, – я ему не писал, и он тоже, – он закусил губу. – И не надо ему писать, – сказал Кирилл, складывая учебник и тетрадку в рюкзак, – захотел бы, написал, и вообще он мудак, – Эл приподнял одну бровь, – что ты так смотришь, он уже пол школы на своей тачке покатал. – Ой все, – махнул рукой Элион.

***

      Кирилл вышел из школы один, потому что Элиона задержал учитель по истории. Он чуть поёжился от февральского ветра и увидел желтую спортивную машину, только что подъехавшую к школе омег. Рыжий альфа вылез с водительского сидения, поправил яркую красную толстовку. Наверное, у него фетиш на яркие вещи. Он захлопнул дверцу машины, пробежался глазами по школьной территории и, видимо, заметил омегу, растянувшись в улыбке, двинулся прямо к нему. Вальяжной походкой Алекс преодолевал расстояние между ними, своей рукой он прошелся по волосам, что уложены назад. Увидев это, Кирилл от удивления приподнял бровь. «Серьёзно? Он что, в клипе снимается? – думает омега, пока альфа приближался к нему, – Если это мудила ко мне подойдёт, то я ему всеку!» – Привет, сладкий, – улыбнулся Алекс, когда остановился у него, а омегу чуть не вырвало, когда тот к нему обратился. – Во-первых, ещё раз так меня назовёшь, лишишься потомства, – зло посмотрел на него Кирилл, хотя для этого пришлось поднять голову, альфа оказался выше него, – во-вторых… – Алекс, – перебил его Элион, что вышел из школы, быстро подбежал и встал между ними, – как хорошо, что ты приехал, нам надо поговорить, – Кирилл сделал шаг назад и стал наблюдать, как заинтересованный взгляд альфы, что смотрел на него, медленно переходит на его друга и становится равнодушным, холодным. – А ты кто? – сыграл в дурочка Алекс. – Я Элион, – в недоумении проговорил Эл, – мы же… – Забудь, – выплюнул альфа, рукой отодвигает Элиона, чтобы пройти к Кириллу, улыбается и обращается к нему, – пойдем, я подвезу тебя, – сказал Алекс и уже потянулся взять его за руку. – Спасибо, но у меня уже есть водитель, – спрятал свою руку за спиной Кирилл, – как только он уволится или уйдет на пенсию, я скажу отцу, чтобы он рассмотрел твою кандидатуру на эту должность.       И пока альфа соображал, что ответить, Кирилл проходит мимо, задевая его плечом, хватает за руку плачущего Элиона и идет к машине с водителем. Алекс смотрит им вслед, прячет руки в карманы зауженных джинс, ухмыляясь. Именно эту ухмылку увидел омега, когда уже сел в автомобиль и посмотрел в окно. – Эл, прекрати реветь, – сказал Кирилл, увидев, как слезы друга бегут по щекам, – вы и недели не провстречались, да и встречались вообще? – протянул носовой платок ему. – Я не знаю ответа на этот вопрос, – хмыкнул Элион, вытирая платком слезы, – просто обидно, Кир. – А я говорил, – отвечает Кирилл, – ведь он омегник, думает, что все ему позволено, хорошо, что вы не спали. Не спали же? – Нет, – машет головой Элион, – правда нет, – смотрит в глаза другу. Машина остановилась у дома омеги, – Пока, – говорит он и вылетает из автомобиля. – Пока, – говорит Кирилл, когда друг уже шел к подъезду, водитель плавно тронулся и поехал к его дому.

***

– Я никуда не пойду! – кричал Кирилл на весь дом, находясь за запертой дверью своей комнаты, – Вы меня не заставите!       Сегодня воскресенье, выходной. Ничего не предвещало беды, пока папа ему не сказал собираться, и что они сейчас поедут к гинекологу на плановый осмотр. Омега не просто боялся этого, он был в ужасе. Ему рассказывали далеко не положительные отзывы о первом походе к этому врачу. Все омеги посещали первый раз, когда подходил возраст шестнадцатилетия, и вот-вот должна была прийти первая течка. И вот пришла очередь Кирилла, а сам омега ой как не хотел туда идти, чтобы в него такой-то человек пихал свои пальцы… – Кирилл, что ты устроил? – спрашивает Антон, что стоял в коридоре у его двери, – Это обычная процедура, все через это проходят, в этом нет ничего страшного, выходи уже. – Нет! – крикнул омега за дверью, – никогда! – Тебе все равно придется пойти к врачу, – говорит Антон, дергая за ручку, но омега заперся изнутри, – нужно же узнать, все ли хорошо у тебя, чтобы потом не было проблем. – Нет, не нужно, – слышится ответ за дверью, – я просижу здесь всю жизнь! – Кирилл, что за детский сад? – улыбается Антон, – ты ведешь себя как маленький, пора становиться взрослым. – Ничего не пора, – тихо ответил Кирилл, видимо, отойдя от двери. Тут около Антона появляется его супруг. – Все, надоел этот цирк, – хмурится Арсений и рассматривает связку ключей в руках, – что, у меня в собственном доме нет запасных ключей, – он находит нужный и вставляет в замочную скважину, прокручивая два раза, – подошел.       Дверь открывается в комнату, и родители быстро проникают внутрь. Они оглядывают пустую комнату. – И где он? – спрашивает Антон, Арсений наклоняется и смотрит под кровать. – Здравствуй, Кирюш, – говорит альфа, смотря на сына, что лежал под кроватью, – вылезай. – Нет, – машет головой Кирилл, Арсений разозлился, схватив его за щиколотку, вытянул из-под кровати, – отец, пожалуйста, нет! – он ухватился за одну из ножек кровати. – Кирилл! – рявкнул на него альфа, все ещё тянул за ногу. – Вам не кажется, что это выглядит странно? – спрашивает Антон, положив руки на бока. – Ты мне это говоришь? – спрашивает раздраженно Арсений, – может, поможешь? – Чем? – приподнял бровь его муж. – Ну, не знаю, – отвечает альфа, – за руку его укуси. – Все, я жду вас в машине, – махнул на них рукой Антон, удалился из комнаты.       Все это просто невозможно. Кирилл упертый как его отец, вот пускай они друг с другом и спорят. Только голова от них болит. Арсений проводил мужа взглядом и, наконец, отпустил ногу сына. Младший омега остался сидеть на полу, облокачиваясь на кровать, подтянул колени к себе и обнял их. – Я не поеду, отец, – тихо проговорил Кирилл, поднял глаза на альфу, пытаясь сделать их как можно больше. – Это ещё почему? – спрашивает Арсений, складывая руки на груди, смотрит в глаза сына, такого же цвета, как у него самого, и казалось, они сейчас заплачут. – Я боюсь, – шепотом ответил омега. – Чего? – нахмурился альфа. – Тебе не понять, ты альфа, – ответил Кирилл, – пожалуйста, отец, не заставляй меня, – глаза омеги стали мокрыми, Арсений садится перед ним на корточки, притягивает к себе и обнимает. – Ну, хочешь, я схожу с тобой? – спрашивает альфа, поглаживая по спине сына. – Хочу, – тихо ответил омега. Кирилл почему-то уверен, что отец его защитит и в обиду не даст, ведь он альфа, что был с ним всегда. – Тогда одевайся, – встает Арсений и за руку поднимает омегу с пола. – Я одет, – сказал Кирилл. – А нормальных джинсов нет? – спрашивает альфа, показывая на черные джинсы с дырками на коленях, что надеты на сыне, – На дворе конец зимы, а ты с голыми коленками. – Так сейчас модно, отец, – хмыкнул Кирилл, на что Арсений закатил глаза.

***

      В частной платной клинике не пахло хлоркой или лекарством, как в городской больнице, а наоборот - цитрусами. Весь персонал был приветлив и улыбчив, но Кириллу от этого легче не становилось. Он, как маленький мальчик, вцепился в ладонь отца и ни на шаг от него не уходил. Папа смотрел на сцепленные руки сына и мужа, закатывал глаза и говорил, что бояться нечего, ничего страшного с ним не сделают. Кирилл кивал и сильнее сжимал руку Арсения, тот улыбался и слегка пожимал плечами мужу. – Так, мне в следующий кабинет, а вам в этот, – сказал Антон, показывая на дверь с табличкой «Гинеколог. Зайцев. С.К.», и тут же скрылся за поворотом. Арсений уже хотел постучать, поднеся костяшки с деревянной поверхности. – Может, все же не надо, – говорит Кирилл, на что альфа цокнул и постучал в дверь.       Там послышалось разрешение на то, чтобы войти, и отец с сыном под руку проникли в кабинет. Бета сидел за столом в салатовой униформе и что-то писал. Очки его от сильного наклона головы сильно сползли на нос. Он поднял взгляд на вошедших и хмыкнул. – Альфу попрошу удалиться, – сказал врач, отложив ручку, – не беспокойтесь, ничего с вашим парнем не случится. – Что вы себе позволяете? – возразил Арсений, – это мой сын! – Прошу прощения, – бета был в недоумении, – почему это я сразу не понял, вы очень похожи, – он попытался улыбнуться, – но вам все равно придется выйти, – Кирилл прижался к отцу. – Нет, я не уйду, – четко сказал альфа, – он боится, и я буду с ним.       Бета шумно выдохнул и кивнул. Арсений отдает карточку, что завели на Кирилла в регистратуре. Врач что-то там написал и взял перчатки. – Кирилл, – прочёл на карте бета, – раздевайся по пояс, – сказав это, он взял резиновые перчатки.       Арсений отпустил руку сына, шепнул на ухо «Я рядом» и сел на стул, что был рядом с рабочим столом доктора. Кирилл быстро одним движением стянул с себя свитер, встал напротив беты, выдохнул. Сам врач покачал головой, но промолчал, повернул омегу ближе к светлому окну, стал прощупывать молочные железы. Кирилл поморщился от холодных пальцев и выдохнул, когда они исчезли. – Раздеваемся до конца и ложимся в кресло, что за ширмочкой, – сказал бета.       «Блять, блять, блять, – ругается Кирилл про себя, когда стаскивал с себя джинсы, – даже отец ничего не может сделать, за что мне все это, господи?». Арсений подставил руку под голову, когда его сын вместе с врачом скрывается за ширмой. Там омеге пришлось расстаться со своим нижнем бельем, залезть в кресло и широко раздвинуть ноги. Бета в чем-то смазал палец и быстро им проник в омегу. «Пиздец, – почти сказал Кирилл, но закрыл рот ладонью, тем временем врач, что-то прощупывал внутри, при этом надавливая на живот другой рукой, – если трахаться также неприятно, то лучше я буду девственником!». Тут руки беты исчезают, как будто их и не было вовсе. – Одевайся, – сказал врач, вставая, потом ушел к своему столу. Пока омега одевался, бета что-то увлеченно писал, – так, все хорошо, течка придет недели через две-три и будет идти всего три дня. Надеюсь, что вы знаете, что в первую течку никакого контакта с альфой. – Спасибо, – говорит Арсений, выводит сына в коридор, где их уже ждал его муж. – Не умер, сынок? – спросил Антон, Кирилл в знак ответа лишь кивнул, – ну что? – спросил уже у супруга. – Все хорошо, – отвечает Арсений, – через две-три недели течка, что у тебя? – Дома, – нахмурился омега. – Все хорошо? – забеспокоился альфа, взял его за руку. – Наверное, – пожал плечами Антон, – поехали домой.

***

      Как только семейство приехало домой и переступило порог, к ним тут же подскочил горничный, в руках у него была какая-то посылка. – Сэр, пока вас не было дома, приехал курьер, – обратился бета к альфе, – и привез это, – показал на коробку в руках, – сказал, что Кириллу Попову, – все уставились на младшего омегу. – Я ничего не заказывал, – тихо сказал Кирилл, – это точно мне? – Да, – кивнул бета. – Поставь в гостиной, – говорит альфа, снимая пальто, – сейчас разберемся, – горничный кивнул и, оставив посылку на журнальном столе, ушел в столовую. – Ты точно ничего не покупал? – спросил Антон. – Я, наверное, помнил бы, пап, – сказал Кирилл. – Тут действительно твое имя, – сказал Арсений, найдя в ящике резак, вскрыл коробку, – тут всякие сладости, – Кирилл заглянул внутрь и обомлел. Там были шоколадки, конфеты, мармелад, печенье и много всего другого. – Записка, – сказал Антон и, не разворачивая, протянул сыну. Омега развернул листок, стал читать. Я знаю, все омеги сладкоежки. Пойдем гулять, Кирюш? Алекс.