Отцы и дети

      За окном медленно кружились снежинки. Ветра сильного не было, поэтому снег опускался плавно и ровно. В камине горел оранжевый огонь, а дрова потрескивали. Кирилл держал в руках чашку с чаем, из которой поднимался пар. Он сидел на диване и не особо увлеченно смотрел телевизор. Отец сидел рядом в своем любимом кресле, смотрел на камин и слегка покачивал левой ногой, что покоилась на правой. На том же диване, где и сидел омега, разместился Виктор. Он жевал одну из сладостей, что находилась в подарочной коробке, запивал чаем. – Кир, можно я возьму эту шоколадку? – спросил младший альфа, показывая ему большую плитку белого шоколада. – Можешь съесть все, – ответил Кирилл, возвращая свой взгляд к голубому экрану. – Ты так не сказал, от кого это, – заметил отец, поворачивая голову в сторону детей. – Я сам не знаю, – отвечает омега и чувствует, как в кармане джинсов начинает вибрировать его телефон.       Кирилл ставит кружку с чаем на журнальный столик и достаёт свой айфон, что разрывался от звонка. Номер неизвестный. Омега хмурится, поднимается, начинает подниматься по лестнице, все же отвечает. – Почему ты так долго не отвечаешь, малыш? – этот голос он узнал сразу же, Алекс, – так, давай, встречаемся в сквере около твоей школы, прям у фонтана, через полчаса, и надень шапку, на улице холо… – Подожди, подожди, – перебил его Кирилл, когда уже зашел к себе в комнату, – откуда у тебя мой номер вообще?! – почти кричит в трубку омега, – Да и адрес тоже? – У меня много связей, – отвечает альфа, – да и деньги делают свое дело, все, давай, собирайся… – Никуда я не пойду! – опять перебил его Кирилл, – Значит так, больше никаких подарков на дом! – омега мерил шагами комнату и ругался в трубку, – Никогда больше не звони мне! Если ты появишься на горизонте, я скажу отцу, и он тебя расчленит! Тебе ясно, мудила? – Я жду тебя у фонтана, Кирюш, – проговорил Алекс и отключился. – Ага, щас, – сказал омега, швырнул телефон на кровать, – бегу и падаю, козел.       Кирилл возвращается на первый этаж и садится в то же место на диване, опять притягивает к себе чашку с уже подостывшем чаем, уставляется в телевизор.

***

– Может, ты, наконец, скажешь уже, что тебе сказал врач? – спрашивает Арсений, смотря в спину мужу.       Попова это волновало весь вечер. Он не особо переживал, что его старшему сыну кто-то прислал подарок и что Кирилл знает, кто это, но не говорит. Не особо волновало, что омега на кого-то кричал по телефону в свой комнате. В конце концов, это уже его личное дело. Сейчас альфу волновал его супруг.       Раньше течки у мужа приходили стабильно раз в два месяца. Альфа в лёгкую чуял малейшие изменения в запахе. Да и вся семья знала, когда родители пропадут на шесть дней из семейной жизни в своей спальне. Кирилл называл это спасительной неделькой, когда их оставляли на прислугу и охрану. Никто не говорит, что да как делать. Никто не контролирует твой каждый шаг. Младший омега молился на течку папы. И Арсению приходилось усиливать охрану и даже просить Матвиенко, чтобы проследил за старшим сыном. Вот вчера, в субботу, у его мужа должна была начаться течка, но её нет. Даже запах не усилился, как будто и никогда не было. Тогда Антон поехал в больницу, заодно и Кирилла с собой взяли. Ему все равно нужно пройти обследование, какая разница, после дня рождения или перед.       Сообщив, что расскажет все дома, Антон был молчалив весь вечер, задумчив, смотрел в одну точку и даже не моргал. Сейчас время почти десять вечера, и Арсений нашел его в их спальне. Омега сидел за туалетным столиком, смотрел на себя в зеркало. – Ну, что случилось? – спрашивает альфа, подходя к нему. – Все нормально, – отвечает Антон, поворачиваясь к нему, задирая голову. – Тогда почему у тебя не пришла течка? – в глазах Арсения читалось беспокойство. – Она придет в конце марта, – ответил омега и встал с пуфа, ровняясь с альфой, – я просто старею, теперь они будут приходить раз в три месяца, потом раз в пять, а после сорока не будут приходить совсем. – Это нормально? – хмурится Арсений. – Да, – кивает Антон, – так у всех, – омега улыбается и проводит указательным пальцем по его бровям, что альфа подчиняется и перестаёт хмуриться. Потом прежний Шастун чмокает его в губы, – все хорошо, не переживай.       Арсений подается вперед, обнимает мужа за талию и целует в губы. Антон обнимает его за шею, отвечает на поцелуй с такой же нежностью и любовью. Альфа медленно углубляет его, приходясь языком по ряду зубов, берет в плен его язык. Целуясь, они заваливаются на кровать. – Я всегда буду о тебе волноваться, – говорит Попов, заглядывая в любимые зеленые глаза, – Цветочек, может в эту течку заведем ещё одного ребенка? – осторожно спросил альфа, поглаживая по шее. – Ребенка? – переспросил Антон, – у нас уже есть двое. – Но они уже взрослые, – говорит Арсений, приходясь рукой по его груди и животу сквозь халат, – а когда они маленькие, такие милые. – Через год-другой ты станешь дедушкой, – хмыкнул Антон, чувствуя, как прохладные руки мужа проникают под его халат и начинают поглаживать его бедра, – вот внуки и будут маленькие. – Зная характер своего сына, – отвечает Арсений, – от него альфы будут убегать как от чумы, может, вообще придется ждать, пока Виктор найдет себе мужа, – альфа удобнее располагается между ног, – иди ко мне, – Арсений опять берет в плен губу своего мужа и развязывает халат. – У меня ещё нет течки, сэр, – упирается ладонями ему в грудь Антон, тем самым отстраняя от себя. – Ну, так, репетиция перед ней, – улыбается альфа.       Омега приподнимает бровь и помогает мужу снять с себя ненужный домашний халат. И пока Арсений покрывал его шею маленькими поцелуями, он расстёгивал его рубашку по одной пуговице. Альфа снимает её с себя и втягивает мужа в очередной поцелуй, только теперь страстный, жадный, смачный. Арсений кусает его за подбородок, а потом вонзается зубами в белую шею. – Ай, – вскрикнул Антон, – зачем ты оставляешь засосы? Я и так твой муж. – Так надо, – ответил альфа, – не спорь.       Сказав это, Арсений тут же оставил засос с другой стороны шеи и не один. Антону ничего не остается, как смириться и лишь ахать от каждого укуса. Альфа губами спускается к груди мужа, языком обводит левый сосок, чуть прикусывает его, а пальцами другой руки играется с правым, из-за этого бусинки стали твердыми. – Ах, – омега выгибается, – ты в курсе, что я этой…ах, грудью вскормил двоих твоих детей? – Конечно, – хитро улыбается Арсений, приподнимается и стаскивает свои брюки, вместе с нижним бельем. – Поэтому каждый раз мучаешь мои чувствительные соски? – спрашивает Антон, когда его муж опять нависает над ним. – Ты слишком разговорчив сегодня, – щурится альфа и резко переворачивает его на живот.       Арсений целует метку, приподнимает омегу за таз, но придавливает грудью к матрасу. Альфа губами проходится по позвонкам, наблюдая, как мурашки бегут по спине мужа, спускается ниже к копчику. Снимает белые боксеры, что мешали ему, тут же начинает ласкать бедра. Он раздвигает половинки и большим пальцем проходится по сжатой звездочке. Влажно, омега хочет его. Арсений наклоняется и припадает языком, слизывает солоноватую смазку, вдыхает усиленный запах его омеги. Антон стонет, когда горячий язык его мужа проникает в него все глубже, вылизывая нежные стенки внутри. Альфа проходится рукой по небольшому омежьему члену, что встал от его умелых ласк. Попов проводит рукой по своему колом стоящему члену, размазывает естественную смазку и подставляет набухшую головку к дырочке. Антон подается назад, желая насадиться на немалый член своего мужа, но Арсений не дает, останавливая его, шлепнув по правой половинке. – Возьмите меня, сэр, – шепчет омега, виляя своей пятой точкой.       Альфа шумно выдохнул, надавил на мокрую звездочку мышц и как можно медленнее проникнул в своего мужа, заполняя его изнутри. Антон божественно выдыхает, когда член Арсения входит в него до основания, по самые яйца. Это ощущение наполненности, единого целого, просто не передать словами. Арсений плавно начинает двигаться, задевая чувствительную точку внутри него, нежно поглаживая бедра. Цепляется ладонями в его бока, начинает вбиваться быстрее, наращивать темп. Омега под ним стонет в голос, ничего не стесняясь. Стены в доме толстые, звукоизоляция в их спальне просто отличная, все, что происходит здесь, остается в спальне. Альфа двигается ещё быстрее, втрахивает мужа в кровать, а Антон подначивает ему, подается навстречу. Арсений наклоняется, кусает плечи, резко входит и выходит из него. Омега кричит, кончает на простыни, а Попов, прорычав, кончает глубоко в нем. Обняв мужа, Арсений проталкивается глубже, узел набухает в омеге, сцепляет их. – Как же я тебя люблю, – шепчет Антон в подушку. – И я тебя, цветочек, – альфа целует в метку, зарывается носом в мягкие волосы, – ну что, заведем ещё одного ребенка? – Давай попробуем, – ответил Антон, прикрывая глаза.

***

      «Здравствуй, Павел Алексеевич!       Прочитал я Ваше письмо и очень сильно задумался. Сам не заметил, как мой сын вырос. Я основательно подумал над вашим предложением, но вынужден отказаться. Не поймите меня неправильно, но я желаю своему сыну счастья и не хочу обрекать его на что либо.       Нет, конечно, если наши дети сами захотят вступить в брак, так сказать, по любви и полному согласию, то я против не буду. И разумеется, на искреннем браке наших сыновей, можно будет нам с вами забыть старые обиды и объединить наши компании. Но наши дети даже не знакомы, следовательно, ни о какой любви разговора идти не может.       Я приглашаю Вас и Вашу семью на празднование шестнадцатилетия Кирилла, что состоится в эту субботу в ресторане Турандот. Сбор гостей состоится в шесть вечера. Сочту за честь видеть вас на сие мероприятии.

С уважением, мистер Попов А. С.»

      Арсений пробежался взглядом по строчкам, кивнул сам себе и нажал на кнопку отправить. Глотнув кофе, альфа поменял очки для компьютера на очки для чтения, стал изучать документы, что ему принесли с финансового отдела.

***

– Простите, сэр, – послышался голос горничного за его спиной, и Антон повернулся, – там прибыл мистер Добровольский со своим сыном Робертом. – Что? – удивился омега, откладывая ноутбук, на котором выбирал меню для праздника. – Сэр, я не знаю, – машет головой бета, – они стоят у дверей. – Ничего, – встает Антон, – я разберусь.       Омега вместе с прислугой спускаются вниз. Антон хмурится, гостей они не ждали, да и муж бы предупредил его даже о нежданных визитах. Получается, что Арсений был не в курсе о Добровольском. К слову, омега знал этого альфу, они встречались несколько раз на приемах, где Антон был со своим мужем, а Павел со своим. Арсений всегда обменивался с ним пару слов и уходил куда-либо. Что сейчас делал Добровольский с его сыном у него дома, для омеги было непонятно. Действительно, два альфы, что были очень похожи, сразу видно, сын с отцом, стояли в дверях. Оба были одеты в дорогие светлые костюмы, оба в черном пальто, и оба держали по букету роз, старший альфа - бордовые, а младший - белые. – О, мистер Антон, – заулыбался Павел, когда омега спустился с лестницы, альфа подхватил его руку и поцеловал кисть, – я рад Вас видеть, это Вам, – он протянул омеге букет, – вы хорошо выглядите. – Спасибо, я тоже рад, мистер Павел, – ответил Антон, – но что вы тут делаете? – улыбнулся он. – Я решил заехать к вам в гости, – отвечает альфа, – а то мы так редко с вами видимся. – Вы бы сообщили нам, – говорит омега, – мы бы подготовились, да и мужа моего нет сейчас дома, вы, наверное, хотели поговорить с ним? – Ничего страшного, – улыбается Павел, – поговорим с ним в следующий раз, чаем же угостите? – Разумеется, – кивает Антон, поворачивается к бете, что стоял рядом, – Саш, подайте чай в столовую. – Я забыл представить, это мой сын, Роберт, – показывает на своего сына альфа, тот почтительно кивнул, – а где ваши сыновья? – Наверное, делают уроки, – отвечает Антон, – проходите в столовую, я сейчас их позову.       Омега вернулся наверх, пока альфы раздевались и уходили в столовую под чутким руководством беты. Антон взял свой телефон и решил позвонить мужу. – Не отвлекаю, дорогой? – спрашивает он. – Нет, – отвечает Арсений, на заднем плане слышится, как он перекладывает бумаги, – почти нет. Что-то случилось? – Тут Добровольский с сыном на чай приехали, – отвечает Антон. – Херасе, – выругался муж, – быстро это он, только с утра отправил письмо с отказом, – Арсений задумался, шумно выдохнул, – я смогу приехать только через час, у меня встреча. – Ничего, – говорит омега, подходя к комнате старшего сына, – я проконтролирую, чтобы все было хорошо. – Если что, я на телефоне, – говорит альфа, – пока.