Вечность/ Forever

pov stiles

      Когда на том конце трубки повисло долгое молчание, я понял, что сделал что-то не так. Может быть, не стоило вываливать вот так вот всё, что со мной произошло, на Скотта, может быть, следовало подготовить друга к этому всему, может быть, стоило вообще молчать?        — Скотт? Заб…       — Что значит Деймон отключил чувства? Почему? Елена?! Я скоро буду.       Голос Кэролайн звучит так близко, будто бы она сейчас сидит рядом со мной на крыльце, а не находится внутри дома с Мэттом, что это кажется чем-то нереальным, и лишь спустя несколько мгновений я вспоминаю, что теперь обладаю отличным слухом и такое будет для меня нормой. Но подумать о чудесах — или же ужасах, что будет вернее — времени нет. Резко вскидываю голову вверх, когда девушка вылетает из дома и спешит покинуть нас, так как, кажется, что-то произошло. Невидимые силы буквально заставляют меня подняться, отключив мобильный телефон и пойти следом за блондинкой, которая, завидев, что я иду за ней, останавливается, окидывая меня вопросительным взглядом.        — Что ты делаешь?        — Иду с тобой, — невозмутимо отвечаю само собой разумеющееся, внимательно смотря девушке прямо в глаза и не совсем понимая, почему Кэролайн интересуется очевидным. Её компания не верх моих мечтаний, но мне кажется, что всё, что связано с Деймоном, так или иначе теперь касается и меня. Он же, чёрт возьми, поспособствовал моему обращению. Поэтому я твёрдо уверен в том, что, что бы там не происходило, я тоже должен в этом участвовать. Я должен знать всё. Я должен узнать, почему Деймон так поступил со мной.        — Это я вижу, но почему? Мне не нужна компания, поэтому, пожалуйста, вернись к Мэтту.        — Мне нужно пойти с тобой, поэтому я пойду с тобой, — вновь сказав что-то, что слишком очевидно, я продолжаю смотреть на девушку, которая, клянусь, закатила глаза на сказанное мной. — Да и идти к Мэтту сейчас - не лучшая затея. Ты оставила меня с ним наедине и смотри, как всё вышло. Я не хочу снова пережить нечто подобное. И лишь это заставляет Кэролайн выругаться, но смириться с моим присутствием рядом с ней, поэтому она просто кивает, позволяя идти с ней. К Мэтту мне, конечно, тоже хотелось, но страх увидеть в его глазах ненависть был слишком силён. Может быть, кузену нужно немного времени, чтобы прийти в себя? Мне оно, кстати, тоже нужно. Хотя теперь, зная, что на Мэтте было защитное кольцо, я чувствую некоторую облегчённость, пусть это и не совсем хорошо. Да и...мне определённо нужно узнать, кто такой этот Деймон и что вообще происходит в этом городе.       Чувствую некое предвкушение от будущей встречи с кем-то там, взбудораживающее все внутренности, словно я попал в тот день, когда мы со Скоттом нашли труп в лесу и он был обращён Питером. Разве что, сейчас ни Кэролайн, с которой я иду, ни Деймон, по поводу которого мы идём говорить с Еленой, не являются моими лучшими друзьями. Да они вообще мне никто, но это не отменяет того факта, что я чертовски рад быть вовлечённым во что-то. Даже если это всё случилось из-за того, что я больше не человек.

***

      Время в дороге по пути к дому лучшей подруги Кэролайн — Елены, мы с девушкой проводим в тишине. На кончике моего языка вертится множество вопросов, которые мне стоило бы задать, но я усиленно сдерживаю себя от этого, потому что разговаривать с блондинкой по-прежнему нет никакого желания. По сути, девушка ни в чём не была виновата, но почему-то перекладывать на кого-то вину за случившееся было выгоднее, чем понять, что обращение исходило из моих внутренних желаний и страхов. Я не хотел силы, не хотел быть вампиром, но, когда пришло время, также оказалось и то, что уходить насовсем я тоже не хочу. И единственным выходом для меня было обратиться, но, честно говоря, если бы не голод и не моя удачная попытка убить человека, своего кузена, в вампирстве не было бы ничего плохого. Вечная жизнь, вечная молодость, супер скорость, сила, обострение всех чувств, обоняния, регенерация — разве это плохо? Совсем нет. У Скотта тоже было всё это, разве что, он был жив и стареть будет также, как и любой другой человек. И он состарится, Лидия тоже, отец и все остальные мои близкие и друзья встретят свою старость и после женщину с косой, а я буду жить. Нисколько не изменюсь, навсегда останусь семнадцатилетним тинейджером. Буду жить, тогда как все мои близкие уйдут.        — Как мне потом пережить смерть всех моих близких? Каждый из них будет взрослеть, стареть и умирать, а я буду вот таким вот. Буду жить, всегда буду жить.       Кажется, Кэролайн совсем не ожидала, что я начну говорить с ней, тем более о чём-то, что беспокоит меня. Она с жалостью посмотрела на меня, и, увлажнив губы, проведя по ним языком, вновь устремила свой взгляд на дорогу. Мы ехали на её машине, хотя я предполагал, что мы воспользуемся своей скоростью и в считанные секунды доберёмся до нужного места, но Кэролайн вела себя слишком по-человечески, не являясь больше живым существом. Мне предстоит тоже самое? Притворяться, будто бы я жив, будто бы я такой же, как все, тогда как у меня будет желание убить всех, выпить их кровь? Мне предстоит есть еду, которую я раньше обожал и не испытывать при этом ничего, кроме желания выплюнуть откусанное, потому что оно будет совсем безвкусное? Готов ли я ко всему этому?        — В вечности нет ничего плохого, если рядом есть кто-то, с кем ты можешь её разделить, — Форбс всё ещё внимательно следит за дорогой, больше не кидая на меня полные печали глаза, что несомненно радует, не хочу, чтобы девушка испытывала жалость, самостоятельно приведя меня ко всему этому. — Я не знаю, Стайлз. Я не знаю, как пережить это. У меня ведь тоже есть семья, друзья и я тоже не хочу терять их. Но это лишь одна отрицательная сторона против множества положительных.        — Каких например? Вечный голод, желание убивать, куча посторонних звуков в твоей голове, потому что твой слух обострён? Что в этом хорошего?        — Ты научишься это контролировать, Стайлз, — девушка вновь кидает на меня мимолётный взгляд, но теперь она рассержена и раздражена, а может даже чего похуже, в любом случае, разговор со мной теперь не особо привлекателен для неё самой, поэтому оставшуюся часть пути мы вновь проводим в тишине. Слава богу, ехать было недалеко. Тишину выносить было довольно сложно.       На пороге дома нас встретила привлекательная шатенка, с карими глазами цвета топленого шоколада, чем-то похожими на мои. Она явно была обеспокоена, судя по тому, как встретила Кэролайн, хотя, если уж они по телефону говорили о Деймоне и о каком-то отключении чувств, всё вставало на свои места и причина беспокойства была ясна, как дважды два. Девушки быстро обнялись, когда оказались рядом, а мне пришлось подождать, пока они закончат с этим и только потом, когда они отстранились друг от друга, я наконец подал признаки жизни, подняв руку в качестве приветствия.        — Что случилось? Что было? Как так получилось, что Деймон отключил свои чувства?       Елена не сразу ответила на вопросы, посыпавшиеся от Кэролайн.        — Я слышала, что с тобой произошло.. Мне жаль, — посмотрев в глаза Елены я почему-то почувствовал, что это не притворство. Ей действительно было жаль, но на это я лишь кивнул, не желая говорить сейчас об этом.        — Для начала мне нужно пригласить тебя, — говорит шатенка, осмотрев меня с ног до головы, а потом кидает взгляд на Кэролайн, на что девушка лишь кивает, ободряюще улыбнувшись и Елена наконец приглашает меня войти в дом. А когда мы оказываемся в гостиной, Гилберт начинает свой рассказ о происшествии с Деймоном.       — Всё началось с Кола и Ребекки, — увидев непонимающий взгляд Форбс, Елена вздохнула, поспешив объяснить. — Древние вампиры, брат и сестра Клауса. Мы не знаем, откуда они взялись, но они пришли сюда. Сказали, что у них есть какая-то информация, касающаяся Стефана и его местонахождении. Естественно, Деймон пошёл с ними, меня с собой они не взяли, поэтому я понятия не имею, что произошло у них, но, когда Деймон вернулся, его чувства уже были отключены.        — Как ты об этом узнала? — впервые за долгое время подаю голос, заставляя тем самым Елену посмотреть на меня. Но мне и правда интересно, а как она узнала о том, что её друг отключил чувства? Как она поняла это? Не мог же Деймон сам рассказать ей всё, должно же было произойти что-то, благодаря чему Елена всё поняла. — Я имею ввиду, как ты поняла, что Деймон отключил чувства? Да и вообще, как давно это было?       Если Деймон сделал это до того, как я приехал в город, тогда становится всё понятно. Абсолютно не удивительно, что он наплевал на всё и всех и убил меня, прекрасно зная, что во мне ещё есть кровь Кэролайн и в конце концов его действия приведут меня к обращению. Но зачем ему новообращённый вампир?        — Он ушёл с ними несколько дней назад, тогда ты мне и написала то сообщение, — теперь Елена смотрит на Кэролайн, скорее всего имея ввиду день моего обращения, тогда ведь блондинка отправила сообщение подруге о том, что сделал Деймон. — А сегодня, буквально пару часов назад, он приходил ко мне и… Я точно знаю, что его чувства отключены. Это был не тот Деймон, которого мы знали. Да и он ведь поспособствовал обращению Стайлза…        — Ага, убив меня. Свернув шею, точнее, — решаю зачем-то уточнить, кидая на Елену мимолётный взгляд, а после смотрю на Кэролайн, которая также поднимает свой взгляд на меня. Тема моего обращения всё ещё приносит нам обоим много боли.        — Он бы не сделал этого, если бы не отключение чувств, — Елена прикрывает глаза, обнимая себя за плечи, вероятно, очень переживая из-за всего происходящего вокруг. Она была всего лишь человеком среди кучи вампиров, что её окружали, скорее всего, это было крайне сложно для неё. Как и для Мэтта, как и для меня, когда в нашей компании, за исключением Эллисон, я тоже был единственным человеком. Теперь же всё поменялось и, когда я вернусь домой, моя жизнь будет совершенно другой. Когда я думаю о своих друзьях, то тут же вспоминаю, что сбросил звонок, поэтому, извинившись, оставляю девушек двоих и быстро выхожу из дома, набирая номер Скотта. Не очень хорошо я поступил, вываливая свои откровения на друга и после этого сбрасывая звонок, даже толком не поговорив с ним.        — Скотт? — сглатываю, когда друг поднимает трубку и прикрываю глаза, когда на том конце трубке всё ещё ужасающая тишина. Может быть скинуть всё на алкоголь и просто извинится перед Скоттом? Разве не будет лучше обо всём рассказать, когда я вернусь домой? Конечно, куда легче признаться во всём, находясь от МакКола за тысячи километров, но правильнее будет рассказать о таком с глазу на глаз. Я даже сам ещё не до конца осознал, что больше не человек, так как я могу обо всём признаться другу? — Прости, я перебрал. Несу всякий бред, прости.        — На часах четыре часа утра, Стайлз, — Скотт вздыхает, судя по исходящим из трубки звуков, вставая с кровати. — Я так и подумал, что ты пьян. Честно говоря, ты несёшь полный бред.       Да, Скотт, полнейший бред, который мог произойти только со мной, ведь я самый «счастливый» человек в мире. Хотя нет, я даже больше не человек. Счастливый вампир? Вампир-счастливчик. Разумеется, слово счастливый должно быть в кавычках. Но в слух я всего этого не говорю, лишь поджимаю губы, а потом вновь извиняюсь и обещаю перезвонить утром. Плохая была идея будить Скотта вторым звонком за эти несколько часов. Убираю телефон в задний карман джинс и делаю глубокий вдох и выдох, закрывая глаза. На улице была прекрасная погода, несмотря на то, что почти наступило утро. Вообще-то, я уверен, что, будучи человеком, я бы никогда не стал наслаждаться тишиной в ночи, потому что даже днём вся эта какофония звуков не доходила до меня так, как сейчас. Кэролайн, конечно, сказала, что это можно научиться контролировать, но пока я этого не сделал, было крайне сложно. Пока я стою с закрытыми глазами, в моей голове всплывают образы моих друзей, по которым я безумно соскучился за эти несколько дней в Мистик-Фоллс. Уехать точно не было хорошей идеей, поэтому, понимая всё это сейчас, я думал и о той, из-за кого всё это и началось. Если бы Лидия не сидела так глубоко в моих мыслях и чувствах, я бы остался в Бейкон-Хиллс, спокойно проводил бы время со Скоттом, издеваясь над ним и его жалкими попытками научиться рычать, как подобает настоящему оборотню, заставил бы друга наконец посмотреть «Звёздные Войны», в общем, веселился бы, жил обычной жизнью и не знал бы горя, не знал о существовании иных рас, помимо оборотней. И мне действительно было бы проще не любить Лидию, не думать о ней, не переживать из-за неё, не страдать.       Но я также и не хотел бы терять её. С тех пор, как Скотт стал оборотнем и начал свои отношения с Эллисон, я стал намного ближе к Лидии, нежели раньше. Девушка теперь даже полагалась на меня, общалась со мной, просто обращала внимание, чего не делала раньше. Может быть, ей просто нужно немного больше времени, чтобы влюбиться в меня?       Ха, ну теперь у меня в буквальном смысле слова есть целая вечность, дабы сделать так, чтобы Лидия влюбилась в меня. Не успех ли?       Нет, не успех. У самой Лидии ведь нет этой самой вечности и когда-нибудь она уйдёт. Она ни за что не влюбится в того, чьё сердце даже больше не бьётся.        — Вы только посмотрите, это же кузен Мэтта.       Когда звучит голос незнакомого мне человека, я резко открываю глаза и смотрю на того, кому этот голос и принадлежал. Первое, что бросается в глаза — ухмылка и хищный взгляд карих глаз, изучающих меня.        — А ты ещё кто? — неосознанно делаю шаг назад, но это не позволяет мне избежать незнакомца, потому что он в считанные секунды оказывается стоящим прямо передо мной.       А в следующий миг я чувствую острую боль в районе шеи и тут же падаю вниз, окунаясь в кромешную тьму. Да, мне свернули шею во второй раз за эти два дня.