U&I

В голове всё ещё были громкие слова Алека, которые резали кожу, словно острые ножи и отражались в разуме Магнуса. "Мы никогда больше не будем вместе". — грубо прозвучал голос Лайтвуда в голове. Бейну пора было писать книгу о том, как позвать три раза парня на свидание и получить замысловатые отказы. После того вечера на кладбище, когда Алек снова был тем парнем, которого так любил и до сих пор любит Магнус, Бейн хотел лезть на стену от того, как ему было жизненно необходимо вновь поговорить с Лайтвудом. Ощутить его рядом, вдыхать его запах, который всё ещё сносит крышу, увидеть его улыбку и почувствовать его губы. Вот только, всё это было бы хорошо, если бы объект его неосязаемых мечтаний не скрывался от Магнуса, встречаясь только в сопровождении сестры или Лидии, и никогда не оставаясь один. На СМС он стратегически молчал, а на звонки отвечал на бегу, говоря, что сейчас не лучшее время разговаривать. Однако, Бейну всё же удалось сунуть Алеку билет в кино, под предлогом, что это для работы, но Александр был непреклонен и отвечал, что они с Брендоном уже ходили на этот фильм, и, если нужно, то Лайтвуд может законспектировать всё, что он понял из картины. Сам же парень Алека даже не догадывался о том, кто же такой Магнус Бейн, и даже был рад пропустить по одной-две чашечки кофе вместе, выспрашивая всё о жизни парня. Дон был неплохим человеком, и Бейн даже позволял себе на минуту порадоваться за Алека, что у него есть такой парень. Как рассказал сам Ури, то они познакомились с Лайтвудом на том самом пресловутом шоу, и когда Алек в нём победил, а это было фурором, то Брендон сразу обратил внимание на то, каким убитым и подавленным был этот парень. Слово за слово, они сумели познакомиться, и Лайтвуд под воздействием двух бутылок виски всё же рассказал свою историю, приглашая Брендона к ним в команду. И лишь два года назад, когда Дон точно знал, что любит этого странного парня, он предложил ему встречаться. Сам же Ури сейчас выпускал свои треки под ником Neffex, и для Магнуса было удивлением, что он не только знает творчество Дона, но также сохранил несколько его треков. От него же Бейн узнал, что Роберта Лайтвуда застрелили в тот вечер, когда он сбежал из Нью-Йорка. И что Алек был ранен. Хоть Лайтвуд и смог выкарабкаться, иногда у него случались панические атаки, от которых ничего не помогало. Так же Магнус знал, что Джейс женился на Клэри, а Иззи вышла за Саймона. И если у Изабель и Льюиса всё было хорошо, то Клэри умерла три года назад от несчастного случая. Авария на мосту, три жертвы. После того, как Алек и Эрондейл пили полгода, являя собой пример алкоголизма, Джейс смог прийти в норму, а вот его брат точно разуверовал в любовь и никогда больше не хотел чувствовать что-то подобное. Так и появилось два Алека: первый был отзывчивый и добрый, тот, которого Магнус любил всем сердцем; а вот второй был полной скотиной, и появляясь гораздо чаще первой личины, он буквально портил жизнь Бейну. Сорванные сроки, появление на важных мероприятиях пьяным, оскорбление журналистов — всё это было новым Алеком. Вздохнув от собственных воспоминаний, парень взял в руку острое лезвие и придирчиво осмотрел его. Боже мой, Магнус, до чего ты докатился? Сидишь в ванне, полной крови, и пытаешься прицелиться к своим венам. Нет, бесспорно, этот путь был бы самым лёгким в некоторых ситуациях, вот только он не собирался умирать. Закрыв глаза, азиат приставил лезвие к собственному запястью, и принялся считать про себя. Раз Два Три — Стой! — раздался голос Лайтвуда, который уже влетел в ванную комнату. Не раздеваясь, как и Магнус, он юркнул в переполненную кровью ванную, и положив свои руки на бёдра Бейна, Алек буквально лёг поверх Магнуса. Его лицо оказалось рядом с лицом азиата, отчего они оба задержали дыхание. I know that you never loved me Я знаю, что ты никогда не любил меня I know that you never cared at all Я знаю, что тебе было все равно. No, my love, we can't be friends Нет, любовь моя, мы не можем быть друзьями. In fact, I liked you much better when you just pretend На самом деле, ты нравился мне гораздо больше, когда просто притворялся. Алек пропел эти строки своим бархатным голосом, придавая извращенной фантазии ещё больше интимности. Каждое слово парня опаляло лицо Магнуса, словно безжалостные кнуты. — Снято! — прогремел голос Брендона, отчего Алек, наконец, поднялся с Магнуса, вылезая на белый кафель и пачкая его бутафорской кровью. — Напомните, почему я согласился на это? — презрительно бросил Бейн. — Потому, что ты — моя сучка. — томно произнёс Алек, и, выпятив задницу, хлопнул своей же рукой себя по филейной части, оставляя красное пятно ладони на ягодице, и приставляя два пальца к губам. — Поцелуй меня в задницу? Алек, мог бы придумать что-нибудь по оригинальнее. — в тон ему ответил Магнус, принимая полотенце от Камиллы. — На самом деле, Магнус, — со смехом отозвался Дон, обтирая Алека, — он очень благодарен за то, что ты спас его клип и выступил заболевшей моделью. — Вот и нет. — хмыкнул Лайтвуд. — Я просто хотел посмотреть на голенького Магнуса, а обломался. От этой фразы рассмеялись только Камилла, Майя и Дон, которые даже не догадывались, что это была правда. Алек часто теперь говорил правду в лицо Магнусу, прикрывая это шутками. И от этого было ещё больнее. Лайтвуд не видел в нем любовь, он рассматривал Бейна лишь как образ боли и презрения. — Идите в душ. — приказала Майя. — А мы пока тут наведём порядок и посмотрим отснятый материал. Гордо подняв голову, Магнус двинулся в сторону душа, снимая вещи на ходу. Неприятная жижа, которой пропиталась одежда, уже сковала всю бархатную кожу. Поскорее бы всё это смыть с себя и идти на очередную пресс-конференцию. Оголившись, Бейн прошёл в общественный душ, вставая в самую дальнюю кабинку и включая кран на полную. Почему с Алеком все было так сложно, и как Магнусу приблизиться к заветной цели? Как дать понять Лайтвуду, что он всё ещё любим, и, если только он сможет простить Магнуса... Странные постукивающие звуки прервали его размышления, и, оглядев коридор душевой, он увидел Лайтвуда. Общественный душ явно не предназначался для парочки геев, и стен тут даже не подразумевалось. Просто краны с местом для слива воды под ними. И очень жаль, потому что Магнус просто не мог оторвать взгляд от тела Лайтвуда и посмотреть ему в лицо. Только сейчас он заметил, как россыпь странных тату, чем-то напоминающих ту, что на шее, украшала буквально всё тело парня. Вот только от вида голого тела Лайтвуда Магнус не испытывал возбуждение. Полившаяся вода из крана намочила волосы Алека, и это напомнило Бейну тот самый момент на кладбище, когда они так и просидели там весь вечер, попав под дождь. Отвернувшись, Магнус подставил под удар тяжёлого взгляда Лайтвуда свои ягодицы, скрывая лицо. — Магнус? — неуверенно позвал его Алек. Чёрт! Бейн уже и забыл, как хорошо тот умел разбираться в людях. Шаркая тапками, Лайтвуд оказался совсем рядом. — Ты вспомнил Розу? — так тихо произнёс Алек, что его голос тут же утонул в гуле падающих капель на пол. Развернув Магнуса к себе, Лайтвуд нежно осматривал лицо парня, оглаживая двумя пальцами его щёку. — Так бывает, Магнус, что мы теряем близких нам людей. Но они хотели бы, чтобы ты жил дальше и не винил себя. Раскрыв свои руки, Алек с улыбкой призвал Бейна к себе в объятие, который бросился на парня, словно это был спасательный круг. — Я могу что-то сделать для тебя? — тихо проговорил Лайтвуд. Несмотря на то, что они оба были голые, Алек крепко прижал Магнуса к себе, водя руками по разгорячённой от воды коже. Голова Бейна уютно устроилась на плече Лайтвуда, и лишь эти объятия спасали его от бездны воспоминаний о своей тётушке. — Не будь придурком. — ответил Магнус, содрогаясь от воды и принятия того, что он ничем не сумел помочь Розе. — Мне сложно находиться рядом с тобой. — признался Алек. — Мне сложно видеть тебя с Камиллой. — У тебя ведь у самого есть парень. — отозвался Магнус. Этот разговор явно не должен был происходить так. Не голыми и не в душе. Не стоя под струями воды и обнимающими мокрые тела друг друга. — Это не отменяет того, что я не могу видеть тебя с другими. — прошептал на ухо Бейну Алек. — Я не понимаю, что со мной происходит, когда ты оказываешься рядом. Ты словно видишь меня насквозь, словно ты имеешь влияние надо мной, а я лишь пытаюсь выбраться из твоих цепких рук. — Значит, ты всё ещё любишь меня? — Нет, — прохрипел Лайтвуд, — я не люблю тебя. Меня безумно влечёт к тебе, но я больше не люблю тебя. Магнус попытался отстраниться, когда Алек вцепился в него мёртвой хваткой, не выпуская из своих пут. — Только не уходи, прошу, — просил Лайтвуд, — я не понимаю самого себя, но ты однозначно нужен мне. Я каждый день жалею, что в тот раз, когда я видел тебя с Камиллой... Что я не подошёл к тебе. Что я даже не попытался достучаться до тебя. — Ты... Ты... — повторял Магнус, когда Алек запустил свою руку в его волосы. — Да. Я знал твой адрес, и приехал через полгода, когда ты сбежал от меня в первый раз. Это признание было ново для Бейна. Неужели Алек тоже мог бояться? Неужели он тоже мог быть неуверенным в себе? — Александр, — позвал его Магнус, — я всё ещё люблю тебя. Так сильно... Так, невыносимо... Тело Алека напряглось, но он не выпускал Магнуса. — Я каждый вечер думаю о тебе, я не уехал от сюда потому, что в тот поцелуй понял, что всё это время я обманывал самого себя. Я люблю тебя. Я не могу без тебя жить, и ты – единственное, что всё ещё держит мою душу здесь. Ты нужен мне. Лайтвуд продолжал хранить молчание, когда Магнус закончил свою тираду. О боже, как же Бейн боялся ответа! И, когда руки Алека наконец выпустили его, Магнус готов был умереть прямо тут, на мокром кафельном полу. — У нас ничего не выйдет, если ты не порвёшь с Камиллой. — ответил Лайтвуд, разворачиваясь и быстро уходя прочь. Но в Магнусе наконец поселилась надежда. Алек ответил не просто отказом на это признание, он выдвинул своё требование. И ради этого парня Магнус был готов на всё, и уж точно на то, чтобы освободить себя и Камиллу от безвыходных псевдоотношений.