Тепло наших рук

***

      Снег, не спеша, сыпал с неба, еще раз напоминая о наступлении зимних каникул. На улице был мороз, отчего люди, вышедшие из дома, ещё сильнее кутались в шарфы и воротники своих курток. Утро выдалось солнечным, отчего хорошее настроение просто не могло не появиться. — Чувак, и кто только угораздил нас переться на каток в такой мороз? — недовольно начал Ларри, который перепрыгивал сугробы, одновременно посылая их далеко и надолго. — Да ладно тебе, все не так уж и плохо, учитывая, что начались зимние каникулы, — пытался подбодрить друга Салли, у которого с утра было просто наилучшее настроение из всех имеющихся.       Остаток пути парни прошли в тишине, пока не увидели ровную поверхность льда, которая отражала солнечный свет яркими искрами, заставляя жмуриться. — Сал, слушай, может я все-таки тут постою? Ну, у меня нога чёт заболела… — попытался выкрутиться парень, что у него не особо выходило. — Ларри, сколько раз уже повторять, что я точно так же, как и ты, не умею кататься, да и чего в этом страшного такого, — эта ситуация начала слегка забавлять Салли, потому что сходить и покататься на катке была идея его друга.       Несмотря на нытьё Джонсана, Салли даже не собирался его жалеть или что-то типа того. Он уже настроился, что за сегодняшний день вспомнит, как хотя бы ровно держаться на льду, ведь он так давно не выходил на него. — Да-да, конечно, а в итоге ты ласточкой полетишь в закат на коньках, — парень сложил руки на груди, показывая недовольство и то, что он «обиделся». — Даже если это так и произойдет, и что с того? — решил пойти другим путем Салли, так сказать, от противного. — А, то есть да, ты меня собираешься кидануть и уехать в закат без меня? Ну и ладно, — Ларри развернулся и демонстративно попытался уйти, но его прервал протезник. — Эй, ну ты чего, — Салли схватил парня за рукав, не давая далеко уйти, — я же всего лишь пошутил! Эй!       Ларри все также пытался идти обратно, не обращая внимания на Сала, притворяясь ледышкой, хотя был готов идти дальше с другом по первому же оправданию. Но обижаться всегда же интереснее, чем жить мирно и спокойно.       Наспех собрав кусок снега и слепив снежок, Ларри придумал «мини-месть». — Эй, ты чего хочешь сделать? — заметив какое-то лишнее движение в стороне друга, Салли напрягся, отцепившись от него. — Ничего, — единственное, что сказал патлатый перед тем, как кинуть снежок прямо в друга, даже не прицелившись.       Ларри думал, что снег попадет в плечо или живот, но никак не в протез. Когда Салли бросил обе пары коньков на дорогу и стал судорожно смахивать снег с протеза, Ларри напрягся, а вдруг он что-то повредил? Быстро подлетев к другу, он спросил: — Эй, Сал, Все в порядке? — он не знал, чем помочь ему, поэтому смог лишь задать вопрос, ответ на который не сразу был озвучен. — Да, кажется все нормально… Вот же ты гадина, Джонсон, из-за ерунды такое устроил, — поправив протез и вытряхнув весь снег из него, он взял свою пару коньков и направился на скамейку, ничего больше не говоря. — Салли-обижали, — Ларри подбежал сзади и навалился на друга, после чего повалил обоих в сугроб.       Салли не ожидал такого поворота событий, поэтому коньки снова выпали у него из рук, а глаза по рефлексу зажмурились.       Когда Салли открыл глаза, он увидел лишь куртку Джонсона, на которой мирно лежал. Вообще, Салли понял, что почти полностью лежит на Ларри и это его жуть как смущало. — Давай так пролежим до конца дня? Как тебе план? — Ларри приобнял Фишера за плечи, отчего последний поднял смущенный взгляд на него. — С тобой? Ну уж нет! — Салли мигом поднялся на ноги, но, не удержавшись, снова чуть не упал, но Ларри успел его подхватить за талию, отчего Сал стал ещё более красным. Благо, за протезом этого не было видно… — Воу, ты чего? Как ты на льду держаться сейчас будешь, если на земле падаешь? — смеялся над неуклюжестью друга Ларри. — Отстань, — пихнул Фишер друга в плечо и, забрав коньки, направился к скамейке, чему также последовал Ларри.       Салли надел коньки быстрее и вышел на лёд. Первые шаги давались сложнее, чем последующие. Таким образом, через минуту и один прокатавшийся круг, Салли более менее уверенно чувствовал себя на льду, чего нельзя сказать о Ларри.       Бедняга стоял на льду, как на иголках, боясь ступить хоть шаг. Салли подъехал к нему, пытаясь вытянуть друга на лёд: — Ларри! Пошли! — глаза Сала, в буквальном смысле, сияли от сложившейся ситуации.       Посмотрев на Салли, как на полоумного, затем тяжело вздохнув, Ларри все-таки решился ответить Фишеру: — Я, нахер, никуда не пойду, — Ларри зацепился за ворота, установленные для игры в хоккей детям, от которых не собирался отцепляться ни при каких условиях, если только переобует ноги обратно в ботинки. — Давай, бро, у тебя получится, я тебе помогу, — Салли не сбавлял обороты, на этот раз нагло взяв Джонсона за руку и потянув на себя. — Ты, блять, хочешь, чтобы мы упали вместе нахер? — Ларри старался удержать равновесие на льду, смотря под ноги. — Да, именно вместе. Стой, ты все сразу неправильно делаешь. Давай я покажу, какие движения надо делать, чтобы ты мог повторить? — все-таки попытался успокоить Фишер в столь «опасной» ситуации. — Ну… Окей, давай, чел, только не смей меня отпускать! — Ларри вцепился в предплечье друга, не желая его отпускать.       Далее последовала инструкция по тому, как не упасть на лёд, а если и упасть, то несильно что-то повредить. Салли показал обычный шаг на коньках, чтобы Ларри смог хоть немного, но прокатиться сам. Но все это привело лишь к одному: Ларри наваливался на Сала каждый раз, когда чуть не падал, отчего последний не мог удержать равновесие и падал вместо своего друга, но тут же вставал, чтобы патлатый точно не упал. Салли недавно стал замечать свою излишнюю заботу, направленную на Джонсона, что слегка его настораживало. Ларри в ответ чувствовал то, что в компании Фишера ему даже спокойнее находиться, чем в компании мамы, из-за чего у него возникали подозрения, что Сал стал уже больше, чем друг для него. — Чего задумался? — выбил Салли из раздумий. — Да так, ни о чем, на самом деле просто считал, сколько раз ты уже упал вместо меня, точнее, из-за меня, — настроение начало ухудшаться, что заметил Салли. — Идем передохнем? Итак долго катаемся, — единственное, что сейчас мог предложить протезник.       Они сидели на скамейке близко к друг другу, плечом к плечу, и о чем-то думали. Но ни один из них не догадывался, что оба размышляют об одном и том же: их взаимоотношениях. В последнее время стало больше совместного времени, даже не учитывая каникул. В школу — вместе, из школы — вместе, потом идут вместе к Ларри. Обоих тянуло к друг другу, словно магнит, но ни один из них не хотел это признавать. — Ты сильно устал? — спросил Салли у Ларри, который сидел, оперевшись о колени, то есть, облокотившись на них. — Ну… Не знаю, ещё, максимум, с тобой круг-два прокатать, а так не сильно. Ты как? — Ларри обеспокоенно спросил у него, ведь последнее падение было не очень удачным: Салли упал на два колена всем своим весом, что, верно, было больно, ведь он не смог сразу встать, как в предыдущие разы. — Я в порядке, не беспокойся об этом, — Салли не хотел сейчас перенапрягать друга, поэтому не стал говорить о том, то кажется потянул ногу. Лучше удостовериться в правильности этого, чем сейчас. — Да нет, я же вижу, ты реально сильно ударился ногами, ну-ка покажи, — патлатый встал на колени перед Салли и попытался руками «пощупать» синяки, что ему не удалось. — Всё… Нормально, честно, — Джонсон, видимо, задел моментально появившийся ушиб, отчего Фишер скривился в лице. — Так, немедленно идем домой, и не смей говорить, что тебе не больно, — Ларри начал расшнуровывать коньки Салли, отчего последний впал в ступор. — Ларри, все в порядке, давай я сам, — Фишер попытался развязать конёк сам, но пальцы ненароком касались пальцев Джонсона, отчего Салли засмущался. — Салли, почему ты не взял перчатки, у тебя капец какие холодные руки! — Ларри взял ладони Фишера в свои теплые руки, согревая их своим дыханием. — Скорее, надень мои варежки, чтобы ещё сильнее не обморозить их, — и, не дождавшись ответа, быстро достал из карманов варежки, после чего напялил их на руки Салли. — С-с-спасибо, — не ожидающий такого внимания, Фишер сейчас впал в ступор, а вышел из него лишь тогда, когда Ларри слегка подтолкнул его за плечо, говоря о том, что тот уже все собрал.       Весь оставшийся путь прошел в тишине. Салли ушел глубоко в себя и не был готов сейчас разговаривать. Он пытался разобраться в своих чувствах к единственному человеку, который его понимал — к Джонсону. Он был так добр и заботлив с ним, что это все казалось лишь маской, чем-то ненастоящим. Но Салли хотелось верить иначе. Хотелось оставить эту иллюзию, как есть. — Эй, чел, все в порядке? Ты как-то погрустнел, — все-то он заметит, даже не произнося ни слова о проблемах. — Да… Наверное, да. Я думаю просто над той задачей по химии, ммм… не мешай, — пытался выкрутиться Фишер, что у него совсем не получалось. — Ну ладно, как решишь рассказать, от чего такое настроение стало, то дай знать, — могло показаться, что Ларри обиделся, хотя это не являлось таковым.       Зайдя домой, они сразу же закинули коньки в дальний угол, после чего тут же сняли верхнюю одежду. — Я схожу за мазью от синяков и эластичным бинтом, а ты пока помой руки и снимай джинсы, — дал указания главный командир, выходя из комнаты. — Окей, — сказал Салли в пустоту, ведь Джонсон уже убежал из комнаты. И чего только он так крутится? Ему что, нечем больше заняться, вместо того, чтобы присматривать за Фишером?       Салли послушно ушел в ванну мыть руки после того, как снял джинсы, оставив только верх и нижнее бельё. — Ну, ты чего так долго? — Ларри уже взял все необходимое, лишь ждал Фишера. — Я руки мыл просто, ты убежал быстрее меня, — начал оправдываться протезник, — да и вообще, зачем ты задумал оказывать мне «доврачебную помощь», а? Зачем? Я как бы мог это и дома сам сделать… — в конце своего монолога Салли стал говорить тише, чем до этого, потому что Ларри стал смотреть на него неодобрительным, если не злобным взглядом. — Быстро сел и заткнулся, — указав на кровать, что стояла напротив него, Ларри стал ждать последующих действий от Фишера.       Салли не хотел проблем и догонялок в квартире друга, поэтому смиренно сел на кровать, напротив Ларри. Открыв мазь и предварительно осмотрев ушиб, Джонсон стал аккуратно обрабатывать синяки, от чего Салли слегка скривился в лице. — Сильно больно? — на пару секунд остановился Ларри. — Нет, все в норме, — опустив взгляд на колени, пробурчал Фишер. — Я же вижу, — Ларри с ещё большей аккуратностью обработал вторую ногу, после чего встал и ушел мыть руки от мази.       Салли был искренне благодарен другу за заботу, но не мог придумать, как его отблагодарить.       Выйдя из комнаты, Салли увидел друга, который был на кухне и мыл руки, точнее, уже вытирал их полотенцем. «И почему меня тянет вытворять всякую ахинею именно, когда я нахожусь с ним?», — не до конца понимал Фишер, но решил, что все будет хорошо, поэтому стал просто ждать старшего в комнате.       Спустя еще минуту-полторы Ларри зашел в комнату, не ожидав последующих действий. Сал просто остановил его и встал перед ним, опустив голову. — Эм, Сал, ты в порядке? — Ларри опешил от такого действия. Его не пускают в собственную комнату. Что за беспредел среди белого дня?       Сал обнял Ларри. Ничего не сказав и не ответив. Просто так. Это было неожиданно для патлатого, поэтому тот не сразу сообразил, что нужно обнять в ответ. — Чел, у тебя, наверное, температура поднялась, ты не заболел? — Джонсон обнял в ответ, положив одну руку на талию Фишеру, а вторую на лоб, чтобы «на ощупь» измерить температуру. — Все в порядке, — пробурчал Салли в плечо друга, — давай просто так постоим? — Если тебе так удобно, то хорошо, — он закрыл глаза и положил голову на плечо Салли, крепко обнимая его уже двумя руками за талию. Он мог сейчас слушать учащенный пульс сердца, которое точно решило выпрыгнуть из груди.       Салли окончательно успокоился в руках Ларри, от чего начал потихоньку дремать. Они мирно перебрались на кровать, так же не отрываясь друг от друга. — Ларри, знаешь, я… — Я тоже люблю тебя.