Все против троих

Мы должны были поехать домой, но вчера на многих воздушных линиях и порталах произошли взрывы. Много людей получили ранения, некоторые — попали в реанимацию. Даже король и королева Ромулеи, которые пользуются личным порталом, пострадали. Этот мир катится к чертям. Хорошие новости стали редкостью. Всё больше становится неуравновешенных, заедающих проблемы таблетками, запивающих алкоголем. Растет число преступников, которые оправдывают себя тем, что Триады их подчинили, как когда-то поработил русалок Андроса Валтор. Мы знаем, кто такие Триады — трое ведьм, но от этого не легче. Маришка у них, вроде как, главная. Её магия — способность управлять лезвиями, холодным оружием. Эта ведьма, как самый лучший нож, не знает любви и дружбы, пощады и жалости. Если кто-то встанет на её пути, Маришка разрубит препятствие будь то дерево, ребенок, старик, мужчина или женщина, или животное. Она даже не «Айси-заменитель», сердце этой ведьмы не ледышка, его не растопишь, потому это отсутствующий её орган. Её «союзница» Токсик может мучить жертву, потому что человеческие боль и страдания кажутся ей забавными. Однако, если вы страдаете «не прикольно», то зачем вы такой нужны? Токсик вас, скорее всего, убьёт, хотя, у вас есть шанс спастись — убегайте так, чтобы ей нравилось. Возможно, у вас уже не будет ног, рук, глаз или языка… Говорят, Токсик — это прозвище. Она была, а может и осталась, серийным убийцей, растворившим в кислоте неопределённое число жертв. Никто не знает её настоящего имени, наверно, даже она сама. Последняя Триада, Алиса, всю жизнь идет рука об руку с бредом и галлюцинациями. Ведьма настолько сроднилась с ними, что смогла натравливать галлюцинации на других, придавать им разную форму. Она бы могла давно избавиться от бреда, но ведьме это не нужно. Алису прозвали Опиумной из-за её пристрастия к наркотикам. За много-много-много лет употребления разных веществ тело и разум ведьмы почти разрушились, и Алиса покрыла себя фарфором. Никто не понимал, что объединило, кроме безумия. Никто не понимал откуда взялись Триады и чего добиваются, однако весь мир сходил из-за них с ума.

—

— Шесть утра… Ше-е-е-есть! — Шутта, не надо так стонать. Ничего страшного, — на самом деле — страшно. Директриса Фарагонда вообще редко нас собирает, особенно в семь утра. После терактов. Зная пристрастие директора к отправке группы второкурсниц в логово, кишащее монстрами, Темного Феникса, Трикс и Тёмной Блум, гдё эти «кукукнутые» собрались получать Реликс… Приправим все это величайшим темным магом — Валтором — на третьем курсе. Знаете, я начинаю переживать. — Может, нам сообщат какие-нибудь хорошие новости, например, что мы можем ехать домой. — Твои бы слова… — вздохнула травница. — Хёрба, а чего чай такой кислый? — Санрайс сморщила нос. Она, иногда, забывает размешивать сахар. — Брусника бодрит, — отметила Чинмоку. — Меня взбодрит только ещё три часа сна. Минимум. — вздохнула Шутта. — А не нужно было вчера ночью пытаться посмотреть все серии «Дины — взрослой феи»*, — отметила Зефир. — И про «Разочарованных» не забудь, — отметила Хёрба. — Эй! Поспать нам, к слову, не удалось. Наш класс уже плёлся по коридору в кабинет директора. — Здравствуйте, дамы. — Здравствуйте, мисс Фарагонда. Здравствуйте, мисс Гризельда, — отвечали мы — ученицы — а в зеркале вместо нас отражались зомби не первой свежести. — Хочу представить тем, кто ещё не знает, мисс Беатриче — хранитель Архива. — Доброе утро, — Беатриче была спокойна и холодна, просто соблюдала формальности. Ни одни её очки не смогли бы прикрыть её круги под глазами от чтения книг. — А это — Нори. Она учится на третьем курсе. — Привет, девочки, — фея бодро помахала нам. На её лице не было ни капли усталости, а на наших было море. — Ангелику вы знаете, — она махнула рукой. Стало прохладно. Видимо, несмотря на то, что ведьма прошла столь долгий путь, ей всё ещё не доверяют тут. Наверное, если я обращусь к тьме, что никогда не произойдет, мне тоже перестанут доверять. Говорят, если встать на скользкую дорожку с неё не так легко сойти… — Я собрала вас по важному поводу, только давайте немного подождём, — вдруг в дверь настойчиво постучали. — Войдите. — Простите, директор. Паук-птицеед одной феи напугал его, — в кабинет вошла девушка с птичкой на руках. — Познакомьтесь, это профессор зоологии и монстроведения — миссис Рокси. — А почему мы никогда её не видели? Ой. Простите… — Сабрина даже закрыла рот ручками, чтоб ничего не ляпнуть. Она не пряталась за Лиру, как прежде. — Потому что королева земных фей не может часто покидать свой народ, — пояснила мисс Гризельда. Как мы встрепенулись, когда узнали об этом. Сразу начали кланяться, чуть не побив друг друга руками и ногами. — Да ладно, не нужно. Я сейчас преподаватель, а все свои королевские обязанности я свалила на наперсницу Небулу, — словив строгий взгляд Гризельды профессор быстро сориентировалась, — но это не имеет значения. — Перейдем к делу. — Да. Вчера мы узнали о планах Триад, — профессор Рокси погладила птицу, и пернатая заговорила человеческим голосом. Хочу изучать зоологию. — Я видел их-их. Одна их них отравила моё дерево-дерево, поэтому я не мог остаться в стороне-стороне. Она должна быть наказана-наказана. Сурово-сурово. Триады-ады искали Грешную каверну-скверну, — птица была возмущенна столь дерзким поведением настолько, что у животного начался нервный тик. — Чирик! Чир-чирик! — Простите, — принцесса вынесла пернатого из кабинета как горящую кастрюлю, а снегопад из перьев продолжал сыпаться. — Что такое «Грешная каверна»?.. — возник острый вопрос. — Ангелика, не могли бы вы объяснить? — попросила мисс Фарагонда. — Уф… В поясе Некроманта* есть место — портал в Чертову падь. — Что такое: «Ч…»? — Шутта, дослушай сначала, ради всего святого. — Окей-окей, не заводись, мать. — Я просто уже третий раз рассказываю. Давным-давно, Чертова падь была святым местом. Э… Как бы это так объяснить… Короче. Раньше там были два праведных города в которых жили Содом и Гамора, и совершили они грех, за который должна была настигнуть их небесная кара. Были они так черны, что не было им соответствующего наказания, поэтому силы небесные прокляли детей их Каина и Авеля, — чертовски логично, конечно. — Каину выпала роль убийцы, а брату его — жертвы, и должен был один убивать другого каждый раз. Ничего бы не было, если бы первое убийство не произошло в святом месте — пещере «Райские ворота». Всё вокруг было запятнано Кощунством . Души согрешивших горожан были поглощены пороком. Из скверны родились Нифелимы. Души тех, кто остался чистым, вознесись к небесам и получили вторую жизнь. Так появилась раса святых Серафимов. Серафимы оградили проклятое место от всего магического измерения. В общем, душа того, кто, по своей воле, спустится в Грешную каверну и прольет там кровь, будет сожжена. Говорят, там можно получить Дементикс — темную силу, что не сдерживает душа. — Но что будет, если Триады, получат его? — спросила Тиара — Сравнятся с Нефилимами. Нефилимы способны поглотить весь свет и тепло. Даже огонь Дракона, я думаю… Они не используют тьму, они и есть сама тьма. — Нефилимы — древняя легенда, — возразила Эрма. — Нефилимы были уничтожены давно, — Фарагонда задумалась. — Старейшины Золотого Королевства говорят, что только Серафимы способны противостоять им. — А нам-то что делать? — возмутилась Шутта. — Пусть Серафимы там что-то делают. — Серафимы тоже исчезли. Очень давно. — Ох, я ничего никогда не слышала ни про Каина, ни про Авеля, ни про такие громкие убийства… — вздохнула Зефир. — Они перерождаются, как только Каин совершает грех. Это бесконечный порочный круг, и любое убийство, возможно, дело его рук. Не об этом речь. — Я хочу попросить вас, девочки, отправится в Чёртову падь и остановить этих ведьм. — Разве это не опасно? — мягко поинтересовалась Хёрба. — Это суперопасно, дорогая, — поправила её Махагони. — Это добровольно. К тому же мы постараемся гарантировать вам безопасность. Во-первых, вас будут сопровождать опытные феи, во-вторых, вы получите особую силу. К тому же, ваши родители уже были предупреждены, что этот год будет сложным и опасным, поэтому решение принимаете вы. Я могу дать вам подумать всего час. — А пока вы думаете, хочу сообщить, что Нефилимы питаются душами людей, — заметила Ангелика, — то есть подобные им тоже жрут человечинку и души, конечно. — А у нас вообще шансы есть? — переспросила Эрма, взбешенная тем, что не смогла сама просчитать вероятность. — Пока они не обрели Дементикс, Триады остаются обычными ведьмами, — ответила мисс Фарагонда. — Я знаю, что им придется провести длинный обряд. Не знаю какой, но очень долгий, -заговорила Беатриче. — В общем, идите, юные леди. Я взвесила все «за» и «против». Может задание и опасное, но если три психички получат силу, способную уничтожить весь свет, нашей Вселенной, созданной теплом Дракона, может не стать. Пусть это не 100%-информация, но проверять мне не хочется. Однако, если вспомнить предыдущее наше «свидание», то ощущение ужаса берет меня за гланды. В нашей квартире воцарилась атмосфера тлена и депрессии. — Сан, перестать динькать ложкой об стакан! — крикнула Шутта, но потом быстро смягчилась. — Просто будто по голове половником бьешь, солнце. — Прости… Что вы решили, девочки?.. — Я думаю принять буддизм… Когда я буду уверена, что перерождение существует, умирать будет не так страшно… — Шутта, это не смешно. С таким не шутят: накаркаешь ещё, — укоризненно сказала Хёрба. — Да какая разница, я все равно пойду. — У тебя же такая большая семья. Разве они не будут против? — Они ничего не узнают. В конце концов, если я об этом не позабочусь — никто не позаботится. — Соглашусь, — кивнула я. — Есть же много фей, почему именно мы?.. — Санрайс, хочешь секрет? — фея карт выпрямилась не дождавшись ответа. — Никто не побежит спасать мою семью, пока у него есть своя любимая. — Это правда, но от этого не становиться не страшно, — Зефир обняла подушку. — Эти ведьмы — демоны. И мне не хочется идти в такое ужасное место. — Я пойду, — выпалила я, чтобы не передумать. В этом бою не будет никаких ограничений, оттого мне страшно, но, что важнее — я боюсь проигрыша. Если Дементикс и Нефилимы всё-таки существуют, то у нас нет права на ошибку, а я даже не понимаю какой у нас план. Есть ли он вообще… — Мне нужно защитить свою планету. — Если вы идёте, то и я иду, — сказала Чинмоку. — У меня нет планеты, но у меня есть семья и вы — часть этой семьи. — У-у-у, — Санрайс уже вытирала слёзки, — после таких слов у меня ещё больше причин идти. — Положитесь на меня, — улыбнулась Зефир, тайком смахивая слезу. — А ты, Хёрба? — Куда вы без меня, — отшутилась травница. — Мы их победим! — запрыгали мы с Санрайс и Зефир, обнимая также Чинмоку. — Ты тоже не разделяешь этот нездоровый оптимизм? — шепнула Хёрба сурово. — Не разделяю, но одобряю, — усмехнулась Шутта.