back to WOAS

[Дерек и Хейли — оборотни разных видов, которые росли под одной крышей: Талия Хэйл взяла на воспитание маленькую сироту-волчицу и растила ее, как собственную дочь] Талия всегда звала ее доченькой, но Хейли Маршалл никогда не забывала о том, что ее настоящие родители мертвы. Возможно, она и хотела бы порой не помнить этого и ощущать себя настоящей частью стаи, в которой росла, но Дерек был тем, который всегда был рад напомнить ей о том, где на самом деле ее место. Со временем, когда Хейли стала старше, она поняла, что Дерек попросту ревновал: у его матери было золотое сердце, но она все же зачастую слишком увлекалась в своем стремлении обласкать чужого волчонка, обделяя тем самым материнским теплом своих собственных волчат. Лора и Кора относились к ней куда терпимее, чем Дерек — и без того ершистый, замкнутый в себе мальчишка, тот слишком много времени проводил в компании своего юного дядюшки Питера. И если Талия была воплощением справедливости и добра, то ее младший брат всегда казался Хейли корыстным и изворотливым ублюдком, которому нравится плести интриги и предавать всех подряд. Увы, Дерек был практически под абсолютным влиянием Питера, и если Питер скалил клыки на сиротку, то скалил их и Дерек. Дерку всегда нужно было быть сильнее, быстрее, сообразительней — он стремился соперничать с Хейли постоянно, а Хейли обладала не менее сложным характером и упрямством, так что их стычки стали регулярными и вскоре никто в семье не принимал их всерьез. Никто, кроме самих Дерека и Хейли. — Ты не должна ходить с нами на охоту, Хейли, — им исполнилось по семнадцать, когда Дерек заявил ей об этом. — Потому что тебе сказал так Питер? — презрительно уточнила молодая волчица у своего вечного соперника. — Потому что ты не такая, как мы, и никогда не станешь одной из нас по-настоящему, — угрюмо возразил Дерек. — Питер здесь не при чем. — Уверен? Потому что на прошлой неделе он пытался поцеловать меня, но я не позволила. И вот ты внезапно начинаешь разговор о том, что я не одна из вас. — Он не манипулирует мною, — упрямо возразил Дерек. — Я всегда считал так. Наша мать слишком много времени уделяет тебя. — У твоей матери огромное сердце, — покачала головой Хейли. — А у тебя совсем нет мозгов, раз ты слушаешь Питера и каждый раз идешь у него на поводу. — Я не иду у него на поводу! — О, так значит ты не проводишь время с ним и с этой охотницей, Кейт Арджент? — проницательно сощурилась Хейли, и щеки Дерека залил неровный румянец: — Это не твое дело. — Конечно, — сухо согласилась волчица. — Но все это слишком плохо пахнет. Будь у тебя более чувствительный нос, ты бы учуял запах предательства. — Хватит уже гордится тем, что ты способна целиком обращаться в волка! — вспыхнул Дерек, который всегда в тайне завидовал этой особенности приемной сестры. — Ты, как всегда, способен думать лишь о своем задетом самолюбии, Дерек, — вздохнула Хейли, театрально закатывая глаза. — Я скоро уеду, переживи еще парочку совместных охот в полнолуние и сделаем вид, что мы никогда не были знакомы. — Я тебя не ненавижу, — внезапно проговорил Хэйл, и Хейли недоуменно уставилась на него, с немым вопросом во взгляде. — Не хочу, чтобы ты думала, будто дело в ненависти, — пояснил Дерек чуть смущенно. — Ты просто… Тебя слишком много, понимаешь? Ты всегда первая, ты лучше нас, и мама восхищается тобой, хотя ей стоило бы восхищаться кем-то из нас, и я не о себе говорю. Почему ты, а не Лора, к примеру? — Я этого не выбирала, Дерек, — медленно покачала головой девушка. — Талия взяла меня к себе, когда я осталась совсем одна, мои родители были мертвы и я не знаю, найду ли я когда-нибудь хоть что-нибудь о своей настоящей семье, хоть кого-то, кто помнит мою мать или состоит со мной в родстве. Я бы погибла, понимаешь? Просто не выжила бы, если бы Талия не взяла меня к вам. Может, она и не идеальная мать, но я все равно благодарна ей. Впрочем, и вам тоже, даже тебе: за то, что был не врагом, а просто соперником. Чертовски хорошим, между прочим. — Ты пытаешься сказать мне что-то хорошее? — кажется, Дерек был удивлен и смущен теперь еще сильнее. — О, да, — подтвердила Хейли, усмехнувшись. — Я почти в любви тебе признаюсь, Хэйл. Ты был засранцем, но благодаря тебе мне никогда не было скучно и я научилась всегда быть готовой к любым ситуациям. Ты умел укусить за задницу неожиданно. — Как и ты, — усмехнулся в ответ Дерек, и они еще какое-то время дразнили друг друга и обменивались ехидными шуточками, но с того разговора их отношения стали менее напряженными. Соперничество ушло на второй план, они присматривались друг к другу уже совсем по-иному и, возможно, попытались бы узнать друг друга с новых сторон — вот только не сложилось. Пожар, который разорвал ночь алыми сполохами и заполнил лес удушливым дымом, уничтожил поместье Хэйлов и большую часть семьи. Той ночью Питер пожертвовал собой, вынося из огня племянниц, и обгорел до неузнаваемости. Той ночью Хейли вытащила из горящего дома Дерека, который пытался спасти мать и чуть не погиб сам. Той ночью они виделись в последний раз — на рассвете те, кто уцелел, разошлись в разные стороны и исчезли из жизней друг друга, чтобы начать все с чистого листа. Охотники преследовали каждого из беглецов еще несколько дней, прежде чем волчатам удалось затеряться в разных городах и затаиться…

***

Прошлое настигло Хейли Маршалл-Кеннер спустя долгих десять лет, за которые она из угловатой, язвительной девочки-подростка превратилась в настоящую королеву стаи Полумесяца и обрела в Новом Орлеане не только свое наследие, но и новый дом и новую семью. — Ты нужна мне, Хейли, — голос, звучащий из мобильного телефона, имел знакомые интонации, хотя и звучал совсем чужим. — Ты нужна мне, но если ты не приедешь, я пойму. Я не был хорошим братом, чтобы ты испытывала желание стать хорошей сестрой. — Дерек, — выдохнула Хейли имя, которое не произносила много лет, но которое бережно хранила в своем сердце и в памяти. — Это ты, ты жив! — Все еще карабкаюсь, — усмехнулся невидимый собеседник. — Правда, таких высот, как ты, достичь мне не удалось. Но это же в порядке вещей, верно? Ты всегда была круче меня. — Кажется, ты наконец с этим смирился, раз позвонил, — Хейли не могла скрыть какого-то детского удовлетворения, это была маленькая победа из большого прошлого, и стало тепло на душе. — Что случилось, Дерек? У тебя неприятности? — За мной идет стая из нескольких Альф, и когда я говорю «нескольких», то я имею ввиду не просто больше трех, а больше пяти. — Спорю на что угодно, в этом дерьме снова успел отметиться Питер, — фыркнула Хейли, но она улыбалась. Ностальгия была просто потрясающе сильной, она даже и не подозревала, что так тоскует по своей юности. — Ненавижу тот факт, что ты права, — сознался Дерек, и в его голосе — взрослом, густом, бархатистом голосе — Хейли слышала ответную улыбку. — Но ты ведь была права всегда. А я был слишком горд и слишком глуп, чтобы признать это. — Где ты, Дерек? — просто спросила Хейли. Она не могла не помочь, не могла не откликнуться на этот неожиданный призыв. — Я в Бикон-Хиллз, сестренка. Не думала навестить дом? — Что ж, видимо, пришло время, — отозвалась Хейли, ощущая, как вибрирует адреналин в ее венах. — Я приеду, Дерек. Держись. Она спасет его заносчивую и невыносимую волчью задницу — она уже однажды так делала. А потом познакомит его с Хоуп — у ее малышки теперь появится дядя не только со стороны отца.