Твои тайны меня убьют. -А может, спасут?

POV Торина       Солнце уже давно зашло за горизонт, но сон всё не идёт ко мне. Перед глазами до сих пор стоит испуганное лицо Айри, как она соскальзывает со скалы. Я не понимаю, каким чудом мне удалось поймать её руку, но я никогда не устану благодарить Махала за это. И я никогда не забуду, как она рыдала, прижавшись ко мне, словно все ещё боялась упасть. Её слёзы, словно острые алмазы, резали по моему сердцу, пока я крепко прижимал это хрупкое создание к своей груди, обещая никогда не отпускать.       А потом я сказал ей. Сказал, пытаясь побороть страх, что она не ответит, что начнёт насмехаться и презирать. Я сказал ей, что люблю. И я никогда не забуду одно лишь слово в ответ, слово, заставившее меня почувствовать счастье, которого раньше я никогда не чувствовал. Оно распространилось от сердца по всему моему телу волнами всепоглощающей любви и нежности. Не понимаю, как я раньше мог презирать её?       Стараясь не разбудить, я осторожно провожу рукой по волосам Айри и натыкаюсь взглядом на её сумку. Она никогда не расстаётся с ней и никому не позволяет к ней прикоснуться. Интересно, что же такого она там хранит?       - Ты ведь не обидишься, если я посмотрю? – тихим шёпотом спрашиваю я спящую Айри, осторожно беря сумку.       Отойдя к костру, я достаю из сумки книгу. И это Айри хранит, словно великое сокровище? Я тихо фыркаю, рассматривая обложку, и натыкаюсь взглядом на название “Хоббит или Туда и Обратно”. А вот это уже интересно. В душе просыпается нехорошее предчувствие, а внутренний голос говорит “Оставь, убери назад и забудь. Ни к чему хорошему это не приведёт”. Разумеется, внутренний голос полностью мной игнорируется, и я, открыв книгу, пролистываю первые страницы, в свете костра натыкаясь на знакомые имена и события. Это же их собрание в норке у Беггинса! Что это вообще такое?! Откуда у Айри книга о нашем путешествии?!       Не знаю почему, но на меня волнами начинает накатывать злость. У меня появляется чувство, что Айри скрывает от меня что-то важное. Внезапно перед глазами мелькают чьи-то руки, выхватывая книгу. Я поднимаю глаза и вижу её, сжимающую в руках сумку с этой злосчастной книгой и испуганно смотрящую на меня. От этого испуганного взгляда злость достигает своего апогея, и я уже не понимаю, что именно говорю, даже кричу, но вижу, что это причиняет боль стоящей напротив девушке. Это почему-то доставляет удовольствие. Я смотрю, как на её глазах выступают слёзы, снова что-то кричу. Она предала меня, я уверен в этом, она лгала мне!       - А может, мои тайны спасут тебя! – кричит мне Айри в ответ, а затем убегает в лес.       Я стою, не шевелясь и пытаясь успокоится, а когда поворачиваюсь, на меня укоризненно смотрит весь отряд. Я зло отдаю приказ всем ложиться спать, потому что утром рано вставать, а сам снова сажусь возле костра, глядя на огонь. В голове, словно молотом, стучит лишь одно слово, звучащее голосом Айри. “Люблю! Люблю! Люблю!..”       Кажется постепенно злость начинает уходить, и вместо неё приходит вина. Я ведь даже не разобрался ни в чём, просто накричал на Айри и, кажется, выкинул из отряда. Было желание сейчас же броситься в лес на её поиски, но гордость не дала мне этого сделать. Поэтому я всю оставшуюся ночь просидел на месте, стараясь прогнать из головы абсолютно все мысли.       Ранним утром отряд собрался, и Гендальф повёл нас к Беорну. Спиной я чувствовал укоризненные взгляды отряда и прожигающие мне спину моих племянничков. Гендальф же просто хмурился, периодически бросая на меня такие же укоризненные взгляды. Вот с ним бы мне и не мешало поговорить. Наверняка он знает, что это за книга.       К вечеру мы оказались у Беорна. С магом мне так и не удалось поговорить, но я надеялся застать его одного после ужина. Однако этому разговору явно не суждено было состояться, так как посреди нашей трапезы в дом вошла улыбающаяся Айри. При виде нашей компании улыбка стремительно погасла, и мне захотелось вновь зажечь её. Остаток ужина пролетел для меня за секунды, а потом мне пришлось смотреть, как Айри всё так же по-дружески ведёт себя с моими племянниками. Злость вновь окутала меня, и я почувствовал острое желание отшвырнуть этих мальчишек от неё, но вместо этого молча прожигал взглядом спину уходящей Айри.       Мне очень хотелось последовать за ней и узнать, о чём Айри будет говорить с Фили и Кили, но вместо этого я всё же смог поймать Гендальфа. Правда, этот разговор только разозлил меня, так как маг сказал, что не станет ничего рассказывать. Пожалуй, я был рад в этот момент спеть вместе со всеми, песня успокаивала меня. Но когда к нам вернулась Айри и запела, я понял, что готов просить у неё прощения, только чтобы она пела для меня, только для меня. Её голос звенел, словно молодой ручеёк, разнося по комнате песню, слов которой я даже не слышал. Я просто вслушивался в этот чудесный голос, мечтая о том, что когда-нибудь он будет звучать лишь для меня. Но песня закончилась, и наваждение ушло, уступив место боли.       “Я больше не хочу чувствовать, если её не будет рядом”, – подумал я, глядя вслед уходящей девушке.       Но я не сделал ничего. Все дни, что мы были гостями Беорна, я избегал её, впрочем, как и она меня. Об этом мне любезно сообщили мои дорогие племяннички, которые пытались нас примирить. Результата это не давало, лишь больше злило меня.       В день, когда мы покидали гостеприимного оборотня, я понадеялся, что скоро моим душевным мучениям придёт конец, но видимо Махал-создатель были против меня, так как выяснилось, что моя мучительница идёт с нами. Весь дальнейший путь был для меня крайне изматывающим из-за того, что теперь нам с Айри не так-то легко было избегать друг друга. Каждый раз, мельком замечая её страх, я боролся с желанием подойти и обнять, защитить ото всех опасностей, но упрямо отворачивался.       А потом эльфы. Лишь понимание того, что отряд не продержится и нескольких дней, заставило меня пойти к этим самодовольным выскочкам, чтобы просить помощи. Но вместо помощи они нас просто усыпили. Проваливаясь в темноту, я успел сжать руку Айри, впрочем, даже не успев подумать о том, зачем я это сделал.       Очнулся я уже не в лесу. Быстрый осмотр дал мне понять, что я нахожусь в эльфийской тюрьме, причём один. Чёртовы эльфы! Да как они смеют запирать меня здесь? Даже еды не принесли, сволочи остроухие! Так, проклиная эльфов и беспокоясь за свой отряд, я и провёл какое-то время, пока меня не потащили к Трандуилу. Полагаю, не будь я таким уставшим, то точно придушил бы этого самодовольного эльфа. Так я ему и рассказал всё, пусть мечтает. Посмотрим, кто кого.       Но, кажется, сегодня точно был не мой день, ибо через некоторое время привели Айри. Сердце сжалось, стоило лишь взглянуть на её осунувшееся лицо и синяки под уставшими и голодными глазами.       “Они даже её не покормили?”, – возмущённо подумал я. Думаю, даже моя усталость не помешает мне убить этого высокомерного выскочку. Да как он смеет так обращаться с Айри? А она ещё так вежливо с ним говорит, словно её разместили в самых лучших условиях. Может, она ему ещё про наш поход расскажет?       Но Айри даже и не думала что-то рассказывать, к моему огромному удивлению. Она так искусно лгала, что даже я поверил этой придуманной истории. К счастью или несчастью, Трандуил тоже поверил Айри и предложил ей место гостя. Моему возмущению не было предела, а когда она согласилась, то появилась жгучая обида. А я ведь собирался помириться с ней, когда мы выберемся от эльфов. Но, похоже, ей это даже не нужно, конечно, общество эльфов будет предпочтительней.       Перед тем, как Айри ушла, наши глаза на мгновение встретились, и я заметил в них мелькнувший огонёк сожаления.