Позвони мне

Это до боли глупая и нелогичная история. И сколько не меняй события местами, она останется таковой. Все началось, кажется, летом 96-го, когда Чак* дописал «Бойцовский клуб», а Nirvana выпустили лучший альбом года. Да, тогда Чимин на последние деньги набил «Nevermind»* под седьмым ребром справа. Конечно, такое событие стоит отметить, подумал он. Пак всегда любил культуру, в которой ему повезло родиться. Ты мог идти по улице, услышать из какого-нибудь двухэтажного дома песню из того самого альбома года и просто остаться там до утра. Чаще всего у дверей никто не стоит, так что можно просто зайти и взять стаканчик с чем-нибудь крепким. Но если хозяева позаботились, можно встретить громилу в черной одежде и грозной ухмылкой на лице, тогда нужно не робеть. Чимин обычно ухмыляется, когда его останавливает широкая рука, чуть наклоняется, чтобы его услышали и почти кричит: — Я к Мэй. Бинго! Его пропускают. «Почти на каждой вечеринке, сказал однажды Чимин, есть какая-нибудь Мэй. Папина доченька, которая решила испытать свою юность и наркотики» На самом деле, Пак никогда не умел определять людей по одному взгляду на них. Да и через десять лет общения он сможет сказать о них только: «ее любимый фильм…» или «у него аллергия на…». «Прикол в том, продолжал Пак, что я ни разу не встречал на вечеринках Мэй. Странное вообще имя»

Coolio — «Gangsta`s Paradise»

Гуляя по Долине Смерти, я окидываю взглядом свою жизнь и вдруг понимаю, что ничего не осталось. Главное правило незваных гостей на вечеринке — не попадаться на глаза хозяевам. Тех самых хозяев очень легко вычислить: а) Их всегда окружает компания. Они всегда в центре внимания, потому что доступ к большему количеству алкоголя открывается через них. и b) они заходят во все комнаты в доме и выгоняют оттуда людей. Ничего не осталось. Я так долго веселился и смеялся, что даже мама думает, что я сошел с ума. Чимин называет людей здесь сумасшедшими, но это тяжело назвать грубостью, потому что себя он тоже причислил к этому списку. Люди здесь громкие и странно одетые. Не удивительно: мода меняется, как направление ветра. Люди просто не успевают узнать, что вышло из моды, а что — зашло. Поэтому надевают все в подряд. Но к таким людям Чимин себя причислить никак не может. Просто носит он одежду, на которую денег хватает. Пак сам по себе очень общительный. Ему дай тему он спать не будет — все расскажет. Да и людей здесь, как вещей на барахолке, но поговорить не с кем. Одиночество съедает даже в социуме. Я не могу жить нормальной жизнью, меня воспитало государство. Я живу по принципу: сделай или умри. Что еще тут скажешь? Когда уже нет сил терпеть, Чимин ищет таксофон и монету в кармане. Да, это глупо и очень затратно, как для студента. Звонить на номер, который ты только что выдумал, не зная, существует ли он вообще. К тому же, кто станет вести светскую беседу с пьяным мальчишкой? Парень смеется, когда первый его собеседник сбрасывает, послав пару ласковых шепотом. Наверное, дети рядом. Чимин спрашивает у прохожих цифры, а те от нечего делать называют. Смеются, наверное, над ним, а Чимину плакать хочется. Судьба что-то мне говорит, но я не знаю, что. — Да? — Хэй! Привет! Как дела? Давно не виделись! — Я знаю тебя? — Нет! Пауза затягивается, а Чимин уже морально готовит себя к тому, что вызов опять будет сброшен. От чего-то так сильно не хочется услышать гудки и потерять этот непонимающий голос. — Ты пьян? Пак на радостях подпрыгивает и бьется головой о навес. Он трещит грустно, будто вот-вот обвалится, но Чимину плевать. Ему ответили. — А ты не хотел бы быть сейчас пьяным? — Нет, у меня завтра экзамен. — Ой, у меня тоже! Мы из одного универа? Только сейчас Чимин задумывается, что, может быть, не стоило пить перед экзаменом. Тем более мистер Ли будет валить его изо всех сил. Ну конечно, просто нужно меньше прогуливать Историю Искусств. — Национальный университет искусств в Тэгу? * — Нет, Пусанский* — Обидно — Ага… но… Эй! Мы оба в университетах Искусств! Собеседник посмеивается, будто над глупым анекдотом, а Чимин думает о том, что наконец-то есть с кем поговорить. Пусть даже они в разных городах, в разных университетах. — Почему я все еще разговариваю с тобой? — Не знаю… а я почему с тобой разговариваю? — Может потому, что ты пьян? — А ты не хотел бы быть сейчас пьяным? — Нет, у меня завтра… стоп! Что происходит? — Без понятия. И все бегут куда-то, но половина из них не смотрит, куда. Это есть начало их истории. Оно и не плохое и ни хорошее. Оно пьяное и немного удивленное. Все уже готовы забыть об этом звонке, но Чимин хватает ручку, привязанную к навесу и пухлыми пальцами оставляет на тыльной стороне руки след. След его номера.