Невоспитанный джентльмен

Обожаю школу перед каникулами. Целую неделю мы просто сидели за партами. Некоторые досыпали, как я, например. Как только прозвенел звонок, я подорвался и помчался в другой кабинет, пока не забыл свой сон, и спал дальше. Чаще всего никто и не замечал моего «бодрого» состояния. А если в мою сторону направлялись гневные взгляды учителей, мне в голову летели бумажки со стороны Джи. Это означало опасность моего положения. Наши отношения с Джерардом находились в стадии «недолюбовь». Он все еще не хотел никому говорить о своих предпочтениях. А мне и неплохо. Хотя… Мне не хватало секса. Нет, не так. Я ужасно хотел переспать! С Джи, с Би Джо, с Майки, да либо с кем. Мне это было просто необходимо. Тут я даже не мог спокойно помечтать и посмотреть на парней, потому что все негодующие и осуждающие взгляды моментально будут направлены на меня. Мне хотелось выть от такого безысходного положения. Сегодня я пообещал прийти на огонек в комнату Майки. Вот дожил – буду распивать спиртные напитки с особями, не достигшими совершеннолетия. После всех уроков я пошел в комнату переодеться и оставить вещи. Рэй и Боб долго уговаривали меня сыграть с ними в баскетбол, но я отказался, ссылаясь на головную боль и обещание помочь младшим с их уроками. Уже возле комнаты ребят я задумался о правильности своих действий. На моем плече материализовались мои лучшие друзья – совесть в виде ангелочка и желание отдохнуть в виде маленького чертенка. Пока они дрались и кусали друг друга, я постучал в комнату. Дверь мне открыл невысокий парень с азиатской внешностью. Всегда было интересно, как они видят. - Имя? – грозно прошептал он. - Ээ… Фрэнк. – Да тут оказывается фэйс-контроль. - Есть прозвище? – прищурился кореец. Я судорожно прокручивал в голове все свои клички. Фронк, Фро-Фро, Айера, Скорпиончик. Точно! - Скорпион. - Да впусти ты его, Ким. – Голос Майки. Ким отошел от двери, давая мне проход. Войдя в комнату, я сразу зацепился взглядом за плакаты, которые висели на стене. Pink Floyd, AC/DC, Ramones, Metallica, HIM. У ребят отличный вкус! - Садись ко мне, Фрэнки. – Майкс похлопал рукой по кровати. Фрэнки? Он шутит? Меня так называет только бабушка. Ким повернул ключ в замке и сел на пол, доставая из-под кровати выпивку. - Ты уверен, что ему, - он кивнул на меня, - можно доверять? - Я доверяю ему, как и брату. И Джи доверяет Фрэнку. – Майки улыбнулся, посмотрев на меня. Джерард разговаривает обо мне с Майксом? Или он просто так это сказал, чтобы кореец отвалил? Мне передали бутылку пива. Не люблю я его. Мне бы виски. В принципе, это была моя последняя адекватная мысль за сегодня. Или сказалось долгое воздержание от алкоголя, или в бутылке было явно не пиво. Через полчаса я был убитым. Я сидел и смотрел в одну точку, в то время, как парни веселились. - Я пойду, - я кое-как поднялся с пола, на который сполз после третьей бутылки. – А то еще увидит кто. - Пока, Фрэнки. – Помахал мне Майкос. Я вышел из комнаты и, подпирая плечом стену, поплелся по коридору. Мой мозг вел меня в комнату, а ноги – куда-то в сторону. Этой стороной была комната старост. Приложив ухо к двери, я внимательно слушал тишину. Потом аккуратно открыл дверь и заглянул. Джи сидел на кровати и читал книгу. Увидев меня, его глаза округлились, и он, закрыв книгу и бросив ее на кровать, подлетел ко мне. - Где ты так повеселился? – его руки подхватили меня и подвели к кровати. Не думал, что он такой сильный. – Посмотри на меня. Я повернул голову на голос и увидел взволнованного Джи. Его глаза сейчас были темнее обычного. Наверное, он злится на меня. - Прости меня, Джи, - пролепетал я заплетающимся языком. – Я не знаю, что на меня нашло, я никогда больше не буду пить. Ты только скажи, я ради тебя все сделаю. Вот честно, все, что захочешь. Никогда не буду перечить тебе, если захочешь. Буду приносить кофе, ты же любишь кофе? Буду поддаваться тебе в борьбе. Буду помогать заполнять всякие бумажки. Убирать за тобой. Охранять ванную, когда ты там. Честно, я все смогу сделать для тебя. Мне кажется, что я влюбился. Черт. На этом моя тирада закончилась, и я уронил лицо в ладони. Джерард положил руку мне на затылок, а второй - поднял мой подбородок. Его губы были так близко. Розовые, четко очерченные. Я облизнулся и поцеловал его. Он сразу же ответил мне, зарываясь пальцами в волосы. Зубами я потянул его нижнюю губу, и он глухо застонал. От этого отчаянного звука во мне что-то оборвалось. И этим чем-то была нить, которая связывала мой мозг и член. Плотная ткань джинсов неприятно прижимала орган сосредоточения моего разума, и я заерзал. Это не осталось без внимания старосты, и он, хитро улыбнувшись, повалил меня на кровать. Это уже было, но мне все равно. С ним я хотел быть в любом положении: сверху, снизу, сбоку, спереди, сзади. Джи провел ладонью по моему бедру, приближаясь к паху. Я перехватил его ладонь и прошептал в губы: - Билли Джо не зайдет? - Не переживай, я не стал бы тут такое вытворять, не будучи уверенным в том, что нам не помешают. – Он улыбнулся и вновь поцеловал меня, продолжив путь своей руки. Его тонкие пальцы сомкнулись у меня между ног и несильно надавили. Теперь была моя очередь стонать ему в губы. Но староста помешал мне, вновь закрыв рот поцелуем. Укусив меня за губу, Джи спустился на шею и сразу же поставил засос. Кожа на шее начала печь и щипать, и я поморщился. - Теперь ты по праву мой. – Прошептал он. По моему телу пробежал отряд мурашек. Эти слова, в сочетании с его голосом, стали просто мозговыносящей смесью, и я даже немного протрезвел. Уэй оставлял мокрые следы на моей шее, а потом несильно дул на них, от чего я заводился еще больше. Ухмыльнувшись, он сел на меня и потянул за собой. Закрепив в более ровном положении мою тушку, Джерард стянул с меня толстовку и бросил ее на пол, поцеловав меня. Я лег, а он обводил пальцем каждую татуировку на моем теле. Я закрыл глаза и отдался ощущениям. Когда Джи заменил пальцы языком, я резко открыл глаза и сжал в кулаках одеяло, что так неудобно упиралось в спину. Прикосновения его языка выносили мне мозг, то, что я сейчас чувствовал, было самым лучшим в моей жизни. Никто и никогда не мог привести меня в такое состояние всего лишь поцелуями и холодными пальцами. Никто, кроме Уэя. Что мне очень нравилось – это зрительный контакт. Все манипуляции Джерард совершал, не отрывая от меня взгляда. Заметив это, я тоже следил за ним. Связь между нами стала еще больше, я был уверен в этом. Дойдя до линии моих джинсов, Уэй отстранился, хитро посмотрел на меня, облизнувшись, и расстегнул ширинку, давая свободу моему члену, который хотел разрядки. Староста присвистнул, вытянув мой главный, на тот момент, орган. Неужели он… Да, он сделает это. Я во все глаза уставился на Джерарда, ожидая его действий. - Не ори громко. – Это были его последние слова перед тем, как он провел языком по всей длине моего члена. Мне казалось, что это были языки пламени, и я зашипел, сминая одеяло все больше. С каждым движением Джи, мне было все труднее сдерживать себя. Вот уж и не подумал бы, что староста такой умелый минетчик. Он вбирал в себя мою плоть все глубже и глубже, и один раз я почувствовал стенку его горла. Джерард слегка задел зубами чувствительную головку, и я понял, что приближаюсь к разрядке. - Джи… Я сейчас… - прохрипел я, пытаясь оттянуть старосту за волосы. Он быстро выпустил член изо рта и поднялся ко мне. - Я не дам тебе кончить так, - прошептал он. – Прости, Фрэнк, но я не уверен, что ты справишься сейчас с ролью актива. - Хватит трепаться, - тяжело дыша, ответил я. – Сделай это. Мне было страшно. Пассивом я был всего лишь два раза. И оба раза заканчивались истерикой, потому что мне не нравилось. Вот такой я вредный. Джи полез в тумбочку и извлек из нее смазку и презерватив. Я сглотнул. Он стянул с меня джинсы вместе с трусами. Я схватился пальцами за цепочку с кулоном на его шее и потянул старосту на себя. Но Джи увильнул и снял с себя футболку и джинсы. Я закрыл глаза и стал терпеть неприятное чувство внизу, когда он меня разрабатывал. Сейчас я чувствовал два пальца. Ну, что же, это не так уж и больно. Джерард делал это нежно, но когда он задел пальцами простату, меня подбросило на кровати и выгнуло в спине. Джи успокоительно поцеловал меня в живот возле пупка, и я задышал еще глубже. Все, больше не могу ждать. Все неприятные, дискомфортные ощущения затмевает животное возбуждение. - Джи, хватит возиться с моей задницей, - жалобно прошептал я. – Я не могу больше. Староста улыбнулся, поднялся надо мной на руках. Просто невозможно держать себя в руках, нереально контролировать себя, когда над тобой нависает идеальное, бледное тело. Джерард медленно входил в меня, а я закусывал губу, чтобы не заорать и не спугнуть старосту. Его щеки - красные, горячие; карамельные глаза наполнены ярким огнем безумной страсти, а слегка приоткрытые губы издавали протяжные, но тихие стоны. Я обвил его талию ногами и положил руки на плечи старосты, впиваясь короткими ногтями в нежную, разгоряченную кожу. Он вошел в меня полностью, я несколько раз подряд громко вскрикнул и прогнулся в пояснице от болезненных ощущений. Из моих глаз побежали слезы, а Джи слизывал их языком, толкаясь во мне и издавая стоны в такт своим толчкам. Он обхватил меня за талию и двигался во мне, не встречая никаких сопротивлений. Я уперся мокрым лбом в плечо старосты, сильно зажмуриваясь. Джи ускорялся, кровать скрипела под нашими возбужденными телами. Я находился на пределе и, стерпев еще несколько нежных и глубоких толчков, кончил, выгибаясь под Уэем. Я выкрикнул его имя, выпадая из реальности. Сделав еще пару быстрых движений, староста обильно кончил. Он вздрогнул и медленно лег на меня, обмякнув. Мы лежали мокрые, перепачканные моей спермой, но ужасно довольные. Дыхание постепенно восстанавливалось, а мои глаза закрывались, и я чувствовал, что отправляюсь в царство Морфея. Мокрый поцелуй в щеку, и староста слез с меня. Я все лежал, мне лень было шевелиться, тем более одеваться и идти к себе в комнату. Прикосновение салфетки к моему животу. Он такой заботливый. - Вставай, шлюшка, - насмешливый голос старосты вернул меня в реальность. – Сейчас Армстронг завалится. Он помог мне одеться и даже довел до комнаты. Нежный поцелуй в губы, тихий шепот: - Это было умопомрачительно. Шаги по коридору. Я стоял, подпирая стену. На моем лице красовалась блаженная улыбка. Засос на шее напомнил о себе, и я дотронулся до него пальцами, прокручивая в голове сегодняшний вечер. Я ввалился в комнату уже протрезвевший, но все такой же довольный. Рэй присвистнул: - Айеро, что с твоей шеей? - Ко мне девушка только что приезжала, - я сел на кровать и уставился в одну точку. – Душ работает еще? Боб кивнул и бросил в меня полотенце. - Быстрее давай. Я стоял под оживляющей водой и морщился от саднящей боли в заднице и пояснице. Раньше я был уверен, что любви не существует, что это лишь понятие для определения привязанности к человеку. Ведь быстрее сказать, что ты любишь человека, чем то, что ты к нему привязан. Я скептически относился к фальшивым и дешевым фразам людей, изображающих из себя влюбленных. Любви нет, как и дружбы. Но этот человек изменил все мое мировоззрение. Я влюбился в него и сейчас больше всего боялся быть отвергнутым. Боялся, что он растопчет меня и пошлет куда подальше. Я готов сделать для него все. Я – независимый, гордый парень - мог превратиться для него в покорного пса, в игрушку, в слугу, но только, чтобы он был со мной. Каждую минуту, секунду. Наслаждаться близостью, нежностью. - Все, что захочешь, Джи. Все, что захочешь.