То, для чего я живу.

***

Старший посмотрел на часы — семь утра. Полежав ещё минут пять, он встал и укрыв Чонгука, который тихо сопел отвернувшись лицом к стенке, пошёл в душ. Как только он скинул свою рубашку, в ванную, будто по пятам, вошёл сонный и помятый Гук. — Х-Хён! — Прости, я не смотрю! — Ты меня стесняешься? Тэ сделал пару шажков и прикоснулся своим полуобнажённым телом к залитому «краской» парню. Он поцеловал его в ушко и слегка обласкал мочку язычком. — Скажи, тебе же нравится когда я так делаю, да? — На его лице появилась ухмылка. — Не будь так в этом уверен, ты ошибаешься. — Тогда почему не хочешь посмотреть на меня? Тэхён резко повернул Гука в свою сторону и прижал к бёдрам. Видимо всё-таки нравится, у Чонгука стоял. — Хах, тебя так легко возбудить. — Да ладно тебе, это не из-за тебя.— Просто утренний стояк. — Я могу помочь тебе «успокоиться». Снова, заигрывая, сказал красноволосый. Руки старшего парня приподняли широкую майку «малыша», постепенно оказываясь всё выше и выше. — Я думал ты будешь выглядеть более измотанным, но твой пресс говорит об обратном. Только закончив говорить, он слегка пригнулся, и нежными губами обхватил сосок Гука. Хён так ловко работал язычком, что младшенький начал слегка постанывать, а изящные и длинные пальцы второй руки, на которые хотелось смотреть и смотреть, перешли на другой сосок. Нежные покусывания и посасывания заставили Гука опереться на стиральную машинку, он хотел запустить свою руку в натянутые боксёрки, но Тэ отдёрнул его. — Шшшш, нельзя. — Грубо приказал ему Ким. Тогда Чон ухватился за стиральную машинку и откинул голову назад, мурашки «бегали» по его телу. Тэ продолжил ласкать теперь уже своего парня. Он дразнил его, изводил и заставлял трепетать. Резко Чонгук приподнял голову партнёра, он медленно обвёл язычком губы своего Хёна и долгим поцелуем впился в их. Страстно, будто изучая его рот изнутри. Через некоторое время, немного отстранившись: — Знаешь, твои губы действительно имеют вишнёвый вкус. — Мне это нравится, от тебя нет сил оторваться. — Так не делай этого. — Тэ вновь вцепился в его губы. Руки Тэ-тэ оттянули резинку нижнего белья и буквально сразу же обхватили изводившийся член Чона. Природная смазка смочила его буквально весь. Он начал медленно, но с каждой секундой набирал темп. Хён дрочил этому, казалось бы, невинному «кролику», игрался с его яйцами, а тот лишь поскуливал как сучка и плавно извивался, будто просил «быстрее, не останавливайся». Чон цеплялся зубами за шею извращенца, который начал всю эту канитель, однако, если честно признаться, всё это доставляло дикое удовольствие. Следы от укусов и засосов «гуляли» везде, не доходя до грудной клетки. — Афм… Быстрее, я сейчас кончу.— Простонал Чонгук. — Умоляй меня. — Я сделаю всё что скажешь, но не останавливайся. — Чон крепко сжал плечи старшего и закусил губу, он был смущён, но совершенно серьёзен. Снова эти движения, снова полные удовольствия глаза, снова горящие огнём губы. Быстрое биение сердца и оглушающий стон. Сперма прерывистыми толчками вырвалась наружу, она попала на полуобнажённое тело Тэхёна, на его руки и на самого Чонгука. Тэ преподнёс ладонь к губам и слизнул белую вязкую жидкость. Поправив волосы младшего парня, он поцеловал его и крепко обнял. А тот лишь мелко дрожал, не каждый день всё-таки с кем-то в своей же ванной получал оргазм. Точнее вообще ни с кем и никогда. — Не нужно меня стесняться, ты мой парень. — Ты тот, чьё доверие я хочу получить больше всего. Чон смотрел вниз и вроде бы кивал, было не совсем понятно. — Не исчезай, раз так грубо ворвался в мою жизнь. — Тебе придётся постараться, чтобы избавиться от меня, а пока что, вон из душа! — Мне скоро нужно бежать, а я тут весь в твоём «удовольствии» хожу! — Тэ звонко засмеялся и вытолкал Гука за дверь. — Кыш, кыш! — А то я за себя не ручаюсь, ещё нападу на «невинного крольчонка» и ты никуда не денешься! Со смехом парни разошлись по разным комнатам, Хён остался в душе, а Чон ушёл на кухню, ждать своей очереди, ведь отпечатки «удовольствия» остались не только на этом хитром «лисе», но и на самом парне.