Благие намерения или Обещанный

Тём и не заметил, как приятное, но сильно взволнованное лицо Джорджа Кларка вновь возникло перед ним.       — Не скучал? — друг старался выглядеть весёлым и непринужденным, однако, слегка дрожащие руки и дёргающая нижняя губа, указывали на неприятный для него разговор в туалете.       — А… — Тём встрепенулся, устремив печальный взгляд на друга, тот сладко улыбнулся. — Нет конечно. Я тут…       — С девочкой болтал? — Джордж принялся кромсать панкейки блестящим ножиком. Он проглатывал кусок за куском, не отрывая хищного взгляда от Тёма, казалось, совсем не жуя.       — Я? — Щёки парня вспыхнули. Он потупил взгляд.       — Не я же. Знаешь, — Джордж махнул рукой, лязгнув зубами, — это не моё дело. Лучше расскажи мне о причине своей истерики с утра. Кларк выглядел беспокойным и напуганным. Ему было нужно заполучить что-то, что вот-вот могло утечь сквозь пальцы, и он отчаянно пытался задержать это и оставить себе.       — Я… Я просто очень устал за эту неделю, знаешь, я же работаю тут недалеко… — парень судорожно подбирали слова, стараясь не выдать себя. Он даже растянул губы в улыбке и с надеждой взглянул на друга.       — Тебе не надоело врать мне? — Джордж был явно не настроен вновь идти на уступки.       — Я не обманываю тебя! — обиженно вскрикнул парень, ему не хотелось, чтобы Джордж подлавливал его на этом, ведь тогда ложь переставала быть просто брошенными на ветер словами. Она приобретала свои привычные острые изгибы и как жвачка липла ко всему. — Почему ты не веришь мне?       — Потому что я прекрасно знаю, когда Тём Мэнсон говорит неправду. Мне, знаешь ли, надоело бегать за тобой. — парня пугало холодное спокойствие в лице друга.       — Но… — Тём начал вновь зарываться в свитер. Молодому человеку совсем не хотелось ворошить угольки прошлого, которые слабо горели холодным огнём в памяти.       — Никаких «но»! — Взвигнул Джордж, до ужаса напугав бедного собеседника. Поняв, что добыча снова может уйти, Кларк схватился цепкими пальцами за кисть друга и нежно принялся тереть её.       — Я же хочу помочь, хочу чтобы тебе стало лучше, понимаешь меня?       — Да-а, Джорджи-бой, — прошептал Тём.       — А чтобы я помог тебе, — Кларк всё больше напоминал сумасшедшего, — ты должен рассказать мне всё. Тём зажмурился и на выдохе выпалил:       — Отец нас оставил. — Всё внутри болезненно сжалось, к глазам подступили слёзы.       — Что? — Джордж добился своей цели и мысленно ликовал.       — Д-да. Папа давно хотел уйти, мне кажется, он вообще никогда не любил маму.       — С чего ты взял?       — Ну, он, во-первых, ушёл от нас год назад! — Вскрикнул несчастный Тём. — И… подумай сам… Если любишь по-настоящему, можешь ли допустить страдания любимого человека?       — Ты мало знаешь о любви, — пробормотал Кларк.       — Я точно знаю, что если любят — не причиняют боль, — отрезал Тём, мрачно уставившись в окно, — он просто довёл её до сумасшествия, понимаешь? Заставил меня работать на двух работах, потому что ни копейки не оставил.       — А где он теперь?       — Живёт в соседнем квартале со своей новой девушкой. Она носит парики, каблуки и силиконовую грудь. Забавно, правда?       — Твоя мама… — Джордж старался выразиться как можно мягче. — Тоже такое носила? Тём грустно усмехнулся.       — Ты думаешь, он просто сменил одну куклу на другую? Она никогда не носила парики, каблуки и всё остальное. Тебе кажется: «Ага, она сама виновата!», но, знаешь что, она была лучшим человеком, котрого я знаю. Она постоянно выводила его из апатии и депрессии, терпела вечные истерики, говоря мне, что отец — лучшее, что могло приключиться с нами. А он… Чем она заслужила участь сумасшедшей, которая всю еду отдаёт бездомным котам? Тем, что делала всё для того, чтобы Сэм Мэнсон и его сын были счастливы?       — Тём, мне жаль… — Джордж придвинулся к другу, дотронувшись до его плеча.       — Не трогай меня! Хватит врать, тебе же плевать! Тебе всегда было насрать на меня, я вообще не знаю, зачем ты снова появился здесь! Почему ты вернулся? — Тём оттолкнул его и разрыдался.       — Я-я… Тёмми, мне не всё равно, да, я уехал и не писал тебе, но я хочу всё исправить! Я тоже живу только с мамой и понимаю, каково это — потерять кого-то близкого. Прошу, прости меня, я лишь хочу помочь. — Джордж осторожно обнял Тёма, прижав к груди. Он чувствовал, как намокает футболка, как тихо дрожит и плачет, пойманная им в хитро сплетённую ловушку, жертва