Devil Fate

- Значит, в твоем теле заключен древний могущественный Бог-Дракон, который является идолом семьи Джомен? - Ага. - А они в свою очередь, в прошлом, из-за внутренних разногласий, казнили твою мать, потому что они узнали, что ты дочь Кусе, а не того, кто ей предназначался? - Угу. - И они нашли тебя, потому что недавно ты пробудила свои силы из-за психа, напавшего на тебя из подворотни, а девочки тебя нашли и позаботились о тебе. - Огась. - Что ж, это заняло много времени, но я вроде бы разобрался. - Шен сделал глубокий вдох. - Дальше по списку... Мир мифологических созданий реален. - Да. - И некоторые могут видеть его, если столкнуться с влиянием извне - болезнь, рана или спасение жизни теми, кто принадлежит этому миру или же кровное наследие, как таковое. - Точно. - Ох… - Шен невольно схватился за голову и покачал ею. – Мда. Страшно представить, что испытала ты, узнав обо всем этом. Акали пожала плечами и расслабленно улыбнулась, откинувшись назад, на устланный мягким покрытием пол тренировочного зала. Наверху спала и отдыхала Ари – возле нее неусыпно дежурила Кай’Са, а Шен и Акали предавались серьезным и многочисленным разговорам внизу, прямо под огромной дырой в потолке. - Ты... В порядке? Со всем этим? Ты все-таки... Ну, умирал. – Спросила Акали, пытаясь прочитать в глазах Шена отклик на свой вопрос. Шен пожал плечами и обыденно развел их после этого, словно стараясь показать этим то, что он в порядке. - Кажется, что я адаптировался к этому довольно быстро. - Проговорил он, задумчиво почесав подбородок с короткой бородкой. - Думаю из-за того, что я побывал в эпицентре всего этого. Как и ты. - Да. Ну и ночка? – Из Акали вырвался небольшой смешок. - Это точно. – Улыбнулся тот. Настала тишина. Спустя пару минут Акали слегка наклонилась вперед, облокотившись о колено, чтобы разговор между ними стал невольно уединенным. - Значит, сейчас... Ты с Джомен? - Шен осуждающе нахмурился. - Почему? Акали тяжко вздохнула, думая о том, как короче и яснее сказать о том, что было у нее в голове. - Ты простила их? - Знаешь... - Прервала его Акали мрачно. -...это сложно объяснить. Они поступили, как мудаки. Они убили мою мать. Им нет прощения. - Руки, сжатые в кулаки разжались. - Однако, неправильно судить потомков за поступки предков, верно? Оставшиеся члены семьи Джомен поплатились тем, что их стало так мало, что я единственная наследница. Более того, они раскаиваются за поступок тех, кто давно ушел из этой жизни. Я решила дать им второй шанс. Неправильно, что отдуваются за то, чего не делали. Тем более, если верить Элизе, то она пыталась помочь маме. - Элиза? - Моя... Бабушка. - Неудобно замялась Акали с усмешкой. - Она искала меня, потому что я осталась последней из рода. - Вот оно что. – Вкрадчиво отозвался Шен. – Они нашли тебя и решили попросить прощения? - Решили дать мне то, чего я была лишена. Я последняя из рода Джомен. Из древней династии. По крайней мере, с их слов. Ясуо - слуга этого рода, и по приказу Элизы сопровождает меня. Он живет по древним понятиям послушания и чести. – Акали слегка фыркнула. – По мне так ерунда какая-то, хех. Вновь тишина, после которой Акали с глубоким вздохом спросила: - Ты... Уверен, что хочешь отношений с Ари? - О чем ты? - Шен нахмурился. - Ты знаешь. - Нахмурилась Акали в ответ. - Послушай, я люблю тебя и полюбила Ари. Это твоя жизнь. Я не стану препятствовать, однако... У тебя есть шанс продолжить жить нормально. Посмотри на меня, Шен. Я не имею этого выбора и шанса. – Она невольно устремила взгляд вверх, уставившись на рога, что не сходили с ее головы. - Меня никто не спрашивал. И мне... До сих пор очень трудно жить с этим. Я скучаю по обыденности. Скучаю по простой жизни, Шен. И, связав свою жизнь с Ари, ты.. Понимаешь? - Да. - Шен потупился. - И я уже выбрал. Я всю свою жизнь прожил по-обычному. Одно и то же из раза в раз. И в этом есть своя прелесть, я понимаю. Но если для того, чтобы я мог общаться и жить с тобой, а также с Ари, если хочу встречаться с ней дальше - то мне нужно принять эту сторону жизни. - Ты действительно готов к этому? - Не знаю. Время покажет. - Ты должен понять, что выбрав Ари, назад может дороги не быть. - Заявила Акали с внезапной серьезностью. - Поэтому я и говорю о том, чтобы ты все обдумал, брат. - Я понимаю. - Парень вздохнул, после чего, с усмешкой хмыкнул. - Хах, видел бы нас отец, а? - Старик гордился бы тобой. - Проговорила Акали так серьезно, что Шен изумленно осекся. - Ты вырос замечательным человеком, который пошел по его стопам. Стал настоящим мужчиной. Ты знаешь... - Акали пустилась в настоящие откровения, чуть смущаясь до румянца. -...я все чаще, смотря на тебя сейчас - вижу будто его. Тогда, когда Ари была зла, даже я испугалась, а ты даже не дрогнул. Совсем как наш старик – ему тоже было плевать, кто перед ним – бандит или полицейский, и каждый получит по заслугам, если ему что-то не нравится. Шен ничего не ответил. Не мог себя заставить, потому что слова сестры на самом деле очень его тронули. Он всю жизнь думал о том, что не достоин даже тени своего отца - настолько великим тот был в глазах своих детей! - Ты не представляешь как мне приятно слышать это. - Также искренне произнес Шен, невольно потупив взгляд вниз. - Спасибо, сестра. Они улыбнулись меж собой. Смущенные внезапным излиянием чувств. - Ох, когда мы так в последний раз разговаривали друг с другом? - Спросила с усмешкой Акали. - Очень давно. - Кивнул Шен. Его взгляд приподнялся к рогам, венчающим голову сестры. - Это больно? - Очень. - Мрачно кивнула Акали. - Пронзают плоть и кожу. Насчет костей не знаю. - Как ты теперь обратно пойдешь? - Доеду как-нибудь с девочками до Джомен. Там есть девушка, которая помогла мне в прошлый раз с этим. Тогда было хуже. - Хуже? - Да, был еще хвост. - Акали хихикнула. - Кошмар. – Шен явно не разделял веселья сестры. - Ты... Тебе было тяжело? - Я была в ужасе. До сих пор, если честно. - Девушка помрачнела, став одним сплошным сгустком напряжения. - Я не хотел напоминать тебе об этом. - Все нормально. Для меня это стало нормой. - Она расправила плечи и, приподняв руку, взглянула на нее с легкой тревогой. - Девочки очень помогают мне справляться с этим. - Черт, я чувствую себя так паршиво от мысли, что меня не было рядом, когда тебе было настолько плохо. - Не думай об этом. Я к этому привыкла. - Акали мягко взяла брата за руку. - Мне очень хорошо от мысли, что я смогла поделиться с тобой этим. Больше нет секретов. - Да. - Шен глубоко вздохнул и встал на ноги. – Пойдем, позавтракаем. Ясуо, наверное, уже все приготовил. Упомянутый ими слуга семьи Джомен в действительности приготовил завтрак по своему личному настоянию. Он считал, что обязан позаботиться об Акали, когда живот той издал громкое урчание. Посему, увидев подошедших на кухню Шена и Акали, он тут же коротко поклонился им, вызвав у Акали очередное бормотание – «Перестань это делать, пожалуйста». - Присоединись к нам, Ясуо. – Проговорил Шен, присев за стол вместе с сестрой, но мечник покачал головой. - Слугам не позволяется… - Ай, садись, я приказываю! – Тут же фыркнула Акали, с жадностью пододвигая к себе тарелку с горячей свежей лапшой и немедленно наполнила рот едой, замолкнув. Ясуо, чуть изумленный возгласом Акали, решил смириться и тоже присел за стол, когда взял дополнительную тарелку и приборы. - Приятного аппетита. – Проговорил Ясуо. - Приятного аппетита. – Отозвался Шен с легким кивком. - Брифавного афефита, мм… - булькнула Акали, не в силах оторваться от еды из-за проснувшегося внутри нечеловеческого голода. С умением Кай'Сы готовить нельзя было кому-либо сравниться. Но стряпня Ясуо тоже была неплоха, а одержимой голодом Акали было откровенно все равно на тонкие изыски, поскольку чувство вечного не утоления и жажды было много выше этого. Акали даже забыла о том, что Шен не видел ее аппетита, отчего, когда она одолела уже третью тарелку горячей порции, то встретилась с вытянувшимся от изумления лицом брата. Рассеянно вытерев рот полотенцем, она смущенно пробормотала: - Мой рацион немного поменялся. Я должна много есть, потому что пламя требует много энергии. - Ого. - Невольно хмыкнул тот. - Как будто было мало, что ты перебарщиваешь со специями, Рю. - Хех. Брат и сестра начали обыденно переговариваться друг с другом, словно не было долгих семи лет разлуки. Не было смерти Кусе. Не было никаких демонов. Увлеченные разговором, они даже забыли о присутствии Ясуо, который осторожно поглядывал на свою госпожу и ее родственника, разговор между которыми перешел на интересную тему. - Что еще изменилось? - Хм, - Акали задумчиво закусила губу и тут же чуть ойкнула. - Клыки стали чуть больше. Язык длиннее. Когда полнолуние, энергия начинает бить ключом, хвост отрастает, и я становлюсь сильнее и быстрее, реакция острее. Если злюсь, то иногда наружу выходит пламя. Это... Не слишком приятно. - Жуть. - Ага. Брат и сестра рассмеялись, поймав взгляды друг друга. Шен казался более открытым сейчас, чем до всего этого. Было ли это влиянием близости смерти или что-либо другое - сказать сложно. Возможно, виной была тоска друг по другу. Акали не задумывалась об этом. Ей просто было приятно оказаться рядом с братом. Это очень сильно напоминало им о моментах из детства. После завтрака, Акали взяла поднос с тремя порциями и последовала наверх, чтобы подруги тоже позавтракали и оценили старания Ясуо. В самой удаленной и просторной спальне дома-додзе девушки сидели безвылазно, дежуря подле приходящей в себя Ари, которая не вставала с кровати, ощущая слабость. Потому приход Акали был встречен легкими улыбками подруг. - Эй, как ты, Ари? – Акали прошла вглубь комнаты и положила поднос на прикроватную тумбочку. – Я знаю, что вам не надо есть, но вы вроде полюбили это и… - Я с удовольствием попробую. – Слабым голосом прошептала Ари, приоткрыв глаза, кажущиеся сонными. После того, как она вернулась из Лимбо, откусанные Волком хвосты сказались на здоровье кумихо, и она слегла в постель без сил. Кай’Са и Эвелинн не смели отходить от нее, заботясь о ней, как можно лучше. Сама кумихо была бледнее обычного, а ее золотистый каскад волос сменился на черный. Они очень мало обсуждали произошедшее в Лимбо и Акали решила для самой себя, что ей будет так лучше. В ином случае девочки рассказали бы ей о том, что там произошло. Достаточной для нее была информация, что Ари вернулась оттуда не с десятью своими хвостами, а лишь с семью. Это было все же намного больше, чем до всего этого, но думалось Акали, что все-таки даже этого хватило для того, чтобы подруга чувствовала себя так, как сейчас. - Ари, - Акали колебалась перед идеей поговорить с девушкой, но при этом - необходимо было оговорить столь важную тему и не оставлять ее без внимания сейчас. Она знала ответ Шена, но было кое-что, что для Акали считалось непростительным упустить. Потому она чувствовала неуютно, разрываясь между своими принципами и чувством заботы и совести. Благо, Ари сама увидела обеспокоенность и скованность Акали и спросила: - Тебя что-то беспокоит? - Я бы не хотела тревожить тебя, но мне действительно есть о чем поговорить с тобой. - Призналась она, слегка потупив взор в пол. - Я понимаю. - Ари приподнялась в постели и взглянула на Кай'Су и Эвелинн, коротко кивнув им, чтобы их оставили наедине. Когда подруги покинули комнату, Акали села на стул, что стоял ближе всего к постели, и оперлась руками о колени, выдавая свое напряжение. Собравшись с духом спустя пару минут, Акали вздохнула и провозгласила: - Я бы хотела поговорить с тобой насчет Шена. - Ожидаемо. - Улыбнулась Ари слабо, глубже укутавшись в одеяло. - Я уже поговорила с Шеном насчет этого. - Ответила рэперша, начав нервно теребить пальцы друг о друга. - Он не собирается отказываться от тебя или что-то типа того. Теперь, я хочу знать твое отношение к Шену. Что у тебя с ним за связь? Что ты собираешься делать дальше? Что у вас за будущее? Я его сестра и твоя подруга. Не хочу, чтобы вы были несчастны. Такая откровенность немного изумила Ари, заставив внимательно вглядеться в голубые глаза Акали, которые сейчас напоминали глаза Шена. Бегло в голове Ари пробежала мысль - такие глаза были и у их отца, Кусе? - С самого начала Шен начал интересовать меня сугубо как парень девушку. - Проговорила кумихо тихим голосом, чуть улыбнувшись. - Он вполне заслуживает усиленное внимание к себе. Красавец. Но потом мы стали переписываться, и я поняла, каким он был умным, интересным, временами забавным. Мне с ним очень хорошо, и в момент, когда встал вопрос о возвращении хвостов, я уже не хотела искать никого другого. Твой брат заставил меня вспомнить о потерянных чувствах. О том, как хорошо иметь рядом с собой чуткого и понимающего человека. Может, мы знаем друг друга мало, но я готова признаться, что... Влюблена в твоего брата. И то, что он все еще хочет быть со мной, после всего пережитого, очень меня трогает. Если... Если ты позволишь быть нам вместе, то я могу обещать, что буду делать все, чтобы он был счастлив. Я хочу сделать его счастливым. Акали молчала. Задумчиво и сурово смотрела на Ари, словно та говорила что-то противоположное тому, что прозвучало на самом деле. После долгих раздумий, Акали спросила: - Ты можешь обещать, что не убьешь его, если ты разозлишься? Этот вопрос мог разозлить Ари, заставить возмутиться или обидеться, но она понимала важность творящегося и ответила: - Я не посмею тронуть Шена, если что-то случится. Буду беречь и не стану держать, если он захочет расстаться со мной. Обещаю. - Хорошо. - Акали взглянула на Ари с новой волной суровости и заявила: - Потому что если ты соврала, то я сделаю все, чтобы защитить Шена. - Я знаю. - Покорно и спокойно отозвалась Ари. - Я желаю вам счастья друг с другом. - Уже мягче ответила Акали. - Спасибо. - Произнесла Ари искренне, невольно протянув руку навстречу Акали, на что та ответила улыбкой и мягко погладила чужую ладонь своей. - Тебе нужно что-нибудь? – Окончательно потеплела Акали, желая выразить заботу. - Нет. - Ари легла и закуталась глубже в одеяло. - Но, если ты не против, я бы хотела поговорить с Шеном. - Хр... - вырвалось у Акали, но с глубоким вздохом она встала на ноги и кивнула: - Ладно, я позову его. - Спасибо. *** Ари потихоньку вставала на ноги, окружаемая заботой со стороны друзей. Потому, желая отблагодарить тех за доброту, вечером текущего дня она упрямо сказала, что желает выйти на свежий воздух. Эвелинн и Кай’Са пытались отговорить ее, боясь, что той может стать плохо, но кумихо стояла на своем и глубокой ночью, когда жители здешнего городка давно спали, все обитатели додзе отправились прямиком к холму, с которого началось незабываемое опасное путешествие. Деревянный храм на вершине оказался грязным и хранил после них беспорядок, посему гости вершины первым делом решили убрать то, что оставили после себя. Ари, все еще слабая, опиралась на Эвелинн, которая безмолвно и заботливо придерживала ее, пока глаза кумихо робко уставились на деревянные своды старого строения. - Эви, я хочу подойти. – Прошептала Ари, на что суккубша нахмурилась и воспротивилась: - Не лучшая мысль подходить к священным строениям, пока ты в таком состоянии. - Я хочу убедиться, что я очищена. – Проговорила Ари слегка дрожащим голосом, на что подруга вздохнула, но кивнула и медленно подвела ее к деревянной арке, которую кумихо не так давно не могла даже пересечь. Слабая рука коснулась деревянного покрытия и, когда на это не последовало чего-либо, ушки на макушке кумихо дернулись, а лицо осветилось улыбкой. Она увереннее оперлась о деревянную балку, пока полностью не обвила ее руками и уткнулась в алое дерево лицом, вдыхая аромат леса и благовоний, которые часто люди ставили здесь. Убирающиеся в храме Акали, Шен и Кай’Са улыбнулись меж собой, увидев то, как девушка познавала и вспоминала то, что когда-то потеряла. - Ты в порядке? - Заботливо спросил Шен, позволив себе взять кумихо за руку. - Да. – Отозвалась та, медленно отстранившись от балки и делая шаг на территорию храма, прямо в объятья Шена, который тот для нее раскрыл. - Оу, Акали, не делай такое лицо. – Умиленно отозвалась Кай’Са шепотом, когда увидела слегка надутый вид рэперши, узревшей нежную сцену между братом и ее подругой. Акали не ответила, а лишь тихонько устремилась вглубь храма, стараясь свыкнуться с новыми эмоциями. Сопровождающий ее на каждом шагу Ясуо последовал за ней, а Кай’Са, выметя последние остатки мусора, спустилась к Эвелинн, чей взор был задумчиво устремлен вдаль. Очки на ее глазах, как и всегда, позволяли диве скрывать ее истинные эмоции, но знающая девушку уже очень давно, хореограф произнесла: - Я тоже немного ревную. Эвелинн издала нечто среднее между фырканьем и тяжелым вздохом. Дружа намного дольше простых людей, их привязанность друг к другу была очевидна, пусть и слегка притуплена за долгие века встреч и разлук. Ари была их центральной фигурой общения. Она была той, кто их объединял, кто позволял им держаться вместе и кто в трудные моменты жизни не давал сдаваться. Было очень сложно делиться именно ею. Как и Акали было еще очень сложно делить с кем-то собственного брата. - Жарко. – Акали появилась рядом с ними так внезапно, что обе девушки слегка вздрогнули. Рэперша тем временем избавилась от душной накидки и плюхнула на траву, стирая со лба капельки пота. – Духота страшная. - Согласен с тобой. – К ним осторожно подошли и Шен с Ари. - Вот бы дождь сейчас. – Хмыкнула Акали, невольно устремив взгляд в небо, по которому не проплывало не единой тучки. Эти слова, казалось, послужили чем-то вроде спускового механизма для Ари. Устремив взор в небо, она на пару мгновений замерла, пока медленно не оглянулась по сторонам. Она осторожно отстранилась от Шена, который заботливо придерживал ее и пока тот, вслед за остальными, не очнулся, она с неожиданной ловкостью и скоростью обратилась лисицей, после чего, под обеспокоенные возгласы друзей, помчалась к храму, к самой вершине холма. Там, забравшись на крышу высокого старого здания, она устремила взор к небу, после чего встала на задние лапы и семь белоснежных шлейфов за ее спиной воссияли ярким светом, словно те наполнились изнутри маленьким солнцем. Позже на кончиках появились уже виденные множество раз сферы бледного светлого огонька, которые Ари стряхнула и своим дыханием послала ввысь. Один из этих огоньков она проглотила, после чего выдохнула из пасти серый сноп, похожий на дым. Очень скоро, стало ясно, что Ари создала в небе грозовые облака, которые начали искриться молниями спустя пару минут и обрушили на задыхающуюся от жара землю спасительный и столь долгожданный многими ливень. Ари спустилась к оставленным внизу друзьям и сразу же рухнула без сил в объятья ближайшего из них, коей оказалась Кай’Са. Порицающее бормотание Эвелинн смешивалось с шумом ливня, чей звук заставлял Ари улыбаться. Она снова могла влиять на погоду. Как когда-то очень давно. - Нельзя подождать, когда ты восстановишься? – Недовольно процедила Эвелинн в конце своей возмущенной тирады и возмущенно надвинула очки глубже на переносицу, стоя под дождем так, словно его не было. – Глупая хвастунья. - Посмотрите вокруг. – Вдруг отозвалась Кай’Са, невольно заставив всех оглянуться и заметить то, как растения – от деревьев до травинок, зашумели от поднявшегося ветра, расцвели и словно стали за пару мгновений пышнее и зеленее, чем прежде. – Ари, твои способности вернулись к тебе. Но та не слышала, потому что утомленно уснула, потратив слишком много сил на свою маленькую шалость, несмотря на то, что сверху лил проливной дождь. Друзья, переглянувшись друг с другом, последовали обратно в додзе, пока кто-нибудь из людей этой глубокой ночью не увидел их. *** Очевидно, пока Ари была в таком нестабильном состоянии, как сейчас, нельзя было говорить о том, чтобы возвращаться обратно в дом Джомен. Ее восстановление шло быстро, но все-таки все настаивали на том, чтобы она отлежалась в покое, хотя бы день или два. Что, однако, шло вразрез с требованиями Ясуо. - Госпожа Акали, ваша бабушка хотела чтобы вы вернулись как можно скорее домой. - Он стоял перед ней, снова, на коленях. - У меня был приказ, чтобы я вернул вас. Если я не выполню его, то меня ждет наказание. Акали неодобрительно нахмурилась, и уныло помрачнела. Это то, что заставило ее вспомнить первые зачатки недовольства по отношению к своей семье и роду. Люди, которые ничего ей не должны были, по сути, отвечали за ее решения и желания. Своего рода шантаж. - И какое наказание ждет тебя, если я не вернусь с тобой домой? - Спросила Акали с прищуром. - Меня выгонят с позором из клана, и я буду брошен на произвол судьбы. - Лишь из-за того, что я просто не вернусь? - Растерянно всплеснула руками Акали, озадаченно уткнув взгляд в угрюмое лицо мечника. - Что за бред? Почему я не могу просто позвонить Ирелии или Карме? У них же есть телефоны? Только не говори мне, что... - Госпожа Элиза потребовала вашего личного присутствия. - Прервал ее Ясуо с глубоким вздохом. - Я понимаю ваши чувства, но госпожа Элиза уже в преклонном возрасте. Поймите, что ее... - Я поняла, да. - Акали уткнула голову в сложенные руки. - Она уже в возрасте и расстраивать ее не стоит. Хорошо. - Она встала на ноги, под изумлённые взгляды собравшихся в тренировочном зале Шена и Эвелинн. - Я съезжу к бабушке. - Хм-м. - Задумчиво промычала Эвелинн, блеснув частью своего неизменного образа в виде круглых очков. - Я отвезу тебя. Думаю, что Кай'Са и Шен позаботятся об Ари без проблем. Тем более, я думаю, что тебе нужен понимающий водитель, который не станет ругаться на то, если ты поцарапаешь крышу рогами. - О, да, я бы не отказалась. - Хмыкнула Акали, невольно проведя руками по рогам, словно проверяя, на месте ли они. Она обратила взор на Ясуо. - Что ж, поехали. Покончим с этим. - Хр. - Издал Шен непонятный, но явно недовольный протестующий звук. Когда Ясуо и Эвелинн покинули зал, Акали грустно взглянула на Шена, невольно сократив между ними расстояние. Им снова предстояло расстаться. Кажется, делать подобное с каждым разом становилось все тяжелее и тяжелее. - Ладно тебе, не переживай. – Хмыкнула Акали, невольно похлопав брата по плечу, приободряя. – Обязательно еще увидимся. Однако, лицо Шена стало крайне угрюмым и нечитаемым. Он явно был озабочен тем, что Акали собиралась уезжать в дом тех, кто когда-то избавился от ее сестры. Ему было крайне трудно смириться с этим. Он до сих пор помнил тот день, когда отец нашел ее на пороге додзе. - Будь осторожна, Акали. – Проговорил он встревоженно, невольно притянув сестру к себе и заглядывая ей в глаза. - Буду, но особо не переживай. – Акали широко усмехнулась, позволив себе потрепать распущенные патлы брата. – Элиза все-таки моя бабушка, и если так посмотреть, то она просто переживает, что я пропала невесть куда из дома. Не хорошо, верно? - Ну, если так посмотреть… - Шен задумчиво кивнул, соглашаясь с мнением сестры. - И да, «мой» подарок тебе, это ее подарок, на самом деле. – Со смехом отозвалась Акали, отстранившись от брата и, словив его растерянный вид, отсалютовала ему, устремившись за Эвелинн, что терпеливо ждала ее на пороге додзе. - Эй, Шен. – Внезапно позвала Эвелинн и, когда тот подошел к ним, чтобы попрощаться, дива кинула ему пластиковый золотистый прямоугольник. Парень с изумлением признал в предмете кредитку, а солистка интригующе уставилась на него с усмешкой, чуть опустив очки на нос. – Почини свое додзе. Мы виноваты. Трать, не стесняйся. Найми рабочих, что угодно. Обратно не возьму, пока не вернусь и не увижу, что здесь все в целости и сохранности. - Я н-не могу. – Ожидаемо воспротивился Шен, но получил в ответ лишь воздушный поцелуй от дивы и усмешку Акали, устремившейся следом за девушкой. Шен глубоко вздохнул, иронично обернувшись назад и уставившись на дыру в потолке. Возможно, Эвелинн была права? *** В замке их встретили не так, как ожидала Акали. Ну, сказать на чистоту, Акали не знала, чего именно она ждала, потому что она совсем не знала свою новую семью и все, что было с ней связанно, было для нее в новинку. Все же, она была очень удивлена, когда у подножья большой лестницы, что вела в замок, их встретила Ирелия, на чьем лице читалась тревога и чистое искреннее волнение, вперемешку со страхом. - Что такое? – Спросила Акали первым делом, едва вышла из машины. Очень раннее утро позволяло не бояться того, что кто-то увидит ее необычный облик, и все же, они тут же поторопились взойти по ступеням, прямиком за большие ворота, пока Ирелия, выдохнув от напряжения, произнесла: - Госпожа Элиза была очень… - девушка пыталась найти подходящее слово, что не укрылось от внимания Акали. -…озабочена вашим внезапным исчезновением из замка, принцесса… Речь девушки прервалась от громкого грохота, который послышался за закрытыми воротами замка. Акали и Эвелинн переглянулись друг с другом, уставившись после этого на Ирелию и Ясуо с безмолвными вопросами в глазах. - Что происходит? – Дива решительно перешла на угрожающее шипение, невольно продемонстрировав змеиный язык и клыки. - Пожалуйста, просто покажитесь госпоже Элизе! – Вырвалось у Ирелии с паникой в голосе, на что Акали изумленно осеклась, когда та схватила ее за руку, выдавая собственную дрожь. – Прошу вас, принцесса! - Сначала скажи, что происходит. – Потребовала Акали, нервно вырвав руку. - Госпожа Элиза… - Дрожащим голосом начала Ирелия, боясь сказать что-либо. - Она не в себе. – Произнес Ясуо так, словно это было тяжело сделать физически. - ГДЕ ОНА?? Акали вздрогнула, едва заслышала громовой и надрывной голос, схожий со стонущими в унисон воплями истязаемых. В этом ужасающем смешении женского голоса и низкого нечеловеческого рычания она с ужасом признала Элизу, а пришедший сразу за криком грохот отправил сердце рэперши к горлу. Не видя картину полностью, но слыша неизвестное, девушка точно могла сказать, что происходило нечто ужасное и это заставило ее стремительно передумать насчет того, чтобы пойти вслед за Ирелией и Ясуо, уговаривающей ее успокоить Элизу. - Принцесса, госпожа Элиза слишком стара и больна. – Ирелия взяла ее за руки, видя, как та заколебалась. – Прошу вас, проявите понимание! Она слишком… - Похоже, у твоей бабушки маразм, и из-за твоего исчезновения она немного двинулась. – Проговорила Эвелинн в тихом смехе, который она уняла, едва Акали нахмурилась. Прокашлявшись, она положила руки ей на плечи и проворковала: - Не бойся, я буду рядом с тобой, маленький Рю. - Пойдем и просто покончим с этим, а? – Слегка покраснев, Акали покачала головой и все-таки последовала за Ирелией за ворота, прямо на территорию замка. Это странно, но за воротами все оказалось спокойно и мирно. Сложно было поверить, что вся округа была встревожена, но следуя по изложенной плоскими камнями дорожке в окружении статуй и умиротворяющего пейзажа, Акали с удивлением и малым беспокойством смотрела за тем, как по углам то там, то тут – появляются и тут же пугливо исчезают маленькие духи и слуги, которые открыто тряслись от страха. Повторившийся женский крик вперемешку с рыком заставил Акали вздрогнуть, но опустившаяся на плечо ладонь Эвелинн успокоила ее. Зайдя в замок и поднявшись наверх, прямо к главной господской спальне, девушки встретили выходящую из комнаты Карму. Та, придерживая двери дрожащими руками, лепетала: - Г-госпожа, ваша внучка скоро вернется!.. – Из комнаты послышался враждебный рев и грохот от какого-то предмета, отправившегося в стену, из-за которого Карма порывисто закрыла дверь за собой. Обернувшись и увидев Акали, она тотчас кинулась к ней: - Вы вернулись! Прошу вас, идите к госпоже Элизе! СРОЧНО! Акали хотела было что-то сказать, но откровенно поняла, что лишь в ее силах сейчас было вернуть равновесие в окружение и решительно последовала за женщиной, прямо в обитель темной комнаты. Правда, едва перешагнув порог чужой опочивальни, как Акали почувствовала пробежавшую по спине холодную дрожь: густая паутина раньше покрывала лишь потолок, а сейчас опустилась на стены и пол, из-за чего сердце в груди юной наследницы Джомен забилось чаще. Более мощная волна страха окутала Акали, когда из-под плотного занавеса балдахина, что закрывал большую кровать, показалась уродливая искривленная черная конечность. В ней Акали признала паучью лапу. Через пару мгновений к паучьей лапе добавились и другие, а после, показалось и сгорбленное тело, окутанное длинным плащом, из-под которого паклями торчали седые длинные волосы. Акали хотела судорожно ударить себя по лицу. Неужели это создание было Элизой? Черт-черт-черт!!... - Акали?... – Девушка почувствовала усилившуюся в коленках дрожь, едва ее имя вырвалось искаженным и многоголосым сплетением из груди ужасающего существа, но, проглотив комок, вставший поперек горла, она закрыла глаза и выдохнула. Она старалась вспомнить то, что это была Элиза. – Ты вернулась?.. - Д-да, бабушка. – Заставила Акали себя сказать и уродливая личина, преобразившая Элизу в получеловека-полупаука, казалось, слегка дрогнула. Рэперша потрясла чуть головой, вынуждая себя быть спокойнее. Как бы не выглядела Элиза – она была ее бабушкой и эта женщина отнеслась к ней с пониманием и все, чего желала, так это внимания и заботы. Она была ее внучкой и нельзя вот так просто отворачиваться и кривиться. – Прости меня, что я пропала так надолго. Я не хотела. - Акали… - Голос Элизы смягчился, и она осела на кровать, встав доселе с нее, возвысившись на своих паучьих огромных лапах, которые медленно втягивались с ужасающим звуком обратно под длинный непроницаемый плащ. -…моя милая… - Я здесь. – Увереннее и тверже заявила она, делая шаг за шагом по направлению к пожилой женщине и замерла, когда оказалась вплотную к постели, которую всю окутало паутиной и полчищами мелких паучат, ползающих повсюду. Акали проглотила очередной комок, нарочно устремив взгляд куда угодно, лишь бы не на них. Она благодарила все и вся на свете, что эти маленькие создания не пытались ползать по ней, хотя такая возможность у них была буквально постоянно. - Акали… - голос Элизы дрогнул и внезапно пропитался слезами вперемешку с рыданиями, из-за чего девушка сочувственно нахмурилась и порывисто подала той руки, когда та потянулась к ней. Ладони Элизы были ужасающе сухими, шершавыми и морщинистыми, но Акали не посмела отстраниться или сказать что-либо. Карма, что провела ее в комнату, стояла у самой двери и судя по ее лицу, в котором читалось искреннее облегчение, она сделала все правильно, и Акали стало чуточку легче на душе. - Я тут, бабушка. – Уверила она и продолжила держать ту за руку, пока женщина не легла обратно в постель, и ее частое рванное дыхание не замедлилось. Спустя пятнадцать минут полной тишины, наполненной лишь перебиранием лап маленьких многочисленных паучат и хриплым дыханием Элизы, Акали услышала тихие шаги Кармы, а вскоре почувствовала ее ладонь на своем плече. Шепотом от нее донеслось: - Вы хорошо справились, принцесса. Пойдемте, ей нужно отдохнуть. Возражать и препятствовать Акали не стала и покорно направилась за жрицей, рассеянно отряхиваясь от паутины и возможных маленьких пауков, которые могли по ней лазить. Ее открыто передергивало, но она просто титаническим усилием сдерживала себя от приступа искреннего ужаса. Ее все-таки согревала мысль, что она смогла успокоить Элизу и уберечь многих от ее возможного гнева или хуже – от проблем со здоровьем самой престарелой женщины. Оказаться в комнате для отдыха и начать пить успокаивающий зеленый чай после такого оказалось очень приятным. Особенно с перспективой получить очередной массаж, о котором Ирелия не забыла напомнить, едва все вспомнили об очень интересном дополнении внешности девушки. - Вы опять пробуждали пламя, госпожа? – Как и было оговорено, Ирелия обращалась к Акали таким образом лишь в присутствии других и поскольку в небольшой уютной комнате присутствовала и Эвелинн, она не могла просто взять и забыть об этом. Руки юной помощницы жрицы не переставали параллельно с этим разливать по кружкам чай и раскладывать угощения. – Кажется, что в этот раз все было серьезнее, потому что рога снова никуда не пропали. - Да, это было неприятно. – Уклончиво поделилась Акали, делая глоток и чувствуя расползающийся по телу приятный покалывающий жар. – Ты сделаешь мне снова массаж, чтобы это пропало? - Конечно. – Тут же кивнула та и, едва хотела уйти, как Акали ее окликнула: - Эй, садись с нами! – Она жизнерадостно похлопала рядом с собой, на свободную подушку с правой стороны. – Не надо стесняться! - Я не могу, го… - Это приказ, садись! – Тут же фыркнула та и Ирелия легонько улыбнулась, покорно выполняя сказанное. - Акали само очарование, не так ли? – Хмыкнула сидящая сразу слева от рэперши суккубша, изящно делая глоток из небольшой кружки, после чего погладила рэпершу под подбородком. – Маленькая наследница престола, да? - Эви! – С румянцем воскликнула Акали, искренне теряясь каждый раз, когда та прилюдно начинала делать то, что обычно… та делала лишь наедине с ней. А именно – открыто флиртовать. Это заставляло неопытную и несведущую в амурных делах девушку очень откровенно смущаться. - Да, мой маленький Рю? – Откровенно отозвалась Эвелинн, усмехнувшись так, что слегка оскалила зубы и отправила по телу Акали томительную сладкую дрожь. – Смею заметить, что ты помешала своей косвенной родственнице встретиться со своим женихом. Послышался легкий перезвон посудой – Ирелия нервно выронила из рук чашку и опрокинула ее на столик, из-за чего судорожно начала бормотать извинения и вытирать салфетками пролитое. Акали похлопала глазами и изумленно уставилась на Ирелию, явно прося ответа на безмолвный вопрос, что отражался в ее глазах. - Ирелия, это правда? – Акали спросила ее таким голосом, что девушка невольно замерла. В ее тоне слышалась забота и теплота. – Я никому не скажу, если это что-то плохое… - Это… не запрещено. – Проговорила Ирелия, все-таки поддавшись уговорам Акали и разговорилась. – Мы официально помолвлены с ним и сыграем свадьбу, когда… - Когда? – Спросила Акали, потому что девушка внезапно прервалась и неудобно замялась. - Я смогу обручиться лишь тогда, когда вы взойдете на престол, принцесса. – Провозгласила Ирелия слегка дрожащим голосом, заставив Акали нахмуриться и уставиться на нее растерянным взглядом. Явно не понимая причинно-следственных связей, она смотрела на девушку определенное время, пока та с глубоким вздохом не призналась: - Таково требование госпожи Элизы. Поскольку я косвенно принадлежу к близкому Джомен родству, мой брак может претендовать на главенство рода и семьи, потому Элиза отказала мне в замужестве до тех пор, пока новое поколение не сменит ее или пока она не умрет. Эти слова вызвали у Акали неспокойную бурю в душе. Подобное уже было совсем недавно, когда Ясуо точно также упомянул, что из-за своего непослушания его ждет участь изгнанника и позора. Теперь она слышала, что Ирелии запрещают обручаться с возлюбленным, потому что так приказала Элиза. Вечное потакание, правила, приказы и следование капризам одной конкретной личности, что могла определять твою жизнь – Акали ненавидела это. Она выросла такой, потому что один из подобных людей однажды просто сказал, что ее мать заслуживает смерти. Быть может, гнев был бы не таким большим, если бы только это было бы следствием ее сиротства и последующих событий – этого она никогда не узнает, посему жила с теми чувствами, что сейчас поднялись в ней, подобно шторму. - А кто это? – Спросила Акали как можно более улыбчиво и ненавязчиво, пряча в себе искреннее недовольство, дабы не заставлять Ирелию чувствовать себя неуютно. Девушка слегка смутилась, опустив взгляд в столик и в новую кружку с чаем, после чего, приподняв горящий взор, проговорила: - Это Ясуо. Акали удивленно вознесла брови вверх и испустила умилительный смешок, увидев то, как искренне светились от внутреннего огня голубые глаза девушки. Было невооруженным взглядом видно то, как девушка была привязана к этому человеку, и, вспомнив о словах Эвелинн, произнесенных накануне этого разговора, Акали слегка прокашлялась и сказала: - Ты можешь пойти к нему, если хочешь. - Я не могу вас оставить в таком состоянии и… - Я позову тебя, как только ты мне понадобишься. – Оборвала ее Акали с улыбкой, и, увидев решительный блеск в глазах девушки, Ирелия вздохнула и со скрываемой улыбкой удалилась из комнаты. Едва дверь за Ирелией закрылась, как Акали тяжело вздохнула и угрюмо повесила голову. Эвелинн, уловив этот жест, позволила себе ненавязчиво подсесть ближе и провести мягким прикосновением по плечу. Акали отреагировала на это благодарным взглядом, после чего сделала глоток из своей кружки. В голове у девушки крутилось очень многое, что ей хотелось обсудить, и, судя по взгляду дивы, которая необычайно притихла, та была солидарна с ней. Переглянувшись между собой, они наклонились друг к другу, перейдя на шепот и первое, что донеслось от Эвелинн, было: - Я откровенно не доверяю твоей бабушке, Акали. Это заставило Акали тяжело вздохнуть и потупить взор в колени, на которых она сидела. Откровение дивы ее не удивило. В глубине души она не могла забыть того факта, что эта женщина была не совсем человеком. И картины того, что она только недавно видела невольно вставали перед глазами, как мрачное напоминание об этом. Становилось очень жутко. Акали будто застряла между терпимостью к Элизе и своими истинными чувствами подозрения к ней, которые не давали покоя. - Я понимаю, она жуткая, потому что не совсем человек, но она все-таки моя бабушка. – Произнесла Акали в конце концов с глубоким вздохом. – И ты была права – она старая и слегка двинутая из-за этого, но она единственный родственник моей настоящей семьи, которая просто несчастна и одинока. - Я все это понимаю. – Медленно проговорила Эвелинн, сдвинув очки, которые закрывали ее глаза и не давали прочитать истинные эмоции. – Но меня напрягает то, что ей нужна твоя кровь. Жажда молодости как дурман – ослепляет и соблазняет так сильно, что можно сойти с ума. Ей хочется жить, я понимаю, но чтобы отстранить себя от смерти, ей достаточно пары капель. Она же говорила тебе про донорскую порцию – это практически целый стакан. Этого количества хватит не только для омоложения до зрелости, но и для того, чтобы наполнить себя большим количеством силы и магии. Я не хочу делать так, чтобы ты настраивалась против своей родственницы из-за меня, но будь осторожна, прошу тебя. Помнишь, что я тебе говорила о том, как сильно твое пламя? Как оно манит всех? Ты не можешь себе представить силу этого соблазна, потому что ты не испорчена так, как другие люди. Твоя душа и сердце чисты, потому ты не подвластна этому зову. - Как во «Властелине Колец»? – Невольно спросила Акали и сделала это так серьезно, что Эвелинн удивленно поморгала, пока задумчиво не кивнула, поняв аллегории, о которых говорила девушка. – Ох. Я понимала, что это может быть сильным желанием, но чтобы настолько? - Да. – Мрачно подтвердила Эвелинн и обеспокоенно взяла ладони Акали в свои. – Я очень хочу ошибаться, но такие существа, как йоругумо неспроста опасны. Да, твоя бабушка не чистокровная йоругумо, но инстинкты этих созданий страшны и не могут исчезнуть просто так. Она очень уязвима на старости лет, ею овладевает отчаяние, и теперь вопрос обстоит так, дорогая – что же в итоге выиграет в душе Элизы – жажда силы и молодости или же чувство вины и ее привязанность к тебе. Быть может, я зря нагнетаю обстановку, но… - Взгляд золотистых глаз выдал в Эвелинн те эмоции, которые отправили по спине Акали мелкую дрожь – открытую привязанность и нежность, вперемешку со страхом. -…я не хочу, чтобы ты пострадала. Акали не знала, что ей сделать, чтобы выразить свои чувства, которые поднялись подобно волне в ее груди и потому, она просто поддалась вперед, срывая с полных губ дивы судорожный поцелуй, полный отчаяния. Ей стало внезапно по-настоящему больно, страшно и одиноко, и в гибких, крепких руках дивы она чувствовала себя в безопасности. Она не понимала и не хотела понимать своих внезапных эмоциональных перемен, но решила доверять внутреннему ощущению, своему нутру, которое говорило в пользу соблазнительной и притягательной Эвелинн. Это было очень опрометчиво – целоваться с жаркой суккубшей в стенах старого замка, где у стен и потолков были уши и глаза, но в юной душе Акали от этого было лишь жарче. Она знала, на что подписывается, когда поцеловала диву, ибо знала, что если та целует, то делает это так, что начинали дрожать коленки, а в низу живота все скручивалось в тугой горячий узел. Эвелинн будто не целовала – она исполняла танец языком и губами, даря такое блаженство, что сдерживать любые звуки Акали всегда было сложно. А алчная суккубша проглатывая каждый чужой стон и скулеж, словно потягивала пьянящий коктейль, который сам предлагал себя. Отказываться от этого было… - Я не могу. …необходимо. - Ч-что?..- Акали растерянно посмотрела на девушку, стараясь не выдать своего искреннего разочарования. Повторного. Это был уже не первый раз, когда ее одергивали словно щенка, откровенно дразня и давая попробовать то, чего ей хотелось, и в самый последний момент, вновь заставляя почувствовать обиду и разочарование. – Что опять не так?.. Эвелинн отстраненно посмотрела будто сквозь Акали и на пару мгновений словно обдумывала то, что ей сказать… или точнее, в чем признаться. Не находя слов от нависшей неловкости и скованности, Акали нервно встала на ноги и стремительно покинула комнату, ища ответы на вопросы, что стали атаковать ее разум. Стремясь отыскать уеденный уголок, ноги привели ее в выделенную для нее комнату. Ей хотелось уединения, в котором она почувствует себя легче. Внутри творилась какая-то неразбериха и каша из ощущений и недосказанности. Что она делала не так? Проблема была в ней? Почему Эвелинн уже в третий раз попросту… отстраняется от нее? Разве им не хотелось близости? Может быть, она была довольно неопытна, но увидеть жар и страсть в глазах это не мешало, как и понять взаимность желаний своей партнерши, когда та шарила руками по ее телу и жадно изучала губами кожу, даря незабываемые ощущения. Акали глубоко и тяжко вздохнула, рухнув на кровать и уткнувшись носом в подушку. Ей хотелось очень надолго замереть вот так, словно это могло решить ее проблемы. Напрасно, очевидно. У нее были проблемы намного более важные, чем нелепая сердечная недосказанность и отстраненность Эвелинн. Ей нужно было думать об Элизе и о том, что ей делать с ее просьбой, но как назло в голову лезло только то, что волновало сердце. Замкнутый круг. Прозвучавшая на прикроватной тумбочке вибрация от брошенного туда рефлекторно телефона заставила Акали уныло взглянуть на устройство и тут же нахмуриться от легкого удивления. Неизвестные номера очень редко беспокоили Акали. Чаще всего это были какие-то рекламные акции или обычные рядовые ситуации с ошибкой номера. Поэтому Акали отвечала на вызов с легкой тенью иронии, готовясь пробормотать очередные отказы или выслушать извинения от случайного человека, набравшего неверный номер. - Я иду за тобой. Этот голос вызвал у Акали реакцию, подобную удару по голове – один лишь звук и интонация пробудили в ней вспышку ярости, походящую на взрыв и это произошло прямо внутри – в самом ее существе, куда она не могла добраться, и где начинались негласные владения того, кто владел синим пламенем. Это была злость и гнев Кенрю, которая пробудилась от послышавшегося каким-то образом из телефона голоса… Акали Кулака Тени.