Всё, что осталось за кадром

      Быть может, Руфус ожидал, что Сефирот уедет куда-то далеко-далеко, но где найти самых жирных монстров тот хорошо знал. Конечно же, на загородной свалке! Да, не очень-то приятное место, и не очень подходящее для такого прославленного героя, но если надо отличиться перед президентом, то вам точно сюда.       Впрочем, в темноте он на свалку не попёрся, успешно переночевав где-то в окрестных скалах, и только утром, наконец, заявился к большим и чрезвычайно вонючим залежам остатков человеческой жизнедеятельности.       - Монстры?! Я здесь! – нахально заорал лучший боец Шинра, взобравшись на высокую кучу мусора.       И прямо в соседней куче что-то зашевелилось. Выхватив Масамунэ, Сефирот прыгнул туда, мгновенно превращаясь из человека в стремительное и беспощадное оружие.       Конечно, всякая мелюзга едва ли могла впечатлить президента Шинра и едва ли объяснила бы ему надобность посылать сюда своего самого лучшего бойца. Но Сефирот надеялся найти кое-кого покрупнее. И через пару часов скитаний по свалке ему повезло. Хлам под ногами пришёл в движение, и из-под завалов показалась действительно огромная ящероподобная тварь!       - Ты-то мне и нужна! – радостно воскликнул сереброволосый воин, буквально взлетая и запрыгивая к чудовищу на спину. Несколько взмахов Масамунэ, пара применений боевой материи, и побеждённая зараза падает на землю. Ну, всё! Вот теперь задание можно считать выполненным. И если кто-то придёт проверять, чем прославленный герой тут занимался, то ему будет на что посмотреть.       Решив для пущей убедительности сфотографировать поверженную тварь, Сефирот достал свой мобильник, но именно в этот момент он начал звонить.       - Да твою-ж багнадрану! – увидав номер Лазарда, СОЛДАТ 1-го класса поднёс телефон к уху. – Сефирот на связи.       - Я слышал о вашей с Руфусом проблеме, - раздался в трубке голос директора. – Но у нас тут неприятность. ЛАВИНА похитила профессора Ходжо. Сейчас он летит в их вертолёте куда-то за пределы Мидгара. И поскольку турки опять не справляются, вся надежда на тебя.       - Я должен спасать Ходжо?!       - Это приказ самого президента, - на всякий случай подчеркнул Лазард. – А теперь поторопись. Я вышлю тебе координаты турков, отправляйся к ним и помоги перехватить вертолёт.       В трубке послышались гудки, и Сефират едва не выбросил её прямо на свалку. Подумать только! Он должен спасать этого гада – Ходжо! Каким образом профессора умудрились похитить, почему-то было даже не интересно. Интересовало лишь одно, как бы так сделать, чтобы добраться до упомянутых турков, но всё-таки не успеть?       Возвратившись к своему новому байку, боец Шинра окончательно упал духом. Если с этой штуковиной он куда-то не успеет, то президент наверняка найдёт немало способов конфисковать у своего нерадивого героя полюбившуюся игрушку.       - Может, эти террористы уже его убили? – с надеждой пробормотал Сефирот, усаживаясь за руль. – И тогда лично я окажусь ни в чём не виноват.       Но, мечты мечтами, а в жизни всё оказалось гораздо хуже. Дурачьё из ЛАВИНЫ не придумало ничего более умного, как лететь из Мидгара прямо над дорогой, что позволяло туркам продолжать их преследовать. И эта же дорога позволила Сефироту подъехать на своём байке им наперерез. По пути «гордость корпорации» встретила только одно препятствие – небольшого зелёного дракончика, подозрительно похожего на тех, что сидели обычно у Ходжо в клетках.       Один взмах меча, и зверюшка развалилась на две половинки. Защитив таким образом обалдевших турков, Сефирот с ловкостью запрыгнул на стоящее возле дороги небольшое здание и уставился на пролетающий в небе вертолёт.       «А может он разобьётся?» – всё же промелькнула в голове последняя крошечная надежда. И сразу после этого сереброволосый воин запустил по вражеской машине несколько огненных шаров.       Раздался грохот, и вертолёт рухнул вниз. Но красочного оглушительного взрыва не произошло. И к огромному неудовольствию Сефирота первым, кто оттуда вылез, оказался именно Ходжо.       «Надо было бить чем-то помощнее», - запоздало подумал герой Шинра, спрыгивая с крыши на землю. – «В следующий раз попробую применить Супернову».       Вот только шанс, что следующий раз когда-нибудь произойдёт, был слишком уж невелик.       - Эй, турки! – крикнул Сефирот подбежавшим к вертолёту людям, одетым в чёрные костюмы. – Оставляю это вам. Моя миссия завершена.       Собравшиеся у разбитой машины турки были так поражены увиденным представлением, что даже ничего не ответили. Зато внезапно заговорил Ходжо:       - Сефирот? – удивлённо спросил он, будто не веря собственным глазам. – Ты стал сильнее…       Фыркнув в ответ, его лучший «образец» повернулся и пошагал к оставленному байку. А непонятно чем расстроенный профессор ещё долго стоял и растерянно смотрел ему вслед.       Хоть ненавистный директор Научного Департамента остался жив, но был в случившемся и плюс. Из-за всех проблем с ЛАВИНОЙ президент разом позабыл про Скарлет и свои подозрения, даже пообещав Сефироту премию за возврат столь ценного учёного. Правда премия ожидала его только в конце месяца, а до этого ещё нужно было как-то дожить. Возвратившись домой и сожрав из холодильника последнюю сосиску, молодой боец всё-таки решился зайти к Генезису и занять у него немножко денег. Но неожиданно наткнулся на совершенно отвратительный и холодный приём.       Так вышло, что весь прошедший день Рапсодос откровенно страдал, и его душевным мукам не было ни конца, ни края. А началось всё с того самого дурацкого юбилея, когда в стельку пьяный генерал Хайдеггер долго донимал его и Хьюли расспросами о боевых подвигах, что позволило Руфусу и Скарлет украсть у них Сефирота. Бедняга долго отсутствовал, и, в конце концов, Генезис решил пойти его поискать.       - Он уже взрослый и способен за себя постоять, - смеялся тогда Анджил, услышав все тревоги своего рыжего друга по поводу того, что могли сотворить с несчастным Сефой эти нехорошие люди. Но он, Генезис, прекрасно знал - Сефа вовсе не такой взрослый, каким кажется. И с его-то познаниями о жизни, этот глупый дурашка непременно вляпается в самую настоящую беду.       Только ужасающая правда оказалась гораздо страшнее всех его худших предположений. Увидав, как Скарлет выходит из какого-то кабинета, Рапсодос прокрался туда, приоткрыл щелку и осторожно заглянул внутрь. Нет, лучше бы он этого не видел. Лучше бы просто прошёл мимо или остался вместе с Хьюли! Ну, зачем?! Ну, зачем ему нужно было заглядывать в этот поганый кабинет?!       Генезис пытался всё забыть, но память так и прокручивала ему ту кошмарную сцену снова и снова. Самодовольный Руфус Шинра сидит в кресле, а Сефирот стоит на коленях возле его ног. И от того подобострастия, которое светилось в глазах коленопреклонённого друга, хотелось просто завыть. Отшатнувшись от дверей кабинета, Рапсодос почти бегом возвратился к ничего не подозревающему Анджилу, но так и не смог заставить себя хоть что-то ему рассказать.       Конечно, он знал это и раньше. Да – глубоко в душе Сефирот по-прежнему оставался собственностью корпорации Шинра. Но не до такой же степени!!! Не до такого же позорного пресмыкания перед своими хозяевами! Неужели его друг вёл себя подобным образом всегда?! И годами от них с Анджилом это скрывал?!       Вот почему, когда Сефирот позвонил в его квартиру, Рапсодос едва мог сохранять спокойное лицо. Пропустив лучшего бойца Шинра внутрь, он сердито буркнул:       - Чего тебе?       - Слушай, Ген, ты не одолжишь мне пару тысяч гил до зарплаты? – спросил сереброволосый СОЛДАТ, зайдя в комнату и усевшись на диван. – А то я как-то поиздержался…       - Одолжу, - странно, но Генезис даже не стал спрашивать, на что его боевой товарищ потратил свои сбережения. Рыжий просто порылся в тумбочке и положил на стол те самые две тысячи гил.       - А прикинь, у меня теперь есть свой собственный байк! – всё же решился похвастаться его гость, посудив, что про байк друзья узнают и сами. – Между прочим - Харди-Дэйтона!       Достав из кармана ключи, Сефирот выразительно ими помахал прямо у Генезиса перед носом, но лицо рыжего бойца оставалось совершенно безжизненным. И это было очень странно. Сине-зелёные кошачьи глаза непонимающе мигнули. А ключи тут же отправились обратно в карман.       - Ты купил себе байк? – безразлично поинтересовался Генезис, так, как будто у него было этих байков десять штук.       - Не. Мне его Руфус Шинра подарил.       И эта фраза всё расставила на свои места. Вот она – причина ползанья Сефирота на коленках. Какой-то дурацкий байк…       К удивлению друга, Рапсодос презрительно рассмеялся.       - Ну, что ж, поздравляю, Сеф. Надеюсь, что хоть это сделает тебя счастливым. Катайся, пока дают.       Удивлённый таким издевательским тоном Сефирот опять поморгал глазами и с непониманием спросил:       - Ты что, за меня не рад?       - Оооо! Ещё как рад! Наконец-то столь великий герой получил от своих хозяев заслуженную награду!       Обиженно умолкнув, «великий герой» секунд десять разглядывал лежащие перед ним деньги и силился понять, что происходит, а потом встал.       - Знаешь, Ген, я тут подумал… Я наверное не буду ничего у тебя занимать. Проживу как-нибудь так.       И, не прощаясь, пошёл к двери. Когда же она захлопнулась, Рапсодос с силой смахнул деньги на пол и побрёл к своему дивану.       - У Руфуса проси, - злобно прошипел он. – Думаю, эта мразь с радостью тебе их подарит.       Тем временем Сефирот совершенно не представлял, как ему действовать дальше. Что случилось с Генезисом и их дружбой? Откуда такой презрительный тон? Разве он в чём-то виноват?       От обиды хотелось биться головой об стенку. Да, Рапсодос – тот ещё псих! Но должно же быть его поведению хоть какое-то объяснение!       «Это потому, что я хотел занять у него денег. Он же богат. Наверное, он решил, что я – нищий и начал меня презирать…»       «А может это из-за байка? Обиделся, что байк подарили только мне?»       «И на что же я теперь буду жить?»       Глупые мысли продолжали лезть в серебристую голову, а ответа так и не было. Постояв в коридоре минут десять, Сефирот хотел уж было сунуться к Хьюли, но вовремя остановился. Что если Анджил отреагирует точно также? И потом, он-то не богач. Часть своей зарплаты Хьюли отправляет в Банору престарелой матери. Наверное, стоит занять денег у кого-то другого.       Но чем дольше молодой СОЛДАТ размышлял, тем сильнее вспоминалась ему поговорка: «Хочешь потерять друга – дай ему в долг». Вдруг это работает и в обратную сторону? А терять друзей совершенно не хотелось. Видимо, стоит обратиться к тому, кто и так его не любит. К человеку, которого не любил и он сам…       «Ну, конечно! Ходжо! Я же его спас!»       На самом деле мысль была не столь уж и плоха. Сефирот хорошо помнил, что когда он немножко подрос, именно зловредный профессор регулярно давал ему деньги на разные карманные расходы. И даже научил покупать пирожки в местной корпоративной столовой. Так что шанс есть!       Был уже поздний вечер, и поэтому в Научном Департаменте оказалось пусто. Но в лаборатории Ходжо свет ещё горел. Директор Департамента сидел за своим компьютером и что-то читал. Кажется, на широком экране даже успело промелькнуть его, Сефирота, лицо, но, услышав звук шагов за своей спиной, профессор тут же свернул все сайты и только тогда обернулся к посетителю.       - Сефирот? – удивился он. – Что-то не припомню, чтобы я тебя вызывал.       - Я пришёл сам.       - Хм... Это неожиданно… - Ходжо встал с кресла и указал СОЛДАТу на койку. - Раздевайся и ложись. Я тебя осмотрю.       - Эээ… Но я пришёл не за этим, - попытался возразить Сефирот. Однако на койку всё же присел.       Профессор вставил в уши стетоскоп и приложил его к груди своего самого любимого «образца». На лице учёного быстро проявилось лёгкое беспокойство. Измерив Сефироту пульс и давление, Ходжо посветил специальным фонариком в его глаза, а затем объявил:       - Пульс учащённый, давление слегка понижено, реакция замедленная. Наблюдается небольшая аритмия. Чем ты сегодня питался?       - Одной сосиской.       - Всего одной? – директор Научного Департамента негодующе покачал головой. – Я уже говорил. С твоим ростом и телосложением ты должен питаться гораздо лучше. Сейчас же возвращайся к себе и, как следует, поешь.       - Хорошо, профессор… - чувствуя себя полным дураком, Сефирот встал с койки и направился к двери. Должно быть, идея занять денег у этого человека и впрямь была глупой.       Но уже в дверях Ходжо его окликнул.       - Так зачем ты пришёл? Только не говори, что безумно жаждал меня увидеть.       Сефирот обернулся.       - Вообще-то я хотел занять у вас денег, - сообщил он, даже боясь представить, что сейчас произойдёт. – Пару тысяч гил до зарплаты. Честное слово, я сразу всё верну.       Лицо профессора вытянулось, а глаза заморгали ровно также, как до этого моргал в гостях у Генезиса его неожиданный визитёр.       - Занять денег? А почему именно у меня? Почему не у Рапсодоса или Хьюли?       - Анджил и сам не богат, а у Генезиса я пытался, - честно сознался лучший боец Шинра. – Но он тут же начал надо мной издеваться. И я подумал, ну тогда у кого, как не у вас? Вы же всегда давали мне в детстве деньги на пирожки. Тем более, что я вас сегодня спас.       - Так вон оно что… - Ходжо ненадолго задумался, а затем махнул рукой и снова указал на койку. – Садись.       Сефирот покорно вернулся и занял своё место. Его собеседник зачем-то опять приложил к нему стетоскоп, а потом начал задавать какие-то странные вопросы.       - Почему Рапсодос над тобой издевается?       - А я почем знаю? – «гордость корпорации» пожала плечами. – По-моему, он мне просто завидует.       - И давно это началось?       - Думаю, давно.       - Интересно… - Ходжо убрал инструмент и заглянул в глаза своего «пациента». – Твоё сердце начинает стучать быстрее, когда я об этом спрашиваю. Тебя это так волнует?       Сефирот нехотя кивнул.       - Напрасно. Поверь, никто из твоих так называемых «друзей» подобного не заслуживает. Рано или поздно они предадут тебя один за другим, - порывшись в карманах, директор Научного Департамента достал бумажник и отсчитал нужное количество денег, впервые за долгие годы почувствовав себя едва ли не отцом. – Вот две тысячи гил. И в будущем постарайся получше следить за своими расходами.       - Огромное спасибо, - снова ощутив себя маленьким ребёнком, лучший боец Шинра забрал деньги и встал с койки. – До свидания, профессор. Как только я получу зарплату, то сразу всё верну.       Дождавшись, пока он уйдёт, Ходжо странно хихикнул и возвратился к своим сайтам. Итак, Рапсодос завидует Сефироту? Означает ли это, что носители клеток Дженовы при всём стремлении к воссоединению действительно будут соперничать?       - Увидим… - тихонько прошептал он. – Поживём и увидим…