Феникс

и откуда ползешь ты наружу скользким спрутом по сердцу, тревога? я бежала в январскую стужу, я бежала домой в минус сорок, я зарылась под пледы, подушки, я скрывала следы, как сумела... там темно, одиноко и душно - но никто не найдет мое тело. я закрыла на сотни задвижек свою дверь и, захлопнув все щели, я сбежала в мир кофе и книжек - да от холода стыла в апреле. я спасалась таблеткой да солнцем. только спрут слишком липк был и мерзок. в тонком мире пассивных эмоций он шептал "я с тобою, доверься, отложи свои глупые книжки, хватит краскою портить блокноты", хоть не верил рассудок лгунишке, было в спруте родное мне что-то. ох, родная, я твой доппельгангер - мне известно, что пало на плечи. сигареты, вино, кофе, пьянка, - вот увидишь, тебе станет легче. хватит прятать себя от реалий - прогори всю себя до двадцатки. скользко щупы меня обнимали, провоцируя паники хватки. доппельгангер шептал - недостойна, так давай прогорим гедонизмом, альтруизм позабудь, ты не воин, твой порок так бессмыслен и низмен. ну давай, порыдай тихо в ванной. ну давай, ведь осталось немного. излечи боль души новой раной, нам диагноз известен - "тревога". из огня в полымя я кидалась, то рвала ту резину чумную, поднималась, сгорала, менялась, оперируя душу вживую, то опять тихо падала в пропасть, оставаясь лишь рядом со страхом, альвеолы заполнила копоть, он проклятье мое. снова крахом развалились мечты и надежды, собрала их и криво слатала, да в ведро - ворох старой одежды. я доспехи по новой ковала, я искала спасение в мире, и пыталась сбежать каждой ночью, словно в клетке - в любимой квартире. почему ж отпустить ты не хочешь?! солнце вроде ослабило спрута, но он все еще где-то в кровати... засыпаю - и с каждой минутой чую горлом, что доппель обхватит, задыхаюсь, тону в этом мраке - хоть нашла для себя лучик света, я борюсь, я еще в этой драке, я не знаю, несет ль смысл это, каждый день - испытанье по новой, но горю - возрождаюсь из пепла, истекая печалью бордовой, знаю то, что душа уж окрепла. я вчера снова падала в пропасть, но боролась с отчаянным страхом, чтобы утром опять себя штопать. доппельгангер, пошел бы ты на...