Зверушка на побегушках

Я не хотела плакать — слёзы текли сами собой. Мне хотелось умереть. Просто взять и не проснуться. Утонуть в безмолвии. Застыть в звуке. Сердце скручивало и рвало в клочья. В горле притаилось отчаянье, а в голове пульсировала одна и та же мысль, затирая и уничтожая мою психику: я не могу без Ясоу Ко. Это была словно фантомная боль. Когда у человека отнимают руку или ногу, а ему кажется, что она у него еще есть и болит. Вот так и я ощущала его потерю. Ясоу больше не было в моей жизни, но я почти готова была поклясться, что до сих пор чувствую его запах и тепло прикосновения. Я разучилась спать одна и поэтому мучилась бессонницей, а днём лежала на своей кровати и тупо смотрела в потолок, поднимаясь только ради того, чтобы накормить Артемиса, а потом снова возвращалась в кровать. Я почти перестала есть, потому что привыкла получать пищу из его рук. Еда не будоражила мои вкусовые рецепторы, и я стала ловить себя на мысли, что ем теперь только чтобы погасить боль в желудке. С нашей последней встречи в квартире у Хироми прошло пять дней. Он не звонил, не присылал сообщений. Просто исчез. Растворился… — И долго ты собираешься лежать, словно мумия? — спросила меня Рейка, присаживаясь на краешек моей постели. Я уже успела излить ей душу несколько раз, рассказав про Ясоу и Сина Ко… Всю историю от начала до конца, потому что не могла долго держать в себе накопившийся груз боли и обиды. Мими уехала со своей семьёй на отдых, поскольку начались каникулы, а Рейка оказалась единственным человеком в моём окружении, кто добровольно согласился выслушать меня. — Не знаю… Мне всё равно… — шептала я, саднящими губами, которые я искусала до крови. — Если тебя бросил любимый, это не повод пачкать своей кровью проезжающий поезд, — сказала она полушутливым тоном, гладя меня по волосам. — Не повод… Если я не истеку кровью раньше, — ответила я, зарываясь лицом в подушку. — Миа, ты должна встать. Нельзя так… — А как можно? — Тебе нужно отвлечься. — Я не могу, Рейка. Он выпил мою душу. — Это всего лишь красивая фраза. Может, стоит с ним поговорить и всё выяснить? — Больше нечего выяснять. Два дня назад он прислал мне с курьером полтора миллиона долларов в кейсе с запиской, что господин Ясоу Ко благодарит меня за оказанные мной услуги. Это конец, Рейка. — Что? Сколько-сколько?! — потрясённо выдыхает Рейка. — Ты что, бредишь?! — Нет, не брежу. Миллион долларов, которые я получила в ходе операции против Сина Ко и полмиллиона от Ясоу Ко — "за услуги". — Мой голос дрогнул, а грудь вновь стала содрогаться от предательских спазмов. — Ты чего ревёшь, дура?! Ты теперь богата, как Крез! — Я отослала кейс ему назад вместе со всей одеждой, что он купил мне. — Что?! — закричала Рейка. Она схватила меня за плечи, развернула лицом к себе и с силой тряхнула. — Ты рехнулась?! Ты отослала полтора миллиона долларов назад?! Ты, блять, из ума выжила?! Ты заработала их! Эти деньги по праву твои! Я сделала усилие и вырвалась из её цепких рук, что было довольно непросто. Моё тело вконец ослабло, и я сама себе стала напоминать бумажную куклу — прозрачную, безвольную, хрупкую, которую при желании можно легко смять. — Нет, Рейка. Это были мои отступные. Он заплатил мне как проститутке! И эта его официальная записка… Безличная и формальная… Господин Ясоу Ко благодарит… Грёбанный господин Ясоу Ко, благодарит! — захрипела я, обхватив колени руками, пряча от Рейка своё лицо. — Да какая разница! За услуги или как! Ты отправила назад такие деньги! Разве не ты ли так упорно шла к своей цели, чтобы получить их?! И в конце ты заработала в три раза больше, чем рассчитывала! И что теперь? Почему ты отказалась от того, ради чего ты столько пережила? — Потому что всё это стало бессмысленным теперь. Деньги… Цели… Когда твоё сердце истекает кровью, не нужны и все государства мира. Рейка фыркнула. — Ну, ты, блять, и загнула! Государства ей не нужны! Твоё состояние — твой личный выбор. Не Ясоу тебя загнал и выпил, а ты сама это сделала! Лишила себя силы и добровольно позволила капкану эмоций вонзиться в своё тело. Наша жизнь предполагает боль, хотим мы этого или нет. — Но что мне делать, если я каждый раз плачу, вспоминая его?! — мой голос снова задрожал и сорвался. — Тебе просто нужно пройти через это. Мы, девочки, так устроены, что наша самая мощная сила проявляется в принятии себя и ситуации, в которой мы оказались. Если с жизнью не бороться, она сама выведет туда, куда следует. — Тогда от меня мало что останется… Я и так уже приняла этот удар, как свершившийся факт. — Ты вовсе не приняла ситуацию. Ты в ней погрязла, словно в болоте. Поэтому лежишь сейчас на кровати и напоминаешь слезливое уёбище! Главный фокус принятия — это смириться с тем, что ты, да, не властна сейчас ничего изменить, но, тем не менее, готова идти дальше. Когда ты принимаешь жизненный удар, ты выпиваешь его, поглощаешь… И тем самым эволюционируешь и изменяешься сама. В этом и есть фокус выживания — подстраиваться под новые условия и гнуть свою линию дальше. Мужики приходят и уходят из нашей жизни, отпивая от нас по глоточку, пока ничего не остаётся, если мы сами позволяем это с собой сделать. Если уж ты решила отказаться от денег, значит должна поднять свою золотую головку, распрямить плечи и найти себя, наконец. Это намного важнее и даст тебе силы и удовольствия больше, чем любой самый идеальный мужчина может дать. Если ты увидела Ясоу Ко без маски, и тебя это напугало, то лучше оставить его позади. Есть вещи, с которыми ничего нельзя сделать, как сильно бы ты этого не хотела. Я потрясённо уставилась на Рейку. А ведь эта недопсихолог-эскортница дело говорит. Ясоу решил заплатить мне как шлюхе, тем самым давая понять, что я ничем не отличаюсь от девушек, которые были у него раньше. Не выйдет. В один ряд с периферией я не встану! Богиням не несут подачки и жалкие отступные. Богиням приносят дары и жертвы! Да, мне чертовски больно, мне больнее, чем когда-либо. Но если я позволю этой боли меня сожрать, я перестану быть той, кем являюсь и растворюсь безвольной тенью. Его демоны страха держат его и никогда не отпустят, но я не такая. Я хочу любви. Настоящей и взаимной. Ясоу просто не способен мне её дать, вот в чем суть. Я сама придумала и влюбилась в человека, которого не существует. Он не любил меня, а просто трахал, удовлетворяя инстинкт. Что-то он говорил мне когда-то про залипание… Залипла… Увязла в паутине своих эмоций и переживаний. Я не в силах победить его страх… И теперь я знала, что нельзя бороться "против чего-то", нужно бороться только "за что-то". За себя! Вот лучшая цель. Я проживу и без его денег и найду свою дорогу сама! — Судя по твоим глазам, вода вернулась в реку, — одобрительно похлопала меня по плечу Рейка. — Что собираешься делать дальше? — Приму душ и вымою голову, — ответила я глухим, но уверенным голосом. — Вот теперь, ты начинаешь мыслить здраво, — улыбнулась она.

☆☆☆☆ Три месяца спустя ☆☆☆☆

Я взглянула в миниатюрное зеркальце и поправила выбившийся из причёски локон. Время быть леди. Охранник открыл передо мной дверь, слегка поклонившись. — Добрый вечер, мисс Айно. Мисс Кино спрашивала о вас. Он отвернулся и негромко произнёс что-то в закреплённый на руке микрофон, а услышав ответ, сделал жест рукой, пропуская меня внутрь. Я оглядела огромный холл. Красивая девушка в длинном зелёном платье пересекла фойе и направилась ко мне. Её каштановые волосы были собраны в хвост, а огромные карие глаза светились добротой и восхищением. — Миа, вот и ты! Выглядишь потрясающе! — улыбнулась она. — Не слишком официально? Всё-таки это первое мероприятие, которое я организовала сама почти без твоей помощи. — Наоборот! Даже хорошо, что ты не будешь выделяться из толпы гостей. Так ты сможешь наблюдать и незаметно следить, чтобы всё прошло замечательно. Тебе очень идёт красный цвет, и твоё платье просто великолепно! Я с облегчением вздохнула. Макото Кино стала моим ангелом-хранителем, моей наставницей, моей героиней, моей спасительницей. Со временем нашего знакомства, я не видела от неё ничего, кроме добра. Мы обе работали в очень известном и престижном агентстве по организации светских и публичных мероприятий, куда меня порекомендовал господин Кано. Когда, пару месяцев назад, я позвонила ему с просьбой помочь мне найти работу, поскольку возвращаться в модельный бизнес уже не хотелось, а найти профессию по душе без опыта и образования стало настоящей проблемой, он, недолго думая, предложил мне место организатора в компании своего хорошего знакомого. Господин Кано сказал, что мой природный талант переговорщика и устраивать дела, несмотря на возраст, как раз то, что нужно для подобной работы. Поначалу я скептически отнеслась к его предложению, но когда начала работать, меня это неожиданно увлекло. Моя жизнь изменилась и завертелась, словно карусель. Я находила истинное наслаждение в ведении переговоров с дизайнерами, журналистами, флористами, поставщиками и знаменитостями. Я с лёгкостью координировала чужую работу, с азартом разруливала проблемы, которые грозили сорвать мероприятие. Макото восхищалась моей выдержкой и умением находить выход в безнадёжных ситуациях. Моя стажировка заняла примерно два месяца, в ходе которой я ходила за Мако, словно тень, вникая в тонкости её работы. И вот, наконец, мне доверили организовать помпезный благотворительный вечер, на котором должен был собраться весь свет. Поскольку мероприятие было грандиозным, Макото всё же помогала мне: она занималась списками гостей, а я — всем остальным. Сказать по правде, я предпочитала никогда не заниматься списками приглашённых, потому что боялась наткнуться на ЕГО имя. Один лишь намёк на то, что мы можем встретиться вновь, приводило меня в отчаянье и дрожь. И каждый раз я с замиранием сердца наблюдала за проведением мероприятия, пытаясь отыскать глазами невысокую субтильную фигуру с серебряными волосами и зелёными глазами-безднами. Но за три месяца мы ни разу не пересеклись, даже случайно. Мими и Рейка продолжали встречаться со своими "Starlights", а я старалась избегать общих компаний, потому что знала — стоит мне увидеть Сатоши или Тайя, то моя броня, которую я старательно наращивала все это время, затрещит по швам. Хироми пыталась со мной поговорить. Несколько раз она приходила ко мне домой, но я просила Рейку не впускать её ко мне… она была для меня опасней, чем братья Ко, поскольку напоминала о НЁМ сильнее, чем кто-либо. Через какое-то время она сдалась и больше не приходила, прислав лишь короткое сообщение на мою электронную почту о том, что Син Ко смещён со своего поста и отправлен в вынужденную ссылку вместе с женой в Латинскую Америку. Да, я струсила. Оградила себя барьером даже от людей, которые могли хоть каким-либо образом напомнить мне о Ясоу. Моё тело по-прежнему изнывало по нему, а сердце щемило каждый раз, когда я воспроизводила до боли любимый и родной образ в своей голове. Чтобы окончательно не сойти с ума, я постаралась забить своё время и голову по максимуму, полностью отдаваясь работе. Однако, этого мне показалось мало, и вскоре я записалась на курсы подготовительных занятий для поступления в колледж. Проведя полтора месяца в университете, я как-то втянулась в общую студенческую жизнь, и мне стало этого не хватать, особенно лекций предметов, которые меня успели заинтересовать. В школе я училась из ряда вон плохо и теперь решила наверстать упущенное время, восполнив пробел в своём образовании. Будущему менеджеру это пригодится в любом случае! Денег, которые я теперь зарабатывала, с лихвой хватало и на еду, и на курсы, и на модную одежду, а также их по моим подсчётам должно было хватить для оплаты пусть не самого престижного, но хорошего колледжа. С выбором учебного заведения мне помогла Ами — она, как никто, разбиралась во всём, что касалось образования. Свою же боль и переживания я изливала в песнях о любви, которые сама сочиняла и исполняла. По воскресеньям я пела в небольшом клубе Venus, в который меня порекомендовала Рейка, где она теперь работала администратором, как девушку, выступившую однажды со "Starlights". И хоть в интернете было полно видео с того самого памятного концерта в клубе "Kinmoku", моё имя всё же осталось в тени, поскольку группа "Starlights" отказалась дать комментарии по поводу моего выступления; и со временем шум вокруг меня затих сам собой. Мои выступления не были чем-то грандиозным и необыкновенным, но у меня успела появиться своя маленькая аудитория слушателей. Я получала истинное удовольствие, когда пела, ведь все мои песни были только о НЁМ. Моя душа и голос говорили всё то, чего я не могла ему сказать. На сцене я могла быть настоящей. Вот так, стараясь разнообразить свою жизнь, я топила своё горе, и сантиметр за сантиметром залечивала свою истерзанную душу. Работа, учёба и музыка приносили долгожданное забвение и удовлетворение. Домой я приходила уставшая, измотанная до предела, и меня не хватало больше ни на что, кроме того, чтобы лечь в постель и забыться усталым сном без сновидений. Мы с Макото вошли в огромный зал, и я, наконец, смогла оценить результат своих усилий. Всё светилось белым — от глубокого белого фарфора до стульев с высокими спинками и сидениями из ярко белой замши. Пышные букеты нежно-белых пионов, казалось, сами собой произрастали из белых столиков и плавили помещение зала в сладостном и чувственном, с яркими водными нотами аромате. Я удовлетворённо улыбнулась. Знаменитый дизайнер, которого я чудом уговорила забросить все свои заказы и взяться за этот проект, превзошёл себя. Благотворительный вечер должен пройти без сучка и задоринки. Я почувствовала, что приехали первые гости, прежде чем увидела их. В холле сразу возникло напряжение, которое можно было потрогать пальцами. Девушки-хостес приветствовали всех прибывших и помогали ориентироваться в пространстве зала. Следующие полчаса не слишком отличались от начала вечера. Гости прибывали и прибывали, и вскоре парад смокингов, шифона, затейливых причёсок и бриллиантов перестали производить на меня впечатление. Я обходила гостей, следила за официантами и оркестром, который играл музыку в стиле ретро в смежном зале. Всё шло как по маслу. Ещё два часа и я могу отправиться домой. Я перевела дух и уже собралась двигаться в фойе, чтобы убедиться у администратора, что всех гостей встретили на должном уровне, как неожиданно я с кем-то столкнулась. Я пробормотала извинения, подняла глаза и… Скажу сразу — никогда за всю мою недолгую жизнь не была я потрясена как в тот вечер, потому что на меня смотрели змеиные глаза Ясоу Ко.