Лисье счастье
9 апреля 2026 г., 15:09
На двенадцатый день я проснулась с тошнотой.
Сначала подумала — отравилась. Вчера мы собирали грибы, и хоть Зак уверял, что разбирается в них, вдруг попался какой-то неправильный. Но тошнота не проходила. Тянуло на солёное, кружилась голова, и грудь стала непривычно чувствительной.
— Ты бледная, — заметил Кристиан, когда я вышла на крыльцо. — Опять тошнит?
— Уже второй день, — призналась я.
— Может, в город съездим? К врачу?
Я замерла. Врач. Тошнота. Солёное. В голове щёлкнуло, сложилось, как пазл.
— Крис, — сказала я медленно. — А когда... когда у меня были последние месячные?
Он уставился на меня. Я видела, как до него доходит. Как расширяются глаза, как бледнеет лицо.
— Ты думаешь... — начал он.
— Я не знаю. Но нужно проверить.
Мы поехали в город. В маленькую аптеку на окраине, куда никто не заглядывает. Я купила тест, заперлась в туалете, ждала три минуты, считая удары сердца.
Две полоски.
Я вышла. Кристиан стоял у машины, бледный, напряжённый.
— Ну? — спросил он.
Я показала тест.
Он смотрел на две полоски так, будто видел их впервые в жизни. Потом перевёл взгляд на меня. Потом снова на тест.
— Ты... мы... — он не мог выговорить ни слова.
— Да беременна, — сказала я.
Кристиан опустился на колени прямо посреди парковки. Обхватил меня за талию, прижался лицом к животу. Я чувствовала, как дрожат его плечи. Он плакал.
— Крис, люди смотрят, — прошептала я.
— Плевать, — ответил он, не поднимая головы. — У меня будет ребёнок. Наш ребёнок.
Я стояла, гладила его по волосам, и сама едва сдерживала слёзы. Серебряные линии на ладонях пульсировали ярче обычного — сила откликалась на новую жизнь внутри меня.
Мы вернулись в город на следующий день. Мерида встретила нас на пороге — и сразу поняла что-то по моим глазам.
— Ты беременна, — сказала она, не спрашивая.
— Откуда ты знаешь?
— Чувствую. Твой запах изменился. И... — она коснулась своего живота, — я чувствую её.
— Её?
— Девочку, — Мерида улыбнулась. — У тебя будет девочка.
Кристиан, стоявший позади, оперся о стену. Зак хлопнул его по плечу.
— Поздравляю, папаша, — сказал он.
— Я буду отцом, — выдохнул Крис, словно только сейчас осознав.
— Ты будешь отцом, — подтвердил Зак. — И это страшнее любой погони.
Мы рассмеялись. Смеялись долго, до слёз, до боли в животе. Смеялись от счастья, которое казалось таким хрупким — и таким настоящим.
На двадцатой неделе я почувствовала первый толчок.
Сидела на диване, читала книгу, и вдруг внутри что-то шевельнулось — маленькое, живое, своё.
— Крис, — позвала я.
Он прибежал из кухни, заляпанный мукой — пытался испечь пирог по Закиному рецепту.
— Что случилось?
— Она движется.
Он опустился на колени, прижал ладонь к моему животу. Ждал. Я тоже ждала.
Толчок повторился.
— Я почувствовал, — прошептал Кристиан. — Боже, я почувствовал её.
Он поднял на меня глаза — мокрые, счастливые, испуганные.
— Кэтрин, у нас будет дочка.
— У нас будет дочка, — подтвердила я.
Лунный камень на моём пальце вспыхнул — ярко, серебряно, словно тоже радовался. Сила внутри меня росла, но теперь она была не одна. Теперь в ней была ещё одна жизнь.
Ёкай. Человек. Нечто среднее.
Наш ребёнок.
Война осталась позади. Впереди была жизнь. И мы были готовы к ней. Вместе.
