Зов чистого сердца

      Трина невероятно нервничает.       В конце концов, она не знает, как должна справиться со всей ситуацией. Два дня назад раненый мужчина появился буквально из воздуха. Кем был он? Был ли он ранен? Почему Малфой не упомянул о нем? Почему нет? Почему все вокруг притворяются, будто всё в порядке, все эти вежливые улыбки и кивки? Трина ничего не должна Малфоям, особенно Драко, так что она обязана все рассказать хотя бы своим родителям!       Еще нет.       Драко не разговаривал с ней за обедом, и с тех пор, как Теодор вернулся, он ни разу находился один. Трина замечает, что его родители продолжают посылать ей взгляды, и она не может сказать наверняка, любопытны ли они или опасаются ее. Девушка хочет знать, что происходит, но, честно говоря, не хочет ни спрашивать об этом, ни действительно знать ответ.       Каникулы почти закончились, и Трине предстояло вернуться с семьей домой, чтобы провести последние выходные дни в родном поместье. Но девушка не могла выкинуть из головы ситуацию и отчётливо понимала, что не сможет успокоиться, пока не узнает всю правду от родителей Драко или его самого.       Она собирала свои вещи почти час, когда поняла, что ее родители не особо торопятся покидать гостеприимный дом. Нарциссу и Елену было трудно разделить весь визит, они как-будто приклеились друг к другу. Николас и Яксли, кажется, хорошо поладили, или же ее отец просто говорит так ее матери, чтобы продолжать прятаться в библиотеке подальше от шумных компаний.       Она вздыхает, складывая свитер и бросая его в свою сумку. Трина колеблется и закусывает губу, когда слышит, что в ее комнату кто-то стучит. Кто бы это мог быть?       Трина двигается к двери, открывая ее. Перед ней открывается вид на хозяина поместья. Люциус Малфой стоит прямо перед ней. Его светлые, почти белые, волосы волной рассыпаны по спине, он крепко сжимает трость в своей руке и выглядит внушительнее, чем когда-либо. — Добрый день, мисс Розье, — холодно начинает разговор Люциус Малфой, его глаза внимательно рассматривают обстановку позади нее. — Мистер Малфой, моих родителей здесь нет, — Трина старается не нервничать, но ей это плохо удаётся. За спиной Малфоя-старшего она замечает Драко, он скрестил руки на груди и выглядит максимально неловко. Он просто смотрит на пол, не давая ей никакой подсказки к тому, что происходит и как ей себя вести. — На самом деле я здесь, чтобы увидеть тебя, — говорит старший Малфой, качая головой. — Мы можем войти? — Конечно, — бормочет она, поспешно отступая.       Ее щеки становятся пунцовыми, когда Драко снова оказывается к ней на столь близком расстоянии, и она начинает чувствовать вину перед Фредом, как-будто она сделала что-то не так. Трина и Фред не строили планов, конечно же, она не была его девушкой, и то, что было между ними в Хогвартсе, могло быть забыто сразу после каникул. Но почему-то Трине казалось, что она предаёт молодого человека. — Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты ничего не сказала о нашем неожиданном госте в тот вечер, — говорит Люциус Малфой через мгновение, когда дверь плотно закрыта, и их становится только трое. — Я знаю, что это был настоящий шок, когда он так неожиданно появился.       Она сомневается, и ее взгляд устремляется на Драко, прежде чем просто кивнуть, не зная, что сказать. Драко смотрит на все, кроме Трины, его руки напряженно держатся за спиной. Он выглядит очень неловко, будто бы предпочитая провалиться под пол. — Я знаю, что это странная просьба, но это было бы в наших общих наших интересах, если бы ты никому о случившемся не сказала, даже своим родителям,  — продолжает Люциус, и глаза Трины впервые поднимаются на него. Девушка понимает, что он знает о том, что она еще не говорила родителям о происшествии. — Наши гости будут очень смущены.       Ахах. Она и не собиралась никому говорить о полуживом человеке в саду хозяев этой вечеринки, хотя ей и было любопытно, что скрывает Малфой. Трина слышала достаточно сплетен, чтобы знать, что Люциус был Пожирателем Смерти на службе у Темного Лорда в прошлом и что его семья, скорее всего, все еще была вовлечена в этот процесс. В такие моменты Трина рада, что ее семья не служила Темному Лорду. — Я не считаю это своим делом, — говорит она через мгновение, играя кончиками своих волос. Люциус вопросительно поднимает бровь, но вскоре находит ее ответ удовлетворительным. — Ты друг этой семьи, Трина, — говорит он, глядя на своего сына, похоже именно Драко убедил отца в том, что она не будет болтать. — Я надеюсь, что ты будешь посещать нас чаще в будущем.       Ох как сомневалась в этом Трина. Она ничего не говорит, когда он направляется к двери, делая мимолетный кивок в сторону Драко, который немного расслабляется. Что это? Люциус уходит с парой вежливых слов на губах, оставляя Трину и Драко в покое. Блондин на мгновение нервно переминается, словно собираясь с духом, прежде чем полностью на нее взглянуть, тяжело выдохнув. — Я… ты взволнована, что едешь домой? — спрашивает он через мгновение, выдавливая почти робкую улыбку. Он, наверное, рад, что его дом наконец-то опустеет, Трина бы точно прыгала от счастья, провожая такое количество людей. — Полагаю, было бы неплохо снова вернуться домой, — пожимает плечами девушка, скрестив руки. Она смотрит на него, удивляясь, почему он все еще стоит там, почему он не ушел со своим отцом. — Ах, да, хорошо, я… — он снова колеблется, затем вздыхает, медленно вынимая руки из-за спины. Трина смотрит на него, моргая, когда видит, что он держит в руках небольшую изумрудную коробку с серебряным бантом. Он хочет вручить ей подарок? — Вот, открой его на Рождество, если хочешь. — Ты подготовил мне подарок? — она слышит, как удивлённо звучит ее собственный голос. — Драко. — Отец подумал, что я должен отдать его тебе сейчас, вместо того, чтобы позволить сове доставить его, на всякий случай… — Драко замолкает, слишком смущенный, чтобы закончить свою фразу. — Я решил, что тебе будет приятно получить что-нибудь от меня. — Это так мило с твоей стороны, Драко, спасибо! — говорит Трина с искренней улыбкой, смыкая пальцы вокруг коробочки. Его бледные щеки немедленно вспыхивают, и он просто кивает головой, не зная, что еще сказать.       Трина кусает губу, шагает вперед, и ее мягкие губы мягко прижимаются к его теплой щеке, заставляя его краснеть еще больше. — Я имею в виду, что это очень заботливо с твоей стороны. — Я просто надеюсь, что тебе понравится, — бормочет он, а девушка просто улыбается. — Я уверена, что понравится. — Я бы хотел показать тебе кое-что прежде, чем ты уедешь, — внезапно сказал Драко. Трина останавливается, а затем кивает головой. В конце концов, она уже почти собрала вещи, в то время как ее родители даже не приступили к этому. Будет приятно хоть ненадолго выйти из комнаты. — Пойдем со мной.

***

— Ух ты! — восклицает Трина, шагая вперед и всматриваясь в каменное сооружение. Она и Драко находятся в самой высокой башне Малфой-мэнора, и хоть ей холодно, вид полностью стоит того. Девушка видит все сады, раскинувшиеся вокруг поместья. Она может увидеть фонтаны и то, как лунный свет сверкает в воде, ночное небо безоблачное и яркое. — Это прекрасно! — Я думал, тебе понравится, — говорит Драко, и Трина рада, что он стоит в нескольких шагах от нее. — Я прихожу сюда, чтобы подумать или когда у мамы слишком много гостей. — Это бывает часто? — Чаще, чем ты думаешь.       Трина улыбается и жестом приглашает парня сесть с собой рядом. На мгновение он колеблется, но после не спеша присаживается рядом с ней, как бы невзначай кладя свою руку поверх ее. Розье не возражает, после того, что Малфой показал ей на прошлой неделе, она поняла, что Драко действительно может быть приятным человеком. — Здесь красиво, — говорит она, видя, как мерцают звезды. — Да, — соглашается Драко, его глаза изучают ее лицо. Он ждет, когда Трина начнёт разговор о их прошлой совместной прогулке, но она молчит. Она вообще об этом не упоминает, а просто стоит рядом с ним, наслаждаясь видом. — Я хотел, чтобы ты увидела это до того, как ушла, но я не был… — Драко обрывает себя, не желая признавать свою неуверенность.       Она кусает губу, глядя на сады еще несколько минут, прежде чем посмотреть на него. Трина чувствует вину за то, что позволила ему поцеловать себя, но, по собственному признанию, ей это понравилось. Драко очень хорошо целуется. Однако она не уверена, что это должно повториться. Он был замечательным здесь, в его семейной усадьбе, но что произойдет, когда они вернутся в школу? Разве он не вернется к тому же самоуверенному, унижающему чужое достоинство Малфою, которым он обычно является?       Будет ли что-нибудь другое? — Драко? — Да? — ее голос такой холодный на морозном воздухе, что он почти не слышит его. Эти его ледяные серые глаза немедленно устремляются к девушке, понимая, что его рука все еще касается его, давая достаточно тепла, чтобы они оба не дрожали. — Будет ли все по-другому, когда мы вернемся в школу? — ее глаза сегодня кажутся такими яркими, требующими внимания Драко, что он не может отвести от них взгляд. Кажется, они сверкают, и он обнаруживает, что наклоняется к Трине, желая быть ближе. — Что ты имеешь в виду? — Я… я действительно наслаждалась твоей компанией последние несколько дней, — признается Трина, вспыхивая под его взглядом. — Я не хочу возвращаться в школу, где ты снова станешь тем Малфоем, которого я на дух не переношу.       Драко вскочил гримасу; он не может ничего с этим поделать, находясь дома, он может расслабиться, но когда он в школе, у него есть репутация, которую нужно сохранить. Он не может быть просто добрым с каждой ведьмой и волшебником, с которыми он вступает в контакт, особенно если они имеют более низкий социальный статус. Если его родители услышат, что он общался с низшим классом… — Мне нравится проводить с тобой время, даже когда ты меня оскорбляешь, — добавляет он с нерешительной улыбкой. — Надеюсь, когда мы вернемся в школу, все будет по-другому, как-будто я украл твою кошку или что-то в этом роде.       Трина закатывает глаза и обнаруживает, что не против того, чтобы он был так близко к ней, его манящий одеколон, полностью ему подходит. — Ты просто хочешь помочь мне с домашним заданием по чарам. — Ну, раз ты предлагаешь… — Драко!       Он смеется и поворачивается так, что смотрит прямо ей в глаза. — Ты одна из самых умных ведьм в нашем классе, Трина Розье. Я знаю, что ты всегда будешь лучше в заклинаниях, чем я. — Ты имеешь в виду позади Гермионы Грейнджер, ты имеешь в виду именно это, — ворчит она.       Драко почти не может сдержаться, чтобы не указать Трине на происхождение грязнокровки Грейнджер, но потом останавливает себя, понимая, что так он только испортит ситуацию.       Трина милая, когда надувается. Драко нравится, как ее нижняя губа слегка торчит, как девушка с негодованием вздыхает; это первый раз, когда она напоминает ему свою мать. Трина копия своей матери, пусть она и не хочет это призвать. Годы сделали единственную дочь Елены Розье ее точной копией, и внешне, и внутренне. — Не беспокойся о ней, — пренебрежительно говорит он, проводя рукой по своим светлым волосам. — Ты самая яркая ведьма, которую я знаю, когда дело доходит до очарования.       Он хочет добавить, что ее кровь делает ее в десять лучше, чем ведьма Грейнджер, но снова оставляет эти мысли при себе.       Девушка сразу краснеет от его слов, застенчиво отводя взгляд. Драко действительно любит ее? То, как он ее поцеловал, никто так не целовал Трину, так… сильно? Она не знает, как это описать, но в его поцелуе было определенно больше страсти и тепла, по сравнению с мягкой нежностью Фреда. Они настолько разные, что их трудно даже сравнить. — Я надеюсь, что в школе все будет по-другому, — тихо говорит Драко, и его пальцы смело двигаются, теперь они полны уверенности, которую можно было бы связать с чистокровным Малфоем. Они убирают волосы с ее лица и резко останавливаются под подбородком Трины, поднимая его вверх, чтобы у ее не было выбора, кроме как посмотреть на него. Их глаза встречаются, и она понимает, что он хочет сделать. — Мы проведем гораздо больше времени вместе. — Драко, — бормочет она, обнаруживая, что опирается на его руку. Ему нравится, когда она произносит его имя таким образом, без какого-либо гнева или снисходительным тоном как это обычно бывало. — Трина.       Ее имя — шепот на его нервных губах, когда его тело смещается, а лицо нагло наклоняется к лицу девушки. Трина закрывает глаза, как только ее губы встречаются с мужскими, удивляясь, той нежности, что дарит этот поцелуй. Ее пальцы поднимаются, робко прижимаясь к его груди, когда она чувствует его руку вдоль своей талии.       Он наступает, пока холодная каменная стена не упирается в ее спину, но это не то, что заставляет Трину дрожать, когда ее пальцы скользят выше, и руки обвиваются вокруг его шеи, когда она раскрывает губы для его изучающего и талантливого языка.       Откуда он знает, как так целоваться?       Поцелуй неуклонно становится теплее, оставляя все притворство нежности позади. Ее пальцы играют с волосами на его затылке, когда Драко прижимается к Трине, и она удивленно вздыхает, когда впервые чувствует, как его тело прижимается к ее собственному.       В его глазах вспыхнул блеск, и она была уверена, что он ухмыляется внутри, его губы слишком заняты, чтобы построить усмешку. — Драко, — ее шепот пронизан нервозностью, когда его горячие поцелуи пробиваются вниз. Он кусает чувствительную кожу ее шеи и плеч, вызывая немедленную слабость, поражающую колени Трины. Она замирает, когда его руки бесстыдно бродят по ее бедрам. Она не должна позволять этому случиться, и все же ей нравится происходящее, это так ново и необычно, что девушка просто позволяет Драко продолжать.       Она слегка смущается, когда его руки доходят до ее груди, и это смущение быстро приводит ее в чувство. Трина кладет свои ладони поверх его плеч, мягко отстраняя Драко от себя. — Драко, подожди.       Драко тут же отстраняется, его взгляд полон разочарования, он неохотно отрывает губы от шеи девушки, сжимая руки так, чтобы они лежали вдоль стройных бедер Трины. Он отодвигается ровно настолько, сколько позволяет ему его выдержка. — В чем дело? — Мы не должны — я имею в виду, я должна вернуться… — мямлит Трина, ее кожа горит, и она чувствует себя нелепо и глупо. Она просто… это очень далеко от ее зоны комфорта! Девушка не представляет, что делать или как действовать дальше, и ее сбивает с толку всё это, и она чувствует себя в затруднительном положении.       Она лишь смущённо смотрит вниз, но Драко, кажется, все понимает. — Мы можем продвигаться чуть медленнее, — бормочет он, но то, как он это говорит, хриплость в его голосе — это заставляет щеки Трины гореть. — Я не хочу, чтобы тебе было неудобно. — Я просто… я не уверена, — внезапно колеблется девушка, слишком огорченная, чтобы объяснить свое нежелание, ситуация абсолютно сбивает ее с толку. — Не волнуйся. На этот раз я тебя чему-то научу, — усмехается Драко, его теплая ладонь ложится на ее горящую щеку. Его губы оказываются на губах девушки, прежде чем она успевает ответить ему хоть что-то.

***

      Когда наступает Рождество, Драко приятно удивляется, обнаружив у окна сову с небольшой коробкой. Когда он открывает ее, то находит декоративное черное перо, серебряные и зеленые перья, украшают его конец.       Как ей удалось найти ему подарок столь быстро? Он невольно улыбается осознавая, что Трина думала о нем в это Рождество.       Снаружи впервые начинает падать снег.

***

      Она жутко нервничает, когда возвращается в школу. Она не знает, как должна вести себя после рождественских каникул. За оставшиеся дни каникул она так и не сняла подарок Драко со своей шеи, небольшой кулон на серебряной цепочке, казался Трине поистине великолепным. В ее душе была робкая надежда, что и Драко оценит подарок, который она для него выбрала.       Она вздыхает, когда входит в купе вагона, сегодня ей повезло, и попутчиков у нее нет. Она абсолютно одна, но одиночество ее не гложет. Волосы Трины распущенны, они волнами спадают по ее плечам на спину. Копна каштановых волос так кстати закрывает багрово-красный засос на ее шее — еще один рождественский подарок от Малфоя-младшего.       Драко оглядывает платформу девять и три четверти, но не видит Трину. Крэбб и Гойл стоят, как обычно, рядом с ним, и он может слышать голос Панси Паркинсон сквозь толпу. Его губы скручиваются, когда он видит, как Грейнджер разговаривает с одним из Уизли.       Он знает всех вокруг себя, но он не может найти единственного человека, которого он действительно хочет увидеть. Он видит Теодора и кратко кивает ему, прежде чем войти в поезд, не желая разговаривать ни с кем.       Ему понадобилось всего несколько минут, чтобы заглянуть в каждое купе и найти девушку. Он так резко остановился, что Крэбб и Гойл едва не врезались в него. — Вы двое, можете идти дальше, — взмахнул рукой Драко, увидев, что Трина одна, и это прекрасная возможность поговорить. Она отрывает взгляд от книги, которую читает, и он становится свидетелем ее искренней улыбки. Драко входит в купе, обращая внимание на то, что она, как и он, еще не переоделась в школьную форму. Он закрывает дверь и садится возле нее. — Эй, — говорит он, наклонившись вперед, чтобы его локоть уперся в полку, любуясь румянцем на ее щеках. — Эй, — она пытается повторить его тон, но ее голос звучит мягче. — Спасибо за перо, — говорит Драко, улыбаясь, вместо того, чтобы ухмыляться. — Это очень похоже на мой стиль. — Я не была уверена, что тебе подарить, — она пожимает плечами, крепко держась за книгу на коленях. — Тебе действительно понравилось? — Конечно, у тебя отличный вкус, — хвалит он, нагло протягивая руку, чтобы прикрыть ее холодную руку своей, заставляя глаза девушки нервно смотреть на дверь, прежде чем вернуться к нему. — Я вижу, тебе тоже понравился мой подарок, — кивает он в сторону ее шеи.       Она автоматически дотягивается до ожерелья, лежащего на груди, кивая. — Да, это очень красиво, спасибо. Должно быть, это стоило целое состояние. — Ничего, что я не смог бы себе позволить, — мгновенно бросает Драко.       Они оба наслаждаются поездкой в ​​Хогвартс, находясь только вдвоём в купе поезда. Драко покупает сладости в тележке с едой, зная, как Трине нравятся пирожные с кремом. Девушка ловит себя на мысли, что Драко Малфой особенно хорош, когда не пытается корчить из себя сноба.       Может быть, этот учебный год действительно будет другим.

***

— О, ты здесь!       Она широко распахивает глаза, когда чувствует руку на своём плече. Первый день занятий с самого начала был беспокойным, и она была довольно занята, пытаясь распаковать все вещи — очевидно, заклинание распаковки, которому девушку научил отец, не всегда… складывает вещи там, где они должны быть. Ей необходимо чуть больше уделить времени этому вопросу.       Трина смотрит вверх, искренне улыбаясь рыжеволосым близнецам Уизли. Джордж наваливается на нее, крепко обнимая девичьи плечи. — Итак, как прошли твои каникулы? — спрашивает он, а Трина пожимает плечами. — Все прошло хорошо, мне нравятся рождественские каникулы. — Ну, а кто же не любит рождественские праздники? — говорит он с усмешкой. — Наша мать перепутала праздничные свитера в этом году, мне достался подарок Джинни, ты бы видела, как яростно сестра пыталась содрать с меня прелестный розовый свитер, который мне так шёл.       Трина хихикает, она расслабляется, слушая подобные нелепые рассказы близнеца. Люди вокруг смотрят на них с удивлением, конечно, это немного странно — найти гриффиндорца и слизеринца, разговаривающих на глазах у всех, но она… совсем не обычный слизеринец. — Должно быть, в вашем доме было очень весело на каникулах, — говорит Трина. — Я провожу Рождество в компании своих родителей, где нет и намека на веселье, шум и гам. — Ты говоришь о том, что у нас в доме царит веселье, в то время как наша мать считает, что это хаос. Хотя я думаю, что она счастлива от того, что мы все бегаем вокруг нее, — сообщает Джордж, не замечая, что они дошли до нужного Трине класса. Девушка не видит платиновых волос, из-за чего делает вывод, что Драко еще нет. — Все возможно. Так почему ты сегодня ходишь со мной, а не с Фредом? — спрашивает она из любопытства. — Я нахожу это немного странным, или вы пытаетесь разыграть меня и проверить, узнаю ли я подмену? — Нет, мы знаем, что ты можешь нас различить. В этом нет никакого веселья, — усмехается Джордж. — Фред занят, догоняя Гарри, как-будто Рон сам не разболтал все детали разрыва. Ты знаешь, какой у него большой рот.       Она улыбается Джорджу, будто соглашаясь с ним, на самом деле она не знает ничего про рыжего мальчика с соседнего факультета. Несмотря на ее общение с Гарри Поттером, она не сказала его лучшему другу и пары слов. К своему стыду, она не всегда вспоминала даже его имя с первого раза. — Я лучше пойду в класс, — говорит она, взглянув на часы. — Флитвик не против, если мы опоздаем на несколько минут, но… — Я понял. У меня сейчас нет занятий, поэтому я могу провести время как захочу.       Счастливчик.

***

      Драко медленно опускается на стул и хмурится. Теперь он сидит спиной к двери и находится всего в двух партах от Трина, которая как ни в чем не бывало болтает с девушкой из Когтеврана, она мило улыбается соседке по парте, и вскоре они обе взрываются смехом. Возможно, раньше это бы и вызвало в Драко улыбку, но не сейчас.       Она опять говорила с Уизли.       Разве каникулы ничего не значит для нее? Подарок? То, что он провел всю поездку в купе, разговаривая с ней вместо того, чтобы слушать Крэбба и Гойла?       Она усердно игнорирует все его усилия, отказываясь даже думать об отношениях с ним. Драко действует строго по совету своей матери, он милый с ней, не хамит другим, когда она рядом. Его положение в обществе и деньги, похоже, вообще ее не волнуют, в то время как раньше ему было достаточно назвать свою фамилию, чтобы девушка согласилась быть с ним. Но Трина была не из той категории.       Черт возьми, ухаживать за девушкой сложно.       Особенно, когда она общается с волшебниками из низшего класса.       Он раздражен, более чем раздражен — он хочет точно знать, о чем она думает и что делает! Ему казалось, что она стала другой за время, проведённое с ним в Малфой Мэноре, но нет. Она снова играется с Уизли. Драко хотелось подойти в мальчишке Уизли и рассказать о том, что произошло между ним и Триной во время рождественских праздников.       О чем она думает, черт побери? Она навредит своей репутации и репутации ее семьи. По мнению Драко, мать Трины — просто глупая версия его матери, и она, вероятно, упадет в обморок, если узнает! Разве, что отец Трины останется спокоен.       Но вот мать.       Что он должен делать тогда? Как ещё Драко должен доказать свою привязанность? Он поцеловал ее несколько раз, он купил ей рождественский подарок — он даже позаботился о том, чтобы произвести приятное впечатление на ее семью.       Ему нужен новый план.       Что он может сделать, чтобы избавиться от Уизли? Оба близнеца раздражают, шутят, заканчивают предложения друг за друга. Достаточно сложно отличить их, не то чтобы Драко заботился об этом, чтобы когда-либо прилагать подобные усилия, но они также любимы большинством учителей.       Драко должен разрушить это.       Он подпирает подбородок рукой, размышляя над учебником. Ему даже не нравятся чары, он здесь только ради Трины, он в группе для продвинутых из-за нее, а не потому, что он хорош в этом. Она оборачивается, и в Драко мелькает надежда, что Трина ищет его. Но нет, она находит глазами парня с факультета Когтевран и слегка кивает ему.       Как он может избавиться от близнеца Уизли?

***

      Она не могла не чувствовать, как глаза Драко прожигали ее спину через весь класс. Трина не спешит поворачиваться к нему, вместо этого она ищет глазами Тома и кивает ему в знак приветствия. — Трина.       Она почти вздрагивает, когда слышит, как Драко зовет ее, и ее шаги замедляются, позволяя ему догнать ее. Девушка крепче держится за свои книги, настороженно глядя на Драко, который уже слог ее догнать. — Привет. — Что ты делаешь этим вечером? — спрашивает он, серые глаза пробегаются по ее силуэту, и она невольно съеживается. — Когда ты закончишь домашнюю работу? — Думаю, сегодня я свободна. — Хорошо, тогда ты сможешь помочь мне с этим проклятым заданием. Я не понимаю, почему мы должны знать, как сделать что-то, что кажется мне бессмысленным. Просто объясни это. — Не весь мир вращается вокруг тебя, Драко, — закатывает глаза Трина. — Только, если ты так говоришь.       Драко. — Я помогу тебе с этим сегодня вечером, — решительно говорит она, когда они подходят к лестнице. — После ужина? — Да, — прекрасно, она не может проводить время с Уизли, если будет торчать в комнате с ним.       Не то чтобы Драко вел счет, но он думает, что заслуживает нескольких дополнительных очков за такой хитрость своей уловки.       Возьми это, Уизли!

***

— Драко. — Какие? — Ты даже не слушаешь меня. — Я? — Нет, не ты. Что я только что сказала? — Трина, ты же знаешь, что я слушаю. Мне нужно понять этот урок до завтра, не так ли? Зачем мне игнорировать тебя? — Что я только что сказала?       Драко вздыхает; он, честно говоря, понятия не имеет, он не слушал ее последние пятнадцать минут. На самом деле, он просто восхищается тем, как на ней смотрится кулон, как небольшой зелёный камень дополняет ее тёплые карие глаза, цепочка акцентирует внимание на тонкой шеи и прекрасных ключицах. Однажды она станет ему женой, самой красивой женщиной, она идеальный претендент на роль будущей хозяйки Малфой-мэнора. — Драко!       Он полностью ее игнорирует! Разозлясь, она щелкает пальцами перед его носом, заставляя его быстро моргать. Если он хочет, чтобы Трина помогала ему с уроками, ему нужно обратить внимание, иначе это пустая трата времени! Есть так много других вещей, которые они могли бы делать!       Хотя…       Она благодарна Драко за то, что он ее отвлёк. У Трины есть страх столкнуться с Фредом, она боялась посмотреть в его глаза. И хоть он не был ее парнем, ей казалось, что она виновата перед ним. Это чувство обострялось, когда она оставалась одна. Теперь же, рядом с Драко, она почти и забыла о Фреде. — Есть ли смысл продолжать? — Что? Конечно, есть, — немедленно говорит Драко, моргая. — Я имею в виду, ты просто…       Трина вспоминает ту ночь, когда он впервые поцеловал ее, она вспомнила свое удивление тому, что человек, внезапно появившийся из воздуха, шипит фамилию Драко. Трина понимает, что семья Драко не самая… законопослушная семья, но все же они кажутся достаточно хорошими по-своему, по крайней мере, для нее. Она обнаружит, что ей неудобно вспоминать, как Люциус Малфой попросил ее не говорить ни слова, и это заставляет ее почти пересмотреть даже мимолетное желание быть связанной с этой семьей.       Действительно, чем они занимаются? Что они делают? Это законно? Это кому-то известно? Трина знает о статусе Пожирателей Смерти, но это было так много лет назад! Воистину, кто захочет следовать за каким-то злым волшебником, который в основном разрушает волшебный образ жизни? Это кажется ей таким глупым. — Ты хорошо себя чувствуешь, Драко? — Спрашивает она, кладя свою руку на его плечо. — Конечно, — бормочет он, его бледные щеки накаляются. — Я просто хочу провести время с тобой, вот и все, ты это знаешь.       И постараться отвлечь ее от Уизли.       Она смеётся и сразу смотрит вниз.       Ой.       Правильно. — Ты всегда можешь просто сказать это, ты знаешь. Нам не нужно учиться, — Трина кусает губу, и Драко считает этот жест совершенно восхитительным. Его глаза задерживаются на несколько мгновений, восхищаясь ее губами, и вспоминая, какие они мягкие и робкие в начале, и как они смелеют с каждым разом. — Не так ли? — бормочет он, ухмыляясь. — Ты хочешь, чтобы нас видели вместе не в качестве заклятых врагов? — Что ты имеешь в виду? — Ну, я не понимаю, почему мы не делаем это официально, — спокойно говорит Драко, изо всех сил стараясь не ухмыльнуться Трине. — После каникул, которые мы провели вместе, зачем тратить время? Знаешь, это сделает наших родителей счастливыми.       Драко вовсе не заботится о своих родителях в этот момент. — Драко, то что случилось во время праздника, не означает, что я хочу быть твоей девушкой, — говорит она, слегка напрягаясь. Она говорит это почти шёпотом, что не быть услышанной парой тройкой ушей. — Почему бы и нет? — Драко кажется удивленным. — Я думал, что мы уже все уладили. Мы любим друг друга, я купил тебе подарок, я провел с тобой время. — Ты действительно думаешь, что подарок заставит меня хотеть встречаться с тобой? — она смотрит на него раздраженно. — Ты думаешь, что я настолько поверхностна? — Нет конечно, нет, — поспешно говорит он, его самодовольный вид начинает рассеиваться. — Я просто подумал — ну, я не понимаю, почему мы не должны! Мы оба чистокровные, из влиятельных семей, интеллигентные, симпатичные… Я могу всегда говорить о том, почему мы должны. — А я могу вечно говорить о том, почему мы не должны. Драко, ничего из этого не имеет значения! Все это просто… просто не важно. Если тебе не нравится кто-то как личность, если ты будешь слушать других, когда мы вместе, то какой в ​​этом смысл? — Я слушаю тебя! — уверяет он ее, протягивая свою руку, чтобы схватить ее ладонь. — Я слышу! — Ты не можешь, и мы оба это знаем, — она отрывает свою руку, не позволяя ему перехватить ее. — Не могу поверить, что я… я тебе нравлюсь, или это всегда касалось моей семьи? Каждый раз, когда я думаю по-другому, ты идешь и делаешь такие глупые вещи.       Она уходит, оставляя Драко изумленным. Он смотрит, как она уходит от него, направляясь к общежитию для девочек и оставляя его одного на диване. Он вздыхает, проводя рукой по лицу.       Что за черт?

***

— Итак, что ты думаешь? Об этих выходных? — Вы хотите пойти в Хогсмид? — говорит Трина, глядя на Фреда, когда он сидит рядом с ней на холодной каменной скамье во дворе. Она избегала его почти неделю, и благо ее график занятий позволяет ей легко находиться по разные стороны замка с Уизли. Он, кажется, не замечает этого, просто сидит рядом, прижимая ее к себе ближе, пытаясь согреть девушку.       Он также, по-видимому, все еще заинтересован в ней.       По крайней мере, с Фредом Трине не приходится беспокоиться, что он любит ее только из-за чистокровной семьи, к которой она принадлежит. Трина слизеринец, а он гриффиндорец, так что по обычным меркам это никак невозможно.       Теперь он… он хочет пойти на свидание? В Хогсмиде? Где каждый из школы может их увидеть?       Трина не уверена.       Во-первых, она никогда не была на свидании раньше. Ей определённо приятно, что он спрашивает ее об этом, что он хочет взять ее с собой и повеселиться с ней рядом. Возможно Трина бы согласилась пойти на свидание с Драко, но тот не зовет ее, а просто ставит перед фактом.       Нет. Хватит думать о Драко. — Я думаю, что нам стоит пойти, — решительно говорите она, кивая головой. — Хорошо проведём время. — Очень хорошо, — говорит Фред, наклоняясь к ней ближе. Его чувства к Трине не изменились за время каникул, совсем нет. Он находит ее интересной и довольно милой, и конечно же, умной. Трина совсем не похожа на остальных девушек, да и Джорджу она тоже нравится.       Фред не видит в Трине Розье никаких изъянов. — Итак, в эти выходные мы встретимся, и я вывезу тебя подальше от сюда. Джордж будет с Гарри и Гермионой, так что это даст нам возможность провести день вместе.       Как приятно.       Трина улыбается ему. Он проводит время с ней, оставляя своего брата, от которого он никогда не отходил.       Драко не сделал бы этого для нее, он ведь мог сразу предположить, что она будет возражать.       Тьфу, Трина не может выдержать мысль о том, что в мире есть два Малфоя. Один хороший, а другой плохой.       Она и одного то не в силах вытерпеть. — Это свидание, — говорит Трина, медленно поднимаясь на ноги. Она поворачивается к нему лицом, взволнованным идеей. Фред накрывает ее губы своими, и Трина не сопротивляется этому.       Плюс, она хочет посмотреть в лицо Малфоя, он не единственный парень в школе, который интересуется ей. Он может быть настолько самодовольным, высокомерным, эгоцентричным, осуждающим и любой другой версией помпезности, как ему хочется, но ей не придется мириться с этим!       Она идет на свидание с Фредом Уизли.       И Драко ничего не может с этим поделать