Light inside

На вокзале Кингс-Кросс, естественно, была толкучка, поэтому никто и не обращал внимания на хрупкую девочку, стоявшую абсолютно одну с небольшой тележкой, в которой аккуратно сложены сумка с вещами и недавно купленный маленький чемоданчик, набитый канцелярией. Лондон всегда находился в некой спешке, ведь что отличало британцев? Пунктуальность здесь ценилась, а если человеку не повезло, и он вечно забывал о встрече и времени — его репутация могла быть не самой лучшей. Однако они на вокзале. Может дело только в этом? Бледными пальцами она постоянно хваталась за пряди, что делала, когда нервничала. Она и не знала о платформе девять и три четверти, поэтому оказалась совершенно запутана, и уже почти сдалась, как вдруг заметила странную картину — рыжее семейство по порядку исчезали за стеной, но никого вокруг эта странность не волновала. «Почему люди идут дальше, даже не оборачиваясь?» — промелькнуло в голове у малышки. Она ухмыльнулась и направилась вслед за волшебниками, как предположила, подумав, что всех интересовали лишь собственные дела. Собравшись с мыслями, она взяла пример и скрылась за кирпичной стеной. Для неё сам вокзал являлся довольно необычным местом, а данное помещение вовсе вызывало шок. Поезда снаружи выглядели более новыми, но красивый алый локомотив стал для неё отголоском прошлого, такие девочка видела в книгах на картинках. На минуту будущая первокурсница замерла, изучая величественный поезд, впереди которого находился паровоз. За свою короткую жизнь она мало чего видела, никогда не бывала в центре Лондона. Весь сегодняшний день для неё — огромное открытие. Малышка опомнилась, когда на перроне не осталось детей, так что рванула к дверям. Какой-то стоящий рядом мужчина помог ей затащить сумки в тамбур и мило улыбнулся, что повторила и девочка. Как только она открыла двери в сторону кабинок, поезд тронулся. Она осознала, что запрыгнула буквально в последнюю секунду. Ещё мгновение, и никуда бы она не уехала, а вернулась бы в прошлый ужас. Брюнетка неторопливо шагала вперёд, заглядывая в окошки, но везде были компании людей, что её пугало из-за непривычно огромного скопления людей. Она вздохнула, стараясь успокоить себя. «Всё будет нормально!» Наконец она нашла купе, где разместились всего два человека, и поняла, что там можно остановиться. Девочка нерешительно постучалась и медленно отворила дверь. Юноши застыли, рассматривая незнакомку, которая своим видом говорила о замешательстве. — Я могу войти? Там так много людей, а я хотела бы доехать более комфортно, — выдавила она нежным голосом, а мальчики в ответ положительно кивнули. — Спасибо. Пока новая соседка по купе убирала сумки, будущие студенты Хогвартса с интересом наблюдали за ней. Очевидно, что через несколько лет за ней будут бегать толпы поклонников. Её янтарные глаза переливались, а, отдаляясь от зрачка, цвет становился всё темнее, однако сильнее цепляли вкрапления жёлтого оттенка. Выглядело обворожительно, будто по ней сразу понятно, что никакая она не магла. Рассмотреть это оказалось несложно, ведь глаза были большими и выразительными. Изумляли также и другие черты её лица: прямой нос усыпан редкими веснушками, да и щёки детские словно никогда не бывали на милом личике, скулы острые, что страшно до них дотронуться; пухлые бледно-вишнёвые губы слегка искусаны; длинные чёрные волосы идеально сочетались с фарфоровой кожей. Очень красивая особа, раз это заметили мальчики одиннадцати лет. — Как тебя зовут? — осмелился задать вопрос Гарри, а соседка по купе облегчённо выдохнула, поскольку её напрягало повисшее молчание. — Вы обещаете не смеяться? — настороженно спросила брюнетка, поправив пару прядей волос, однако во взгляде её промелькнула неуверенность, что удивило обоих. — Конечно, — синхронно произнесли собеседники. — Аполлинария Клиффорд, — опустила голову девочка, ожидая смеха или же издёвки, но того не последовало. — Называйте меня Лина. — Интересное имя. Я Гарри Поттер, — представился мальчик со шрамом на лбу, поправив очки. — А я Рон Уизли, — протянул рыжеволосый с нескрываемым удовольствием. — Ты недавно узнала о магии? — Да, месяц назад. Со мной иногда происходили странные вещи, но я не задумывалась, почему подобное случалось. Лина почувствовала тепло и лёгкость внутри от знакомства с Гарри и Роном, поэтому расслабилась и продолжила разговор, не ожидая ничего плохого. Они не похожи на тех ребят, встречающихся на её пути. Аполлинария не видела в них злости или притворства, которого сполна можно ощутить на себе в закоулках столицы Англии.

***

Поттер наблюдал за Линой, пытался понять что-то о ней по её движениям, поведению, манерам. Самым удивительным ему казалось то, что каждый раз, когда кто-то ненамеренно касался её, она вздрагивала, хваталась за концы волос и приближалась к их компании, но молчала. Видно, что ей совсем не комфортно находиться в толпе, когда остальные же выглядели расслабленными. В данный момент никого не заставляла дрожать мысль о распределении. Гарри подумал, что Клиффорд не похожа на других детей. Может причина в том, что росла она не в волшебном мире, однако и он не подозревал о своих способностях. Когда же первокурсники добрались до Большого зала, а профессор Макгонагалл проводила их до шляпы, все начали нервничать, в том числе и Поттер. Когда называли имя, он ожидал, что прозвучит его, и окружающие в мгновение ока потопят мальчика переизбытком внимания, чего он не желал. Гарри не понимал, почему волшебники так реагируют на него. — Аполлинария Клиффорд, — громко объявила Макгонагалл, а стоявшая рядом Лина застыла, покрываясь мурашками. Девочка, несмотря на тряску собственного тела и лёгкое головокружение, вышла вперёд, радуясь, что никто не засмеялся, хотя в прежнем доме её дразнили за имя, считая его глупым. — Хм, дорогая мисс Клиффорд, — выдала шляпа, стоило ей опуститься на голову брюнетки. — Бедняжка. Неужели ради выживания необходимо прятать лучшие качества внутри? Я вижу, почему ты боишься, но зачем? Ты сильнее их. Поттер и Уизли переглянулись, а после посмотрели на лицо Лины. Оно исказилось от печали, глаза стали блестеть, оставалось лишь пару секунд, прежде чем слёзы вырвались бы наружу. Девочка схватилась пальцами за подол новой юбки, стараясь не показывать необоснованную тревогу, однако выходило это плохо. Все присутствующие наблюдали за Аполлинарией. Шляпа нечасто бывала многословной, а с ней решила побеседовать, что вызвало у всех интерес. — Я вижу в тебе множество качеств, все они могут направить тебя на любой факультет. Если ты хочешь в конечном итоге стать скрытной и хитрой, то Слизерин, — ученица вмиг нахмурилась и попыталась не зацикливаться на услышанном. — Хорошо, дам тебе шанс. Думаю, что ты раскроешься на Гриффиндоре. Лина впервые лучезарно улыбнулась, молниеносно избавившись от переживаний, спрыгнула с табурета и радостно направилась в сторону стола, где сидели студенты в мантиях с алым и золотым цветом. А Гарри тихо посмеялся над переменой её настроения, надеясь и сам попасть на львиный факультет.

***

Появившись в гостиной Гриффиндора, Лина упала на диван, ведь была морально выжатой. Никогда ей не приходилось пребывать в большем дискомфорте, хоть раньше первокурсница и попадала в кошмарные ситуации. Обычно она находилась в одиночестве, по минимуму общалась с людьми, но весь вечер с ней разговаривали Уизли, обсуждая каждую порцию еды и какие же весёлые дни впереди, и Поттер, старающийся узнать немного о её прошлом. К слову, ему это не удалось. Рядом с ней устроились Рон и Гарри, которых интересовало, почему шляпа подобным образом высказалась о Клиффорд. Многие садились, и она сразу называла факультет, редко от неё можно было услышать лишнее слово. — Лина, что имела в виду шляпа? — спросил рыжеволосый, вертя в руках конфету, оставшуюся ещё с поезда. — Вы о «выживании»? — уточнила волшебница и, дождавшись утвердительного кивка, продолжила. — Я росла в неприятном месте, а если точнее, я считала тот приют адом. Там нужно бороться, чтобы жить спокойно. Пришлось тщательно скрывать свою доброту. Я держалась подальше от других сирот, однако одиночек задирают сильнее. Не очень счастливое детство. Но я уверена, что здесь мне будет хорошо. — А летом? — поинтересовался Рон, осведомлённый о том, что в Хогвартсе уезжают на летние каникулы все без исключений. — Наверное, я буду возвращаться туда, — пожала плечами Аполлинария, а Гарри сжал её руку в знак поддержки, но девочка от данного движения вздрогнула. — Пожалуй, я пойду в спальню. Новоиспечённые гриффиндорцы не понимали резко испорченного настроения подруги и решили, что лучше вовсе не задавать вопросов, касающихся прошлого. Поттер же почувствовал, что она стала ему ближе, казалось, что между ними особая связь. В то время Клиффорд забралась на кровать, завернув рукав на блузке и осознав, почему на протяжении нескольких часов чувствовала боль. Недавняя рана на внешней стороне предплечья слегка кровоточила и, скорее всего, была заражённой, судя по желтоватым пятнам на повязке. Сняв бинт и достав из кармана платок, Лина начала вытирать кровь, не издав и звука. Привыкла. — Боже, откуда у тебя порез? — воскликнула зашедшая в комнату ученица, смотря лишь на руку худощавой студентки. — Ты обязана посетить Больничное крыло. Брюнетка стремительно подняла глаза на соседку. Густыми непослушными волосами каштанового цвета обладала Гермиона Грейнджер, которую гриффиндорка прекрасно запомнила. Шатенка привлекала её внимание, и она не чувствовала к ней ни единой отрицательной эмоции. Наоборот, у Лины моментально появилось ощущение, что они подружатся. — Можешь расслабиться, Гермиона. У меня всё в порядке. Я завтра схожу, — заверила Клиффорд Грейнджер, а та кивнула и успокоилась. — Это из-за твоего детства? Я слышала, совершенно случайно, что ты из приюта. — Давай не будем поднимать данную тему. Я устала и хочу спать. Лина быстро сбросила с себя верхнюю одежду, оставаясь в майке и юбке, закрылась за балдахином и забралась под одеяло, надеясь скорее уснуть, чтобы мысли не успели заставить её горько плакать, ведь прошлая жизнь осталась позади. Впереди только будущее.