Light inside

Беспокойной осенней ночью студенты Хогвартса тихо спали, пока за окном бушевала непогода. Деревья слегка сгибались под дуновением сильного ветра, капли дождя громко стучали по листве, а тучи не давали луне или очертанию звёзд появиться на небе. Однако не всем удавалось спать, правда, вовсе не из-за погоды. Клиффорд с интересом наблюдала за тем, как окно покрывалось водой из-за ливня. Она на секунду повернулась к однокурсницам. Все они спали без намёков на пробуждение, заставив в груди что-то сжаться, ощутить укол зависти. Обладательница чёрных волос так не могла, её сны стали показывать жуткие вещи, не давая спать. Некоторые стали замечать усталость в её глазах и круги под ними. Странно, ведь такие вещи не присущи ребёнку, коим она и являлась, особенно если учесть, что учёба только-только началась. Лина могла лишь тяжело вздохнуть, стараясь перестать думать о плохом, посмотреть на улицу, после прошептав какое-то заклинание и проведя палочкой по контуру рамы. Окно вмиг стало сухим, будто ночь не дождливая. Девочка улыбнулась, радуясь, что любое заклинание давалось ей без проблем. Просидев на подоконнике около получаса, гриффиндорка поднялась и направилась в гостиную, прихватив с собой дневник. В него она записывала почти каждую свою мысль, только бы всё не копилось внутри, ведь друзей у неё никогда не было, помимо одного существа. Некому было рассказать о мыслях, снах и событиях. Упав на удобный диван, она решила написать о бессоннице. «Сегодня я вновь не спала до полуночи. Скоро рассвет, а я так и не легла в кровать. Сны не хотели быть хорошими. Их либо нет, либо те, от которых другие дети, проснувшись, кричали бы в голос. Но я привыкла, поэтому не боюсь. Однако я вижу множество смертей от заклинания, связанного с зелёным светом, хотя я никогда не наблюдала подобной магии. Как это появлялось в голове, если такого никогда не было в моей жизни?» Перо упало из усталых пальцев девочки, когда она услышала за спиной шаги, а в кармане слишком уж большой для неё кофты что-то зашевелилось. Повернув голову, Лина увидела своего однокурсника и спокойно вздохнула и зашипела, вызвав у появившегося в комнате мальчика недоумение. — Лина, почему ты не спишь? — робко поинтересовался Уизли, садясь рядом. — Не получилось заснуть. А ты, Рон? — улыбнулась ученица, надеясь, что он не намеревался спросить её о причинах. — Приснился кошмар. Что пишешь? — тут же поменялся в настроении рыжеволосый, заметив желтоватую бумагу, завёрнутую в кожаный переплёт. — Это мой личный дневник. Когда ты растёшь в приюте и почти ни с кем не общаешься, нужно хоть куда-то записывать мысли, чтобы не сойти с ума, — грустно ответила Клиффорд, уже по привычке потерев глаза. С каждым днём всё сложнее их открывать, а она так и не могла понять причину. Кошмары появлялись около двух раз в неделю, в другие же дни она спала спокойно. Но с утра становилось труднее подняться с кровати, что началось до её приезда в Хогвартс. Странную усталость она заметила ещё несколько месяцев назад. — Почему вы не спите? — серьёзно произнесла неожиданно появившаяся Гермиона, сложив руки на груди. Лина и Рон улыбнулись, наблюдая за выражением лица Грейнджер, однако в ту же секунду оно изменилось, а девочка закричала. Клиффорд опустила голову, вдруг осознав, что произошло. Из кармана выглянула небольшая голова, покрытая гладкой медно-алой чешуёй, а круглые зрачки скрывали красный оттенок, что смотрелось довольно мило, но лишь для Лины, ведь Рон тоже отскочил на пару метров от однокурсницы. — Ли, у тебя змея в кармане, — тихо сказал Рон, хотя после закатил глаза, так как понял, что она прекрасно знала, иначе что медянка делала в её кофте? — У тебя крыса, у меня змейка. Разве так нельзя? Я не хотела оставлять её в том приюте, что в этом плохого? — спокойно спросила черноволосая, после что-то шикнув, а змея сползла обратно. — Что ты сделала? Она тебя слышит? — удивилась Гермиона, наконец придя в себя. — Нет, конечно, — засмеялась первокурсница, однако сама в голове прокрутила свою жизнь на тот момент, когда она нашла единственное существо, которое её выслушало. — Мы идём спать? Я устала. Был тёплый весенний день, когда сирот решили отвезти в поход. Единственный плюс, видимый Линой в этом путешествии, — она осталась наедине с собой, и никто из задир не мог её побеспокоить, ведь воспитатели всегда были рядом. Надев на себя ветровку, десятилетняя девочка направилась на поляну, которую прежде они проехали, чтобы собрать цветы и отдохнуть от голосов сожителей. Ей повезло, что в тот день ярко светило солнце, помогая найти красивейшие плоды растений, которые только могли оказаться в этой местности. По пути она вдруг увидела самую алую розу из всех, произрастающих здесь. Брюнетке на секунду почудилось, что рядом с этим цветком что-то двинулось, от чего она застыла на месте. — Наверное, бабочка, — вслух произнесла Лина, начиная подходить ближе к растению, однако её тело парализовало, когда в своей голове она отчётливо услышала: «Я не бабочка».

***

Громкий голос мадам Трюк слегка настораживал Лину, привыкшую к тихим и спокойным тонам, однако она очень хотела всему научиться, поэтому не обращала внимания на собственную неуверенность и дрожь тела. Клиффорд сразу заинтересовалась ястребиными глазами, смотрящими прямо в душу. У них у обеих индивидуальные очи, не похожие на чьи-либо другие и встречающиеся крайне редко. Студентка наблюдала за каждым движением тренера, слушала каждое её слово, настолько она зацепила её. На занятие она шла без особого энтузиазма, но, когда на поле вышла Роланда Трюк, девочка захотела научиться всему, чему могла на этих занятиях. Впрочем, как и у Гарри, у девочки метла подскочила к руке, как только она произнесла слово «вверх». Клиффорд делала всё, что от неё требовалось, однако сосредоточенность пропала, когда Невилл, совсем не желающий нарушать правила, поднялся в воздух, уже не управляя метлой. Лина попыталась достать палочку из сапога, куда она стала её прятать сразу же, как получила, но на несколько секунд замерла. «Если я использую хоть какое-то заклинание, меня начнут спрашивать, откуда я его узнала. Что делать?» Тонкие пальцы сильнее сжали палочку, когда девочка увидела, как её однокурсник зацепился мантией за копьё статуи, расположенной довольно высоко. Первокурсники стали подбегать ближе к месту, куда должен был свалиться Долгопупс, но Лина всё же решилась выйти вперёд, направив палочку на гриффиндорца. Когда его мантия порвалась, а он молниеносно стал падать вниз, Лина сконцентрировалась и прошептала: «Арресто Моментум». Ученики вмиг замолчали, ведь падение Невилла стало более плавным, однако это не помогло ему в той мере, в которой надеялась Клиффорд. Гриффиндорец слабо придерживался за ушибленную руку, но она точно не была сломана благодаря Лине. Мадам Трюк с неким подозрением глядела на студентку, не понимая, откуда она взяла такое заклинание. На первом курсе не должны были проходить подобное. — Сейчас я отведу его в Больничное крыло, а вы ждите меня и ничего не делайте. Метлы оставьте на земле. Тот, кто в моё отсутствие дотронется до метлы, вылетит из Хогвартса быстрее, чем успеет сказать слово «квиддич». Пошли, мой дорогой, — грозно бросила тренер, ведя Невилла с поля, чтобы точно удостовериться, что с мальчиком всё в порядке. Вдруг Малфой нагнулся, поднял что-то с земли и повернулся к гриффиндорцам, смотря на Лину и надменно ухмыляясь. Гарри наблюдал за Драко с нескрываемой неприязнью. Сама же Лина не переживала, она прекрасно знала, что мог сказать слизеринец, так что задеть её он не сумел бы. — Это же та вещь, которую ему прислала его бабушка, — воскликнул блондин. — А ты, магла, решила помочь? Ты палочку держишь от силы пару дней, так что на твоём месте, я бы постоял в сторонке. — Замолчи и отдай мне, Малфой, — раздражённо произнёс Гарри, встав слегка впереди Клиффорд, хотя та и не собиралась прятаться за спину однокурсника. Она всегда в одиночестве разговаривала с людьми, пытающимися её задирать. — Нет, надо спрятать, чтобы Долгопупс поискал. А ты, Поттер, лучше бы не заступался за всяких грязнокровок. Разве это не будет портить твою репутацию? — прошипел Драко, после чего снова ухмыльнулся, ожидая увидеть в глазах Лины обиду, но она продолжила улыбаться. Другие ученики же стали переглядываться, словно ожидая реакции от гриффиндорки. Такие слова обычно не оставляли без ответа, однако Клиффорд лишь покачала головой и развернулась, собираясь уйти с поля. — А если ты так хочешь эту вещь, попробуй отобрать её у меня, — последнее, что Клиффорд услышала.

***

Сентябрьский тёплый ветер трепал волосы первокурсников, сидевших во дворе школы, а солнце заставляло каждого из них слегка прикрывать глаза. Все наслаждались хорошей погодой, ведь до октября оставалось всего несколько дней, а так и до ноября недалеко, когда придут морозы и снег. Лина и Гермиона что-то яро обсуждали, а вот Гарри и Рон старались их не слушать, как только в разговоре прозвучали такие слова, как «конспекты» и «учебники». Оба сразу же заговорили о квиддиче, стараясь не слушать подруг, однако в один момент замолкли. — Здравствуйте, не хотел вас отвлекать, но мне на секунду нужна мисс Клиффорд, — улыбнулся директор Хогвартса, а ребята переглянулись, наблюдая, как Дамблдор отдавал тетрадь брюнетке, а та благодарила его. Вернувшись, она заметила в глазах однокурсников замешательство, после чего громко рассмеялась. — Ты лично знакома с директором, да так, что он тебе конспекты носит? — ухмыльнулся Уизли, заставляя Лину улыбнуться ему так, словно он дурачок, который ничего не понимает. — Рон, Дамблдор приехал в приют, чтобы рассказать мне, кто я такая. Он единственный, кого я знала, когда направлялась в школу. — Почему именно он? — спросила Гермиона, а девочка пожала плечами. Серая мрачная комната обладала пугающей атмосферой. В спальне поселяли по несколько человек, но Лине повезло, что её соседки были на ужине в столовой, куда девочка старалась не ходить лишний раз. Многие дети пытались как можно реже объявляться там, чтобы не мозолить глаза взрослым сиротам. Тихо зайдя в помещение, мужчина преклонных лет осмотрелся и замер, приметив на стене один рисунок, не подходящий этому месту. Яркими красками на листе бумаги был изображён весенний лес, причём довольно реалистично. — Это вы нарисовали, мисс Клиффорд? — добро улыбнулся обладатель серебряных волос, дотронувшись пальцами одной руки до бороды, а другой поправив свои очки в форме полумесяца. Малышка слегка вздрогнула, после чего нерешительно повернулась к незнакомцу, осматривая его с ног до головы. Перед ней стоял высокий, худой мужчина, лицо его было усыпано морщинами, говорящими о его возрасте. Но он явно отличался от других стариков, которых девочка видела прежде. Он слишком добродушно улыбался, заставляя доверять ему, а его голубые глаза неестественно ярко блестели. — Да, я, — прошептала Клиффорд, стараясь скрыть от мужчины свой страх. Проведя одиннадцать лет в приюте, девочка перестала доверять даже соседям по комнате, куда уж до абсолютно незнакомых людей. — Очень красиво. У тебя потрясающе получилось передать цвета. Как ты научилась такому в столь юном возрасте? — Здесь больше нечем заняться. Заметив подозрительность в глазах у сироты, старик шире улыбнулся, после чего подошёл ближе и сел на кровать. — Я забыл представиться. Альбус Дамблдор, директор одной школы для особенных детей. И я хочу предложить тебе там учиться. Лина на минуту замерла, не веря словам мужчины. С чего бы кто-то пришёл её забрать? Разве она особенная? Нет, она совсем обычная. — Там тебе будет куда лучше, чем здесь, — с сожалением произнёс Дамблдор, а взгляд его упал на тонкие ноги девочки, усыпанные синяками. — Я упала, — заверила брюнетка, загладив волосы назад. — Мне ты можешь не врать, к тому же, ты не умеешь. Не хочешь пойти прогуляться? — встал с кровати директор, подмигнув собеседнице, а та расслабилась, вдруг понимая, что ушла бы отсюда даже с самым подозрительным человеком.