Regret.

Прошло несколько часов после инцидента с Романо, Ось и Союзники оставались разделенными в течении этого времени. В то время как три страны, очевидно, просто пытались отделаться от нападения и восстанавливались, союзники не торопились идти в закусочную вниз по улице на обед. Но как только раны были обработаны, и остальные страны вернулись, все, казалось, были готовы продолжить встречу, как и планировалось. Конечно, когда они вернулись на этот раз, у Пруссии появилась небольшая повязка на голове, а у Японии была большая бутылка воды рядом с ним, вероятно, что обезвоживание заставляло его постоянно падать. Германия сделал глубокий, но тихий вдох через нос, зная, что теперь не было никаких отвлекающих факторов, чтобы держать их врозь. - Все в порядке. Для начала, кто-нибудь хочет подумать о том, что произошло? - Людвиг спросил, не совсем уверенный, как начать, но экспозиция оказалась хорошим вариантом. Франция кивнул, как и некоторые другие, и он наклонился вперед в своем кресле, чтобы услышать каждое слово, которое скажут. - Что именно произошло на острове, пока мы не видели? Германия нахмурился, его взгляд уткнулся в стол, когда он начал рассказывать им ту же историю, в которой он признавался своему брату несколько недель тому назад. Немец рассказал им о нехватке еды, о гениальном плане Японии, как ее добыть, а затем о подробностях произошедшего той ночью. Несмотря на то, что инцидент произошел около полутора месяца назад, ни одна деталь или диалог не были для них нечеткими. По всему краю стола напротив них лица начали бледнеть, а некоторые даже поморщились во время описаний. Как он смог это сделать в подобном состоянии, было невероятно. - А утром прилив, кажется, смыл его тело в море, и тогда вы нашли нас. - В заключении Германия поднял глаза, чтобы посмотреть на испуганные и слегка отвращенные лица перед ним. Он слегка нахмурил брови, опасаясь их единомышленной реакции, оглядываясь по сторонам, чтобы посмотреть, как поживают его товарищи. Пруссия держал голову прямо и смотрел на них сурово, словно призывая выступить против Германии. Несмотря на то, что ему разбили голову, он, вероятно, не возражал бы против попытки снова ударить кого-то, как будто это они называли его монстром. Тем временем по другую сторону блондина Япония, казалось, очень легко уселся на его место, опустив голову, чтобы посмотреть на колени, и если бы Германия не знал его лучше, он мог бы поклясться, что на краях глаз Кику стояли слезы. Он нахмурился еще больше, зная, что Япония действительно чувствует себя виноватым в этом. - Просто... Почему Он? - Франция спросил, привлекая к ним внимание Германии. -Зачем вам было к этому прибегать? Разве вы не могли ловить рыбу? Не могли бы вы найти фрукты на острове, их было так много! - Когда мы приехали, да, еды было достаточно. - Япония ответил, посмотрев вверх и поморгав несколько раз, чтобы попытаться сдержать блестящую размытость в его глазах. - Но в те недели мы не поймали рыбы и не смогли найти больше фруктов. Если они и оставались, у нас не было бы сил зайти так далеко. Не было выбора, если бы мы не хотели быть захваченными вами. В конце концов, сверхъестественные существа могут быть вызваны только несколько раз, чтобы отбить вас. - Совершенно верно! - Пруссия заговорил, стуча кулаком по столу, чтобы попытаться подчеркнуть слова. - Я имею в виду, да, странно, что они прибегли к каннибализму, но это не похоже на то, что он полностью умер! И кроме того, вы, ребята, вероятно, находили остальные фрукты и других рыбок, чтобы они не могли поесть! - Но мы не ели фрукты, - прокомментировал Россия, улыбнувшись, как будто это было очевидно. - Собирать дикие сырые фрукты в диких джунглях и ловить сырую рыбу из большого моря? Это просто звучит нездорово для нас! Кто знает, сколько в них было насекомых и паразитов? Ось оживилась, посмотрев друг на друга в замешательстве, прежде чем оглянуться на Союзников. - ... Если вы не ели ни фруктов, ни рыбы, или, по крайней мере, сырой, как вы все время упоминаете, - Начал Германия, сухо глотая, когда он почувствовал, что какой-то страх давит на его грудь, - Что вы ели? - Мы ели у Китая! Япония поднял бровь, - Но... дом Китая далеко далеко от Сейшельских островов... Как вы могли — - Позвольте мне ответить на ваш вопрос другим вопросом, - Внезапно прервал его Китай, подвинувшись вперед на своем месте, чтобы он мог посмотреть на троих немного более внимательно, - Италия когда-нибудь рассказывал вам о том, что он нашел за день до того, как вы, ребята, выпотрошили его? - Что он обнаружил? - Германия спросил, его глаза расширились, поскольку это была чрезвычайно важная информация. Он знал, что иногда Италия мог прогуливаться, но в основном, когда Флеичиано возвращался, он всегда сообщал, что не нашел больше еды. Но... За день до этого... Когда он вернулся после своей прогулки, он пошел купаться, не сделав отчета. - Что... Что он нашел? - На острове у меня есть Китайский квартал! - Признался Китай, улыбаясь воспоминаниям о вилле и маленьком шумном городке на острове. - Я видел вас три раза, честно. Однажды Италия узнал об этом. Я предложил ему поесть, но он отказался, ха, этот парень был стойким. В тот момент, казалось, что все падает на двух виноватых наций. Руки Японии приподнялись в воздух в безмолвном восклицании удивления, дрожа, когда он просто смотрел на них широко раскрытыми, растерянными глазами и слегка опавшими плечами в неверии. Хотя прошло совсем немного времени, пока его руки не опустились, и он сжал свои предплечья в почти объятии, царапая контуры перчаток. Германия тоже воспринял это не очень хорошо. Он просто смотрел на Китай в шоке, ничего не делая, даже не дыша. Если бы они подождали... Если бы они не сделали этого... Италия рассказал бы им о Квартале? Почему он не рассказал им об этом раньше? Но их можно было спасти... Если бы они подождали… Его глаз начал дергаться, затем рука, и вскоре он почувствовал, как дрожит и плечо. - Запад? - Пруссия крикнул, брови поднялись от беспокойства, когда он повернулся к своему очень бледному брату. Германия сидел молча еще некоторое время, все его тело медленно превращалось в дрожащее месиво, когда он пытался сдержать все, что приходило на ум. Но на самом деле, он не мог делать это слишком долго. Людвиг моргнул пару раз; Горячие слезы случайно полились по его щекам, прежде чем он, наконец, закричал. - ЧТО Я НАДЕЛАЛ?! Рыдания вырывались из его горла, когда он сложил руки на столе и закрыл в них свое лицо, заглушая любые звуки печали, которые начали свободно вырываться. Пруссия подпрыгнул от неожиданной вспышки отчаянья, но нахмурился, увидев, как внезапно упал духом его младший брат-мачо. Он опустился на стул рядом с ним и осторожно начал гладить его волосы, тихо вытирая слезы, чтобы попытаться успокоить. - Все будет хорошо... Что сделано, то сделано. Остальная часть собрания смотрела друг на друга немного неловко, зная, что они свидетели подлинного психического расстройства, и на самом деле они ничего не могли сделать. Они должны были продолжать, но как именно? Англия снова откашлялся, откинувшись на спинку стула: - Так... Может, нам нужен еще один перерыв? - Да, это, может быть, и к лучшему, - Согласился Франция, оглядываясь на рыдающего Германию, поклянувшись, что почти жалеет его. Поскольку это было все, что ему было нужно, Англия встал со своего места, жестом указывая остальным встать с ним. - Мы вернемся сюда через час, надеюсь, на этот раз сможем поговорить о стратегии поисковой группы. - Еще одним взмахом руки остальные последовали за ним, и Россия погнал остальных членов его профсоюза за собой. Как только они остались одни, Япония начал тихо задыхаться, медленно опираясь о руки, прежде чем встать. - Мне... Мне... Мне нужно... Кое-что - Пробормотал он дрожащим голосом, путаясь в ногах, чтобы выйти из комнаты, и подсознательно вытащил из кармана костюма маленький черный шелковый мешочек. Пруссия взглянул на это, подскочив на ноги, когда Япония практически врезался в дверь, прежде чем открыть ее и шатко выбежать. - Япония! Подожди! Ты не можешь никуда идти в таком состоянии! - Он кричал, Гилберт посмотрел вниз на немца, прежде чем погладить его по голове еще раз. - Я сейчас вернусь, Запад. Пойду удостоверюсь, что с ним все в порядке. Останься здесь. - Он сказал это перед тем, как выйти из комнаты. Тишина заполонила комнату, так как теперь блондин был один. На несколько мгновений Людвиг замер, но вскоре он поднял голову, шмыгая и слегка всхлипывая, прежде чем вытереть глаза. Он сделал глубокий вдох, чтобы попытаться успокоиться, медленно начиная снова овладевать собой. Да, случались ужасные вещи, но они должны быть отпущены. Они должны были найти Италию. Он должен был выполнить свое обещание. Он — - ... Мистер Германия? С вами все в порядке? Германия моргнул, услышав голос, и увидел, как старшая сестра России закрывает дверь в комнату. Оказавшись в чьем-то присутствии, он еще раз вытер глаза и пригладил волосы, чтобы выглядеть презентабельно. - Ах, да. Просто немного потрясен. Я... понятия не имел, что делал Италия, или что недалеко от нас есть городок. Это было немного трудно принять. Украина кивнула, тщательно поправляя рубашку, чтобы убедиться, что пуговица не отвалится снова, прежде чем подойти к немцу. - Мм, ну, это довольно трудная ситуация, чтобы пережить ее. - Германия быстро встал со своего места, чтобы поприветствовать ее, вскочив во весь рост. - Я немного смущен, честно, они должны подумать обо мне, что я слабак, чтобы так ломаться. Это было очень непрофессионально. - Германия вздохнул, посмотрев в сторону, когда небольшой румянец от стыда начал согревать его щеки. Но она должна понять. - Совершенно верно. Ты очень слаб. - ...Простите? - Переспросил немец, оглядываясь на советскую женщину. Прежде чем он успел открыть рот, чтобы что-то сказать, Украина схватила его за рубашку и внезапно повернула, с невероятной силой прижав большого человека к стене. - Ч-Что?? - Он шмыгнул, глядя на нее, и его глаза расширились, как вдруг глаза Украины начали сверкать с поразительной яростью. Откуда, черт возьми, у нее это взялось?! - Как ты смеешь так поступать? Ты не хуже твоих товарищей, того, кто дороже всего и практически твоя семья, - Прошипела на него Ольга, крепко сжимая его рубашку, когда она шаркала вокруг ногами, чтобы убедиться, что он не может попытаться отойти. Взгляд Германии поменялся от растерянности до страха, в одно мгновение, зная, что он был практически бессилен в этом положении. Людвиг открыл рот, чтобы попытаться защититься, но у него выбило воздух из легких от чувства, как знакомый холодный металл прижимается к его шее, скользя вниз, достаточно, чтобы узнать, что это тот же нож, который был у Романо несколько часов назад. - Давным-давно, когда мои братья и я были намного моложе, была ужасная метель, и мы оказались в ловушке в той же ситуации, что и Вы, - сказала Украина, слегка крутя нож, чтобы иметь лучшее направление для лезвия, которое можно было установить напротив его яремной вены. - Нам было холодно и голодно, и я могла бы пожертвовать одним из них, чтобы продолжать путь. Но знаешь, что я сделала? Он напрягся, зная, что она хочет, чтобы он догадался, что произошло. - Н-Ничего? - Совершенно верно, ничего. - Она сказала это, когда ее рука, держащая нож, начала слабо дрожать от сдерживаемой ярости, так же как и делал хозяин этого ножа не так давно. - Я знала, что не стоит жертвовать их жизнью только ради меня. Мы страдали, но страдали вместе, как семья. - Но... Это была идея Японии! Я не имею к этому никакого отношения! - Это не имеет значения! Внезапно, быстрым ударом ноги в колено, Германия почувствовал, как он падает на четвереньки, Все еще ощущая нож касающийся его шеи. Но он даже не мог осмелиться взглянуть на нее в таком состоянии. - Даже если это была не твоя идея, важно то, что ты согласился. Италия мертв, и это твоя вина. Ты был его защитником, его другом, и ты предал его. Ты отвратителен. Германия вздрогнул, когда он почувствовал, как плевок приземлося на его щеку, но вскоре после этого, нож отстранился от него, затем послышались шаги, а дверь закрылась. Немец снова встряхнулся, чувствуя, как слюна потекла по его лицу, и даже не почувствовал желания стереть ее. Она была права. Украина была права, он мог просто проигнорировать Японию, и они могли бы все еще быть вместе. Это была его вина. Это была его вина. Это была его вина. - Ах, Запад, Я вернулся! Я привел Японию! Пруссия ухмыльнулся, когда он открыл дверь, сопровождаемый теперь уже более спокойным Японией. Его улыбка длилась всего несколько секунд, вдруг что-то большое толкнуло его плечо, когда он заходил в комнату. Гилберт развернулся, увидев, как Германия быстро убегает, чтобы покинуть зал. - Запад? Запад! Это я во всем виноват.