Last of the Real Ones

Я знаю, знаю, что тебе страшно. Твои сердце, разум, душа и тело — Все они забудут про осторожность, Но я думаю, что ты не раскусила меня. Ведь если я хочу тебя, а я хочу тебя, детка, Я не отступлю, не попрошу держать дистанцию, Ведь «дистанция» — Лишь слово, придуманное кем-то, Кто боится быть слишком Близко. — Nick Jonas — Close

***

      Медленно, но верно, Кит всё лучше и лучше начинал разбираться в физике, пускай и продолжал ненавидеть её всеми фибрами души. Однако Широ видел, что мальчику стало значительно проще и спокойнее. Не только с физикой, но и со многими другими вещами.       Как и было обещано, Широ занимался с Китом естественными науками, хоть тот и разбирался в них гораздо лучше, чем в математике. После ненавязчивого наставления Кит пообещал обращаться за помощью сразу же, как только что-то станет непонятно. С каждым днём юноша открывался Широ всё больше, поэтому стрясти с него это обещание не составило труда.       Кит, очевидно, стал гораздо комфортнее чувствовать себя в компании Широ, что приносило ему тонну желанного облегчения. Плечи мальчика расслаблялись каждый раз, стоило голосу Широ зазвучать рядом; он перестал уворачиваться от прикосновений, но тем не менее, Широ старался действовать как можно осторожнее, а потому заранее предупреждал, если собирался прикоснуться.       В один из февральских дней он с сожалением сообщил Киту, что не сможет прийти на их каждодневные вечерние занятия.       — Мне нужно подготовиться к лётному тесту, извини.       Кит приподнял бровь и невозмутимо закинул в рот немного бенто из своей коробочки.       — Никаких проблем, — отозвался он. — Я мог бы прийти к тебе домой, и всё. Беспокоить буду, только если в домашнем задании что-то станет непонятно.       Широ практически подавился рисом.       — Ты… ты хочешь прийти в мою квартиру?       — Конечно, почему нет? — пожал плечами Кит.       — Я думал, тебе не нравится оставаться с кем-то наедине.       Кит приподнял уголки губ, улыбаясь:       — Да, но ты ведь не «кто-то», правда?       Широ еле удержался от того, чтобы сгрести юношу в охапку и крепко обнять, и ограничился простым прикосновением к его запястью. По выражению лица Кита стало ясно, что значение этого жеста он прекрасно понял.       В тот вечер Кит официально познакомился с Адамом. Он стушевался, стоило только Адаму появиться на пороге комнаты, и оставался напряжённым до тех пор, пока Широ не представил ему своего парня.       — Точно. Широ упоминал о тебе. Эм, приятно познакомиться?       Адам шутливо закатил глаза и приветливо улыбнулся:       — И мне приятно, Кит. О тебе Широ тоже много говорил.       После этих слов выражение лица Кита стало странным и нечитаемым, но потом изменилось так же скоро, как и появилось. Широ не мог знать точно, но чувствовал, что что-то не так.

***

      — Эй, Кит. Скоро ведь закончится учебный год.       — Ага, точно, — лениво отозвался парень. Он лежал на кровати, наполовину свесившись вниз, и Широ грело душу осознание того, насколько Киту стало комфортно рядом с ним, если он уже не стеснялся приходить в его комнату каждый день. Он часто наведывался просто так, без причины, без домашнего задания и удобно устраивался на кровати Широ, вещая о том, какая же противная задница этот Айверсон (Широ никогда не комментировал это вслух, но мысленно соглашался) или о разной ерунде, влетевшей ему в голову.       Широ беспокойно заёрзал на кровати, соображая, как лучше сформулировать вопрос.       — Тебе… есть куда пойти? Дом, в который ты всегда можешь вернуться?       Кит перевёл на него пристальный взгляд — смесь напускного раздражения и спрятанной под ним странной нежности, — в последнее время он всё чаще и чаще так на него смотрел.       — Да, Широ, у меня есть дом. Небольшой, но в том месте тихо и безлюдно, самое то для меня.       Широ скептически приподнял бровь, а Кит разочарованно застонал, закатывая глаза.       — Я буду в порядке, Широ, правда. Если вдруг надумаешь прийти и проверить, не помер ли я, милости прошу.       — Ты правда не будешь против?       — Нет, валяй, приходи.       Так он и поступил.       В первую субботу летних каникул Широ взял ховербайк и сразу же помчался в пустыню, окружавшую Гарнизон и близлежащий городок. Он точно следовал маршруту, обозначенному Китом, и вскоре добрался до старенькой хижины, одиноко стоящей в самом центре огромного пустыря.       При виде хижины брови Широ взлетели вверх. Крохотная и обветшалая — назвать такую лачугу домом можно было с большой натяжкой. Сняв шлем, Широ пристроил его на сидении байка и направился к входной двери, постучавшись. Прошло несколько минут, но ответа не последовало, так что Широ повторил попытку. В этот раз за дверью раздался шорох и сопроводивший его громкий звук, похожий на то, как если бы что-то со стуком упало на пол, прежде, чем дверь отворилась и на пороге появился мрачный и заспанный Кит.       — Широ, какого хрена ты здесь делаешь?       — Ты разрешил наведываться к тебе в гости, — напомнил Широ.       — Да, но почему ты пришёл так рано?       Широ выглядел крайне озадаченным:       — Кит, сейчас десять утра.       — Говорю же, очень рано.       Широ в ответ закатил глаза.       — Могу я войти?       Кит немного поворчал, но всё же пустил гостя внутрь своего жилища. Широ оглядывал тесное помещение со скептически поднятой бровью. В углу притаилась скромная кровать, заправленная кое-как и в спешке. За ней расположился с виду шаткий шкафчик с разложенным на нём старым радиооборудованием. У противоположной стены стоял потрёпанный старый диван, на который Кит небрежно швырнул свой кадетский китель. Возле дивана примостился рабочий стол вместе со стулом, а в самом дальнем углу разместилась маленькая кухонька. Закрытая дверь рядом с ней, очевидно, вела в ванную комнату.       — Я жил здесь вместе с папой, — ответил Кит на вопросительный взгляд Широ. — Он оставил её мне. Хотя, технически, полноправным владельцем я стану только по достижению совершеннолетия, но что мне могут сделать? Арестовать за якобы незаконное использование моего же имущества?       — Полагаю, что нет, — покачал головой Широ. — Но проводить бóльшую часть времени в одиночестве — не лучшее решение.       — О, поверь мне, Широ, после приюта, где я чувствовал себя селёдкой в банке, это — почти люксовый отель. К тому же, ты знаешь, я люблю одиночество.       Широ вновь нахмурился:       — И всё же, может, позавтракаешь где-нибудь вместе со мной? Мне станет гораздо спокойнее, если я точно буду знать, что ты не один.       Кит хмыкнул:       — Ты такой милый, когда волнуешься. Но ладно, пойдём.       Широ часто заморгал, но в итоге решил оставить сомнительный комплимент без комментария. Стоило им выйти из хижины, как Кит тут же огласил всю округу восторженными выкриками.       — Это что, настоящий ховербайк?!       Он вихрем пронёсся мимо Широ и подлетел к байку, осматривая каждую деталь и восхищённо воркуя над двигателем. Он бы продолжил и дальше, но Широ решил, что пора спустить его с небес на землю.       — Родители подарили мне его на восемнадцатилетие, — он протянул Киту шлем, надев перед этим свой. — Вперёд, поехали.       Таким образом в их ежедневную рутину вписалось нечто новое. Каждое утро Широ наведывался к Киту домой и возил его куда-нибудь поесть. Потом они бесцельно гуляли по городу, либо же возвращались обратно в хижину. Иногда в городе они встречали Мэтта, и тогда уже проводили время втроём. Мэтт и Кит неплохо поладили, чему Широ никак не мог нарадоваться. Конечно, Кит по-прежнему не решался знакомиться с семьёй Широ, несмотря на многочисленные просьбы его матери, точно так же он не хотел присоединяться к нему и Мэтту за ужином у семьи Холтов, но все же приятно было видеть, как Кит общается ещё с кем-то, кроме Широ.       Начало каникул пронеслось будто в тумане. Кит раскрывался перед ним всё сильнее, а уровень его доверия к Широ превысил любые возможные пределы. Он свободно касался Широ, игриво пихая его локтем, или засыпал, кладя голову ему на плечо. И никогда больше не уворачивался от ответных прикосновений, не важно, ожидаемы они были или нет.       Впервые подобное случилось, когда Широ подъехал к хижине и нашёл Кита одиноко сидящим на крыше и повернувшегося к нему спиной. Широ забрался на крышу так тихо, что Кит, похоже, не заметил его, и тогда Широ положил руку на плечо юноши. И застыл в оцепенении, осознав, что он натворил. Но Кит, обернувшись и встретившись с ним взглядом, лишь тепло улыбнулся.       — Привет, супермен. Не слышал, как ты зашёл.       Он выглядел расслабленным и абсолютно безразличным к тому, что Широ дотронулся до него без предупреждения. После этого случая парень продолжил и дальше спокойно его касаться. Он искренне верил, что для Кита это значит невероятно много.       Вероятно, так оно и было на самом деле.

***

      Этот разговор случился спустя пару недель с начала каникул. И это было странно, потому что, по ощущениям, прошла как минимум вечность. Кит так быстро выбрался из своей скорлупы, что невозможно было не восхититься. Гораздо большего прогресса они достигли, находясь наедине друг с другом, в безопасности и спокойствии, чем за целый год обучения в Гарнизоне. Широ казалось, что обстановка сыграла в этом важную роль.       — Завтра у меня день рождения, — сообщил однажды Кит. Они сидели на крыше хижины, отважившись бросить вызов безжалостно палящим лучам солнца, и обедали бенто, приготовленными мамой Широ.       «Как я поняла из твоих рассказов, мальчику необходимо лучше питаться, а если он не приходит к нам, твоя задача — передать еду ему лично в руки» , сказала она в свой последний визит и вручила Широ две коробочки с бенто.       Широ изумлённо заморгал, повернувшись к Киту лицом.       — Серьёзно? Почему же ты раньше не сказал?       Кит насупился и губами снял с палочек ещё немного риса (разумеется, Широ сдержал обещание и научил его пользоваться палочками, за этот подвиг он удостоился уважительного кивка и бурчания в духе «чёртов супермен»).       — Я, типа, забыл. Не то, чтобы это было супер важно. В приюте никто особо и не праздновал дни рождения. Максимум, что мы могли получить — это пирожное, и всё. Я вдруг решил, что ты захочешь узнать. Ты явно из тех людей, которые отмечают любой праздник.       Широ сжал челюсти. Чем больше нового он узнавал о месте, где вырос Кит, тем отчётливее понимал, как сильно он то место ненавидит.       — Ты прав. Что бы ты хотел получить на день рождения?       — Я не знаю, — отмахнулся Кит. — Никогда не задумывался об этом.       Он устремил взгляд куда-то вдаль, словно пытаясь отыскать ответ среди бесконечных сыпучих песков.       — Думаю, будет достаточно и того, что кто-то хоть раз в жизни вспомнит о нём, — изрёк Кит так тихо, что у Широ ёкнуло сердце. — В целом, на подарки мне всё равно.       Вернувшись ночью домой, Широ сел за рабочий стол и в глубокой задумчивости уставился в окно. Киту никто и никогда ничего не дарил, ни на день рождения, ни в целом. Он ничего не ждал, Широ это понял. А потому решил превратить семнадцатый день рождения Кита в приятное воспоминание. Единственная проблема: Широ не знал, что дарить.       Нечто легкомысленное ему бы не подошло, но и дарить что-то сугубо практичное Широ не собирался. Он хотел подарить что-то значимое. Чтобы при взгляде на эту вещь становилось ясно, что её подарил кто-то небезразличный. Он прокрутил в голове всё, что успел узнать о Ките; что пришлось бы ему по душе. Идея пришла внезапно. Широ в тот же миг схватил телефон и набрал номер дяди.       — Джи-сан? Это Такаши. Мне нужна ваша помощь.

***

      На следующее утро он пришёл к Киту со стопкой коробочек бенто.       — Подарок от моей мамы, — объяснил Широ в ответ на вздёрнутую бровь парня. — Подарок от меня будет готов только через несколько дней, вот она и решила приготовить что-нибудь на сегодня. С Днём Рождения, кстати. Думаю, мне следовало в первую очередь сказать именно это.       — Ну, спасибо тебе. И твоей маме тоже спасибо, — поражённо выдал Кит, словно был до глубины души удивлён тем фактом, что Широ вспомнил про его день рождения, хотя он, вроде как, только вчера сам ему об этом сообщил.       Они всё так же провели какое-то время вдвоём, а потом Широ настоял на ужине в городе, где и удивил Кита праздничным тортом, доставленным официантом прямо к столику. Кит не любил сладкое, но честно съел один кусок. И за выставленной напоказ угрюмостью Широ сумел различить благодарность за такие, казалось бы, простые жесты внимания.       Два дня спустя Широ принёс Киту его подарок.       — Вот, — сказал он выглянувшему из-за входной двери юноше и протянул ему небольшой тканевый мешочек. — С прошедшим Днём Рождения.       — Стоит ли говорить «прошедший», если ты на нём присутствовал? — взяв в руки подарок, Кит развязал мешочек и опрокинул содержимое на ладонь.       Он моргнул, потянул за кожаный шнурок и поднял его наверх, чтобы как следует осмотреть единственную нанизанную на него бусину цилиндрической формы.       — Это нефрит, — пояснил Широ.       Кит хмыкнул нараспев и провёл большим пальцем по камешку, чувствуя на нём вырезанные углубления.       — Что значат эти символы?       — Это кандзи, означающие «мужество».       Юноша перевёл на него нечитаемый взгляд.       — Где ты его достал?       — Сам сделал. Мой дядя работает ювелиром, он и помог мне его вырезать, — пожал плечами Широ. — Я подумал, что тебе бы понравилось изделие ручной работы.       — Мне нравится, — еле слышно произнёс Кит. Он надел шнурок на шею и ещё раз провёл пальцем по бусине там, где она легла между ключицами. — Спасибо, Широ. Это… очень мило, правда, — он перевёл взгляд на Широ и неловко улыбнулся. — Ты хороший друг.       Глаза Широ на миг округлились, но потом удивление сменилось на озорную ухмылку.       — Друзья, значит?       Кит фыркнул в ответ и скрестил руки на груди.       — Так и есть, разве нет? Разве всё вот это, — он сделал неопределённый жест рукой, — не доказательство?       — Точно, — заключил Широ. Несколько секунд он рассматривал Кита, а потом нерешительно уточнил. — Могу я обнять тебя?       Кит выглядел удивлённым, но лишь на мгновение. Он медленно кивнул.       — Ага, конечно, ты можешь.       Широ шагнул вперёд и заключил юношу в крепкие объятия, прижавшись подбородком к его макушке. Кит не напрягся, но какое-то время стоял смирно, до тех пор, пока не решился обхватить Широ руками поперёк тела. Широ не удержался и расплылся в довольной улыбке.       — Спасибо, Широ. За всё, что ты сделал, — пробормотал Кит ему в плечо.       — Надеюсь, я смогу сделать ещё больше, — честно признался Широ.       — Всё возможно, если это делаешь ты, супермен. Абсолютно всё.

***

      Широ и Адам снова поругались. В последнее время почти ни один их день не обходился без нового конфликта. Широ только вернулся домой после встречи с коммандером Холтом и адмиралом Сандой, где они обсуждали возможность полёта на миссию вглубь космоса. Адам не желал об этом ничего слышать. Он считал отправку на миссию слишком рискованной, что после очередного вылета в космос Широ может вернуться домой инвалидом, если вообще выживет.       — Ты ведь знаешь, как это важно для меня! Риск полностью оправдан, — слабо произнёс Широ, осторожно поглядывая на сидящего за обеденным столом Адама. Возможно, правильным сейчас было бы встать с дивана и подойти к нему, но, боже, как он устал от этих бесконечных ссор.       — Такаши, насколько я для тебя важен? — процедил Адам, уперевшись ладонями в стол.       — Это нечестно, — возмутился Широ. — Ты знаешь, я люблю тебя.       — Знаю ли? Мы не проводим время вместе месяцами. С начала лета у нас почти ни разу не было секса, потому что каждый раз ты слишком уставший после целого дня проведённого с Китом! Есть ли что-то, что ты скрываешь от меня, Такаши?       Широ поражённо уставился на своего парня.       — Ему лишь семнадцать, Адам. И, если ты вдруг не заметил, я целых три года был счастлив в отношениях с тобой.       — О, неужели? Я уже ни в чём не уверен, — Адам тяжело выдохнул, переведя взгляд на вид из окна. — Я был с тобой на каждой миссии, каждой тренировке. С самых первых дней в Гарнизоне. Но это… это не просто миссия. На кону твоя жизнь.       — Мы спорим из-за Кита или моего полёта в космос? — выпалил Широ.       — Всё вместе!.. Постой, нет. Нет, это, — Адам снова вздохнул и повернулся к Широ лицом. — Я понимаю, ты подружился с ребёнком, и, вероятно, неправильным было впутывать его в разговор.       — Более чем неправильно, — огрызнулся Широ. — Я бы никогда не изменил тебе.       — Даже если так, вы проводите кучу времени вдвоём. К тому же, я был расстроен из-за миссии, потому и приплёл сюда Кита. Я ошибся, и мне жаль. Но я останусь при своём мнении, Такаши. Если ты вновь полетишь в космос, он тебя погубит.       — Это моя жизнь, Адам, — еле слышно молвил Широ. — Если бы ты правда любил меня, то поддержал бы. Одна миссия мне не навредит. Две, три миссии не сделают хуже. Ещё пять лет я буду в норме, и даже после них я только начну ощущать симптомы. Я могу летать.       — И впустую потратить лучшие годы жизни?       — Это не пустая трата, если занимаешься любимым делом, — пробормотал Широ. — Почему так сложно это понять?       Адам промолчал.       — Значит… значит ли это, что ты не хочешь быть со мной? Потому что упустишь несколько «лучших» лет жизни? Это всё, что тебя волнует? — устало спросил Широ.       — Нет, — резко обрубил Адам, но Широ смог разглядеть в его глазах неуверенность. — Просто каждый раз, как ты уходишь на очередное задание, я гадаю, в каком состоянии ты вернёшься. Я так больше не могу, — его голос прозвучал донельзя твёрдо. Он набрал в лёгкие воздуха, опустившись обратно на стул. — Знаю, я не смогу остановить тебя. Никто не сможет. Но, если ты всё-таки решишь уйти, по возвращении не надейся увидеть меня здесь.       Широ оцепенел, глядя на Адама в немом шоке.       — Ты что же… ставишь мне ультиматум? Оставаться привязанным к земле до конца жизни или… или ты бросишь меня?       Адам крепче сжал зубы.       — Да.       Широ вздрогнул, резко выдохнув, и тяжело уронил голову на ладони.       — Ясно, — глухо произнёс он. — В таком случае, полагаю, вопрос решён. Прости меня, Адам.       Он вскинул голову, когда Адам облегчённо вздохнул. Он улыбнулся, подошёл ближе, сев на диван рядом с Широ, и бережно взял его руки в свои.       — И ты прости меня. Мне было так противно от необходимости заставлять тебя делать выбор, но другого выхода я попусту не видел. Знаю, какое-то время ты будешь расстроен, но, в конце концов, поймёшь, что это для твоего же блага.       Широ покачал головой.       — Нет, Адам, я извинился за другое.       Адам нахмурился, и это подтвердило всё. Он не допускал и мысли о том, что Широ выберет не его. Похоже, он знал Широ ни на каплю так хорошо, как думал.       Широ тяжело вздохнул, стиснув руки Адама в своих ладонях.       — Я соберу вещи. Можешь оставить квартиру себе, я не против переехать. В выходные я вернусь забрать остальное.       Адам в ужасе округлил глаза.       — Постой, Такаши, нет…       Широ отрицательно помотал головой, чувствуя, как подступают к глазам непрошенные слёзы.       — Я собирался провести с тобой остаток жизни, — прошептал он.       Адам выглядел так, будто он задыхается.       — Такаши…       Широ подался чуть вперёд, прижимаясь губами к его лбу.       — Прощай, Адам.       Он не двинулся с места, пока Широ собирал вещи; он не произнёс и слова, когда Широ шагнул за порог. Сидя на ховербайке, он подумывал обернуться, чтобы в последний раз увидеть в окне Адама, наверняка глядящего ему вслед.       Но он так и не обернулся.