Глава 54
30 октября 2024 г., 06:59
Оставшуюся часть утра тема Лусардо и её связи с Петтигрю буквально заполонила все обсуждения. Шёпоты и пересуды разносились по всему Большому залу, не утихая ни на минуту.
Вторым уроком после Трансфигурации стояли Древние Руны. Когда ученики вошли в класс, профессор Лусардо встретила их с такой непринуждённостью, словно скандальный выпуск «Ежедневного Пророка» был не более чем плохой анекдот.
— Ваши эссе, в целом, были неплохи, — начала она, прогуливаясь между рядами и собирая выполненные работы.
Корделия, как обычно, заняла место рядом с Тео. Гермиона же, хотя и не выказывала особого энтузиазма, была вынуждена сесть рядом с Драко Малфоем.
— Мисс Паркинсон, мисс Гринграсс, вам стоит быть внимательнее: есть мелкие орфографические ошибки, — обратилась профессор к двум слизеринкам, — но это не повлияет на ваши оценки. Я ведь преподаватель рун, а не орфографии.
Пройдя мимо Корделии и Тео, профессор Лусардо, собрав все работы, попросила студентов открыть учебники на странице, где они остановились на прошлом уроке.
Темой занятия были усиливающие руны.
Профессор объясняла, как подобные руны использовались в ритуалах во время солнцестояний, их рисовали на земле с помощью пепла или растёртого камня.
— В древние времена жрецы, шаманы и друиды использовали лунный камень, перемалывая его в порошок, или применяли особые пигменты для нанесения рун на тело, — рассказывала она.
— Любые пигменты? — с интересом спросила Корделия.
— В основном красные оттенки, — уточнила Лусардо. — Они обычно добывались из крови насекомых и соков ягод.
Кто-то в классе издал тихий звук отвращения.
— Да, согласна, звучит не очень приятно, — с улыбкой добавила профессор. — Но даже золотая пыль играла важную роль. Например, в эпоху инков…
Однако завершить мысль она не успела — дверь резко распахнулась, и в класс вошла профессор МакГонагалл в сопровождении двух авроров.
— Прошу прощения за вмешательство, Лусардо, — сухо сказала МакГонагалл. — Министерство выдало ордер на ваш арест.
Профессор Лусардо недовольно посмотрела на авроров, вздохнула и, подняв руки, сложила запястья перед собой.
— Давайте уже закончим этот спектакль, — произнесла она, и один из авроров надел на неё наручники, собираясь вывести её из класса. — Я имею право на один звонок и на адвоката, — добавила она хладнокровно.
Перед тем как выйти, профессор на мгновение задержала взгляд на Рене.
— Ты несовершеннолетний, — чётко произнесла она. — Не подписывай ничего без присмотра. Если они решат допросить тебя, требуй присутствия заместителя директора или своего декана.
После этого она обратилась к ученикам:
— В качестве домашнего задания прочитайте главу о взаимодействии элементов с рунами, — спокойно добавила она, словно только что не была арестована.
Авроры вывели её из класса, и в коридоре ясно прозвучала фраза Лусардо: «Убери свою руку с моей талии, скотина!»
В аудитории повисла напряжённая тишина. Ученики переглядывались между собой, одни — в полном недоумении, другие — с тревогой смотрели на Рене, который сидел, повернувшись к профессору МакГонагалл.
— Она только что ушла под арест и успела нам выдать домашнее задание? — ошеломлённо прошептала Корделия.
— Это, друзья мои, настоящий профессионализм, — ответил Тео с лёгкой усмешкой.
Профессор МакГонагалл завершила урок, рекомендовав всем вернуться в свои гостиные и подождать следующего занятия.
***
Корделии действительно повезло, что Тео вызвался помочь ей с Арифмантикой. После того, как их урок по Рунам был прерван, они вместе отправились в библиотеку, чтобы закончить сложное задание по Арифмантике. — Главное, чтобы все данные совпадали, — терпеливо объяснял Тео, листая страницы учебника. — Нужно было выбрать другой предмет, — с ноткой усталости вздохнула Корделия. — Только я могла записаться на курс, связанный с математикой, хотя всегда с трудом справлялась с числами. К её удивлению, Тео неожиданно взял её за руку и посмотрел прямо в глаза. — Не говори так, — мягко произнёс он. — Это всего лишь небольшая сложность. Ты справишься. Я помогу тебе, чем смогу. — Правда? — с надеждой спросила она. Тео кивнул и улыбнулся, и Корделия внезапно осознала, что у него была удивительно милая улыбка. Их разговор прервало знакомое голос. — Мисс Поттер, — раздался у неё за спиной негромкий, но уверенный голос. Корделия, всё ещё держа руку Тео, обернулась и увидела Сюэ Чанга, нагруженного несколькими книгами. — Мистер Чанг, — вежливо поздоровалась она, слегка удивлённая его внезапным появлением. — Вижу, вы работаете над заданием по Арифмантике, — заметил Сюэ, взглянув на свитки и учебники на столе. — Нужна помощь? — О, не переживай, — поспешила ответить Корделия, стараясь не выглядеть навязчивой. — Уверена, что у тебя полно других дел, чем тратить время на нас. — Никаких проблем, — с дружелюбной улыбкой заверил он. — К тому же, я могу быть полезным: у профессора по Арифмантике обычно один и тот же план, так что, вероятно, у вас те же задания, что и у нас в прошлом году. Корделия бросила быстрый взгляд на Тео. Он, в свою очередь, посмотрел на Сюэ с легкой настороженностью, но затем, пожав плечами, сказал: — Я не против. — Отлично, — с лёгкой усмешкой ответил Сюэ, осматривая их. — Я верну книги на место и принесу свои записи с прошлого курса. А вы пока покажите, что вам задали. Чанг удалился, а Корделия, чувствуя себя чуть более уверенной, вновь сосредоточилась на своём учебнике, понимая, что с такой поддержкой ей, возможно, удастся справиться с этим предметом.***
Пэнси, оставив позади подруг, аккуратно спрятала Карту Мародёров. Этот магический пергамент стал её настоящим спасением — теперь она могла беспрепятственно пробираться на кухни, не опасаясь быть пойманной. Здесь, в Хогвартсе, ей открывалась возможность наслаждаться десертами и выпечкой, которые дома были строго ограничены. Её мать обычно позволяла съедать только два печенья во время чаепитий, но здесь никто не следил за её рационом. Остановившись перед картиной с грушей, Пэнси слегка пощекотала её, и вход на кухню распахнулся. — О, наследница Паркинсон! — радостно воскликнула домовая эльфийка, увидев её. — Долли так рада видеть вас! — Привет, Долли, — тепло поздоровалась Пэнси, мельком замечая Лусардо, который сидел за столом у окна. На нём был фартук, а на коленях лежали кухонные перчатки. — Лусардо, — кивнула она в знак приветствия. — Наследница Паркинсон, — вежливо поклонился он, сохраняя формальность, как того требовали приличия. Они замерли, обменявшись короткими взглядами, и вновь опустили глаза. До этого момента их общение ограничивалось лишь скупыми приветствиями в коридорах. Лусардо поднялся, надел перчатки и подошёл к печи. С ловкостью он достал оттуда горячий противень и аккуратно положил его на стол. Сняв перчатки, Лусардо проверил вилкой готовность блюда, а затем ловко перевернул форму на большую тарелку. Воздух наполнился запахом свежеиспечённого бананового хлеба, и у Пэнси едва не заурчало в животе. Она почувствовала, как её щеки залились румянцем, когда Лусардо посмотрел на неё. — Это банановый хлеб, — объяснил он, нарезая аккуратные ломтики. — Хочешь попробовать? Будучи настоящей сладкоежкой, Пэнси не смогла отказать себе в удовольствии. Они устроились за столом у окна, пока домовые эльфы продолжали свою суетливую работу. Пэнси взяла кусочек хлеба и запила его молоком, которое им принесла Долли. Она никогда раньше не пробовала ничего настолько вкусного. Хлеб был удивительно мягким, нежным, с тающими на языке кусочками шоколада. — Это восхитительно, — призналась Пэнси, искренне наслаждаясь. — Спасибо, — скромно ответил Лусардо. — Я и не знала, что ты так хорошо печёшь. — Да, я ещё и готовлю довольно неплохо, — поделился он. — Меня всему научила моя прабабушка. Пэнси внимательно посмотрела на Лусардо, отламывая ещё один кусочек хлеба. В отличие от их встречи в поезде, теперь он выглядел гораздо лучше — исчезли тёмные круги под глазами, и он больше не казался болезненно бледным. — Ты выглядишь лучше, — заметила Пэнси. — Больше не кажешься таким… — Больным? — закончил за неё Лусардо с лёгкой усмешкой. — Да, профессор Снейп приготовил для меня особое зелье. В нашей семье есть предрасположенность к астме и анемии, и, к сожалению, у меня обе проблемы. — О, значит, у тебя хрупкое здоровье, — сказала она с сочувствием. — В некоторой степени, — подтвердил он. — Но зелья профессора Снейпа мне действительно помогают. Мама платит ему за их приготовление. — Мне жаль насчёт твоей мамы, — тихо добавила она. — Не беспокойся, — ответил он с уверенностью. — Моя мама невиновна и скоро будет освобождена. Петтигрю — это всего лишь неприятный эпизод, который мы оставим в прошлом. — Внезапно он протянул Пэнси поднос, на котором оставалась половина бананового хлеба. — Хочешь ещё кусочек? Пэнси кивнула, не в силах отказаться от столь соблазнительного предложения.
