Идеальная леди | Una perfecta señorita

Через час после прибытия в дом 12 на площади Гриммо атмосфера в гостиной была гнетущей, слышен был лишь звук столовых приборов. Когда дыхание немного восстановилось, Рене прокрался на кухню и приготовил суп, чтобы успокоить всех после испуга. Кричер был раздражён тем, что кто-то зашел на кухню без его разрешения. Корделия не могла отрицать, что куриный суп был восхитительным. — Вкусно, — сказала Сэм, вытирая рот салфеткой, — и мне плохо. — У тебя всё ещё болит нос? — спросила Тонкс. — Нет, мне плохо от того, что 14-летний мальчишка готовит лучше меня. Кричер убрал тарелки, а Корделия почувствовала сильную сонливость. Она оглянулась и заметила, что остальные тоже начали клевать носом. Гермиона лежала на длинном диване с вытянутыми ногами из-за вывиха лодыжки, Эовин сидела рядом с Невиллом, крепко прижимая к себе Корвуса. Корделия, как могла, устроилась в плаще Тео и вскоре уснула.

***

Сириус наблюдал за тем, как все дети спят в гостиной, в то время как Дора сушила волосы Сэм, которая сидела у её ног, попивая немного виски. — Все в порядке? — спросил Сириус тихим голосом, гладя волосы Корделии. — У Гермионы вывихнута лодыжка, — начала перечислять Сэм, — у Корделии содраны колени, Корвус плакал, но уснул быстро, а остальные в порядке, немного устали, но, как видите, уже спят. — А как твой нос? — спросила Дора. — Кровь остановилась, — небрежно ответила Сэм. — Мне просто нужен был душ, и теперь всё отлично. — А что с мистером Люпином? — спросила Дора. — Сейчас придёт, — ответил Сириус. — Он остался помочь Артуру Уизли. Джинни потерялась в лесу. — Что удалось узнать, Лорд Блэк? — Фадж выглядел растерянным и с подозрением смотрел на всех вокруг, — ответил Сириус, взяв стакан у Сэм, чтобы налить себе виски. — Крауч был в ярости и приказал проверить все палочки, чтобы выяснить, кто вызвал Метку. — И что? — спросила Тонкс. — Ничего не нашли, — Сириус сел рядом с Бамби. — Цисси и Белла уже едут за своими детьми. Энди попросила, чтобы ты осталась с Невиллом, мы отправимся в поместье Поттеров утром. Кричер! С громким «хлоп» Кричер появился в гостиной. — Что может сделать Кричер для Лорда Блэка? — Приготовь пять комнат, — приказал Сириус. — И подай чай. Нарцисса и Беллатрикс будут здесь через несколько минут, а утром найди целителя, чтобы осмотрели Гермиону и её лодыжку. Кричер поклонился и ушёл. Сириус допил виски и посмотрел в сторону камина. То, что произошло этой ночью, стало для него сигналом, что пора разрабатывать план, как уберечь Корделию.

***

Корделия проснулась в комнате, которая явно не была её. Когда она села, то заметила, что Гермиона спит рядом, а плащ Тео висит на спинке кровати. Осторожно поднявшись с кровати, чтобы не разбудить Гермиону, она надела свои туфли, укуталась в плащ Тео и вышла из комнаты. Тихо проходя по коридорам, она направилась в столовую. Её крестный и дядя Ремус уже завтракали; Ремус читал свежий выпуск «Пророка», где на первой странице была статья о событиях прошлой ночи. — Доброе утро, — поздоровалась Корделия. Крестный быстро встал с места у головного стола, чтобы посмотреть на неё поближе. — Как ты себя чувствуешь, Бэмби? — спросил он, ведя её к своему правому боку. — Я в порядке, крестный, — ответила Корделия. Её колени больше не болели, но она была уверена, что у неё остались небольшие корки. Позже она найдет мазь. — О, моя бедная крестница, — драматично воскликнул её крестный, обняв её. — Ты, должно быть, сильно испугалась. — Немного, — Корделия выпрямилась. Кричер принёс завтрак, и Корделия молчала всё это время. Крестный сказал, что в Гриммоулд Плейс остались только Нимфадора, Сэм, Гермиона и Рене; остальные уехали ещё прошлой ночью. — Я чувствую, что что-то забываю, и не знаю, что это, — заметил крестный. — Я тоже, — согласился дядя Лунни. — СИРИУС БЛЭК! — раздался ужасающий крик из коридора, и дверь столовой распахнулась, открывая виду очень сердитую профессора Эдит, которая выглядела как волчица, готовая к нападению. Её волосы были растрепаны, лицо уставшим, а глаза слезились, как будто она плакала всю ночь. Корделия посмотрела на своего крестного и дядю Лунни; оба они побледнели, словно увидели призрак. — Никаких звонков! Никакой чертовой бумаги! — она шагнула к столу, глядя на них. — Что, черт возьми, происходит с вами двумя?! — Я могу объяснить, — попытался вмешаться её крестный. — Объяснить?! — закричала профессор Эдит в гневе. — В прошлую ночь я слышала слухи в Хогсмите о том, что напали на лагерь. Я всю ночь не спала, ожидая новостей о вас и о моем сыне! Где мой сын?! Профессор Эдит посмотрела на Корделию и, успокоившись, глубоко вздохнула. Осторожно обняв её, она села рядом. — Всё произошло очень быстро, — дядя Ремус взял её за руку; Корделия заметила, что у него не было перчаток — возможно, беспокойство заставило его забыть об этом. — Дети в порядке, они ещё спят. Профессор кивнула, прежде чем снова начать всхлипывать, а дядя Лунни гладил её по спине. — Я никогда не чувствовала такого уровня тревоги, — сказала она с слезами на глазах. — Не знать о сыне часами заставляло меня представлять самые худшие сценарии. Как вы не могли сказать мне, что они в безопасности? — Мне жаль, — сказал её крестный, наливая ей чашку Эрл Грея. — Хотя мы забыли тебе сказать, они уже в безопасности. Она посмотрела на него с заплаканными глазами и приняла чай.