Заколка

«Я ненавижу тебя любить, Но желаю тебе добра. Меж мной и тобою нить, Что я оборвать не смогла».

— Почему ты плачешь?       Этот бархатный голос успокаивал, особенно, когда Огр аккуратно гладил любимую по голове. Она уже не чувствовала того страха, который вернулся к ней во сне. Там, во сне, она снова была маленькой девочкой, а Оданна был тем ёкаем в маске. От того, что он был рядом, стало так спокойно, что Аой откинулась на его грудь:  — Просто сон плохой приснился… Не волнуйся…       Её глаза блестели от слёз, но лицо озаряла по-детски радостная улыбка. Та улыбка, которая появляется в моменты, когда понимаешь, что ты любим. Понимая, что муж не успокоится, девушка добавила:  — Возможно, это просто гормоны, — потом зажмурила глаза. — Не принесёшь мне немного мисо?       И через полчаса Аой с упоением наворачивала суп, пока Оданна в спешном порядке принялся что-то писать на красной бумаге. Не без интереса девушка спросила:  — Это приглашения?  — Да, думал написать и отослать их завтра, но решил заняться сейчас. На это пиршество соберутся многие ёкаи. Ты хотела бы кого-то позвать от своего имени? Как Госпожа Тенджинья, ты можешь отправлять такие письма.  — Позвать? — она оставила пустую тарелку. — А я могу звать кого угодно?  — Да, это зависит только от твоего решения. Ну так что?  — Так! — девушка села поудобнее. — Для начала я бы хотела позвать весь персонал Ореоя!       Оданна расхохотался, а потом поднял голову на жену: — Ожидаемо от тебя, Аой… Ну, хорошо — пишем в Ореоя. Ну, а кого бы ты ещё хотела увидеть? — Огр уже приготовил бумагу, на которой решил отметить имена гостей, но Аой как-то неожиданно потускнела:  — А мы можем… Можем написать Гинджи?

***

Как всегда властная и вспыльчивая Орё всё же отчаялась найти Лиса в Ореоя, а потому решила вернуться к Вратам Огра. Теперь, сходя с корабля, она не уставала отчитывать прибывшего с ней Ранмару, а тот только успевал огрызаться. Девушку бесило, что ёкай увязался за ней, но тот твёрдо решил отыскать запропастившегося брата, так что разрешения Снежной женщины он спрашивать и не стал:  — А чего это так шумно? — Ранмару уже сходил на землю по трапу. — Разве в это время положено состояться какому-то празднеству?       На площади перед Тенджинья и правда царила торопливая подготовка красных, бумажных фонариков, маленькие аякаши сновали из стороны в сторону, разнося повсюду какие-то маленькие коробочки, запечатанные в фольгу, несколько тенгу занимались обновлением вывески Тенджинья. И при этом всём стоял такой гвал, что могло показаться, будто ты сейчас в час пик сидишь в метро, а не пытаешься пробраться к заветному входу Тенджинья.       Мало того, Ранмару бесило то, что его не встретили должным образом, так теперь он злился из-за путающихся под ногами капп и тануки. Орё же молча проходила мимо всего этого, так же не до конца понимая, что тут вообще затевается. Но дабы Ранмару прекратил докучать ей, девушка бросила:  — Я почём знаю? Возможно, Хозяин решил поприветствовать каких-то важных гостей подобным образом.       Мысленно она молилась на то, что из Тенджинья её всё же не выгонят. Тиби, проспавший всю поездку, сейчас тихо хрустел огурчиком в её сумке, а Ранмару должен был хоть как-то отвлечь внимание на себя, так что у Орё всё же была маленькая надежда остаться незамеченной. В лучшем случае, её бы лишили зарплаты.       Наконец, двери Тенджинья пропустили их внутрь гостиницы, звучно захлопнувшись за спинами гостей…