Красный лебедь

Вы когда-нибудь испытывали волнение от подготовки к выступлению и то, что бывает потом, когда вы проходите по сцене ближе к зрителям и кланяетесь под шквал аплодисментов? Если нет, то попробуйте, это опьяняющее чувство восторга от оваций, это наслаждение от исполненного танца, когда больше нет дрожи от волнения, больше нет трясущихся колен...это того стоит. А какое испытываешь удовольствие от вида своего имени на афишах, о предстоящем представлении, и своё лицо. Как это хорошо быть ведущей балериной. Любого бы опьянил успех, только не Наташу. Романова раньше никогда не думала, что её имя будет знакомо всем любителям балета. Стремительно передвигаясь по главному проспекту Москвы, Наташа кутала своё лицо в широкий вязаный шарф, по больше части прячась от леденящего кровь холода, но так же и от косых взглядов, ведь именно её лицо было на афишах. Именно её имя было рядом с очень известным произведением "Лебединое озеро" и именно ей выпала честь быть ведущей балериной, быть звездой этого представления. Посему девушка пряталась от людей, многим успех нравится, Романова же ненавидела его. А больше всего то, какой ценой он ей достался. Потеря семьи и дома большинство людей загнало бы в могилу, но Наташе повезло с человеком, который взял её под опеку. Взрослый мужчина, обычный советский солдат Иван Петрович, который когда-то спас её, поймав маленькую Нат из рук матери, если бы не он, девушка была бы мертва. Вспоминала этот день Романова с дрожью и непереносимой болью внутри, от которой хотелось рыдать и рвать на себе все, включая саму кожу. Но Наташа не проронила ни единой слезинки с похорон родителей, где она стояла рядом со своим спасителем и смотрела на то, как медленно в дебри земли опускают два деревянных гроба, молча, спокойно, выдавая своё состояние лишь тяжелым дыханием и немного сжатыми кулаками, проронив лишь пару скупых слезинок, быстро высохших на детском лице. За этими воспоминаниями Наташа даже не заметила как дошла до Большого театра. Остановившись возле здания, уже взрослая, красивая девушка подняла свои зеленые глаза и медленно осмотрела место, которое было для нее вторым домом. Осмотрела его арки, лепки, окна...все было такое старое, по сути, а по виду никогда не скажешь, что этому месту больше сотни лет. Вздохнув, Наталия зашла внутрь здания, тепло улыбнулась полноватой женщине за кассой, поздоровалась и пошла в сторону гримерок, по пути здороваясь со всеми, кто попадался на пути. Как бы Романова не ненавидела свой успех, она не могла не любить этих людей, они всегда были добры к когда-то тихой и молчаливой девочке. Добравшись до своей гримерки, Наташа сняла верхнюю одежду и подошла к зеркалу. Внимательно осмотрела своё лицо в свете ламп и слабо улыбнулась, внутренне себя настраивая на успех. Это было не первым её выступлением в качестве ведущей артистки, но от этого не становилось менее страшно или волнительно. Нет, дрожь волнения пробивала всегда, а нервный комок в горле мешал спокойно дышать. Потерев руки об джинсы, девушка села за стол и позволила визажисту заняться своим лицом, далее парикмахер, костюмерши и так постоянно. Стоя за кулисами и нервно растирая сжатые кулачки, Наташа смотрела на сцену, где сейчас разворачивался первый акт пьесы. Вот зазвучали первые аккорды и куча балерин высыпало на сцену и начала магия, которая не могла не завораживать. Девушки двигались идеально, синхронность движений рук, ног, пластика, всё это приковывало взгляд и немного помогало Нат успокоится. Но вот, зазвучала иная музыка, предвещавшая лишь одно - выход ведущей балерины большого театра. Первые аккорды и, огни тысячи софитов били в глаза девушки, дальше тело Наташи слилось воедино с музыкой и мир просто перестал существовать. Была лишь она, музыка и сцена. И ничего больше. Одно па сменяло другое, и так до конца, пока не зазвучали финальные ноты. И вот он, этот момент ради которого всё и происходит, радость и восторг зрителей, их крики "Бис", аплодисменты, цветы стремительно летящие на сцену. Проход ближе к залу, поклон, ещё поклон и вот магия кончается. Наташа снова одна, идет по коридорам в свою гримерку, по пути встречая других девушек, которые говорили ей что-то вроде комплиментов. Медленно открыв дверь в своё пристанище, Наташа замерла на месте, увидев на столе шикарный букет красных роз на длинной ножке, подойдя ближе, девушка увидела записку, аккуратно взяв её в руку, раскрыла. "И даже они не способны затмить твоей красоты. Твой Р." Нат не в первый раз получала такие цветы, и каждый раз одна подпись - "Твой Р." Романова не имела понятия кто бы это мог быть. Вернув карточку на место, подошла ближе к цветам и аккуратно вдохнула пьянящий аромат, на мгновение прикрыв глаза, откровенно наслаждаясь моментом. Кто бы ни был этот Р. он явно обладал вкусом в выборе цветов. Открыв глаза, Наташа увидела того, кого любила больше всех на свете. Медленно лицо девушки озарилось улыбкой, которая отразилась в зеленых глазах. Смотря на отражение мужчины, прямо в красивые серые глаза, которые смотрели на девушку с теплотой и любовью. — Ты как всегда чудесно танцевала, дочка. Повернувшись, Наташа всё ещё продолжала улыбаться. Быстро преодолев расстояние, Романова крепко обняла мужчину, уткнувшись лицом в мужскую грудь, медленно вдыхая смесь одеколона и хорошего табака. — Спасибо, папа. Мужчина ласково провел рукой по рыжим волосам, мягко прижимая к себе хрупкое тело девушки и прикрыл глаза. — Не за что. Я лишь сказал как есть. Так, я жду тебя в машине, милая, не задерживайся, — проговорив это с теплой улыбкой на лице, Иван Петрович нежно поцеловал Наташу в макушку и сжал чуть крепче в своих объятиях. — Хорошо, пап. Обещаю, я быстро. Быстро выбравшись из объятий, Наташа приподнялась и коротко чмокнула мужчину в щеку,- Я скоро. Отойдя от отца, девушка подошла к зеркалу и начала медленно смывать макияж. Мужчина тем временем оглядел девушку, усмехнулся увидев букет цветов и вышел сперва с гримерной, затем и из самого театра. Закурив, Иван встал возле машины и посмотрел на вход в театр, ожидая появления дочери, которая, как и обещала, не заставила себя ждать. Быстро спустившись по ступеням, и держа в руках букет красных роз, Нат подошла к отцу, продолжая улыбаться. — Я ведь обещала, что быстро. Поехали? — Да, поехали, — выкинув сигарету, Иван коротко усмехнулся и открыл переднюю дверь, подав руку дочери, помог ей сесть в машину, затем сел сам и медленно повел машину домой. Мирно переговариваясь, парочка была счастлива как никогда, но не всему дано длится вечно и у счастья бывает конец. Никто не знает, когда тот или иной роковой момент произойдет, никто. И жизнь может оборваться легко и быстро, словно кто-то щелкнул пальцами и вас больше нет. Так и случилось. Старый, но довольно резвый автомобиль мирно ехал по проспектам Москвы, везя в себе приму и её отца, соблюдая все правила движения. Но, есть и другие водители. Удар, визг тормозов, звон стекла и лишь лепестки роз создавали приятную атмосферу произошедшей аварии. Придя в себя, Наташа огляделась вокруг. Первым делом она увидела помятый бампер, затем стекло в трещинах, дальше взгляд девушки перешел в бок к водительскому сиденью и на миг Наташа перестала дышать, а сердце сковал ледяной ужас. Отец лежал головой на руле, маленькая струйка крови стекала с уголка мужских губ, глаза закрыты, и ничто не показывало того, что человек хоть немного дышит. — Отец.., — Наташа слабо верила своим глазам, убрала ремень и придвинулась к мужчине, слегка толкнула его в плечо. — Пап!? — чуть громче вскрикнула Наташа, дергая мужчину за плечо, не замечая как лицо постепенно покрывается соленой влагой, впервые за несколько лет,- Пап, прошу, очнись! Пап!? ПАПА!? Дергая мужчину за плечо, Наташа уткнулась лбом в плечо отца и громко плакала. — Пап, прошу тебя, очнись! Пап, я...я ведь не смогу без тебя! ПАП!? Последний раз вскрикнув, Наташа потеряла сознание, медленно обмякнув на тело отца. Дальше всё закрутилось с быстротой молнии. Приехала полиция, скорая и куча людей смотрели на произошедшее в искреннем шоке, и лишь шумиха и суматоха не дали людям увидеть тёмную мужскую фигуру, стоящую в стороне и наблюдающую на случившееся без тени сочувствия, холодно осматривая аварию голубыми глазами, которые лишь слегка сверкнули интересом, заметив как на носилки укладывают Наташу. Быстро достав телефон, мужчина набрал номер и прислонилась аппарат к уху. — Это я, да, сейчас видел её, она прекрасна, вы правы, но вы уверены, что она нам нужна? — сделав паузу, явно слушая ответ, мужчина ехидно усмехнулся, отчего взгляд стал ещё более пронзающим, всё так же сохраняя холод, — Как скажете, сэр. Она будет ваша. Сбросив вызов, мужчина поправила ворот пальто, кинул последний взгляд на аварию, резко развернулся и ушёл в сторону театра.