Красный лебедь

Сегодня Наташа проснулась на удивление раньше, чем все остальные, хотя, если говорить честно, она почти не спала. Поэтому, когда прозвенел привычный гудок, и все начали протирать глаза, Романофф уже была умыта и одета. Сегодня был день оглашения результатов их первого экзамена, и даже Наташа немного нервничала, она боялась, что она что-то сделала не так. Когда все ребята наконец-то оделись, все ровным строем отправили в столовую, чтобы позавтракать. Обычно в столовой рыжая сидела одна, так как друзей у неё тут не было, а с той, с кем могла бы подружиться, девушка предпочла быть соперницами и врагами. Но, сегодня произошло что-то удивительное. Наташа как всегда взяла свой завтрак и села за дальним столом, подальше ото всех, но её одиночество продлилось недолго, так как за её столик присел Джеймс. — Доброе утро, Наташа. — Мужчина добродушно улыбался и в целом выглядел довольно весёлым. — Эм…доброе… — Романофф в недоумении смотрела на учителя, искренне не понимая какого чёрта он забыл за её столом. — Ты заблудился, что ли? — Почему сразу заблудился? — Джеймс слабо усмехнулся и вскинул бровь в удивлении. — Ну, ты раньше никогда не сидел со мной, да и вообще в столовой я тебя не видела. — Сделав глоток кофе, девушка всё продолжала таращиться на учителя так, словно он призрак. — Да? Ну, всё бывает в первый раз, Романофф. Просто мне вдруг захотелось побыть среди вас, учеников. Но, ты одна сидишь сама по себе, а я люблю тишину, не хочу сидеть среди толпы. Такой ответ сойдёт? — Да, вполне логично. Что ж, приятного аппетита, мистер Барнс. — Нат слабо улыбнулась, посмотрев на учителя и склонила голову обратно к тарелке. — Спасибо, и тебе приятного, Наташа. — Барнс также слабо улыбнулся, смотря на девушку. Внутри парня что-то щелкнуло, когда рыжая подняла на него свои зелёные глаза и улыбнулась милее. Это что-то было странно для него и непривычно. Дальнейший приём пищи прошёл между ними в полной тишине, и они даже не догадывались, что сейчас с камеры смотрела Белова и ей нисколько не нравилось то, как эти двоё посмотрели друг на друга. Джеймс поел быстрее, чем девушка, поэтому он просто встал со своего места, кивнул Наташе на прощание и удалился. Ученики проводили его удивлёнными взглядами, которые в последствии обернулись на Наташу. Та же, в свою очередь, равнодушно пожала плечами и продолжила есть свой завтрак. Покончив с едой, все снова построились в строй и отправились в кабинет, где Наташе когда-то озвучили её наказание за то, что она сделала с Николаем. Ребята выстроились в одну ровную линию, благо размеров помещения хватало, чтобы вместить в себя линию из 15 человек. Все нервно перебирали пальцы или сжимали кулаки, и только Нат старалась нервничать внутри себя и не показывать этого тем, кто сидел за длинным, овальным столом. А комиссия была что надо. Тут и Белова, с её вечным, надменным видом и холодным взглядом. Тут же был и Шолохов, который строгим взглядом пробежал по всем ученикам, остановился на Наташе, слабо кивнул ей и продолжил свой «бег» глазами, так же тут сидел Джеймс и Шаповалов. — И так. — Начала говорить Белова, медленно поднявшись со своего места, держа в руках какую-то темную папку. Медленно открыла её и опустила глаза. — Прошу выйти вперёд Белову, Воронова, Алимова и Романофф. Все кого назвали сделали большой шаг вперёд из строя и не сговариваясь, посмотрели друг на друга и снова повернулись в сторону учителей, внутренне сжимаясь от небольшого волнения и страха, что их могут начать ругать. — Вы точно продолжаете обучение у нас. Вы превосходно исполнили наши приказы, а кое-кто и приятно удивил… — На этих словах женщина многозначительно посмотрела на Наташу, а та стояла и гадала, знают ли они, что она убила человека и даже не задумалась о том, стоит ли это делать, была ли у него семья, друзья прочие вопросы. — Вас четверых мы сегодня отпускаем в город, можете повидать родных, вы заслужили. Можете идти, с остальными у нас будет отдельный разговор. И, мисс Романофф, не могли бы вы перед отъездом заглянуть ко мне, у меня есть к вам очень важный разговор. — Да, госпожа Белова. — Наташа коротко кивнула, затем все четверо развернулись, почти синхронно и вышли с кабинета. Пока учителя отсеивали остальных учеников, дабы их из 15 осталось всего 8, 4-го «избранных» отправились в комнату, дабы собрать вещи. — Удивительно, что же ты сделала такого, что удивила даже Белову? — Прозвучал за спиной Наташи противный голос Беловой, которой несомненно стало любопытно. — Знаешь… — Романофф с милой и немного снисходительной улыбкой посмотрела на Елену и усмехнулась. — Это тебя никак не касается. Ты осталась? Вот и умница. Следи за собой, а не за тем, что делаю я, и может тогда тебя перестанут называть за спиной «Бледная копия Романофф». Подумай об этом. — Наслаждаясь произведённым эффектом, Наташа снова отвернулась к своей сумке, пока Белова стояла с откровенно шокированным видом. Но блондинка довольно быстро отошла от шока, резко схватила рыжую за плечи и развернула к себе, Романофф тем временем выхватила небольшой канцелярский нож и прислонила лезвие к горлу Беловой. — Рыпнешься в мою сторону ещё раз и я сделаю так, что тебя никто и никогда не найдёт. Хочешь знать, что сделала? Я убила человека. Пустила пулю ему в голову, без вопросов о том, кто он, и есть ли у него хоть кто-то. Я просто убила. И сделаю это с огромным удовольствием ещё раз, запомни это, деточка! Белова нервно сглотнула и медленно убрала руки с плеч Наташи, на которую смотрела уже не просто в шоке, а в откровенном ужасе. — Организация создала монстра, сама того не понимая. — Тихо проговорила блондинка, чувствуя холодное лезвие возле своего горла, которое уже немного впилось в кожу, сделав небольшой порез, с которого тут же побежала тоненькая струйка крови. — Может уберёшь его? — Надеюсь, ты запомнила, милочка. — С милой улыбкой Романофф убрала нож от горла девушки и та смогла облегчённо выдохнуть, парни же стояли позади дам и просто в шоке смотрели на перепалку не решаясь вмешаться, что безмерно удивляло Наташу, как же они прошли экзамен если бояться одну хрупкую девушку с ножом, причём канцелярским. Елена быстро отошла от рыжей и тихо продолжила собирать свои вещи. Когда все были готовы, Романофф вдруг вспомнила о том, что Белова просила зайти к себе. Закинув рюкзак на плечо, Наташа направилась к кабинету начальницы. Тихо постучав, девушка зашла лишь тогда, когда услышала разрешение. Нат аккуратно прикрыла за собой дверь и посмотрела на Белову. — Вы просили меня зайти. — Немного нервно проговорила Романофф, боясь, что её всё же будут отчитывать за что бы то ни было. — Да, проходи и присядь, разговор будет не очень приятным. — Голос мадам звучал ровно и без каких бы то ни было эмоций, словно она -компьютер. Нат медленно подошла к столу и села на стул напротив женщины. — И так, прежде всего, я хотела бы знать, что у тебя с твоим учителем Джеймсом? — Мэм, я…не совсем вас понимаю. Он мой учитель и только. — Наташа недоумённо заморгала, смотря на женщину с удивлением. — Между вами ничего нет? — Продолжала гнуть свою линию Белова, отчего удивление Нат только усиливалось. — Нет, что вы. Если только небольшая дружба и всё. А что не так? — Хм, дружба говоришь. В общем, держи. — Женщина протянула какую-то светло-коричневую папку Наташе и та взяла её слегка трясущимися руками, не в состоянии скрыть своё волнение. Медленно открыв её, рыжая начала внимательно изучать содержимое. В папке были фотографии самой Наташи, её данные, где и куда она ходит после театра, данные на отца, даже какой дорогой они ездят в театр и обратно. Здесь было всё, вплоть до того, во сколько кончался тот последний спектакль. — Ч…что это? — С трудом держа слёзы, девушка подняла глаза на мадам, уже не скрывая дрожи в голосе. — Это задание твоего учителя. Это он подстроил вашу аварию. — Белова говорила всё таким же спокойным голосом, но по лицу было видно, что она говорила это специально, ей не нужно были романы на территории, а именно к такому могла привести дружба Нат и Баки. — Он…подстроил…аварию… — На последнем слове, голос изменил девушки, внутри закипало нечто непонятное, больше похожее на злость и обиду. Было полное ощущение того, что её предали. Резко вскочив со своего места, Романофф сжала в руках папку, взглянула гневно на женщину и тихо заговорила. — Вы…вы лишили меня всего…моей жизни, моей карьеры…всего. Из-за вас мой отец чуть не погиб… Вы… — Осторожнее, девочка, не забывайся, ты говоришь с той, кто щелчком пальцев может обрубить жизнь и тебе и твоему отцу. Мы решили, что ты будешь полезна. Ты хороша собой, мила, умеешь привлекать к себе, нестандартно мыслишь…ты будешь отличным агентом. Возьми себя в руки, Романофф. — Где Барнс?! — Немного нервно спросила Наташа, надломленным голосом. — У себя наверное… А что ты… — Но спросить Белова не успела, так как Нат сжимая папку в руке, вылетела из кабинета и быстрым шагом направилась в комнату Баки. Оказавшись возле двери, Романофф резко дёрнула ручку и поняла, что комната заперта, значит скорее всего Барнса там нет, поэтому Наташа быстро достала заколку с волос и без особых трудов вскрыла замок комнаты, прошмыгнула внутрь и снова замкнулась. Бегло оглядев помещение, Нат не заметила ничего особенно важного. Усевшись в кресло, Наташа принялась ждать Зимнего, который не особо заставил делать это долго. Буквально через полчаса ожиданий, дверь открылась и в комнату вошёл высокий мужчина. Нат резко включила лампу рядом с собой и тихо проговорила. — Ну, привет, Джеймс. — С милой улыбкой, рыжая смотрела на Джеймса, медленно и грациозно положив ногу на ногу. — Наташа, что ты тут забыла? — Учитель удивлённо смотрел на девушку, довольно быстро оторвав взгляд от стройных ног и посмотрел прямо в горящие зелёные глаза. — Я? Тебя! — Медленно встав с кресла, Наташа грациозно подошла к учителю поближе, аккуратно коснулась мужского плеча и повела рукой вниз, ласково поглаживая тело парня через одежду. Девушка чувствовала как напрягся Барнс в этот момент, но не остановилась, а продолжала вести руку вниз, кокетливо смотря прямо в голубые глаза солдата, Нат провела кончиком языка по своим губам, при этом уже вытащив майку из мужских штанов и забралась рукой под неё. — Наташа, какого чёрта происходит? — Задышав с небольшим трудом, Барнс сглотнул и напрягся сильнее. От прикосновений Романофф внутри мужчины начало разгораться то, чего он уже давно не испытывал. Небольшие мурашки пробежали по спине, когда девушка повела рукой по телу вверх, касаясь лишь кончиками пальцев и не больше. — Да ладно тебе, Джеймс, я же не дура, я вижу как ты смотришь, ты давно думаешь об этом, так почему бы не позволить себе расслабиться хоть раз… — Встав ещё ближе, Романофф поднялась на носочки и нежно поцеловала мужскую шею, отчего Баки шумно выдохнул и едва заметно простонал. — Я например хочу… почему бы нет, у меня был лишь раз и тот насильно и я его не особо помню…мне кажется, что с тобой всё будет куда иначе. Медленно поднимаясь губами выше, Наташа забралась под мужскую майку и второй рукой, ласково поглаживая тело мужчины, нежной кожей чувствуя как под лаской напрягаются мышцы солдата, при этом поднимаясь поцелуями вверх по шее. — Наташа…прошу, прекрати. — Дыша с трудом, Барнс сжал кулаки, отчего слегка скрипнула бионическая рука, что свидетельствовало о том, что солдат пытается держать себя в руках. — Я же не весь железный, Романофф. — Я вообще-то чувствую, мистер Барнс… — Тёплые и мягкие губы девушки уже добрались до уха парня и нежно покусывали мочку, а руки блуждали по всему телу под майкой. — Да ладно тебе, никто ведь не узнает. — Ох… Романофф… к чёрту. — Выругавшись, зимний обхватил ладонями личико Наташи и впился в пухлые губы страстным поцелуем, сразу же протолкнув свой язык в ротик девушки, исследуя его и сплетая в диком и невероятном танце с язычком рыжей. Нат как-то не ожидала такого напора, поэтому удивлённо охнула, но ответила на поцелуй. В какой-то момент, шпионка даже забыла зачем вообще пришла, настолько понравился ей поцелуй Барнса. Очнулась Романофф уже тогда, когда они оба были на кровати, майки на Баки не было, как не было её и на Наташе. Сильная и крепкая ладонь мягко массировала девичью, упругую грудь, поглаживая большим пальцем уже затвердевший сосок, а вторая пыталась справиться с пуговицей на джинсах Наташи. Баки страстно целовал шею Романофф, и та буквально таяла от этого, но тут взгляд упал на папку и разум сразу отрезвел. Немного подумав, Романофф подняла к себе лицо солдата и впившись в губы, одним резким рывком перевернула парня на спину, чем вызвала небольшое удивление. — Хм…хочешь так, я не против. — Мужчина соблазнительно улыбался, ласково ведя руками вниз по спине девушки, дойдя до бёдер, крепко сжал женскую попку и придвинул Наташу к паху, дабы показать всю степень своего желания. Романофф сглотнула и шумно выдохнула, снова провела язычком по своим губам и кокетливо посмотрела на мужчину, тем временем доставая спрятанный в кармане канцелярский нож. Быстро освободила лезвие и резко прислонила его к шее мужчины. — Нет, я хочу так! — Смотря прямо в глаза Барнса, которые до этого смотрели на девушку с возбуждением, а сейчас с удивлением, но без страха. — Наташа?! Что за… — Молчи! Ты…ты чуть не убил моего отца, не отрицай! — Наташа чувствовала как обида и злость начинали наполнять всё тело и откровенно душить, голос начал срываться и слегка дрожать, но самое ужасное, что из глаз то и дело рвались непрощенные слёзы. — Ты…ты подстроил ту аварию, я знаю… — Наташа, я…мне приказали… я подстроил аварию, а ты вчера убила, мы оба в этом погрязли… — ЕСЛИ БЫ НЕ ТЫ, Я БЫ НИКОГДА НЕ УБИЛА! — Наташа всё же сорвалась и громко крикнула, сильнее прижав нож к горлу мужчины, лезвие слабо впилось в кожу, сделав такой же порез как на шее Беловой. Алая струйка уже потекла по шее вбок, сделав несколько кровавых клякс на постельном белье. — Ты… Почему ты сам мне не сказал? Почему? — А почему я вообще должен перед тобой отчитываться? Кто ты мне? — Холодно взглянув на Романофф, мужчина обхватил бионической рукой запястье той руки Наташи, которая держала нож и сильно сжал, отчего Романофф громко вскрикнула от резкой боли. Затем быстрым рывком солдат перевернул рыжую на спину, подмяв под себя хрупкое тело всем своим весом и посмотрел в зелёные глаза, в которых была лишь тень боли, причём не физической. — И что дальше? Изнасилуешь? Убьёшь? Валяй! Я уже умерла. Умерла в тот день, когда ты подстроил аварию! — Гневно смотря на мужчину, девушка понимала, что с глаз всё же сорвались две слезинки, так как в ушах было немного влажно, оттого что мокрые дорожки скатились вбок по лицу. — Чёрт… Наташа… — Прорычав непонятно отчего, мужчина склонился к девушки и впился в пухлые губы, и сильно прикусил нижнюю в поцелуе, заставив шпионку снова вскрикнуть от боли, затем резко отпустил и отпрянул от Наташи. — Убирайся! — Что ты сейчас сказал? — Медленно сев на кровати, Романофф убрала рукой кровь в губы, надела на себя майку и посмотрела на Баки. — Что слышала… ПОШЛА ВОН! Ты думаешь я буду отчитываться или извиняться перед тобой? Ха-ха! — Крикнув, Барнс сильно сжал кулаки, снова борясь с собой, только сейчас он хотел делать больно девушке. — Да пошёл ты к чёрту, Барнс. — Резко встав с кровати, Нат схватила свои вещи и прошла к двери, на секунду остановившись, девушка посмотрела на Баки немного печально. — Жаль, а я думала, что ты можешь быть мне другом. — Не будь так наивна, Романофф… Здесь нет друзей, есть коллеги и есть враги. — Тогда…ты мне враг, Барнс. — Коротко бросив, Нат быстро выскочила из комнаты, на бегу надела на себя куртку и пулей выскочила из здания. Запрыгнула в своё такси и поехала домой. В это время Барнс со всей силы ударил бионической рукой по стене, оставив там приличную дырку, накинул на себя майку и направился к Беловой. — Джеймс, что ты тут забыл? — Немного удивлённо посмотрела женщина на своего лучшего солдата и убрала бумаги в сторону. — Какого чёрта вы ей рассказали всё так рано? — Немного гневно прорычал мужчина, уперевшись руками в дубовый стол. — Я не буду перед тобой отчитываться, ты просто учитель и наёмник. — Пожав плечами, женщина откинулась на спинку своего кресла и слабо улыбнулась, заметив порез на шее. — Смотрю, она попыталась тебя убить и как она? — Она? Могла бы убить, если бы не помедлила, и сейчас я бы с вами не говорил… — Убрав руки, мужчина скрестил их на груди, но продолжал прожигать Белову взглядом. — Вы хотели, чтобы меня убили? — Что ты? Нет, конечно. Ты мне нужен. Я рада, что ты жив. Где она сейчас? — Не знаю, я наорал на неё и она убежала, возможно поехала домой. По-крайней мере, такси во дворе больше нет. — Что ж, это хорошо, там она успокоится. — Белова слабо улыбнулась и вернулась к изучению бумаг. — У тебя всё? — Да. Только в следующий раз, я хотел бы знать, что меня попытаются убить. — Вздохнув, Джеймс покачал головой, вышел с кабинета и направился в спорт. зал, дабы немного поиграть с грушей, а может и с кем-то из учеников, он ещё не думал, но мысли о губах Романофф, о её мягком и таком приятном на ощупь теле, надо было выкинуть из головы, а для такого подходили только драка и холодный душ. Поэтому Барнс быстро вызвал к себе одного из тех учеников, которые остались на обучение, но не имели привилегии увидеть родных и начал успокаиваться. Наташа тем временем сидела на заднем сиденье такси и тихо плакала. Рука, которую Барнс сжал, пульсировала от тупой боли и немного посинела, и Нат надеялась, что там не было перелома. Она просто вспоминала то, что было до этой дурацкой академии — танцы, друзей, отца, который улыбался и мог ходить самостоятельно, но её этого лишили. Лишили нагло и дерзко. Просто испортив жизнь за одно мгновение. " — Ничего, я ещё увижу, как вы горите в огне и вся ваша организация. Вы лишили будущего меня, я лишу будущего вас. Вы ещё пожалеете, что решили взять меня к себе!" — подумав про себя, Романофф быстро взяла себя в руки, убрала слёзы с лица, расплатилась с водителем и вышла возле своего дома. Ненадолго помявшись, девушка осматривала подъезд и двор на предмет того, сильно ли всё изменилось, ведь она не была тут несколько месяцев. Поняв, что ничего особо не поменялось, та же обшарпанная входная дверь с домофоном, та же деревянная лавочка с глупыми надписями в стиле «Паша любит Машу.», тот же палисадник. Всё было таким же, как и когда Наташа уезжала. Девушка тяжело вздохнула, привела мысли и эмоции в порядок и пошла домой. Преодолев на лифте несколько этажей, Нат нерешительно подошла к двери, откровенно задумавшись, а стоит ли вообще туда входить. Отец бы умер, узнай он то, что с ней было за всё это время, но при этом она дико соскучилась. Поэтому, Нат медленно подняла руку и нажала на кнопку звонка. Раздалась до боли знакомая трель, отчего внутри Романофф всё болезненно сжалось. За дверью послышались тихие шаги, звук замка и перед Наташей возникла женщина лет 30. Светлые волосы были убраны в какой-то пучок, одежду прикрывал цветастый фартук, а голубые глаза смотрели на девушку с удивлением. — Вам кого? — Вопросила женщина, судя по всему сиделка, которую ей обещали. — Здравствуйте, я Наташа Романо… — Ааа, Наташа… Боже, проходи, мне говорили, что приедешь. — Женщина тут же отступила в сторону и улыбнулась шире. — А ты взрослее, чем я думала. — Да? И сколько мне по вашему? — Усмехнувшись, Нат сняла с себя куртку и повесила её на вешалку. — Ну, как минимум 20. Я, кстати, Мария. — Женщина протянула руку и девушка слабо пожала её. — Где мой отец? — У себя. — Довольно быстро ответила Мария и слабо улыбнулась. Наташа не стала больше ничего слушать, просто пошла в комнату к отцу. Медленно открыв дверь, девушка сглотнула, увидев папу после стольких месяцев. Он почти не изменился. Зайдя в спальню, Наташа прикрыла за собой дверь, тихо подошла к кровати, присела на край и слабо сжала рукой ладонь отца. Рука как всегда была тёплая и слегка грубоватая, но всё же такая родная. Чувствуя как внутри снова разгорается пламя обиды, а слёзы начинают неприятно щипать глаза, девушка уже хотела уйти, но тут отец открыл глаза и посмотрел на дочь с удивлением.  — Наташа? — Проговорил мужчина немного хриплым голосом. — Да, папа, это я… — Понимая, что всё же начала плакать, девушка не хотела сдерживать себя, она дома и она скучала, она имеет на это право. Склонившись к отцу, Наташа просто прижалась к его груди и тихо заплакала, уткнувшись лбом в плечо отца. Вторая рука мужчины опустилась на голову дочери и ласково погладила в попытке успокоить. — Ну, девочка моя, спокойно. Ты дома, со мной и с тобой всё хорошо. Ты выдержала. Ты умница. — Поглаживая макушку, мужчина повернулся к девушке и нежно поцеловал в висок. — Милая, ты надолго? — Я…Я не знаю, мне должны будут позвонить и сообщить. Но, пока я буду тут, с тобой и не отойду от тебя… Ты чего-нибудь хочешь? — Нет, я недавно ел и пил, просто посиди со мной… Чем ты занималась? — Эм, да ничем особенным. — Изобразив на своём лице невинный вид, Наташа пожала плечами и вкратце рассказала отцу, чем она занималась, упуская из рассказа речь о том, через что ей пришлось пройти, отец бы не смог выдержать правды. Когда Иван Петрович начал потихоньку засыпать, Наташа коротко поцеловала его в щеку, медленно встала с постели и покинула комнату. В коридоре она столкнулась с Марией. — О, Натали, ничего перекусить не хочешь? — Женщина доброжелательно взглянула на девушку и тепло улыбнулась. — Нет, благодарю. Я слишком устала и хочу лечь. — Ответила Нат уставшим голосом, с таким видом, словно пробежала марафон. Она откровенно ощущала себя пустой. Пустой настолько, словно из неё выкачали всё, все эмоции. Вымученно улыбнувшись женщине, Наташа быстро приняла душ, который немного вернул её телу живой вид, хотя глаза оставались пустыми и безжизненными. Переодевшись в пижаму, девушка легла в свою кровать, укрылась с головой и почти мгновенно провалилась в беспокойный сон, при этом с ужасом ожидая звонка из академии.