Красный лебедь

Каждый день дома был словно бальзам на уставшую душу Романовой. Тут она не была Романофф, ей не надо было пытаться выжить, что-то доказывать. Она просто была девчонкой, которой она по сути и являлась. И, ко всему прочему, совпало так, что Наташа в эти выходные, отметила и своё двадцатилетие, на котором были лишь только и отец. Собственно, Нат больше никого и не хотела видеть. Они с отцом спокойно поели праздничный торт, на котором Наташа быстро задула свечи, много смеялись и в какой-то миг девушка даже расслабилась, забыв о том ужасе, что уже был и о том, который ещё ждёт впереди. Уложив отца спать, Романофф налила себе в бокал вина и подошла к окну квартиры. Вид на вечернюю Москву, в которой уже начали загораться огни — всегда завораживал Наташу, но только сейчас он её напрягал. Теперь она смотрела на этот город иначе, как и на людей. В каждом ей почему-то виделся или потенциальный враг или тот, на кого она учится. Наташа сделала большой глоток терпкого вина и шумно выдохнула, смотря на мирный поток машин по улице. Все спешили домой, а может кто-то и не домой. Это не имело значения, Наташа хотела верить в лучшее, хотя и получалось это с трудом, особенно в свете последних событий. Девушка печально вздохнула, сделала ещё один глоток вина и отошла от окна. Она понимала, что времени осталось дома совсем мало. По идеи, сегодня или завтра за ней должен прибыть Барнс. И хоть она не особо горела желанием видеть эту рожу снова, да и возвращаться обратно, выбора у неё уже не было. А если и был, то Романофф его пока не знала. Только Нат хотела сесть в кресло и что-нибудь прочитать, как в дверь раздался звонок. С недоверием покосившись на неё, девушка взяла из стола отца пистолет, не такой, к которому она привыкла на тренировке. У отца был револьвер, с красивой ручкой из слоновой кости, на которой были выгравированы слова благодарности от какого-то генерала. Но Нат было всё равно, он могла стрелять из всего, поэтому просто вложив патрон в барабан, нажала на курок, чтобы прокрутить его и приложив палец к спусковому крючку, занесла руку с оружием за спину и пошла к двери. Спрятав револьвер в пояс джинсов, спрятала его под кофтой и посмотрела в глазок. За металлической дверью стоял Зимний солдат собственной персоной, хотя Наташа думала, что он приедет лишь завтра. Прикрыв на секунду глаза, чтобы собраться с силами, девушка быстро открыла дверь. — Какого чёрта ты тут забыл? — Нат даже не хотела попытаться быть дружелюбной. Презрительно смотря на учителя, девушка скрестила руки на груди и даже не сдвинулась, чтобы пропустить мужчину в дом. — Как ты гостеприимна, Романофф. — Баки странно усмехнулся, смотря на девушку. — Не пропустишь? — Нет, что ты тут забыл? — Нат оставалась на своём месте и смотрела на учителя как на таракана, наглого и назойливого. — Хорошо, я хотел с тобой серьёзно поговорить. У моей организации есть лично тебе предложение. Всё ещё хочешь это обсуждать на пороге, чтобы все соседи слышали? — Барнс прилип к одной из стен и немного насмешливо посмотрел на ученицу, видя как внутри девушки борются два желания: послать его или молча пустить. — Ладно… — Девушка тяжело вздохнула, закатила глаза и отступила назад, пропуская Джеймса в дом. Мужчина снова усмехнулся, с видом победителя, зашёл в дом и снова заполнил собой почти всё пространство. — Выпить есть? — Вопросил зимний, снимая лёгкую куртку. — Я тебя ещё и поить должна? Вот ещё. Быстро говори, что хотел и проваливай. — Наташа старалась говорить как можно тише, чтобы не разбудить отца, из-за этого её слова превратились в лёгкое шипение, в глазах горела ненависть, а тело немного дрожало от злости. — Тихо-тихо, Романофф, не кипятись. — Сняв обувь, мужчина начал медленно наступать на девушку, отчего та стала пятиться назад, пока не врезалась в стенку. Слегка вздрогнув, Романофф всё же смело смотрела в голубые глаза, одна рука медленно и незаметно ушла за спину и обхватила ручку револьвера, пока мужчина подошёл ближе и уперевшись бионической рукой в стену, склонился ближе к девушке и посмотрел прямо в зелёные глаза, в которых не были и тени страха. — А ты стала смелее… не боишься? — Бояться стоит тебе. Мистер, вы на моей территории. — Ехидно усмехнувшись, девушка крепче сжала рукоять оружия, смотря прямо в две голубые льдинки. — Да что ты? — Барнс удивлённо вскинул обе брови и улыбнулся, но, как и всегда, улыбка не коснулась глаз, отчего получилась немного зловещей. — Что же ты мне можешь сделать, девочка? — Я уже сказала тебе, говори, что хотел и проваливай. Или мне сказать это на другом языке? — Наташа нагло и смело смотрела в глаза мужчины, хотя внутри всё же была крупица страха. Пусть у неё и пистолет, но он точно сильнее, а в револьвере лишь один патрон. Просто она как-то не ожидала, что на пороге появится настолько сильный враг. — Не утруждай себя. — Покачав головой, Зимний убрал руку и встал прямее. — Пошли лучше на кухню, не хочешь же ты волновать отца. — Иди, ты знаешь где она. — Убрав руку с револьвера, Нат скрестила их на груди и пошла следом за учителем. Когда они оказались на кухне, Барнс сел на стул в нагловато-вальяжной позе и посмотрел на ученицу, которая осталась стоять возле закрытой двери, прислонившись к ней спиной. — И так, если вкратце, то меня отправляют на одно задание, и мне нужен помощник, в этот раз мы решили выбрать кого-то из тех, кто вышел лучшим. А так как еду я, то и выбор помощника за мной. В общем, я хотел бы, чтобы это была ты. — Мужчина смотрел на ученицу, беглым взглядом осматривая женское тело, обтянутое тканью джинсов и майки и резко вспомнил их последнюю встречу, вернее то, что было до того, как девушка попыталась его убить. Мужчина немного нервно сглотнул, почувствовав лёгкое возбуждение и отвёл глаза в сторону. — Скажи ты совсем идиот? — Романофф смотрела на мужчину в откровенном шоке, пытаясь при этом сдержать смех. — Ты вообще помнишь, как мы расстались? Я пыталась тебя убить…вернее, если бы хотела, ты бы уже был мёртв, но факт остаётся. — Я прекрасно это помню. Но, факт такой, ты лучшая, а мне именно такая и нужна. Елена всё запорет в последний момент, мальчики мне ничем не помогут. Мне нужна девушка. — Мужчина тихо вздохнул и снова посмотрел на рыжую. — Девушка… — Нат отлипла от двери, подошла ближе к зимнему, наклонилась вперед и уперлась руками в ручки стула. — Ты понимаешь, что это самоубийство брать меня с собой? — Кхм…да, понимаю. — Барнс быстро оторвал взгляд от девичьей груди и посмотрел прямо в глаза. — Скажем так, я подстраховался на этот счёт. — Да, и как же? — Губы Романофф растянулись в ехидной усмешке. — Нацепишь на меня ошейник с током? — Хм, а ты знаешь, отличная мысль. Тебе очень пойдёт ошейник! — Тихо усмехнувшись, Барнс откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, отчего металлическая рука издала какой-то странный звук, и взглянул на девушку, в глазах которой снова начала появляться злость. — Ошейник тебе пойдёт больше, хотя, ты и так в нём, не буквально конечно. Так что, прибереги свои странные фантазии, для тех, кому они интересны. — Фыркнув, девушка выпрямилась и присела на край стола. — Ну хватит. — Барнс резко встал со стула, подошёл почти вплотную к Наташе, чем удивил её. Уперевшись руками в стол, мужчина навис над девушкой и оглядел её холодным взглядом. — Имей в виду, красотка, если со мной хоть что-нибудь случится по твоей, разумеется, вине и твой отец — покойник, как и ты. Усекла? — Ты блефуешь! — Выпалив на одном кафе, девушка начала чувствовать страх и волнение, не за себя, а за отца. Дыхание стало более тяжёлым и это естественно не укрылось от взгляда Баки, как и взволнованно-бегующий взгляд. — Ни капли, милая. — Зимний удовлетворённо улыбнулся, наконец-то заметив у девушки в глазах страх. Правда он понимал, что адресован он не ему и уж тем более не собственной смерти. Девушка была так привязана к отцу, что Зимний решил, что эту проблему надо как-то проработать. Она могла очень сильно помочь их организации только в том случае, если ей уже будет нечего терять, но с другой стороны, если она поймёт, кто виноват в его смерти, не сдобровать никому. Поэтому Джеймс решил это обмозговать позже. — Не зови меня «милой»! Я тебе не милая, вообще ни разу! — Тяжело дыша одновременно от злости и волнения, девушка снова схватилась рукой за рукоять револьвера, резко выдернула его и приставила к подбородку мужчины. На короткое мгновение Наташа увидела в глазах мужчины удивление, которое быстро сменилось на прежний холод и равнодушие. — А что если я убью тебя сейчас, а потом скажу, что тебя тут и близко не было и что я тебя не видела? Что ты на это скажешь? — Ты никогда не сможешь убить меня, Натали. — Барнс мило улыбнулся и медленно отстранился от ученицы, пока та продолжала держать его под прицелом достаточно твёрдой рукой. — Не переоценивай мои человеческие качества. Я уже убила по приказу, почему я не могу это сделать из прихоти? — Нат слабо улыбнулась, продела пальчик в спусковую скобу и коснулась крючка. — Потому что я бы уже был мёртв. Что-то не дало тебе меня убить тогда, и не даст сейчас. К тому же, мне ничего не стоит сейчас выбить его из твоих рук, придушить тебя и убить твоего отца. — Холодный тон Джеймса говорил лишь о том, что он и правда на это способен, но Наташа лишь тихо рассмеялась, чем немало удивила учителя. — Что смешного? — Ты? Убить меня? — Наташа кое-как перестала смеяться и посмотрела на Баки так, как родители смотрят на несмышлённое дитя. — Нет, разумеется, ты можешь попробовать и может быть ты даже убьёшь меня, вот только не думаешь ли ты, что не ты один умеешь подстраховываться? Я не такая дура, Барнс. — И что же ты сделаешь? — Барнса эта ситуация уже начала немного раздражать. Сжав кулаки, мужчина смотрел на девчонку, потому что именно так он её видел, и начал тихо закипать. — А вот этого я уже не скажу. Мы сделаем так. Ты не трогаешь моего отца и меня, я не трогаю тебя, мы выполняем задание и все счастливы, согласен? — Наташа специально нажала на курок, дабы демонстративно прокрутить баран и направила дуло на грудь мужчины в область сердца. — Или тебе наступает крышка прямо сейчас, все думают, что это несчастный случай, а я разрушаю твою организацию камень за камнем. Выбирай. — Да, что ты… — Выбирай, Джеймс. — Твёрдо проговорив, Наташа встала со стола, продолжая держать учителя под прицелом и подошла немного ближе, отчего дуло револьвера уперлось прямо в грудь зимнего. — Ладно. Я выбираю первый вариант. — Тяжело вздохнув, мужчина взглянул на девушку в ожидании реакции. — Вот и умничка. — Наташа слабо улыбнулась, убрала оружие, но продолжала держать его в руке. — Ну ты и сучка, Романофф. — Тихо прошипел Барнс, раздражённо смотря на девушку, при этом, где-то глубоко внутри, он испытывал гордость за то, что именно он её сделал такой. Он и его организация. — Спасибо за комплимент, я знаю. А теперь, проваливай отсюда! — Нат махнула рукой в сторону выхода, смотря при этом на учителя. Она больше не могла выносить его присутствие рядом, и не только из-за того, что он сделал, но ещё и, потому что она тоже помнила те поцелуи и она помнила, что ей понравилось. А стоять так близко к человеку, который одновременно был тем, кто разрушил всю её жизнь и тем, кто ей достаточно сильно нравился — было невыносимо. — Барнс, прошу тебя, уйди. — Я понял. А ты собирай вещи. Мы улетаем в Америку. — Барнс пожал плечами и пошёл на выход. — Стой, что?! Америка? Но… — Никаких «но», у нас есть задание, его суть ты узнаешь завтра. Доброй ночи, Романофф и, кстати, с днём рождения. — Баки развернулся, покинул кухню, быстро обулся и, взяв куртку в руки, покинул квартиру, оставив ошарашенную Наташу одну. Девушка ещё какое-то время провела на кухне, раздумывая над всем диалогом и ушла к себе спать, убрав револьвер обратно в стол. Утром её довольно рано разбудила сиделка отца, которую Романова отпускала, пока была тут и именно она и напомнила ей о том, что пора возвращаться в суровую реальность. Быстро встав с кровати, Наташа собралась, покидала кое-какие вещи в свой дорожный рюкзак и вышла с дома через час после пробуждения. Возле подъезда уже ждал Джеймс, покуривая сигарету, прижавшись к своей машине. — О, ты встала. Славно. Надеюсь, ты без оружия сегодня? — Баки постарался мило улыбнуться и открыл дверь машины, отбросив недокуренную сигарету в сторону. — Нет, я без него, но я бы не расслаблялась на твоём месте, я могу убить одним пальцем. — Наташа мило улыбнулась и быстро забралась в машину. — Кто ж не может. — Баки усмехнулся, захлопнул дверцу, обошёл машину и сел за руль, заведя машину и вырулив на дорогу, мужчина покосился на девушку. — И так…задание. В общем, оно таково: мы летим в Америку, там встречаемся с нашим человеком, он нам предоставит всю нужную информацию по цели. Если говорить коротко, то наша задача: найти, попытаться перевербовать, если не выйдет — убить. — Ясно. Причём тут я? — Понимаешь, объект парень. Ну как, мужчина вообще. — Барнс слегка скривился и сжал в руках руль. — Вот как, неужели даже такой как ты не любит такие задания? — Наташа слегка усмехнулась и взглянула на своего учителя. — Я думала, что ты как мы, должен уметь найти подход ко всем. — Нет, Наташа. Я — простой наёмник и учитель по боевым искусствам, я не шпион как вы. Я не знаю многое из того, чему учат вас. — Мужчина тихо вздохнул и быстро переключил скорость, сворачивая на трассу, ведущую к аэропорту. — И тем не менее на задание послали тебя. Ладно. Я так понимаю, пытаться привлечь его должна я… Сколько мы там будем по времени? — О, это уже как тебе повезёт. Мы надеемся, что ты справишься за пару недель. — Барнс слабо улыбнулся, вспоминая как быстро этой даме удалось соблазнить его, но он никогда не был особы скромником и трахнул довольно многих своих учениц. Ему было ровным счётом плевать на них, а они сами лезли к нему в постель. — 2-е?! Ха…я могу и быстрее. Или там сложный случай? — Наташа усмехнулась и вскинула одну бровь. — Там тяжёлый случай. — Насколько? — Наташа достала с рюкзака бутылку с водой и начала пить. — Хм, как я понял, парень девственник и ему, внимание, будет 94. - Барнс ожидал удивления от девушки, и оно не заставило себя ждать. — Что? — Поперхнувшись, Романофф вытаращилась на учителя, как баран на новые ворота и тяжело сглотнула. — Как…как такое возможно? — Нат, мне 95. — Барнс слабо усмехнулся, взглянув на удивлённую ученицу, которая начала часто хлопать глазками. — Ч…что? 95? Но…хотя, не суть важно. — Наташа всё же сделала несколько глотков воды и перевала глаза на дорогу. — Ладно, я хочу иметь более подробную информацию на этого субъекта. — По прилету у тебя будет всё, включая его расписание дня и то, как часто он ходит за день в туалет. — Тихо посмеиваясь, зимний припарковал машину и заглушил мотор. — Настолько подробно мне не интересно. — Наташа так же рассмеялась, дождалась остановки машины и быстро выбралась с неё. — Ну, как скажешь. — Барнс пожал плечами, выбрался с машины и подошёл поближе к Наташе. — Так, билеты я уже купил, кстати, у тебя теперь есть загран. паспорт и виза. — Ясно. — Нат покачала головой и осмотрела территорию аэропорта. — Ну что, пошли? — Да, нас ждёт регистрация и долгий путь в небе. Пошли. — Джеймс слегка улыбнулся и быстрым шагом пошёл на вход в здание аэропорта. Нат старалась идти за ним, но не особо успевала, поэтому Баки пришлось немного сбавить шаг. Проверка вещей, регистрация и прочая нужная лабуда прошла без проблем, они хоть и едут на задание, но не настолько глупы, чтобы тащить с собой что-то опасное. Крупная сумма денег, которую организация дала на расходы, была по правила декларирована, что очень удивило девушку, но учитель знал все правила перелётов, и вёл себя как абсолютно обычный человек. Оказавшись в салоне бизнес-класса, девушка удивлённо осматривалась по сторонам с абсолютно глупой улыбкой, тогда же как Баки спокойно сел на своё место и равнодушно расправил газету. Фыркнув, Нат села в своё кресло, которое было возле иллюминатора и с той же глупой улыбкой взглянула в него на крыло самолёта. — Тут так круто! — Романофф повернулась к Барнсу, на мгновение позабыв, что он ей не друг. — Бога ради, Наташа, ты что никогда не была в самолёте? — Мужчина театрально закатил глаза и тяжёло вздохнул. — Вообще-то нет, никогда. Тем более в бизнес-классе. — Потупив взор, Нат снова отвернулась к окну. — Всё равно, веди себя так, словно всегда так летаешь, а то выглядишь, как крепостная, которую впервые посадили в карету. — Ох, ну и сравнения у вас. Ты что, жил при царе Горохе? — Усмехнувшись, Нат покосилась на мужчину и внутренне напомнила себе, что расслабляться нельзя, у неё есть цель и в неё не входит дружба с Зимним солдатом, скорее месть ему. Но как им любили говорить на уроках «Держите друзей близко, а врагов ещё ближе.» Вот она и пользуется этой мудростью с тех пор, как услышала её впервые, такое только не прокатывало с Еленой, которая буквально поперёк горла стояла Наташе. — Ха-ха, очень смешно, Романофф. — Баки слегка скривился и снова уткнулся в газету. На табло появилась надпись «пристегнуть ремни», что девушка и поспешила сделать это. И вот, через какое-то мгновение, самолёт оказался в воздухе. Провести им там надо было больше 20 часов. Откинувшись на спинку сиденья, Наташа смотрела на проплывающее небо и немного начинала волноваться о том, что ей надо будет сделать, чтобы и дальше играть роль патриотки и примерной шпионки. Хотя, по сути ей уже было плевать на страну, а на эту организацию и подавно. Она вообще хотела бы увидеть, как она горит синим пламенем, вместо с Беловой и Барсом. Но, как говорится, месть — блюдо, которое подают холодным, вот и надо лишь набраться терпения. Всё будет, просто нужно подождать.