Друг на мотоцикле

      Бетти сидела в кресле, уставившись на мужчину, не в силах вымолвить и слова. Он её ОТЕЦ. В детстве она столько раз представляла эту встречу, мечтала познакомиться с ним, а теперь, когда все эти мечты перестали иметь для неё какой-либо смысл, он сидит в её гостиной, и улыбаясь, смотрит на неё. — Ты выросла такой красивой, дочка, — радостно сказал Хэл. — Что тебе здесь понадобилось? — пропустив комплимент мимо ушей, недружелюбно спросила Бетти. — Бетти! — осадила её мать, но девушку было уже не остановить. — Почему сейчас? После стольких лет отсутствия ты решил, что можешь вот так просто заявиться в наш дом и мило улыбаться мне?! — сорвалась она на крик. — Детка, думаю, нам стоит выслушать твоего отца… — Нет, мама, я не собираюсь принимать участия в этом спектакле. Милой вам беседы, — с этими словами девушка побежала вверх по лестнице. Послышался звук захлопнувшейся с силой двери. — Я предполагал, что так будет, — грустно вздохнул мужчина. — Ей нужно время, Хэл. Для неё это большой шок. Они еще недолго поговорили и, распрощавшись, отец Бетти ушёл, но пообещал в скором времени прийти ещё, чтобы пообщаться с дочерью. Элис поднялась на второй этаж, подошла к двери Бетти и деликатно постучала. — Дорогая, открой, пожалуйста. Нам нужно поговорить, — перед ней открылась дверь, впуская её внутрь. Она присела на кровать и жестом попросила дочь сесть рядом. — Я никогда не рассказывала тебе об отце. И сейчас понимаю, что была не права. Ты имеешь право знать некоторые вещи. Мы познакомились с ним ещё в школе. Он стал моей первой любовью, и я, ослепленная этим чувством, даже не замечала, каким человеком он был на самом деле. Мы встречались уже год, когда я узнала, что беременна. Я испугалась, ведь мне было всего семнадцать… — Ты же родила меня намного позже, — удивлённо перебила её Бетти. — Не перебивай меня, пожалуйста. Мне и так тяжело всё это тебе рассказывать, — печально попросила Элис. — Так вот… На чём я остановилась… Ах да, ну и конечно, с этой новостью я в первую очередь пошла к Хэлу. Но его реакция отличалась от той, которой я от него ожидала. Он сказал, чтобы я избавилась от ребёнка. Даже дал денег. Я не стала говорить о том, что срок был слишком большим, молча развернулась, и ушла. На следующий день я собрала свои вещи, оставила родителям записку, и уехала к Сёстрам Милосердия. Спустя шесть месяцев у меня родился мальчик. Я подписала бумаги об отказе, оставила у них ребёнка, дав добро на усыновление, и уехала домой. После моего приезда Хэл извинялся, ухаживал за мной, и я сдалась. Прошло какое-то время, и мы с ним вновь сошлись, поженились и стали жить вместе. Спустя ещё год я забеременела тобой. Всё в моей жизни налаживалось, но, смотря на тебя, я вспоминала своего сына и винила Хэла за то, что отдала свою плоть и кровь незнакомым людям. Пару раз я порывалась поехать к сёстрам, но останавливала себя мыслями, что его уже усыновили. Когда я делилась с Хэлом, он злился и говорил, что это пройденный этап нашей жизни, и мне стоит забыть об этом. Мы с стали ссориться всё чаще, и не прошло и года, как я выгнала его, — со слезами на глазах закончила свою историю Элис. Некоторое время они сидели в полной тишине, каждый думал о своём.  — То есть, — медленно начала Бетти, — у меня есть брат? Родной брат? — Да, Бетти. У тебя есть брат. Теперь ты знаешь всё. Твой отец не виноват в том, что его не было в твоей жизни столько лет. Я выгнала его. — Это ничего не меняет. Я считаю, что появиться спустя шестнадцать лет — это слишком поздно для близких отношений отец-дочь. Я не хочу знать этого человека. — Я не знаю, почему он появился именно сейчас, но он всё же твой отец. Я не буду давить на тебя, но ты подумай над этим, — с такими словами она встала и вышла из комнаты Бетти. Девушка ещё долго сидела в одной позе, не двигаясь и смотря в одну точку. Она снова и снова прокручивала рассказ матери в голове, пытаясь понять, что же ей теперь делать, как относиться к новообретенному отцу, и как справиться с таким количеством новой информации о своей семье. Но одно она знала точно — она обязана разыскать брата, чего бы ей это не стоило.

***

      Этой ночью девушка почти не спала. Из головы никак не выходили мысли об отце, брате, матери… Всё это смешалось в один большой ком. К утру Бетти уже ничего толком не соображала. Она была готова отключить будильник и, накрывшись одеялом, проспать как минимум до обеда, как ей пришло сообщение. Бет с трудом разлепила глаза и взяла телефон. Это была Рони: «Прости, не смогу сегодня заехать за тобой. Останусь дома. Нехорошо себя чувствую. Наверно простуда.» Довольно странно. Вероника никогда не оставалась дома, даже если у неё была высокая температура. Она очень жизнерадостный человек и слишком любит всю эту школьную суету, чтобы пропускать её из-за какой-то простуды. Ей казалось это преступлением. Бетти заподозрила неладное. Она набрала номер подруги, намереваясь узнать, что НА САМОМ ДЕЛЕ произошло. Но в ответ она услышала лишь длинные гудки. Теперь она всерьёз заволновалась. Всю сонливость как рукой сняло. Она откинула одеяло, встала с кровати, и быстро привела себя в порядок. Ей нужно торопиться, чтобы успеть взять мамину машину и заехать к Веронике перед школой. А для этого ей нужно спуститься вниз и встретиться с матерью взглядами, да ещё и заговорить с ней. После вчерашних событий для неё это было тяжелым шагом. Но беспокойство за подругу взяло верх, и она спустилась вниз. Элис была на кухне, готовила завтрак, что было для неё несвойственно, она никогда не занималась домашними делами — уборку дома делала, приходящая раз в неделю, горничная, а ели они всегда порознь, то в кафе, то заказывая еду на дом. — Бетти, ты уже проснулась? Доброе утро! Садись за стол. Ещё пара минут и завтрак будет готов, — весело поприветствовала Элис дочь. — Эм… Пахнет очень вкусно, мам. Но у меня немного другие планы, и если ты не против, я хочу взять твою машину. — Планы? А как же завтрак? — обиженно спросила мама. — Прости, давай в другой раз. Так что насчёт машины? — Бери раз нужно, — со вздохом разрешила Элис. Дом Вероники.       Бетти стояла у входной двери роскошного особняка семьи Лодж и усердно давила кнопку звонка. Спустя пару минут дверь открылась. На пороге стояла растрёпанная, заплаканная Вероника в одной пижаме. — Би? Ты что здесь делаешь? — удивлённо уставилась на неё подруга. — Думала, я поверю в твои бредни о простуде? — бесцеремонно подвинув Веронику, Бетти зашла в дом. Скрестив руки на груди, она сердито посмотрела на подругу. — Что, чёрт возьми, с тобой происходит? Ви хлюпнула носом, снова собираясь заплакать. — Отставить плакать! Быстро в ванную, приводи себя в нормальный вид, одевайся и отвезу тебя в школу!  — Я не пойду сегодня в школу, Бетти. — Нет, пойдешь. Я не оставлю тебя одну в таком состоянии, а по дороге расскажешь, что у тебя произошло. Живо! — с этими словами она схватила подругу за руку и потащила в ванную комнату. Вероника опешила под таким натиском и не заметила, как её заставили умыться и даже причесаться. В таком же темпе они оделись и вышли из дома. Лишь в машине Рони опомнилась, и хотела начать возмущаться по поводу поведения подруги, но та её перебила: — Судя по твоему лицу, ты сейчас накинешься на меня с гневной тирадой, но давай мы лучше потратим время на твой рассказ. Я тебя внимательно слушаю, — с этими словами она завела двигатель, и они двинулись с места. — Ну, если коротко, то мои родители разводятся.